Мальчик, который не боится темноты

      Полностью мокрые они ввалились в квартиру Луки. Было ли ошибкой сбегать от девушек? Определенно нет! Мягкие губы Элиотта снова и снова накладывались и давили, словно пытаясь захватить, губы Луки. Все началось еще под аркой, а сейчас, спустя час, даже не думало останавливаться. Парни довольно легко приняли решение раздеться до трусов и футболок, ведь ложиться спать в мокрой одежде не хотелось никому. Хотя, сказать по правде, спать не хотелось тоже.        Для Луки это было совершенно новое ощущение. Он не понимал, что это значит, и безумно боялся. Нет, не Элиотта, а того, что это неправильно. Но как же было приятно ощущать это «неправильно»: руки на своей талии, дыхание на щеке, губы на губах.        Стянув джинсы, они замерли и посмотрели друг на друга. Только иногда мигающая лампа в торшере показывала, что время не остановилось. Лука не знал, что делать. Предложить ему лечь вместе? А если он начнет домогаться? Сказать, что Лука поспит на диване? А как это объяснить Манон? И почему Элиотт тоже стоит как истукан? «Ну же, скажи что-нибудь! Помоги мне!» — рвалось из груди Луки.        Спустя секунд десять от силы, хотя казалось целую вечность, Лука нашел в себе силы произнести:       — Эм.. Ну, если ты хочешь, я могу лечь на диване, а ты здесь. Нет, в целом, мы можем лечь вместе, но я не знаю, вдруг, нам будет тесно, или еще что….        Элиотт замер еще больше и удивленно смотрел на младшего. «Боже, что же я ляпнул» — подумал Лука, но нежный и спокойный голос парня напротив прервал его мысли:       — Лука, все хорошо? Я не против лечь вместе, но почему-то мне кажется, что ты сам этого не хочешь, я прав? Я напугал тебя в парке?        Луку как будто током прошибло. Что ему ответить? Правду о страхах? Он же посчитает его глупцом!!!        — Я, да, то есть нет… Все в порядке. Я просто замерз. Правда, тебе не о чем волноваться, — сказал парень и моментально лег на кровать.        — Ладно, но если что-то действительно не так, умоляю, скажи мне. Ты не представляешь, как сильно мне важно знать, что мое присутствие не причиняет тебе дискомфорт, — Элиотт лег следом, максимально стараясь не касаться Луки, хотя буквально несколько минут назад их было не оторвать друг от друга. Так они и лежали: Лука, смотрящий куда-то за Элиотта, и Элиотт, разглядывающий тени от машин на потолке. Последний и нарушил тишину:       — Я ведь у тебя первый? — их глаза встретились, — Первый парень?        Такого стыда Лука не испытывал никогда. Хотя, даже не стыда, а стеснения. Он резко опустил глаза и перевернулся на живот, уткнувшись головой в подушку. Расстояние между ними сократилось настолько, что парень почти лежал на руке Элиотта.       — Эй, все в порядке. Извини, если застал врасплох. Мы можем больше не говорить об этом, — почти прошептал Демори, легонько проводя ладонью по напряженной спине Лалльмана. Тот вздрогнул и повернул голову.        — Да, ты первый, — скомкано произнес он, — Ты, наверное, такой опытный в этом всем, а я совершенно не знаю даже что и сказать. Наверно, мне стоило просто предложить лечь вместе, — на лице Элиотта отразилось сначала удивление, а потом он с такой душевной теплотой посмотрел на Луку и произнес:        — Лука, в том, что я опытнее нет никакой проблемы. В смысле, это не значит, что ты хуже меня. Ты можешь бояться и стесняться. Я сам часто это делаю. Мы все люди. Для меня это также ново как и для тебя. Ты - что-то совершенно иное в моей жизни. Просто, я понимаю, что все будет в порядке и что я могу не переживать, — Как же было приятно слышать это от него. От Элиотта. Что-то внутри Луки стало теплее. Он кивнул, — Иди сюда. Мы можем просто полежать, если ты хочешь, — Лука крепко прижался к нему и зажмурился.        — Элиотт, — позвал его младший, — поцелуй меня, — В этой фразе не было приказа. Это была самая глубинная просьба не только тела Луки, но и его сознания.        Поцелуй вышел медленным, тягучим, в котором умещались все чувства и эмоции обоих. Лука и сам не понял как начал покусывать нижнюю губу Элиотта. Опомнился он только тогда, когда тот очень уж громко выдохнул ему в губы, явно сдерживая что-то на подобии стона. Луку будто парализовало. Элиотт, заметив неладное, отстанился и заглянул в полные недоумения и какого-то непонятного страха глаза.        — Ты в норме? — обеспокоено спросил Демори.        — А ты? — на автомате выпалил Лалльман.        — Слушай, ты можешь мне доверять. Знай, что я никогда не сделаю тебе больно или неприятно. И, если ты не будешь чего-то хотеть, мы сразу остановимся. Просто верь мне, хорошо?        — Хорошо… — согласно кивнул Лалльман.        — Так, и чего ты хочешь?        Несколько секунд подумав, Лука все же выдохнул:        — Тебя…        Элиотт лишь кивнул. Скорее для себя, чем для Луки. Навис сверху, пристально и с заботой глядя на младшего. Такие невероятные и странные чувства переполняли Луку. Он закрыл глаза, что послужило сигналом для Элиотта, и поддался навстречу уже открытым губам своего партнера. Это было желанно. Очень. Нет, не грубо, но и не как в первый раз. Их языки настойчиво сплетались, но это было так глубоко и неторопливо, что шли мурашки. Тем временем руки Элиотта начали исследовать торс Луки в футболке, а губы спускаться на шею, проходясь сначала по скулам, а потом все ниже. Лука задыхался от эмоций. Хотелось прекратить из-за непонятного страха, но в тоже время никогда не заканчивать и отдаться ощущениям. Он безжалостно впивался в покрывало под собой , тяжело дыша, когда почувствовал ладони Демори на своих.        — Тише, тише. Тебе нравится поцелуи в шею, да? Почему твои руки по швам? Ты вполне можешь прикасаться ко мне.        — Я, я не знаю, что мне ими делать. Вдруг я сделаю что-то не то.        Элиотт разжал его пальцы и поднял одну руку к своему лицу. Позволил коснуться. «Какая же мягкая у него кожа.» — Лука глотнул воздух.        — Ты можешь касаться моего лица, зарываться в волосы, — рука прошлась к затылку, — Можешь притягивать за шею или плечи, — Элиотт вел его по своему телу, подкрепляя все словами, — Можешь гладить, сжимать или царапать спину. Можешь держать меня за руки. Можешь исследовать грудь, живот. Ты можешь сжимать ягодицы и даже больше. Ты можешь касаться и там, — на этот раз Элиотт лишь показал взглядом, а не рукой Луки, не желая отпугнуть, — любые твои касания мне нравятся. Но, даже если что-то пойдет не так, ты узнаешь об этом. Ничего страшно, хорошо? — Лука снова кивнул, а после начал медленно, повторяя движения Элиотта, гладить его руками. Когда он привык, то притянул старшего к себе. Через какое-то время, уже полностью разгоряченные, Лука прошептал:        — Элиотт… пожалуйста… может, может мы можем снять это? — взгляд устремился на футболку Элиотта и перескочил на собственную. Без лишних вопросов футболки были удалены и улетели куда-то в сторону.        — Какой же ты красивый, — не смог сдержать себя старший. Лука буквально залился краской. Мало того, что ему такого еще не говорили, так его даже никто не видел в этом амплуа. Такого беззащитного, стесняющегося и красного Луку.        — Я хочу целовать твое тело, можно? Ты можешь обозначить границы если хочешь, — дыхание перехватило у обоих. У Элиотта от желания, у Луки от замешательства.       — Хорошо, только не трогай то, что закрыто бельем.       — Я тебя понял, — нежно, заглянул прямо в глаза и поцеловав в лоб, дал знать Демори.        И тут Лука начал тонуть. Дыхание Элиотта обжигало, а его губы только запечатывали огонь в каждой клетке его тела. Он был нежен. Целовал осторожно, наблюдая за реакцией нижнего. Когда губы спустились к ключице, Элиотт стал немного покусывать кожу, но сразу же зализывал эти места. Как же сильно Луке хотелось большего, но в то же время он боялся этого просить, поэтому лишь сжимал пальцы в волосах старшего.        Элиотт начал переходить к груди, поглаживая бока. Приблизившись к одному из сосков, ненадолго замер, как будто раздумывая. Маленькие горошинки уже набухли от ощущений. Тогда он погладил один из сосков, а потом прошелся легкими поцелуями по ореолу второго. Лука был потрясен тем, что можно чувствовать такое от столь необычных движений. Дабы подавить рвущиеся эмоции, он закусил губу.       — Что ты делаешь? — спросил он у Элиотта, внимательно наблюдая за его движениями.        — Соски могут быть эрогенными зонами, — просто и спокойно сказал тот, — Я хочу это проверить, разрешишь?        — Ладно, — немного пораздумав, ответил Лука.        И тут Элиотт приблизился, что Лука без прикосновений почувствовал, насколько он горячий. Тот несильно прикусил сосок и тут же мазнул по нему языком. Лука издал тихий стон на выдохе. Элиотт его услышал и улыбнулся. И сразу же повторил манипуляцию, одновременно поглаживая другой сосок.       Спускаясь все ниже, Демори целовал каждое ребро вздымающейся груди, а Лука непроизвольно извивался под ним. От каждого прикосновения он чувствовал, что внутри него взрываются сотни маленьких фейерверков. Лука стал чувствовать невероятное предвкушение, хотя сам ограничил партнера. Оказавшись в районе живота, Элиотт поцелуями перебрался к дорожке светлых волосков, что скрывались за резинкой боксеров. Дальше он не стал заходить, потому что уважал границы. Следом прошелся языком тонкой линией обводя прилегающую ткань и поцеловал одну из тазовых косточек. Дыхание Луки уже было невероятно сбивчивым, но он боялся просить большего. Элиотт это безусловно замечал, и в моменты особенной реакции повторял действие снова. Обойдя все, что было прикрыто, он согнул одну ногу Луки в колене. Последний напрягся, но сопротивляться не стал. Демори устроился между его ног и поцеловал коленку. Для Луки это было немного странно. Так с ним еще не делал никто. А спустя секунду они узнали о существовании еще одной эрогенной зоны Луки. Ею оказалась внутренняя сторона бедра, которую Элиотт начал целовать, спускаясь все ниже к белью. Когда он почти коснулся запретного, то отодвинулся на несколько сантиметров так, чтобы они хорошо видели лица друг друга. Заглянул в глаза Луки, и тот притянул его за шею к себе, потому что его руки находились там с самого начала, хотя иногда перемещались на плечи. Лалльман утянул Элиотта в поцелуй. Он был уже более жадный чем предыдущие. Языки сплетались в безудержном танце, что казалось, будто эта сладкая пытка никогда не кончится. В какой-то момент Демори случайно толкнулся, из-за чего его возбуждение легко проехалось по животу Луки через ткань. Парень прерывисто вздохнул в поцелуй, тем самым помогая Элиотту заглушить легкий стон. Хотя, по правде, он хотел его услышать.       — С…сделай так еще раз, пожалуйста, — попросил Лука, смотря партнеру в глаза. Элиотт не отводил глаз с младшего и толкнулся снова. Лука несильно обвил ногами талию второго, давая ему понять, что он хочет еще. Что ему понравилось. Элиотт начал делать поступательные движения, держа Лалльмана за подбородок и не давая тому отвести взгляд. Он наблюдал за ощущениями и без слов говорил: «Да, я здесь и я тоже это чувствую». После очередного довольно ощущаемого движения Лука запрокинул голову и закрыл веки. Элиотт тут же припал к его шее, немного покусывая так, чтобы избежать боли, но оставить небольшие отметины.        Лука уже больше не мог сдерживаться, чувствуя все это и видя взгляд партнера. Он попытался что-то сказать, но не мог и слова вымолвить. Слишком уж сильно все ощущалось. Элиотт немного попытался успокоиться и спросил:        — Лука? Что-то хочешь сказать?        — Я…хм, а, да, — он неуверенно положил свою руку на член Элиотта, спрятанный под тканью трусов, — Это, мне нужно это.       — Ты уверен? — с нежностью спросил Демори. Лука чуть сжал кисть вокруг давно стоящего члена Элиотта.        — Да, я уверен. И я хочу, — твердо выпалил Лалльман.        Просить Элиотта дважды не пришлось. Он легко убрал руку Луки со своего члена, приподнялся и стал медленно стягивать с себя лишний предмет одежды. Лука еще никогда не видел член другого человека. Да вообще обнаженного парня так близко! Но это оказалось так приятно, что даже свело внизу живота. Элиотт потянулся к нему и поддел резинку его трусов:        — Хочешь, чтобы это сделал я?, — тот кивнул, — Хорошо, — Лука боролся со стеснением и начал немного закрываться, поэтому Элиотт погладил его бедра, давая понять, что стесняться тут нечему.        — Ты все еще безумно красив, — Лука смущенно покраснел от таких приятных слов. Элиотт заулыбался,снова склонился над ним и прошептал в самое ухо:        — Я сделаю тебе приятно, обещаю. Если что-то пойдет не так - говори. Если ты не знаешь что делать - просто повторяй за мной.        — Хорошо.        Руки обоих плавно гладили органы, описывая вены. Надавливали, обводили головки, размазывая предэякулят. Оба тяжело дышали и выгибались. Лука заглушал стоны Элиотта поцелуями и наоборот. Его не хватило надолго и он излился в руку старшего:        — Ох, Элиотт, прости. Я не знаю, почему так быстро.        — Все хорошо. Ты можешь меня отпустить, если хочешь. Я могу справиться с этим сам.        — Нет, нет. я хочу продолжить, — замотал головой парень.        Сейчас это выглядело для Луки иначе. Он не был оглушен ощущениями и мог подробно разглядеть каждую эмоцию на лице Элиотта, пока тот не уткнулся ему в шею и не излился в руку с тихим стоном. Нечто теплое и вязкое потекло по руке. Луке захотелось посмотреть, что он и сделал. Выглядело как обычно, но от осознания того, что это сперма Элиотта, Луку передергивало.        Он вытер их салфетками и уснул на плече своего партнера со словами благодарности на устах.