Чёрный небосвод

В последний раз я любил кого-то больше жизни так давно, что время почти стёрло эти воспоминания. И я очень благодарен ему. Оно правда лечит.

Вселенная наша так распорядилась, что люди друг другу предначертаны судьбой. Настолько предначертаны, что не состарятся, пока не найдут своего истинного. Мы доживаем до двадцати лет, а потом, может рано или поздно, но обязательно находим тех единственных, с кем проживём остаток своей жизни. Наша сущность просто желает этого. И моя желала. Когда мне исполнилось двадцать, я всё гадал, кем будет мой истинный человек, родная душа, но знал точно, что мы полюбим друг друга. Я уже полюбил этого человека, даже не зная, кто он. И я нашёл. И полюбил, больше жизни, как все и сказывали. Люди в то время плохо относились к однополым парам, только позже поняв, что природа предусмотрела это специально, чтобы население не увеличивалось слишком быстро, поэтому я встречался с ним тайно, никто не знал о нашей связи. Я не ревновал его к другим девушкам, которые были лишь прикрытием, и он не оправдывался передо мной, зная, что самая тёплая и приятная постель, только когда любовь твоя на ней лежит. Десятилетия шли, от него осталось лишь имя. Потому что я убил его. Собственными руками. На это… было много причин. Но именно тогда я понял, что Вселенная — самая удивительная вещь. Когда при разных печальных обстоятельствах умирает твой истинный, ты испытываешь такую боль и скорбь, что ищешь способ покончить и со своей жизнью. Но стоит тебе потерпеть и выждать, лет восемнадцать, двадцать — душа, покинувшая тело твоего истинного, вновь находит тебя, и вы снова вместе. Тогда я познал другой закон Вселенной — если ты убиваешь своего истинного, ты не чувствуешь ничего. Пустота, холод — вот с чем я столкнулся. Мне не было плохо, я знал одно: через пару десятков лет я вновь встречусь с Ёнбоком, а до тех пор буду молодым. И мне было так легко, ведь все другие, потеряв свою родственную душу на войне или от болезни, либо кончали с собой, либо уходили в длительную депрессию, из которой их никто не мог вытащить. Я оказался бракованным, но меня всё устраивало. Я полюбил. Полюбил саму жизнь, потому что знал, что жизнь меня не покинет, передо мной вечность, на пути которой встревали кое-какие помехи — истинная душа не переставала перерождаться каждые двадцать лет, но тогда я уже ничего не почувствовал. Убивать стало намного легче. Лиён, за ним Сынхён, потом Хёну, дальше уже не помню. Они любили меня, но я уже не мог ответить им взаимностью, а они не верили, отползали в страхе от меня, кричали, что этого не может быть. Увы, но может. Этот мир умеет порождать чудовищ, оказывается, и одно из них перерезало глотки, душило, мучило и рубило на части пристанища для бедной души, которая, наверное, скоро устанет странствовать. Кажется, она уже боится меня, знает, что её преследуют, поэтому начала прятаться. Я встречал своих истинных в Китае, Японии, Англии, когда путешествовал по миру. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что это он. А потом нужно было действовать быстро, ведь я ненавижу стареть. Это было несложно, жертвы сами ко мне тянулись и были лёгкой добычей: мальчик из приюта, студент, который пообещал ради меня с наркотиками покончить, но я угостил его щедрой дозой героина. Ещё был довольно приятный в общении парень, которого я позвал в поход и сбросил со скалы. Доживая свои последние секунды, я сталкивался с такими жалобными лицами, не верящими в это, что это меня забавляло. У других людей, несомненно, были вопросы, почему я живу так долго, но я находил для них приемлемые ответы, которые не вызовут ещё больше интереса. — Вы говорите так грамотно, Вам и не дашь двадцать лет. Такой зрелый ум! — Мне сорок два. Двести сорок два. — Вы так долго ждёте своего истинного! Не представляю, как Вам трудно… — Да, мой первый истинный погиб от несчастного случая, я не хочу об этом говорить. Говорить тихо, поникнуть головой, пытаться делать вид, что всё хорошо, но на самом деле якобы грустить. Таких, как я, общество стало называть психопатами. Жизнь была длинной, иногда она докучала, но я начал находить в ней развлечения. Беспорядочные половые связи с кем угодно, где угодно. Даже с количеством человек экспериментировал. Пробовал себя в разных профессиях, был крутым преподавателем истории Сэмюэлем Хваном, фото которого повесили на доске почёта в университете. Америка с её экономикой и людьми меня зацепила, поэтому я остался там, так же представляясь Сэмом Хваном. — Назвали в честь дедушки. Я на него очень похож. Конечно похож. * Но когда секс и различные вещества перестали доставлять удовольствие, я решил попробовать другое счастье — семью. Влюбить в себя девушку, завести с ней ребёнка. Почему бы нет? Но наши чувства были каки-то не такими всякий раз, и всякий раз они уходили от меня к истинным. — С днём рожденья тебя, с днём рожденья тебя… С днём рожденья, милый Йен-и, — напеваю я, улыбаясь и неся медленно торт в полной темноте, чтобы свечи не погасли. — С днём рожденья тебя! — Заканчиваю. Этот парень не спал пол ночи, рубясь в Плейстейшн, и я это сразу замечаю. Опухшее личико, взъерошенные недавно осветлённые волосы, мешки под глазами, которые придётся замазывать косметикой, потому что на парах он должен быть всегда блистательным — как-никак сын миллиардера, наследник акций. — Пааап, — сонно клянчит Чонин, задув свечи и включив только гирлянду, — можно я сегодня не поеду на учёбу? Сегодня мой праздник. — Ну уж нет. Знания — сила. Тем более Уён мне звонил, сказал, что у него для тебя подарок. Попробуй торт на завтрак, сам приготовил. — Я и так знаю, что будет вкусно. — Чонин ложится обратно, но я сдёргиваю с него одеяло. Ему сегодня двадцать, а я вожусь с ним, как с маленьким. — Не пытайся умаслить меня комплиментами, ты всё равно едешь. После пар можем слетать или сходить куда-нибудь вместе, повеселимся. Только Лана смогла подарить мне сына. Наши чувства были тёплыми, но настало время прощаться, когда она сказала мне, что нашла истинного. Чонина она навещает, и я никак ей это не запрещаю, до сих пор благодарю за это и всегда готов помочь. С появлением мальчика на свет сердце всё-таки оттаяло немного, потому что на руках моих было настоящее чудо. Оно только делало свои первые шаги и хорошо кушало, но уже было лучше меня. И я желаю ему всего самого лучшего — найти свою любовь и состариться с ней. Поэтому стараюсь не говорить лишней правды, боюсь, что он испугается и оттолкнёт. Это станет для меня ударом. Чонин посещает самый престижный университет Кореи только из-за друзей и тусовок с одногруппницами, которые быстро узнали его статус и всё норовят понравиться сынку богатенького папули. Я же настаиваю на его образовании и не одном — он способный и не должен всегда полагаться на мои деньги. Подкупил лишь его тем, что девушкам нынче нравятся умные парни, а ещё, если сдаст все выпускные экзамены, помогу открыть бизнес, который он сам захочет. Я научился приумножать деньги, но ещё лучше — вовремя залегать на дно, чтобы потом вернуться и представиться наследником. Не люблю быть медийной личностью, поэтому от журналистов тщательно скрываюсь. Сейчас я — разведённый отец, так и не нашедший свою истинную пару, но чувствую, что наступит день, когда придётся рассказать сыну всю правду. На ежегодном собрании акционерного общества было скучно, приятно удивил только размер дивидендов за этот год. Мы обсудили последние новости и быстро разошлись, впереди меня ждал хороший вечер с Йен-и. Мы слетали в Пекин, чтобы насладиться китайской кухней, которая так ему нравится. Чонин рассказал о своих планах на выходные, я был не против оставить ему загородный дом для его вечеринки при условии, что они его не разнесут. Сегодня же он решил побыть с отцом. И что-то он, вижу, подустал от моего внимания, потому что пялится в телефон с тех самых пор, как мы сели за столик. — У меня для тебя кое-что есть, — начинаю я. Чонин голову в бок наклоняет и снимает один наушник, по-прежнему не отрываясь от экрана. — Подарок. — Ты же мне уже подарил VIP-билет на концерт GOT7 и даже встречу с ними организуешь за кулисами, что мне ещё для счастья надо? — Этот подарок не совсем для тебя. — В моих руках оказывается небольшая бархатная синяя коробочка. Такую обычно достают, когда делают кому-то предложение. Чонин в этот раз откладывает телефон и обращает на меня полное внимание, ожидая объяснений. Коробочку я открываю и показываю красивое кольцо из белого золота с бриллиантом. Оно просто куплено мной в ювелирном, сделанное даже не на заказ. — Тебе сегодня двадцать, очень скоро ты можешь встретить свою родственную душу, и я хочу, чтобы ты подарил ей это кольцо вместе со своим сердцем. Давай сделаем его семейной реликвией. Реликвия семьи Хван. Обещаю, ты полюбишь её или его. Уже любишь, просто не знаешь ещё. — Так же, как и ты любил? — В глазах Чонина интерес, но очень часто после вопросов о моём прошлом сердце в пятки чуть не уходит: я постоянно думаю, что он всё знает и сейчас посмотрит с упрёком. — Прости, ты просил не… — Ничего, всё в порядке. У меня есть ты, милый. Ты придаёшь мне смысл жизни, пока я ищу его. Это такая гадкая ложь, что я давно считаю её правдой. Чонин пробудил во мне чувство стыда за то, что я каждый раз выбираю жизнь, но по-другому не могу. И я не могу объяснить ему это. Да, я люблю Йен-и, как отец сына, но я не умру, если его не станет. Да, я ищу истинного, но тут же убью, когда найду. За долгие годы я научился скрывать эмоции, поэтому Чонин верит моей тёплой улыбке и словам о том, как я хочу найти свою пару и даже обещаю, что найду и буду счастлив. Подарок он принимает, клянётся беречь для той или того самого и оправдывает свои посиделки в телефоне передо мной тем, что заказ так долго несут. — Что ты там хоть смотришь? — Вскользь говорю я, отчасти не желая интересоваться его секретами, если они присутствуют. — У GOT7 появились младшие! Их дебют сегодня анонсировали, я так ждал! Все уже обсуждают группу. — Мне что, отстёгивать тебе деньги и на них? У тебя вся комната в этих… гатах, я уже скоро по именам их знать буду. — Я думал, что подростковая симпатия к мальчиковым группам у Чонина иссякнет после восемнадцати, но, кажется, всё усугубилось. Ну, чем бы дитя не тешилось… — Ладно, покажешь? — Делать вид, что мне интересно, всё же придётся, я же хороший отец. — Stray kids, самое удивительное, что лидер сам их выбрал, все пятеро такие классные! Я с каждым увидеться хочу, их называют… Чонин показывает мне клип и тараторит так быстро и воодушевлённо, что я теряю нить повествования, но не только из-за этого. Я вижу его. Спустя двадцать лет я встречаю наконец-то новую мишень. На вид мальчику меньше двадцати, и мне его немного даже жалко — цифру он эту не отметит. Клип я посмотрел полностью, и Чонин подумал, что меня пригвоздило к экрану из-за их талантов, но это было не так. Я прицепился к узнаваемой фигуре, как тигр, увидевший свою добычу. Теперь цель нельзя упустить из виду. Чонин сказал, что его зовут Феликс. Моё настоящее имя Хёнджин. Эта история началась ровно с того момента, как я увидел на экране Ёнбока.