Дух: связанные тьмой.

1447 год: 1 Декабря. Эдирне. Время суток ранее утро: Как обычно, ребят подняли с первыми лучами солнца. Уже на тренировочном полигоне, где Валахийский принц разминал затёкшие кости, к нему подошёл Яльцын ага - тот самый надзиратель и отвечающий человек за их голубокровную свору. — Владислав Босараб. — Высокий мужчина, чей сильный загар подтверждал что тот проводит много времени снаружи под полящим солнцем, встал напротив подтянувшегося юноши. Почти двестиметровый, выше на две головы Владислава, Яльцын навис над ним грозной горой — У меня тут письмо, — словно ехидна сощурил тёмные глаза, вокруг которых за 40 с лишним лет пролегло несколько заметных морщин — Сказали, тебе отдать. Опустив глаза, что смотрели настороженно на стоящего над ним турка, Владислав увидел в его протянутой, покрытой мазолями руке, золотой тубус - внутри которого и было предназначавшиеся ему послание. — Хм.. Осторожно, словно в пасть льву, он протянул руку, забирая предмет из жёсткой ладони — Благодарю, за то что потрудились передать это мне. Яльцын заносчиво хмыкнул — Не благодари! Ясное дело, что эта бумага важна для тебя. Небось родня пишет, по которой ты явно соскучился.. Повернувшись спиной к парню, бросил напоследок; — Читай пока: даю перерыв на минут пять. Всё-таки как никак, жизнь - непредсказуема. Некогда не знаешь, что с тобой будет завтра: доживёшь ли до так называемого "до", или умрёшь.. Велика вероятность, что ты можешь больше не увидеть своих любимых и близких. Шумно топая, он направился в сторону закемаривших новобранцев, дабы вздобрить тех лихим пинком под зад. А Владислав, немного поникший от неосторожных слов ядовитого на язык аги, отошёл в темень ближнего навеса и принялся открывать тубус.. При недолгом процессе в памяти проносились воспоминания Елизаветы, которые он волей не волей лицезрел собственными глазами, когда с помощью связи временно сливался с её сознанием. Да, изредка, а бывало и часто, он "подсматривал" за происходящей кипящей жизнью в родном городе. Смотря её глазами, он видел более хорошие и менее дни, которые она проживала без него. Он чувствовал её тоску, которую времени от времени удовалось глушить графине Анне и графу Дьёрду - её родителям, которые находя свободное время, проводили его со своей дочерью. Стражи Болдизсар и Вилма, так же старались не дать ей заскучать и остаться наедине с собой, зная как та переживала за него и грустила. Но порой, когда моройка всё же оставалась в одиночестве, начинала разговаривать: со стороны могло показаться что девушка говорила сама с собой, но на самом деле надеялась, что Владислав слышал её.. Временами её надежды не были беспочвенны. Он и вправду когда как присутствовал в её сознании, а когда как она просто разговаривала с пустотой. Слушая её приятный, словно морской бриз, голос, он сам по себе успокаивался. И проживать гнусные будни в Эдирне становилось гораздо легче, зная, что с помощью этой их таинственной связи даже далёкие расстояния не помешают видеть её и родных.. Иногда, когда Елизавета пересекалась с Господарем, то Владислава раздирали противоречивые чувства: с одной стороны он сильно истосковался по родному отцу. С другой, всё ещё держал эгоистичную обиду, хоть и прекрасно понимал: по другому, дабы обеспечить на ближайшие 10 лет мир между Валахией и Османским государством, поступить было пока невозможно. Ну а в данный момент, он нетерпеливо развернув пергамент, стал читать... — Здравствуй мой горячо любимый брат! Благодарствую за полученную от тебя ранее весточку о вашей с Раду жизни в чужих краях. Важно и приятно знать, что у вас всё хорошо, хоть и могло бы быть лучше. Извиняюсь за то что не смог ответить тебе пораньше, так как столицу охватили не очень благоприятные события: взбудоражилась новая вспышка бубонной чумы, благо нас и семью Батори она не затронула пока что. Твоя подруга не прекращает меня удивлять и пугать одновременно! Всё время пытается уснуть, объясняя это тем, что во сне хотет встретиться с тобой. Мы пытались ей объяснить, что это будет не по настоящему и нельзя всё время уходить от реального мира в забвение, но она то-ли не желает слушать или не понимает, а возможно ей просто всё равно. Иногда я заставал её, когда она думала что одна, разговарившую с самой собой.. Мне кажится, что после твоего отъезда её рассудок словно помутнился! Надеюсь, на этом сказался не твой нервный срыв, который ты тогда выплюснул на неё. Помимо чудного поведения Елизаветы, возникли очередные политические сложности с венграми. Как раз иза чего у меня написать тебе ответ не было времени и сил, тем более у отца - бунтовщики выжимали как и из его тела, так и из головы последние силы. Он даже теперь изредка перестал проводить время со мной и матушкой, чаще всего пропадая на заседаниях и отбиваясь от наёмников. Не скрою, что сам принимал в большинстве непосредственное участие.. Так что не сердись на него. Он наш отец, но помимо этого монарх: за его спиной весь румынский народ, а на плечах непосильная ноша. Он любит нас всех, пусть и не всегда находит время показать. В своём письме ты спрашивал меня как у нас дела и хорошо ли мы себя чувствуем.. Насчёт Елизаветы не уверен, чудит. Сам понимаешь, что имею ввиду. С её отцом и матушкой всё вполне хорошо. Наша мама тоже в полном порядке, хоть и любит намотать себе нервы. Переживает за вас с Раду, да и чего таить - сам волнуюсь о вас. Отец, как писал выше, порядочно устаёт, но с ним всё хорошо. Просил передать вам приветствие и пожелания сил со здоровьем. Насчёт остального: из выше перечисленного ты и так уже понял, какие у нас в Валахии дела творятся. Знаешь, я сейчас сижу за прикроватным столиком в своей спальни, за стеной в соседней комнате спят родители, пишу это послание тебе, почему-то чувствуя что.. Мы с тобой так и не свидемся. Страшно - спросишь? Да. Ситуация с Венгрией серьёзнее, чем мы думали. Но я боюсь не только за себя: за матушку, отца, Камелию и народ.. Впрочем, возможно я зря себя накручиваю. Наша семья пережила много невзгод, уверен и эти трудные времена минуют, мы воссоединится и всё станет как прежде! По крайней мере, в этом пытаюсь убедить в первую очередь себя. Ладно! Хватит обо мне. Лучше спрошу: как у тебя то дела? По прежнему будешь утаивать подробности своих будней? Меня не проведёшь: моё братское нутро чует, что делишки у тебя не очень! Буду ждать твоего ответа с очередным увиливанием! Надеюсь что гонец доставит его как можно скорее! Лишь бы дождаться.. Некогда не знаешь, что будет завтра. С наилучшими пожеланиями твой старший брат Мирча. М. На этом письмо кончилось. Но кофейные глаза Босараба непроизвольно вернулись к той строчке; — Некогда не знаешь, что будет завтра. Высоко вздёрнув голову, юноша зажмурился. Глубоко вздохнул.. — Что-то подобное сказал мне сейчас Яльцын: "некогда не знаешь, что с тобой будет завтра". Резко выдохнул. Неприятное ощущение усилилось. В глубине сердца, в той области, под названием интуиция, забилось тревожное: грядёт что-то плохое! Зглотнув неприятный подступивший комок, юноша свернул пергамент и убрал его обратно в тубус. В голову стали биться всякие безумные и неприятные мысли, одна которая была бредовее предыдущей.. К счастью или сожалению, дольше попереживать ему попросту не дали: Яльцын будто специально отсчитав отведённые им пять минут, стал кричать имя уже измотанного за утро паренька. Владиславу нечего не оставалось, кроме как отозваться и вернуться в будничный Османский ад... — А впереди ещё целый день.! Конец сказки. *** Вечер незадолго до ужина: Удивительно, но Владислав всё же дожил до окончания тяжёлого дня. Мышцы ныли, но уже не так сильно, как первое время. Он даже мог сейчас сплясать что-нибудь энергичное, дай бы музыку! Но поскольку танцы входили в женский род занятий данного региона, сейчас он просто шагал размеренным шагом вдоль конских стойлов. В некоторых стояли породистые кобылки, в других обычные, а какие-то вовсе пустовали.. Он любил заходить суда, когда их отпускали пораньше с "каторги" или если оставались силы, как сейчас. Почему же он предпочитал человеческому обществу лошадиное? Всё просто, как дважды два: лашадки, которых он любезно угощал сахаром и овощами, относились к нему более по человечьи, чем некоторые здешние людишки.. Если с кем он и общался толком, то только с этими животными. Они выслушивали его печали, радости, истории - как весёлые, так и грустные. Он делился с ними сокровенным, изливал душу.. Как и в этот раз: принц довольно долго высказывал свои опасения, что зародились в нём по поводу своих любимых сердцу. Вороный Фризский конь, такого же роста как и его хозяин 170 сантиметров, терпеливо и молча выслушивал его. Без насмешек, раздражения, но доверчиво. Может и глупо было бы полагать, что неразумное животное способно исполнить роль проницательного слушателя.. Но если бы вы собственными глазами увидели, как радостно вертел конь своим хвостом при голосе Владислава, как вскочил он на дыбы когда увидел его, как внимательно смотрел своими тёмными глазами на него когда тот разговаривал с ним, так смотрел словно.. И вправду понимал суть слов, которые произносил Босараб! — В общих чертах: меня снедает нехорошее предчувствие по поводу творящегося хаоса на родине. Я переживаю за брата и отца, которых сейчас на огромном от нас расстоянии теснят предатели. Волнуюсь о подруге - её психическое состояние ухудшилось, пусть и не сильно, в нашу первую встречу она была гораздо безумнее.. Высказывался Владислав, держа в одной ладони несколько сахарков, которые по очереди медленно жуя стаскивал чёрный как тьма конь, второй ладонью он нежно поглаживал животное по шеи (говорят, это - их любимое место). — Я так по ним скучаю, — Приглушённо завершил юноша и опустил влажные глаза в пол. Хотелось плакать, но было нельзя. Не то чтобы его кто-то увидел или услышал: не по мужски просто. Конь тем временем доев последний сахарный кубик, тихо заржал и подбадривающе подтолкнул его своей довольной мордой. Владислав чуть повеселев, улыбнулся и принился легонько почесывать своего скакуна за загривок, что тому очень нравилось (и мог так делать только его хозяин!) — И-и-и!!. Обидчево подала признаки жизни лошадка в соседнем стойле, что была в противовес вороному коню белая, как снег. Но беспородной. — О! - Задорно улыбнулся Владислав — Не переживай Сметанка, у меня и для тебя что-нибудь найдётся! Его конь протестующе фыркнул и ухватил зубами рукав болотной робы. — Э!. Несколько не испугался принц; — Да ладно тебе, Черныш! Надо делиться с другими, жадина! Черныш всё же выпустил из пасти ткань обслюняваного рукава и сделав обиженый вид, повернулся к хозяину крупом. Наигранным осуждением покачав головой, Владислав подошёл к Сметанке. Достав из джутового мешочка ещё пару излюбленного сахара лашадьми, принился скармливать.. Почти все остальные копытные тоже захотев, стали привлекать внимание шумным способом: интенсивно постукивая подкованными ногами по земле. — Да тише вы!. — Шикнул Владислав — У меня на всех хватит! Когда остался последний кусочек, то он решил подойти к единственному коню, который в отличии от остальных, упрямо игнорировал его - Ахалтекинский гнёдый жеребец с золотистым отливом предпочёл вести себя тише воды ниже травы, оставаясь в гордом одиночестве. Ведь он признавал и реагировал, в отличии от своих товарищей, только на одного человека.. — У меня ещё кое что осталось, — как можно дружелюбнее произнёс Владислав, осторожно идя в сторону упрямца, повернувшись к Сметанке и Чернышу спиной. Конь как и в прошлый раз, сделал вид, что не замечает его. Тогда принц предпринял попытку — Хоть ты и вредина, но не дать тебе сладенького как-то.. Не по конски, да? Ха-ха! Выудил последний сахар и медленно протянул ему на раскрытой ладони.. Конь сначала для приличия повредичал, но потом сдался и потянулся к угощению.. И тут раздался скрип двери у входа в конюшню. Повернув голову в сторону вошедшего, поднявшиеся настроение Владислава сразу же упало на значительный градус: у порога стоял шехзаде Мехмед. Смуглое лицо выражало неснимаемое высокомерие, карие глаза смотрели вокруг с надменностью, а рыжеватого подтона волосы, что стали мокрыми от уличного дождя, облепили его голову накрытую одним тюрбаном. — А я и не заметил, как погода изменилась, — мысленно подумал Владислав, пялясь недовольной миной на нежданного "гостя". Мехмед тем временем закрыв за собой дверь на щеколду, нарочито медленной походкой прошёлся от начала помощения, до самого конца. И остановился прямо перед стойлом того самого упрямого породистого коня, которого только что пытался задобрить Босараб.. Конь увидев своего наездника, резко отшатнулся от протянутой ладони назад, отказываясь. — Тише. — приглушённо сказал Мехмед своему жеребцу, протягивая руку, и легонько гладя того по морде. При всём этом действии он ни разу не взглянул в сторону стоящего рядом Владислава. Чему сам Босараб был рад. — Лучше пускай игнорирует и делает вид, что я невидимое пустое место. Смогу зато спокойно удрать.. Владислав направился к двери, но надежда на удачный "побег" оборвалась.. — Там ливень, Босараб, - раздалось негромкое, прокатившись по древесинному помешению эхом. — Жаль. Думалось, что решил не заметить. Но похоже не судьба.. — Можешь пока переждать тут, — всё так же монотонно продолжил вешать надменный шехзаде — Поболтаем.. При последнем слове его губы тронула улыбка гиены. О чём таком поболтать они могли, Владислав так и не понял. Но всё же решил таки не выходить - мокнуть под сырым дождём, а ещё рискнуть получить молнией, не очень-то хотелось.. Молча пройдясь до своего коня, встал около его перегородки, не снимая угрюмое выражение со своего подзогоревшего лица. Сложив руки на груди, упёр взгляд в пол... Минуты тянулись. Мехмед всё продолжал с самодовольным видом рассматривать потолок, иногда бросая короткие взгляды в сторону апонента. Тоже самое делал и Владислав. Потом Босараб всё же не выдержал и заговорил первым; — И что же привело шехзаде в столь неблагоприятную погоду в подобное место? Раздражение в собственной интонации скрыть не получилось., — С коньком небось, решили порезвиться? - Я-бы и не сунулся в такую погоду из дворца, - без тени язвительности неожиданно ответил Мехмед — Когда я шёл сюда, дождя не было. Они ещё немного помолчали... Пока в этот раз тишину не нарушил сам шехзаде; — Значит, лошадей любишь? Смотрю, они тебя обожают. Владислав пренебрежительно отмахнулся; — Не все. Мехмед саркастично хмыкнул; — Видел, - бережно, и с гордостью провёл рукой по лошадиной коже — Он у меня такой - упрямый. Некого, кроме своего владельца не признаёт, - оторвав взгляд от созерцания своего скакуна, Мехмед задал вдруг вопрос - Почему ты часто прячешься сдесь, в конюшне? Владислав поднял взгляд к потолку; — Прячусь? Не совсем.. Дело наверное в том, что с ними мне комфортнее. — Чем с нами, людьми? Ядовито улыбнулся Мехмед., — Понятно.. Посмотрел на своего коня., — Знаешь, мне тоже они нравятся. — Лошадки? Выгнул бровь дугой Владислав. Мехмед утвердительно кивнул; — Да, - почесав задумчиво подбородок, добавил — Оказывается, что и у нас с тобой есть кое что общее. Владислав раздражённо усмехнулся; — Ну если только что-то вроде этого! Снова воцарилась напряжённая тишина... — Кажится, гроза стихла, — Сонно произнёс Мехмед. Он взял своего коня за возжи и помог тому выйти за пределы своего стойла. Затем остановившись вместе с животным около присевшего на корточки Владислава, посмотрел на него с верху вниз. Владислав посмотрел на него с низу в верх, вопросительно.. Всё ещё продолжая молчать, Мехмед протянул ему руку, желая помочь подняться. Владислав сначала хотел отвергнуть протянутую руку помощи, но подумав о том, что может так оскорбить шехзаде и ухудшить и без того натянутые отношения, всё же принял её.. — Должен признать: наш диалог был не так уж и плох, — Сказал спустя пары секунд гляделок Мехмед. Владислав, постаравшись высвободить руку из его хватки, вынужденно согласился; — Верно.! Хорошо посидели.. Выдернуть руку не получилось. Мехмед словно морской краб, вцепился в него мёртвой хваткой! Владислав почувствовал, как внутри закипает гнев.. Мехмед же смерив его каким-то довольно странным, оценивающим взглядом, выпустил его вспотевшую ладонь из своей. Словно сняли кандалы: Босараб попятился к углу. От подобного взгляда ему сделалось не по себе. Мехмед так раньше никогда не смотрел на него..! Если бы принц был девушкой, то вполне бы счёл подобный взгляд за.. Похотливый?.. — Вот и поговорили, — Не прекращая по лисьи ухмыляться, кинул на последок Мехмед, покидая конюшню вместе со своей лошадью.. А Владислав так и остался стоять там и переваривать всё это...