Seasons

Он ждал Криса в знакомом кафе. Хёнджин привычно протирал стойку, пока солнце за окном обжигало облака красным огнём. Май выдался тёплым, хоть и немного дождливым. Но Феликсу нравится. Нравится весенний дождь, гроза, пахнущая озоном. Ему нравится деревья, усыпанные зеленью словно мелким бисером. Стрекочущие за окном насекомые и тёплые порывы ветра. Ему нравится вдыхать плотный воздух и чувствовать запах приближающегося лета. Любит наблюдать за пушистыми облаками, что белоснежной ватой плывут по синему небу. В это время года всё вокруг словно вдыхает полной грудью, готовясь к новой жизни. И Феликс тоже. Хёнджин ставит перед ним пузырящийся напиток и присаживается напротив. В заведении, как всегда, пусто. Его друг всё ещё выглядит уставшим, но весна хорошо на него влияет. Он не любитель зимы и темноты за окном. – Как ты? Хёнджин выглядит серьёзным: его брови слегка нахмурены, а глаза сосредоточены на парне напротив. Феликс даже немного напрягается от такого взгляда, но медленно выдыхает, готовясь к разговору. Это происходит постоянно. Каждый раз одно и то же. И Хван всё не оставляет попыток достучаться. – Как всегда. – Пожимает плечами Феликс, отпивая щекочущую жидкость. Он дарит другу улыбку, чтобы тот немного расслабился. – И как долго это будет в этот раз? – Парень скрещивает руки на груди, недовольно прожигая в Ли дырку. Феликс молчит. А что он должен ответить? Он не знает. В этот раз всё по-другому, и он понятия не имеет почему. Просто Крис другой. Искренний, нежный, сломанный. И Феликс не хочет отходить от него ни на минуту. – Он нравится тебе? Феликс кивает. Едва заметно, но Хёнджин всё равно тяжело вздыхает. Он облажался. Он знает это. – Ликси, послушай. – Хёнджин наклоняется к студенту, дотрагивается пальцами до его руки. – Ты ведь знаешь, что я всегда на твоей стороне. Я никогда не осуждал тебя и не буду. Но в этот раз… В этот раз ты должен решить, чего именно ты хочешь. – Я хочу быть с ним. – Выдыхает Ли, прикрывая глаза. Мир рядом с Крисом кажется немного тише. Потому что ему важно, что он говорит. Ему важно слышать мысли старшего, слышать его боль в голосе и уставшее дыхание. Ему важно смотреть и видеть, как тот расцветает, подобно ранним весенним цветам. Феликс хочет видеть, как Крис снова начинает жить. И в этот раз он не хочет уходить. – Тогда тебе нужно поговорить с ним. – Подмечает Хёнджин. – Ты учишь его доверять тебе. Тебе тоже нужно довериться. Он уже по уши в тебе. Просто так он не уйдёт. Феликс кивает другу и присасывается к трубочке. Он старался лишний раз не думать обо всём этом. Просто сосредотачивался на времени, проведённым с продюсером. Это его мир. Сияющий и яркий, со сладкими запахами и невероятно красивыми видами. Он хочет подарить этот мир Крису и утонуть в нём. Он ждёт парня довольно долго. Выпивает ещё два напитка и, кажется, начинает засыпать, как колокольчик над дверью напряжённо кряхтит и внутрь входит блондин. Улыбка тут же расцветает на губах Феликса, и он даже не пытается спрятать её. Он скучал. – Давно не виделись. – Хмыкает Хёнджин из-за барной стойки. – Ты ещё помнишь обо мне? Крис смущённо улыбается, но подходит ближе. – Прости. Моя жизнь немного… поменялась. – Я вижу. – Довольно улыбается Хван. – Я рад за тебя. – Спасибо. Феликс ждёт, пока парни поговорят и терпеливо сидит на диванчике, играясь с трубочкой. Спустя долгие несколько минут блондин всё же присоединяется к нему и виновато улыбается. – Долго ждал? – Не очень. – Он просидел тут целый час. – Кричит Хёнджин со своего места. – Забирай его отсюда. Его лицо мне надоело. Крис смеётся и переплетает их пальцы. Его руки большие и тёплые, в них больше нет усталости и напряжения. Крис открытый и мягкий, меньше прячется под волосами и всё чаще поднимает лицо к нему. Феликс хочет плакать от того, насколько счастлив этот парень. Он извиняется за опоздание и обещает загладить свою вину, а после утягивает Феликса на улицу в темнеющий город. Они бредут вдоль дороги, мимо проносятся гудящий машины, ослепляющий яркими фарами. Воздух тёплый и пряный, вокруг много людей, что совсем не спешат прятаться в квартирах. Сеул дышит глубоко и медленно, наслаждается жизнь. И Феликс тоже. Продюсер рядом с ним молчаливый и уставший. Но это не та усталость, которую хочется смыть горячей водой и спрятать под одеялом. Это приятная усталость, напоминающая о том, что день прошёл хорошо и продуктивно. Феликс знает о такой. Такая усталость заставляет растянуться на кровати и снова и снова прогонять в мыслях свой день. Наполненный улыбками и приятными разговорами, тёплыми объятиями и красочным закатом. Эта усталость пахнет свободой. Феликс тянет старшего к автобусной остановке, и они успевают заскочить в последний автобус. Там, кроме них, никого. Приятное одиночество и пролетающий за окном город. Крис не спрашивает куда они едут. Просто послушно садится и ждёт, пока не покажется конечная станция. Феликс любит его доверие. Он и не замечает, как засыпает, пока Крис не дёргает его за плечо. Автобус остановился и дальше не поедет. Он выходит на улицу, слыша за спиной шаги продюсера. И пока они идут, Крис странно на него поглядывает. Феликс знает почему. И он ужасно сильно ненавидит себя в эти моменты. Потому что он солнце. Он человек, который заставляет других смеяться и забывать про проблемы. Он не любит быть обузой и вызывать у людей беспокойство. Но он душит в себе это чувство, потому что Хёнджин сказал быть честным с Крисом. Феликс тоже этого хочет. А для этого придётся обнажить самые уродливые части своей души. И он впервые так сильно боится не оправдать чужих ожиданий. – Ты в порядке? – Вдруг спрашивает старший, когда они поднимаются на пригорок. Конечно же он заметил. Феликс хмурится, а после расплывается в широкой улыбке. Такой, какую он всегда показывает миру. – Всё прекрасно. – Он кивает как болванчик, и машет рукой куда-то в сторону. – Просто думаю. – О чём? Они подходят к скамье, что стоит на смотровой площадке. Отсюда весь Сеул как на ладони. Феликс часто сюда приходит, когда эмоций становится слишком много. Когда они заполняют его так сильно, что он начинает терять себя. – О нас. – Выдыхает светловолосый. Ночной воздух освежает, треплет волосы и приносит аромат цветов. Некоторые деревья ещё не отцвели, поэтому в воздухе запах ранней весны. Он нервно заламывает пальцы и прикрывает глаза. Он чувствует беспокойство Криса и начинает нервничать ещё больше. – У нас всё в порядке? – Вдруг спрашивает старший, поворачиваясь к Феликсу. Его брови нахмурены, в глазах плещется сомнение и страх, Феликс не хочет быть причиной этого. Крис осторожно переплетает их пальцы и чуть сжимает. Он сосредоточен и внимателен. Феликс помнит, что такими же глазами на него смотрели все остальные. В тот момент, когда он отпускал их. В тот момент, когда они в нём больше не нуждались. – Конечно. – Губы тянутся в улыбке, и он переводит взгляд на город. Сияющие огни, мигающие вывески, яркое отражение в реке. Феликсу нравится Сеул, нравится его дыхание и сердцебиение. Он любит быть частью огромной машины, любит слушать его голос и чувствовать его настроение. Хёнджин говорит, что иногда это убивает Феликса. Он не уверен. – Ты сегодня не такой, как обычно. – Это плохо? – Улыбка всё ещё на его лице, но Феликсу кажется, будто она становится фальшивой. Он не любит быть ненастоящим. – Нет. Ты не должен притворяться, если тебе плохо. Не передо мной. – Крис мягко сжимает его ладонь в своей. Феликсу кажется, будто его душа обнажается. Он не любит это. Не любит быть грустным, не любит тонуть в себе. Только в ком-то другом. Ему нравится утопать в Крисе. Но Хёнджин прав. И от этого страшнее всего. – Пообещай, что выслушаешь меня. – Вздыхает студент, всё ещё рассматривая мигающие огни большого города. – Хорошо. – Блондин беззвучно кивает и сильнее стискивает пальцы Феликса. Напрягается. – Я даже не знаю, с чего начать, чтобы это не звучало как оправдание. – Хмыкает парень. Начать с самого начала? С детства? Или с его покалеченных чувств? – Просто начни. Неважно, что это будет. Вокруг тишина. И лёгкие порывы тёплого ветра. Ночь сегодня звёздная, Феликс помнит, как смотрел на ночное ясное небо в попытках уснуть. Он считал звёзды и надеялся, что однажды их станет на одну больше. – Я… Не такой хороший, как ты думаешь. Как все думают. – Он легко пожимается плечами, следя за медленно падающим листом. Он плавно кружится вокруг себя и с мягким шелестом опускается на траву. – Мне нравится чинить то, что другие сломали. Я вижу это в других. Вижу их боль и разбитость. И мне хочется исправить это. – …Я для тебя очередной проект? – Спустя какое-то время говорит продюсер. – Нет… Нет, это не так. – Феликс оборачивается, чтобы видеть старшего. Тот серьёзный: его брови нахмурены, а плечи напряжены. Он всё ещё сжимает его руку, но словно вот-вот отпустит. Феликс не хочет этого. – Please, listen. Это… Я знаю, как это звучит. Но всё не так. Да, изначально всё так и было. В тот день, в кофейне, когда я увидел такого грустного тебя… Я так хотел помочь тебе, чтобы ты снова улыбался. Я не могу объяснить это. Но потом… – Феликс снова глубоко вздыхает, крепко закрывая глаза. – Ты напомнил мне, почему я вообще начал этим заниматься. Громкий хлопок двери. Феликс вздрагивает, аккуратно закрывает учебник. Он слышит шаги матери в коридоре. Она чем-то рассержена. Наверное, тяжёлый день на работе. Мальчик тихо и быстро складывает свои учебники в рюкзак, оставляя его у кровати. Он не хочет выходить из своей комнаты, но от этого может стать только хуже. Феликс кошачьими шагами следует на кухню и видит свою мать. Женщина сидит за столом, перед ней бутылка соджу. Феликс думал, что всё спрятал. Она крутит в пальцах рюмку с прозрачной жидкостью. Её взгляд снова пустой и немного напряжённый. Феликс замечает её частое дыхание и хмурящиеся брови. Он должен быть примерным сыном, чтобы не расстраивать её ещё больше. – Я приготовил ужин. – Тихо говорит Феликс и быстро подходит к плите, чтобы разогреть еду. Женщина молчит, только тяжело вздыхает, и опрокидывает в себя рюмку со спиртным. Мальчик быстро накладывает дымящийся ужин в тарелку и ставит перед матерью. Ему нужно поднять ей настроение, чтобы она не разозлилась. – Мы сегодня писали тест. – Со слабой улыбкой начинает Феликс. Ей не нравится громкий голос. – Я написал его на отлично. Учитель похвалил мою учёбу. А ещё я убрал в доме, так что ты можешь пойти отдыхать после ужина. Женщина тихо хмыкает и протягивает руку. Феликс едва заметно вздрагивает и замирает. Он сделал хорошую работу. Она не должна злиться. Сегодня её настроение не очень хорошее. Он должен быть хорошим сыном, чтобы его мама улыбалась. Женщина проводит ладонью по волосам мальчика, тихо хмыкая. С её губ срывается уставшее «молодец» и она снова выпивает рюмку соджу. Он ждёт выставку с нетерпением. Учитель похвалил его труды, ему понравилась каждая картина, которую Феликс нарисовал. В его душе расцветают пушистые бутоны цветов. Он так долго рисовал, и теперь его труды замечены. Он перебирает весь шкаф, чтобы соответствовать мероприятию. Там будут высокопоставленные люди, знатоки искусства и владельцы картинных галерей. Он должен понравиться им. Он не сможет. За несколько часов до выставки женщина появляется на пороге его комнаты. Её взгляд холодный, не терпящий отказов. Феликс напрягается. Ему не нравятся её глаза. – Сегодня у нас ужин с моим боссом. – Голый факт, который требуется принять. – У нас? – Голос предательски вздрагивает. – У меня выставка сегодня. – Чтобы через час ты был готов. – Отчеканивает женщина и разворачивается. Она быстро скрывается в другой части квартиры. Мальчик бежит за ней, слёзы стоят в его глазах. – Но как же я? Я так долго старался ради этого. – Старался? – Женщина аккуратно красит ресницы чёрной тушью. – Ради чего там стараться? Это обычные каракули. – Но это важно для меня. – Всхлипывает мальчик. Женщина тут же отлипает от зеркала и поворачивается к сыну. Её брови сошлись у переносицы, а губы искривлены от злости. Она не терпит возражений. – Важно? Моя работа тоже важна. – Повышает голос она. – Если бы не моя работа, мы бы жили в нищете. А твои рисунки не прокормят нас. Я всю жизнь на тебя положила, потратила свои лучшие годы, чтобы воспитать тебя. И вот моя благодарность? Но я же не просил. Феликс глотает слёзы обиды, смотрит на бесстрастное лицо матери и убегает в свою комнату. Ужин с боссом проходит спокойно и непринуждённо. Его мама ненавязчиво флиртует с мужчиной, а Феликс улыбается, когда тот произносит: – Твоя мама так много работала ради вас. Она очень надеется на тебя в будущем. Он должен быть благодарным сыном, чтобы она не сожалела о своём решении. Он должен быть счастливым сыном, чтобы соседи не думали плохо о них. Он должен быть умным сыном, чтобы обеспечить матери достойную старость. Он должен быть добрым сыном, чтобы простить её ошибки. Он должен быть понимающим сыном, чтобы уметь подстраиваться под её настроение. Он должен быть послушным сыном, чтобы она больше не била его. Он должен быть смышлёным сыном, чтобы понимать, что он сделал неправильно. Он должен быть смелым сыном, чтобы сбежать. – Иногда мне было так сложно. – Феликс чувствует, как в груди собирается комок эмоций. Они не хорошие, наоборот, и он боится, что они выйдут. – Мне было плохо и страшно. И я думал о плохих вещах. – Он чувствует пальцы Криса на своём плече. – Временами мне казалось, будто в моей жизни не осталось ничего светлого. Как большое тёмное болото, что затягивает меня всё глубже. Он замолкает, потому что Крис тянет его ближе к себе, обнимает нежно и тепло, позволяет опереться о своё плечо. Он такой хороший. Слишком хороший. Ли обнимает в ответ, жмётся сильнее, прячет лицо в тёплой шее. Он хотел спасти его, но Крис стал спасательным кругом для него самого. – Я начал искать хорошее даже в мелочах. – Тихо продолжает студент. – В любом незначительном событии. Чтобы не забывать, что когда-то моя жизнь была хорошей. – Хватит. – Тихо шелестит блондин. – Мне нужно это сказать. – Машет головой младший, хватается посильнее за парня, чтобы не ушёл. – Я хотел починить тебя. Напомнить тебе, что и твоя жизнь когда-то была хорошей. But you’re not broken. You’re just lost. – Феликс отстраняется, чтобы обхватить ладошками лицо блондина. В его глазах боль. Боль, причинённая Феликсом. И жгучие слёзы появляются в уголках глаз. – And I’ll be your compass. Он чувствует горячие слёзы на своих щеках. Нежные пальцы Криса, что бережно вытирают солёные капли с кожи. Ему больно. Снова больно. Как когда-то в детстве. Он ошибся. Он не справился. Плохой человек. – Я так хотел научить других снова жить, и я утонул в этом. – Всхлипывает светловолосый. – Мне страшно. Я так устал. Я устал их чувствовать. Я не хочу больше испытывать боль. – Ты и не должен. – Шепчет продюсер, снова прижимая парня к себе. Феликс ощущает колючий комок в груди, что ползёт вверх. Царапает пищевод и горло, и вырывается хриплыми рыданиями. Ему больно от собственного надрывающегося голоса. Глаза щиплет соль, а в груди скребёт от обиды и бесконечных сражений с собой. Он засыпает на плече старшего спустя несколько часов. Такой вымотанный и уставший, он просто отключается в чужих объятиях, погружаясь в тёплые воды. Он чувствует мягкие прикосновения к себе, Крис заботливый и нежный, тот, кого ему не хватало всю его жизнь. Его маленький лучик света в фальшивых огнях. Такой понимающий и добрый. Крис оказывается той самой дверью, что выпустит его из собственного подсознания. Он просыпается спустя несколько часов. Предрассветная дымка окутывает спящий Сеул. Вдалеке розовеет утреннее небо, звёзды последний раз подмигивают и исчезают одна за одной. Он слышит редкое стрекотание сверчков в отдалении. Остывший воздух оседает мельчайшими капельками на лице. Прохладно и свежо. Феликс с трудом поднимается, его плечо и шея затекли. Его голова слегка пульсирует от вчерашних слёз, а лицо кажется опухшим. Не самый красивый вид. Он поворачивает голову и замечает спящего парня. Феликс уснул на его плече и так и остался до самого утра. Это был мягкий и тёплый сон. Даже несмотря на то, что старший увидел его плохие эмоции. У них ведь всё хорошо? Крис медленно моргает и окончательно открывает глаза. Проснулся из-за копошений светловолосого. Он смотрит на студента, и тот видит в его глазах океан нежности и любви. Будто Феликс и не обнажал вовсе свою грязную сторону. Будто он всё ещё такой хороший для него. – I love you. – Шепчет блондин, сонно улыбаясь. Феликсу больно от того, насколько сильно он влюбился в этого парня. Он рассказал не всё, на языке вертится тысяча оправданий его поступкам, но он чувствует, будто у него ещё есть время. Будто Крис совсем не считает его плохим. Будто он, наконец, нашёл того человека, что увидит в нём его настоящего.