Не моя жизнь

      Утро началось с пульсирующей головной боли. В полудрёме Маринетт хотела привычно потянуться, но внезапно обнаружила, что лежит не одна. Осторожно приоткрыв один глаз, она увидела равномерно вздымающуюся от глубокого дыхания мужскую грудь. Медленно, борясь с нарастающим волнением, девушка перевела взгляд выше.       – Лука… – едва слышно прошептала пересохшими губами Маринетт.       Постепенно к ней возвращалась способность мыслить. В голове всплывали фрагменты вчерашнего вечера, складываясь в единый пазл. Маринетт вспомнила, как они брели по улочкам, передавая друг другу бутылку виски, как рассказывали о новой жизни, как неистово целовались, как Куффен согревал её в объятиях. На смену вчерашней смелости вдруг пришло жгучее чувство стыда. Маринетт осторожно заглянула под одеяло.       «Я в мужской футболке. И бельё, кажется, на месте», – мысленно констатировала девушка. – «Не припомню, чтобы мы зашли дальше поцелуев. Хотя…»       Смотреть, одет ли Лука, Маринетт постеснялась. Вместо этого она сосредоточила взгляд на лице спящего друга. Вопросы сыпались словно из рога изобилия. Вдруг затуманенный алкоголем разум вчера сыграл с ней злую шутку? Вдруг Куффен не так хорош собой, как кричало подстёгнутое градусом в крови воображение? Но открывшаяся взору картина лишь доказала, что у Маринетт не было ни единого шанса устоять перед Лукой. Он изменился и стал не просто симпатичным, а чертовски привлекательным. Волосы с бирюзовыми кончиками растрепались, что придавало ещё больше шарма. Сейчас он казался воплощением истинной свободы. Той самой, в которой Маринетт так отчаянно нуждалась в отношениях со Стивом.       Девушка аккуратно убрала прядь волос со лба Луки. Пушистые ресницы дрогнули. Парень распахнул глаза и, увидев Маринетт, расплылся в довольной улыбке.       – Следишь за мной, Дюпен-Чен? – хитро сощурился он.       – Вот ещё, Куффен! – в ответ надула губки девушка.       – Но я чувствую пристальный взгляд вот уже двадцать минут, – не сдавался Лука.       – Всего десять! – возмутилась Маринетт.       – Вот ты и созналась!       Лука беззастенчиво сгрёб девушку в объятия. Он сделал это так спокойно, словно все прошедшие десять лет они жили под одной крышей, а не на разных континентах. Маринетт шутливо стукнула кулаком в широкую мужскую грудь. В ответ от лишь крепче сжал её и притянул ближе к себе. Настолько близко, что казалось, воздух сейчас начнёт искрить от напряжения. Взгляд Луки стал хищным. В глазах блеснули искорки зарождающейся страсти. Маринетт не могла этого не заметить и чуть смутилась. Щёки предательски покраснели.       – Мне бы в душ после вчерашних приключений, – робко начала девушка.       – Как пожелаешь. Дам тебе полотенце и, если хочешь, ещё одну футболку, – ответил Куффен, ослабляя хватку.       – Пожалуй, только полотенце, – подмигнула Маринетт и поднялась с кровати.       Из душа девушка вышла заметно посвежевшей. Головная боль ослабла. Накопившуюся усталость смыло потоками воды. Стало на удивление легко и спокойно. Маринетт закуталась в пушистое полотенце и взглянула в зеркало. Тёмные волосы волнами легли на плечи. Мягкие губы чуть опухли от вчерашних поцелуев на ветру. Такой девушку и увидел сидящий на постели Лука.       – Сейчас ты ещё красивее, чем вчера, – с нескрываемым восхищением проговорил парень. – Я сделал кофе. Будешь?       Маринетт заметила на столике две чашки с ароматным напитком. Она опустилась на кровать рядом с парнем, потянулась к кофе, но Куффен её опередил.       – Позволь поухаживать за моей прекрасной музой, – проговорил Лука, тщетно пытающийся оторвать взгляд от девичьих ключиц.       Маринетт кивнула и смущённо приняла из рук парня чашку. Сделав глоток, она оглядела каюту, знакомую с далёкой юности. Взгляд задержался на кресле, куда была небрежно брошена гитара.       – Только не говори, что я заставляла тебя играть ночью.       Лука, добродушно рассмеявшись, кивнул. Маринетт закатила глаза и шумно выдохнула, прекрасно понимая, что будучи трезвой, вряд ли позволила бы себе такое. Но этой ночью вся природная скромность девушки бесследно испарилась.       – Как ещё я успела опозориться? – задумчиво повертев чашку в руках, поинтересовалась девушка.       – Брось, Маринетт. Мы оба были хороши. И кстати, вчера ты меньше смущалась.       – Ох, Лука… – хотела пуститься в объяснения девушка.       Парень не дал ей вымолвить и слова. Он осторожно прислонил к губам девушки палец. Внезапное прикосновение чуть грубоватой кожи заставило Маринетт замереть.       – Ч-ш-ш-ш. Я тебя знаю, сейчас ты начнёшь извиняться. Поверь, не нужно, – проговорил Лука.       Маринетт осторожно отстранилась от парня и вернула чашку на прикроватный столик. Теперь её руки были свободны и она без лишних слов накрыла ими ладони Куффена.       – Лука, я рада нашей встрече. Честно. Наверное, вчера я об этом раз двадцать повторила, – пробормотала девушка.       – Я готов услышать эти слова ещё тысячу раз, – ответил юноша и сократил расстояние между ними. – Всё, что случилось с нами вчера, было прекрасно.       Лука неистово желал новых поцелуев, но разрешил себе лишь аккуратно прикоснуться к мокрым после душа волосам Маринетт. Он не напирал, а вновь, как и вчера, оставлял девушке возможность проявить инициативу или дать согласие. И она позволила ему. Маринетт будто бы невзначай двинулась ближе, коснулась губ парня краешком своих, задержалась, прислушиваясь к стуку собственного сердца. Она уже хотела отстраниться, но Куффен не дал ей этого сделать. Запустив пальцы в пряди на затылке девушки, Лука увлёк её в до безумия чувственный поцелуй. Он чуть прикусывал опухшие губы Маринетт, заставляя внутренний огонь, что и без этого взметнулся до небес, гореть ещё ярче. Лука отстранился, но только лишь для того, чтобы расширить географию ласк. Тонкая дорожка поцелуев пролегла от уха до ключицы девушки. Руки парня в два счёта сорвали полотенце, что прикрывало желанное тело. Теперь Лука мог любоваться изяществом обнажённой Маринетт. Она бесконтрольно попыталась прикрыть грудь, но Куффен поймал руку девушки.       – Нет-нет. Нельзя прятать такую грацию, – приглушённо прошептал парень.       Не давая опомниться, он осторожно скользнул языком к груди, втянул губами сосок, оставляя влажный след на нежной коже. Маринетт почувствовала, как где-то в глубине зарождается желание близости. Мужские ладони крепко сжали бёдра девушки. Губы продолжали ласкать то одно, то другое полушарие груди. Маринетт таяла от прикосновений друга юности. Если раньше она не могла разделить его чувства, то сейчас готова была дать этому парню всё.       Лука аккуратно уложил Маринетт на спину. Он не торопился, покрывая фарфоровую кожу поцелуями. Девушка запрокинула голову от удовольствия. Потолок каюты медленно расплывался перед глазами. Маринетт желала без остатка раствориться в ласках, что дарил ей Куффен. И ей было не важно, что случится дальше – сойдутся ли они надолго, если не навсегда, разбегутся ли, оставив короткий след в памяти друг друга. Сейчас она хотела его и, похоже, он разделял её желания.       Касания и поцелуи Куффена спускались всё ниже. Едва Лука коснулся внутренней стороны бедра, с девичьих губ сорвался томный вздох. Медленно, но верно парень шёл к заветной цели. Он раздвинул бёдра сгорающей от нетерпения девушки и придвинулся ближе. От ощущения горячего дыхания сводило пальцы. От стеснения Маринетт не осталось и следа, когда она запустила ладонь в спутанные пряди Куффена. Лука удовлетворённо хмыкнул и продолжил ласкать девушку, легонько раздвигая языком горячие складки и освобождая путь к эпицентру. Маринетт ахнула и, надавив ладонью, придвинула голову парня ближе к себе. Она изнывала от желания и больше не хотела терять ни секунды. Куффен верно расценил призыв и усилил напор. Лука наслаждался стонами, что становились всё чаще и громче. Когда проворный язык скользнул внутрь, девушка и вовсе вскрикнула. Сердце билось часто-часто, дыхание никак не возвращалось к привычному ритму, где-то внизу живота разрасталось острейшее желание немедленно ощутить этого мужчину каждой клеточкой тела.       Маринетт не выдержала и притянула Луку выше. Они вновь слились в поцелуе, но трепетная нежность теперь сменилась всепоглощающей страстью. Попутно Куффен освобождался от остатков одежды и шарил в карманах в поисках презерватива. Не прошло и минуты как Маринетт любовалась на обнажённого парня в полной готовности.       – Иди ко мне, – уже не пытаясь выровнять дыхание и скрыть вожделение, прошептала девушка.       Лука навис над ней словно хищник над загнанной в угол добычей. Но Маринетт не чувствовала себя пойманной. Она прогнулась в спине навстречу парню. Язык тела сейчас был красноречивее слов. Лука не стал затягивать прелюдию. Он целиком вошёл в девушку, но тут же замер, давая ей привыкнуть к ощущениям. Маринетт получила желаемое, но не была готова останавливаться на достигнутом. Она подалась вперёд и скрестила ноги на пояснице парня, лишая его возможности отступления, но он не пошёл бы на попятную даже под дулом пистолета. Даже если бы «Либерти» погрузилась на дно Сены, даже если бы на Париж нёсся огромный метеорит, Лука и не подумал бы оторваться от девушки. Если бы Маринетт только знала, сколько лет Куффен мечтал быть с ней, как пытался выбросить её из головы, но не смог. И вот она здесь, такая близкая, безоружная, податливая. Сама тянется к нему, прикрывает веки, не в силах терпеть сладкие муки, что-то шепчет, царапает его грудь.       – Здесь. Моя. Здесь… – слова пульсировали в голове Куффена нескончаемым потоком. – Моя. Здесь…       Лука двигался плавно и размеренно, но с каждой минутой ускоряя темп. Маринетт жадно хватала воздух ртом, впивалась ногтями в кожу парня, шептала его имя. Лука не останавливался, но приподнялся на вытянутых руках, чтобы лучше видеть Дюпен-Чен. Ему сносило голову от того, какой красивой и манящей она предстала перед ним. Мокрые волосы разметались по подушке. На лбу выступили мелкие капельки пота. Щёки раскраснелись.       Бессвязные слова, срывающиеся с языка, рваное дыхание, сжатые до онемения пальцы – Лука понимал, что девушка близка к экстазу, и ускорился, сильнее сжав разгорячённое тело в объятиях. Маринетт вновь непроизвольно вскрикнула, на этот раз громче, чем прежде. В надежде заглушить шум, она прикусила плечо парня, задрожала, а затем обмякла в крепких руках партнёра. Пара мощных толчков и Лука тоже достиг пика удовольствия. С тихим рыком он лёг на девушку, жадно сминая её губы своими в попытках растянуть удовольствие.       – Маринетт, – шепнул имя любимой Лука, убирая с её лица влажные пряди. – Моя Маринетт. Как же я рад, что могу наконец произнести эти слова.       Он хотел быть ещё ближе к ней, хотя это было уже невозможно. Больше их не разделяло ничего – ни стена непонимания, ни чужие люди, ни бескрайний океан, ни даже одежда. Лука лёг рядом с Маринетт, а она положила голову на его вздымающуюся грудь. Они нежились в объятиях, забывая о проблемах и отпуская прошлое, где не принадлежали друг другу.       Маринетт не заметила, как провалилась в сон. Лука, успевший принять душ и объясниться с матерью за позднее возвращение в компании подруги, сидел на постели и любовался спящей девушкой, такой ранимой и нежной. Куффену как прежде хотелось спрятать её от всего мира за своей спиной, оберегать от проблем и не отдавать никому.       Маринетт пробудилась от невнятных шорохов. Где-то раздавались размеренные шаги, приглушённо хлопали двери, чуть поскрипывала кровать. Девушка сладко потянулась и открыла глаза. Первым, что она увидела, было довольное лицо Луки.       – Я долго спала? – приглаживая растрепавшиеся волосы рукой, спросила Маринетт.       – Пару часов. Надеюсь, ты никуда не торопишься. Мне было жаль тебя будить. Голодная?       Маринетт задумалась и сосредоточилась на ощущениях. Желудок явно был бы не против хоть какой-нибудь пищи после вчерашнего злоупотребления алкоголем, но внезапно вернувшаяся скромность подсказывала девушке, что правильнее отказаться.       – Да, но я могу поесть и дома, – ответила Маринетт.       – Я не могу тебя так просто отпустить, – возразил Куффен, всем своим видом показывающий, что не потерпит отказа. – Идём, мама приготовила обед. И кстати, она рада твоему визиту, пусть и столь неожиданному.       «Чёрт!» – запаниковала Маринетт. – «Она слышала нас? – пронеслось в голове. – Боже, какой стыд!!! Как в глаза ей смотреть?»       Девушка густо покраснела и опустила взгляд на босые ноги. Одно дело предаваться страсти напару с привлекательным другом, совсем другое – обедать в компании его матери и делать вид, что ничего особенного тут не происходило.       – Прекрати смущаться! – прочитал её мысли Лука. – Мама же понимает, что мы давно не дети. А ещё здесь неплохая звукоизоляция.       – Ладно, – сдалась Маринетт. – Но потом сразу домой.       Девушка поборола стеснение и радовалась возможности провести ещё немного времени с Лукой, хоть и понимала, что оставаться на «Либерти» слишком долго будет попросту невежливо. Тело, получившее желанную разрядку, кажется, вошло во вкус и теперь требовало повторения. Маринетт поймала взгляд Куффена, весьма кстати задержавшийся на её обнажённых плечах, и подумала, что легко соблазнила бы парня на второй раунд, но навязываться не хотела, поэтому решила ограничится предложенным обедом.       Совместная трапеза с Анаркой и Лукой прошла на удивление непринуждённо. Мадам Куффен неоднозначно улыбнулась при виде Маринетт в шёлковой пижаме, но комментировать ситуацию не стала. Женщина с удовольствием слушала рассказы девушки о сбывшейся мечте работать дизайнером. Лука выуживал из закоулков памяти уже порядком стёршиеся впечатления от поездок по разным странам.       После обеда у Куффенов Маринетт засобиралась домой. Лука, окинув её взглядом, вызвал такси. Он понимал, что возвращаться пешком или на общественном транспорте в пижаме, пусть и под пальто, девушке будет некомфортно. Спустя несколько минут возле причала остановился автомобиль.       – Я позвоню? – с надеждой в голосе спросил Лука, поправляя чуть смятый ворот пальто Маринетт.       – Буду ждать, – ответила девушка, обворожительно улыбнулась и оставила на щеке парня невесомый поцелуй.