Обречена на выживание

Блейз с тревогой задержал взгляд на невысокой, сгорбившейся фигуре Луны, сидевшей на подоконнике и наблюдавшей за закатом. Теперь она казалась ещё более замкнутой, чем он помнил. Хотя, возможно, это было весьма субъективное впечатление. Потому что Блейзу приходилось признать, что он практически ничего не знал о Луне. Взаимодействовали ли они как-то в Хогвартсе? Абсолютно никак, кроме того, что он иногда видел её. В школьные годы ему бы не пришло в голову проводить с ней время хотя бы из-за сплетен. Следует сказать, что о ней говорили не только слизеринцы. По сути, весь Хогвартс. За ней закрепилась слава девушки со странностями, витающей в облаках, и даже не от мира сего. Верящей в разные глупости и суеверия. И даже немного… чокнутой. Блейз сам никогда ничего подобного не говорил. Он просто молча слушал их насмешки. Может быть, Луна иначе смотрела на мир, неужели это так плохо? Он вздохнул про себя. Похоже, в данный момент она не видела ничего, кроме смерти и тьмы. Её отец умер. А будущее было туманным. Её жизнь удалось спасти только благодаря уловке Драко. Блейз уже было поверил, что Драко воплотил в жизнь угрозу и избавился от неё. Но ошибся. Драко спас её — по крайней мере, на какое-то время. В конце концов, может быть, у Драко всё-таки была совесть. Блейз наклонил голову. Луна выглядела худой, бледной и болезненной. И дело было не только в том, что она долго пробыла в подземелье, Блейз это прекрасно понимал. — Что с ней будет дальше? — раздался знакомый голос, и Блейз, обернувшись, столкнулся с обеспокоенным лицом матери. Зеленовато-оливковыми глазами она внимательно проследила за тем, как он запер дверь в комнату. Блейз сделал несколько шагов по коридору. Он ожидал худшего, когда привёл Луну сюда, в родовое поместье своей семьи. Изабель Забини оказалась не в восторге, но со всеми хлопотами справлялись эльфы: они кормили, мыли, одевали Луну и ухаживали за ней, когда его самого не было рядом. — Что с ней будет дальше? — повторила она вопрос. Блейз лишь слегка покачал головой в ответ. — Она остается здесь, а мы… мы позаботимся о ней и… — Блейз, — мать тихо, но решительно остановила его. — Ты понимаешь, что я спрашиваю не об этом. В конце концов, кто-нибудь узнает о том, что она здесь, и тогда тебе придётся объясняться. — Я… — Нет, Блейз, — снова остановила его мать, — ты и сам понимаешь, о чём я говорю. Он сжал кулаки и напряг челюсть. — Блейз, я понимаю, что тебе нравится эта девушка, — мягко улыбнувшись, продолжила она, — даже если ты её совсем не знаешь. Но не стоит забывать, какое у неё положение. Блейз фыркнул. — Она чистокровна и… — Блейз, прежде всего, она дочь казнённого предателя. — Он плотно сжал губы. — Ты и сам знаешь, что я права. Будущего для вас двоих, каким ты, вероятно, успел его себе нарисовать, просто не может быть. — Он хотел что-то возразить, но Изабель Забини подняла ладонь, чтобы он помолчал и дал ей договорить. — Не в такие времена. — Но ведь всё это когда-нибудь закончится? Она с жалостью посмотрела на сына. — Блейз, мы должны понимать, что это маловероятно ещё и потому, что сами принадлежим этому режиму, а тебе необходимо оправдывать определённые ожидания. Он закатил глаза. Он вёл себя как ребёнок. Изабель нежно коснулась его плеча. — Я не пытаюсь говорить, как тебе стоит себя вести. Я просто хочу, чтобы ты знал, чего ожидать, и это не стало бы сюрпризом. Идёт война, и нужно принимать её реалии, если хочешь выжить. Если хочешь, чтобы все мы выжили. Она выжидающе смотрела на него, и он медленно кивнул. — Да, мама. Она потянулась к нему и по-матерински поцеловала в щёку. — Мне очень жаль, Блейз, — прошептала она и прошла мимо него, по-видимому, направляясь к лестнице. Он медлил. А когда её шаги стихли, снова подошёл к двери, отпёр её, вошёл и аккуратно закрыл её за собой. Луна всё так же безмолвно смотрела на улицу, сидя у окна. — Луна, — тихо позвал он, остановившись рядом, и она подняла на него свои огромные глаза. Он так много хотел бы ей сказать. Сказать, что ей не нужно бояться. Что он позаботится о ней. Что всё так или иначе… наладится. Ложь, учитывая, что у неё больше не было семьи. А теперь она потеряла единственного дорогого человека. — Ты что-нибудь слышал о Гермионе? — тихо спросила она. Когда он кивнул, она немного оживилась. Он сел к ней на плед на подоконнике. — Да. Действительно слышал. — Даже если Драко довольно раздражённо отреагировал на его вопрос. — Теперь она под личной защитой Малфоев. Луна выглядела встревоженной. — Почему? — Потому что… ну, она ничего не знает о местонахождении Гарри Поттера. Но всё же она из его ближайшего окружения. Думаю, они решили сохранить её, чтобы при необходимости использовать как приманку. — Ох, — глухо произнесла Луна и, казалось, задумалась. — Наверное, в этом есть смысл. Неужели? Блейз надеялся, что Поттер не окажется настолько глупым, чтобы попытаться освободить Грейнджер. — Значит, она в безопасности? С ней всё хорошо? — спросила Луна, и Блейз слабо улыбнулся. — Да. Представляешь, она тоже выбралась из подземелий. При этом Драко был не в восторге от того, что из-за инцидента, о котором Блейз, конечно же, не стал рассказывать Луне, ему пришлось запереть Грейнджер в собственных комнатах. — Это замечательно. Там, внизу, ужасно, — прошептала она и снова посмотрела в окно. Он проследил за её взглядом: она смотрела на заходящее солнце. — Я так скучала по солнечному свету, — прошептала она. — Если хочешь, на днях… — он откашлялся. — Мы могли бы погулять по парку? Это бы пошло тебе на пользу. Она мягко улыбнулась, хоть улыбка и не коснулась её глаз. Он был готов поклясться богами, что защитит её. Если потребуется, то и ценой собственной жизни. Чтобы с её головы больше не упало ни единого волоска.

***

Теперь он ко всему прочему стал ещё и нянькой. Словно у него до этого было мало проблем. Что ж, это была его идея, ему просто не верилось, что придётся запереть Грейнджер наверху в своих комнатах только потому, что Рабастан не мог держать при себе свои лапы. Он был мерзок. Драко фыркнул, вспомнив о нём, и продолжил отжиматься. Поддерживать себя в форме, и не только в ментальной, было необходимостью. Он прервался, услышав шаги, но не стал останавливаться, заметив туфли матери. Проигнорировав все её последующие движения, он лишь на мгновение поднял глаза, когда она откашлялась. — Драко, могу я узнать, что происходит? — Разве не видно? — спросил он, застыв на вытянутых руках, после чего продолжил упражнение. — Я поддерживаю форму. — Прекрасно вижу, — ответила она. — Я это отметила ещё на твоей пробежке по парку. Он фыркнул, не сбиваясь с ритма. — Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Почему ты делаешь это здесь, в гостиной, а не у себя? Он прервался и сел на пол, взглянув на мать. — Ты действительно этого не понимаешь? — Она ничего не ответила, просто ждала, когда он продолжит. — Как ты прекрасно знаешь, мои покои заняты нашей особой гостьей. Она закатила глаза. — Я не понимаю, почему ты не поселил её в любую из гостевых комнат. — Потому что не хотел, чтобы её снова навестил Рабастан со своими придурками, — бросил он. — Или тебе, мама, хочется объясняться перед Тёмным Лордом? Она лишь укоризненно произнесла: — Драко. — Её безопасность поручена мне. Если с ней что-нибудь случится, Тёмный Лорд накажет меня и всю мою семью. — Значит, наша так называемая гостья задержится у нас? — поинтересовалась его мать. Драко слегка размял ноги и протёр лоб. — Полагаю, что так. Нарцисса покачала головой и, развернувшись, прошла к креслу. — Чего Тёмный Лорд надеется этим добиться? Основное в том, что он пока позволил Грейнджер жить. — Мама, она подружка Поттера. А потому очень ценна. — Нисколько в этом не сомневаюсь, Драко. Но неужели он считает, что Орден явится сюда, чтобы её освободить? Нет, он так не считал. Но это не имеет значения. У Тёмного Лорда были дела поважнее. Пока Грейнджер не является препятствием и не делает глупостей, с ней ничего не случится. Ну, по крайней мере, она не умрёт. — Мне это не нравится, — тихо произнесла она. — Ты не такой, как они. Они смотрели друг на друга мгновение, прежде чем Драко медленно поднялся. — Я первый среди них. — Драко… Он перебил её: — Я не собираюсь это обсуждать. Всё решено. Перестань беспокоиться, я уже не ребёнок. Казалось, она хотела что-то добавить, но поджала губы. По-видимому, она в очередной раз собиралась сказать, что он всегда останется её ребёнком и что она всегда будет беспокоиться о нём, независимо от того, сколько ему лет. Она поднялась, собираясь выйти. — Тогда я думаю прикупить кое-что для нашей гостьи. Он уткнулся лбом ей в плечо, когда она уже почти подошла к двери. — Мама, — глухо сказал он, и она остановилась. — Ты знаешь, что я не хотел грубить. Она слабо улыбнулась, повернулась к нему и нежно поцеловала в щёку. — Я знаю, Драко. Я знаю. Он проводил её взглядом, а потом снова вернулся к упражнениям и только через час отправился в свои комнаты. Драко обнаружил Грейнджер сидящей у одного из окон зала. Она лишь мельком взглянула на него. Они старались игнорировать друг друга. Точно так же, как он старался игнорировать тот факт, что она уже несколько дней занимала его постель. В одном его мать была права. Следовало найти решение, и как можно скорее. — Ты выглядишь ужасно, — сказал он, и Грейнджер снова оторвалась от окна, злобно на него уставившись. — Прими, наконец, зелья, которые я оставил. Она ничего не ответила, и он собрался пройти в ванную, но увидел на столе поднос с едой. Он стоял тут с самого утра. Она даже не притронулась к завтраку. — Почему ты ничего не съела? — спросил он. Грейнджер лишь скользнула по нему взглядом, прежде чем снова стала смотреть на улицу. — Не голодна. Он раздражённо выдохнул, схватил поднос со столика и с грохотом поставил перед ней на подоконник. — Ты будешь есть. Сейчас же. — Малфой, я сказала, что не голодна, — скрестив руки, прошипела она. — Грейнджер, мы можем решить вопрос двумя способами. Или ты сама начнёшь есть, или я применю Империо. И ты всё равно начнёшь есть. Сейчас же. Её глаза вспыхнули. Что ж, похоже, её воля к жизни не совсем угасла. Она энергично схватила вилку, наколола брокколи и решительно запихнула в рот. Перед ней были тушёные овощи, рис и мясо. Когда она засунула в рот ещё овощей, а затем запихнула туда же рис, он осуждающе посмотрел на неё. — Если тебя вырвет, убирать будешь сама, а не Либби. Она бросила на него полный презрения взгляд, продолжая жевать. Он отправился в ванную, захлопнув за собой дверь. Драко разделся и встал под душ, наслаждаясь струями горячей воды. Намыливаясь, он несколько раз хрустнул суставами, а потом изучающе посмотрел на Тёмную метку на предплечье. Он был первым среди них. Он умел скрывать свои чувства. Да, он сделал себе имя. И умел выбивать информацию. Но всё же сильно отличался от многих из них: он не был так жесток. Это не доставляло ему удовольствия. Ему пришлось стать первым среди них, чтобы выжить. Чтобы защитить свою семью. Драко закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Струи горячей воды расслабляюще действовали на его мышцы. Раздался хлопок, и он сердито обернулся. В ванной появилась Либби. — Ну что там? Что опять стряслось? Если бы эльфийка сейчас сказала ему, что Грейнджер вырвало, он бы действительно её наказал. — Пришел Северус Снейп. Он хочет поговорить с вами, хозяин. Замечательно. Могло ли стать ещё хуже? — Скажи ему, что я скоро приду, — ответил он, но эльфийка продолжала стоять на месте. — Что? — раздражённо переспросил Драко. — Мистер Снейп уже возле ваших комнат. Дьявол. — Сейчас буду, — прорычал он, и эльфийка, кивнув, исчезла. Драко выключил воду и обернул полотенце вокруг бёдер, после чего вышел из ванной. Грейнджер подняла глаза, но тут же стремительно отвела взгляд. — Иди в спальню. — Что? — резко переспросила она. — Встань и уйди в спальню. Если только не хочешь прямо сейчас встретиться со Снейпом. Казалось, она побледнела ещё сильнее, поднялась и прошла мимо него. Когда дверь спальни защёлкнулась на замок, он открыл дверь. Перед ним действительно стоял Снейп. — Я… чему-то помешал? — размеренно спросил Снейп, глядя на Драко, и тот закатил глаза. — Да, я принимал душ. Снейп прошёл внутрь. Неспешно огляделся; его тёмные глаза, казалось, ненадолго задержались на подносе. — С ней всё в порядке, верно? Он говорил о Грейнджер. — Как вы думаете, мог бы я несерьёзно отнестись к этому заданию? Взгляд Снейпа был презрительным. — Ты знаешь, о чём я спросил. — А вы знаете, что я презираю подобные вещи. — Ему ни к чему было насиловать женщин: это не входило в его обязанности, и это отвратительно. — Для чего вы явились? У меня нет времени, — добавил Драко. Снейп вздохнул. — Речь идёт о Грейнджер. — Драко стиснул челюсти. — Появился план. Тёмный Лорд хочет, чтобы Орден узнал, что она здесь. Они хотят выманить Поттера из убежища.