seductive bloodsucker

***

       Поначалу, девушка не знала, как ей поймать темп вампира, который полностью завладел её губами. На самом деле, проще всего расслабиться и получать удовольствие, ибо даже если бы она вскочила с его колен, кровопийца вряд-ли просто так отпустил бы её. — Перестань так много думать, — разрывая поцелуй, велит даме Чонгук. — Твои мысли сбивают меня. Однако, после этой фразы он продолжил смотреть в глаза Лины, которая старалась унять себя. — Вы… не должны делать подобное, — буквально переступая через себя, говорит та. Снова ухмылка и манящий взгляд, что так сложно выдержать на себе. Особенно, когда вы находитесь в пару сантиметрах друг от друга. Бежать некуда, да и не хочется, только вот присутствует небольшая дрожь. Это чувство можно объяснить предвкушением того, что с ней собирается сделать парень. — Врать о том, что ты хочешь, чтобы он прекратил, можешь смертным мальчишкам. А я знаю и слышу, чего ты хочешь, — спокойно объясняет вампир, не убирая глаз от девушки. — Точнее… Кого ты хочешь в данный момент, — хищно улыбается тот. Клыки не удалось убрать мгновенно, поэтому Лина увидела, насколько острыми они выглядят. Этими клыками он пару минут назад вонзился ей в шею, выпивая её кровь. От этой мысли становилось жутко, заставив брюнетку нервно сглотнуть. — Не бойся, я не собираюсь продолжать ужинать тобой, — вновь использует телепатию Чонгук. — Поцелуй меня сама, — через несколько секунд приказывает тот, ожидая действий юной девушки. Без лишних слов она медленно приближается к мужским губам, что недавно не давали ей свободу. Даме даже не верится, что способна на подобное. Такое ощущение, что на самом входе он околдовал ее разум для того, чтобы та выполняла все его прихоти. Пускай юная особа вовсе не многословна, но готова выполнять всё, что только прикажет этот соблазнитель. «Будь, что будет», — проносится у нее в голове, после чего ее уста прильнули к устам вампира. На сей раз их губы двигались медленно, но этот поцелуй заводил и Лину, и Чона. Брюнет смаковал каждую из губ, растягивая удовольствие. Такую же махинацию повторяла девушка. — Подождите, — уверенно просит та, что даже на миг удивляет любителя крови, но он послушно ждёт того, что кареглазой требуется. В свою очередь дама встаёт с мужских колен. Она поворачивается лицом к Чонгуку, усаживаясь теперь, таким образом, на те же колени. Девичьи бедра находились на паху парня, а ноги пришлось подогнуть, располагая по бокам от мужских ног. Всё-таки кресло не совсем уж удобное для подобных занятий место. С каждым гребаным разом, как та ёрзала, задевая мужской половой орган, вампир сердито выдыхал, ведь сдержать себя, дабы не сорваться, слишком тяжело. Так ещё и теплые влажные губы приносили ему неземное наслаждение, заставляя возбуждение накатывать с каждым разом всё сильнее и сильнее. Широкие ладони, что лежали на талии дамы, перебрались на пышную грудь, принимаясь сжимать ее через блузу. Он ощущал вставшие соски девушки даже через лифчик, который был, вероятно, без каких-либо подкладок. Вскоре пальцы принялись расстегивать мелкие пуговицы верхней одежды, желая как можно быстрее прикоснуться к оголенной коже. Резко сняв блузку, он ловко расстегивает лиф, отбрасывая куда-то в сторону. Лишь сейчас Лина понимает, что верхнюю часть ее тела ничего не закрывает, предоставляя вампиру полный обзор. Чонгук сжимает в пальцах немалых размеров грудь, а после ловит смущённый взгляд дамы. — До сих пор по тебе бегают мурашки, — усмехаясь, отмечает он. — Может, это потому, что вы слишком холодный? — слишком уверенно звучит её голос по сравнению с алыми щеками. — Хах, прости, крошка. Вампиры ещё не научились быть горячими, — продолжает подшучивать тот. — Но, конечно же, в сексуальной плане нам нет равных. Чёрт, и не поспоришь. Только он сумел доставить девушке чрезвычайно приятные ощущения. Ни один партнёр Лины подобной страстью не обладал. Зачастую молодые люди старались доставить колоссальное удовольствие лишь себе. Может, потому, что это были именно люди? Лина опускает взгляд на белоснежную рубашку Чона. Его стиль напоминал то, как одевались представители мужского пола в средние века. Даму это очень привлекало в вампире. В наше время редко кого в классике то встретишь, а когда ты сидишь на парне, который обладает весьма привлекательной внешностью, красивой мужской фигурой, прекрасным стилем и бархатным голосом, то как тут устоять? Даже если учитывать, что он древнее мистическое существо. — Ваш вкус не менялся с восемнадцатого века? — с насмешкой интересуется та, попутно принимаясь растегивать пуговицы на рубашке. — Ох, как сильно ты меня состарила… Я могу и обидеться, — вновь улыбается Чонгук, однако на сей раз клыков уже не видно. — Вообще-то с девятнадцатого, — всё-таки решает поправить девушку он. Не удивиться тут нелегко. Конечно, говорить о подобном вампиры могут без всяких затруднений, ибо привыкли, только вот насколько диким это может быть для человека, им не понять. Лина заканчивает расстёгивать верхнюю одежду, которая в последствии открыла ей вид на рельефный пресс. Грудь медленно вздымалась вверх. Она могла смотреть на это бесконечно. Слишком красиво. — Загляденье, правда? — не убирая улыбку, задаёт вопрос тот. Словно заворожённая, кареглазая кивает, соглашаясь. — Так сними её с меня окончательно, — теперь без ухмылки, серьёзным тоном просит брюнет. Девушка делает, как он сказал, после чего вампир подхватывает девичьи бедра, вставая с кресла. Резкое действие заставляет Лину вскрикнуть. Это не просто скорость человека, это скорость, которая человеку как раз таки не свойственна. — Надеюсь, ты не против, если мы переместимся в другое место, — произносит он, продолжая нести ту простым шагом. Вскоре оба оказываются в небольшой комнате, где парень, вероятно, проводит своё свободное время. Стоит диван, телевизор, шкаф. Все как в обычной комнате. Весит турник. Однако Чон несёт ее именно к нему. — Выстави руки, — приказывает он, поставив даму около оборудования. Она задавать лишних вопросов не смеет, лишь послушно выполняет, глядя на того с неподдельным интересом. В следующую секунду в руках Чонгука оказывается веревка, которой он перевязывает сначала тонкие запястья девушки, а после, подняв её руки вверх, привязывает к перекладине. Лина удивлённо хлопает глазами, не ожидая таких действий. — Прости, крошка, но не забывай, что я вампир. Следовательно, немножечко садист, — последнюю фразу он произносит с уже знакомой ухмылкой. Через некоторое время брюнет принимается водить ладонями по обнажённому верху девушки, получая визуальное и физическое наслаждение от своих же махинаций с ее телом. Кареглазая ожидала чего угодно, но не то, что Чон через пару минут опуститься на колени, принимаясь исследовать своими пальцами ноги, поднимаясь выше и выше. Ему невероятно повезло, что на Лине была юбка, поэтому со штанами возиться не придется. Он медленно поднимается к внутренней стороне бедра, поглаживая чувствительную кожу уже там. Решив не мучить, тот поддевает резинку нижнего белья, спуская его вниз. — Расставь ноги шире, — вновь приказывает Чон. Послушавшись ещё раз, парень приближается к половым губам девушки. Ей на мгновенье хотелось попросить его остановиться, ведь его способы ласк очень смущают, однако дама просто закрыла глаза, подняв голову вверх. Но скоро сама же принялась стонать от того, насколько ей хорошо. Брюнет умело владел языком, лаская все самые чувствительные места. Переходя от клитора к складкам между половыми губами. Слишком уж многое он спускал той с рук, поэтому в этот раз, почувствовав, что девушка близка к разрядке, резко перестал выполнять свои ласки. — Ну, серьёзно… — прошипела от возмущения та. За что получила хлопок по ягодице, намекнув на то, чтобы молчала. Лина сразу же приняла это к сведению, замолкнув. — А ты думала, я тебя везде жалеть стану? — задаёт вопрос Чон, принимаясь расстегивать ширинку брюк. Скинув низ на пол, вампир предстал перед дамой полностью обнажённым. Брюнетка сразу же заметила, что темноглазый уже довольно долго терпел её издёвки, когда та сидела на его паху, ибо возбужденный орган требовал что-то делать с ним. Напоследок, тот ещё раз пробежался по телу девушки, а затем вновь подошел к ней, развязывая руки из крепко затянутой верёвки. Это сильно порадовало даму, ведь она чувствовала, как всё начинает затекать. Ощущение не из приятных. Как только Лина увидела, что её запястья больше не держат в плену, та принялась тщательно разминать их. — А за твою фразочку надо было бы тебя оставить ещё так постоять, — сворачивая верёвку, произносит парень весьма строго, будто кареглазая действительно в чём-то по крупному провинилась. — Но над смертными нельзя так сильно издеваться, — продолжая мять запястья, говорит она, впервые улыбнувшись. — Не прибедняйся. Я могу тебе обеспечить это действие в более длительном процессе, — смотря на ту, из-под лобья, грозит он. Убрав веревку в комод, Чонгук мигом оказался рядом с Линой, которая начинала привыкать к подобным особенностям. Тот её на руки подхватывает и несет на широкую кровать, которая ему нужна вовсе не для сна. Уложив девушку на матрас, он нависает над ней. Однако одна рука тянется к юбке, поднимая её подол. Этой же рукой вампир разводит ноги брюнетки ещё шире. Пальцы перебираются на клитор, начиная массировать его. Дыхание Лины моментально учащается, а глаза закрывает от наслаждения. Чон выпрямляется и с помощью свободной руки приставляет член к влагалищу. Ощутив, что парень собирается входить, дама сразу же распахнула глаза, принимаясь следить за его действиями. Она не горела желанием испытать неприятные чувства вновь, какие ей доставляли прошлые партнёры. Гук, заметив напряжение той, не переставал ласкать чувствительную точку, аккуратно вводя член. Однако сей процесс доставил Лине удовольствие, что ту немало удивило. Доказала та свои чувства громко простонав, когда ощутила того в себе. — Крошка, я и не подозревал, что ты так сильно желала меня, — вновь подшучивал Чон. — Не надо врать. Кто мне доказывал, что умеет читать мысли, не успев я войти? — припоминает она вампиру. В ответ он лишь отпускает смешок, опуская голову на её прекрасное обнажённое тело. Брюнет принимается двигаться. Далеко не медленно, только вот дискомфорта Лина не испытывает. Её стоны вырываются из уст с каждым новым толчком. Когда тот касается кожи девушки, мурашки не перестают бегать по телу, реагируя на резкий перепад температур. Но это стоит ощутить, дабы прочувствовать все ласки, которые он совершает с её телом. Вампир шумно выдыхает, вероятно, сдерживая свои стоны. Темп же ускоряет, ведь осознает, что этого хотят оба. Создается ощущение, что им вовсе не нужны слова, чтобы понимать, как сильно они наслаждаются друг другом. Хотя так оно и есть. Не выдержав, девушка притягивает Чона за шею к себе, на что тот охотно подается вперед, накрывая девичьи губы своими. Он жадно целует даму, иногда прикусывая и оттягивая нижнюю губу. Её же всё устраивает. Лина даже не старается сбавить этот бешеный темп. В один момент парень слишком сильно прикусывает кожу на губе девушки до крови. Однако, это замечает только он, когда красная жидкость проявляется в ранке. Та, в свою очередь, ничего не заподозрила. — Извини, — тихо произносит брюнет, слизывая кровь с пораненного места. Толчки с быстрых сменяются жесткими. Чон грубо входит, с каждым разом продолжая выбивать из дамы звуки, которые так ласкают его слух. — Крошка… мне нужна твоя помощь, — манящим тембром просит он. Буквально поняв всё с первого раза, Лина ожидает, когда вампир будет готов к разрядке. Через несколько секунд парень резко выходит из девушки, а та встаёт на колени, обхватывая руками член, после чего принимается быстрыми движениями опускать и поднимать руку по стволу, чтобы дать Чону кончить, что тот в скором времени и делает, протяжно простонав. Мужские стоны, а в особенности его, настолько сильно понравились Лине. Она даже пожалела о том, что не попросила того не сдерживаться во время процесса.        «И что теперь?» — одеваясь, проносится в голове у дамы. — А теперь я жду тебя через три дня. В это же время. И не опаздывай, иначе за тобой явлюсь сам. Прямо в твою квартиру, — застегивая рубашку, отвечает на её вопрос Чонгук. — И думаю, тебе не понравится, каким я буду строгим, — предупреждает вампир, смотря на Лину с тёмно-красными глазами. Она просто кивает в знак того, что всё приняла к сведению. — Умница. А теперь пошли, угощу тебя чаем. Ты же его любишь? — резко изменив тон разговора, уточняет уже темноглазый парень. — Переставайте рыться в моей голове, либо в следующий раз явлюсь с вербеной* в карманах, — угрожающе бросает та. *Физический контакт с вербеной сжигает кожу вампира. Если он примет раствор настойки вербены, его силы ослабнут, а его состояние станет близко к обмороку.

***