Какой-то ублюдок насильно целует тебя

Что заставило бы Рэйзора причинить вред человеку? Ответ очевидней некуда: защита его семьи. Но в этот раз его вела безумная ярость.

***

Вонь чужака, шлейфом тянувшаяся от поляны убитых кабанов, привела Рэйзора в темную гущу леса. Вопреки уговору, все же находились безнравственные охотники, которые продолжали являться сюда за мясом и лишать волков добычи. Несмотря на мертвую тишину, часто прерываемую жутким волчьим воем где-то вдали, Вольфендом можно назвать самым безопасным лесом Мондштадта из-за соглашения, которое не допускало вред народу Барбатоса. Если только кто-то не являлся сюда со злым намерением. В таком случае пощады можно не ждать, любой жесткий ответ нарушителю порядка будет оправдан. Именно по этой причине крайне редко здесь можно встретить даже опытных охотников Спрингвейла, хотя добычи в лесу достаточно и он находился в относительной близости. Рэйзор полагал, что страх людей к лучшему в первую очередь для его стаи. В своих лупикал юноша уверен. За случайно забредшими волки следили издалека и порой только одним воем разворачивали тех в сторону городской тропы. Его лупикал просты и предсказуемы, без тайных умыслов, от людей же никогда не знаешь чего ожидать. Те немногие переходили порог Вольфендома с поднятыми руками, а потом доставали оружие и лишали стаю законной добычи. Даже у волков имелся собственный кодекс чести, в то же время большинство людей, к сожалению, не задумывались о чем-то подобном. Неужели честь для жителей королевства — непосильная ноша, которая возложена исключительно на рыцарей? Так думал Рэйзор. Направляясь к нарушителю, парень испытывал злость и одновременно глубокое разочарование. Он всегда выступал за мирное сосуществование, но придерживаться его становилось все труднее. Однако и в этот раз Рэйзор постарался бы понять, если бы… …если бы не твой крик. — Почему ты… там? — повернув голову на источник звука, спросил парень куда-то в пустоту с округленными глазами, словно ты действительно могла ответить. Вы договорились, что возлюбленный будет встречать тебя около пня у дороги, ведущей в город. Не из-за того, что волки настроены враждебно, это не так, ведь ты своя, они тоже защитят, — утверждал Рэйзор. Но в лесу водились монстры. Ты еще недостаточно знала местность, чтобы ловко обходить их. Верно. До этого момента Рэйзор наивно полагал, что в его «доме» тебе угрожали лишь монстры. Вслед за твоим криком раздался волчий вой. Лупикал нашли тебя. И тебе причинили боль. Что если охотник так увлекся истреблением кабанов, что не заметил тебя? От этой мысли сердце юноши начало тревожно долбиться о грудную клетку. Это был страх, которого он еще никогда не испытывал, когда бросало в холодный пот, мысли путались, в глазах мутнело, и ты начинал молиться Богу, о котором не имел представления. Сверкающей молнией Рэйзор метнулся вперед, насквозь преодолевая колючие кусты и переламывая ветви невысоких деревьев по пути. Ты уже совсем близко, даже через вонь чужака парень-волк смог отличить запах любимой женщины. Но, когда он понял, что не чувствовал их раздельно, будто они сливались воедино, его лицо побледнело. А когда обнаружил тебя, живую, но придавленную к земле огромным телом мужика, лицо Рэйзора исказилось до неузнаваемости. Грязные руки ублюдка скользко бродили по твоей талии, сжимали грудь, в то время как губы присасывались к твоим. Даже не имея представления о значении слова «насилие», со вскипающей яростью парень ясно осознавал, что с тобой пытались сотворить. Сердце Рэйзора, что несколько секунд назад панически рвалось наружу, остановилось, а голова опустела. Осталась только сводящая с ума пульсация, которая пробуждала кого-то глубоко внутри…

***

Уже пару минут ты лежала с крепко зажмуренными глазами, больше не кричала, не сопротивлялась. Теперь боролась только с одним — с чувством тошноты. Над твоими губами грубо измывались, а шершавые руки до боли сжимали твое тело. Ты понимала, что скоро с ним произойдет нечто еще более ужасающее, если не вырваться, не сбежать. Но ты слаба. Рэйзор всегда указывал на твои хилые руки и щуплое тело. «Ешь больше мяса. Я охочусь. Ты готовишь. У тебя вкусно», — говорил он. «Не трогай. Меч тяжелый. У тебя нежные руки. Лучше ешь мясо. Я буду защищать». Твой заботливый Рэйзор… Ты хотела расплакаться и засмеяться одновременно от всей иронии, если бы по округе не пронесся вой нескольких волков, настолько громкий, что птицы над вами резко взмыли в небо. После чего ты услышала жуткое рычание совсем рядом. Лупикал пришли спасти тебя? Это… правда? Значит, и Рэйзор… В этот же момент ублюдок прекратил терзать твои губы, неуверенно поднял голову и замер, задрожав. — Слышал? Они пришли за тобой! Ублюдок… — выплюнула ты сквозь стиснутые зубы, затем вытерла губы тыльной стороной ладони, чтобы избавиться от мокрых следов, оставленных мужиком. Архонты свидетели: ты готова была жрать землю, чтобы уничтожить следы этих мерзких поцелуев. Даже грязь от свиней куда лучше них. — Слезай с меня, пока тебя не загрызли! Ты глухой?! Приближающаяся стая придала тебе уверенности. Пользуясь страхом мужика, ты спешно попыталась выползти из-под него, с усилием отталкивая от себя. Но в следующий миг всего на секунду небо окрасилось в темно-фиолетовый и над вами промчался треск тысячи молний, слегка задев выбивающиеся волосинки на твоей голове. Яркий свет неприятно ударил в глаза, но тебе не нужно было видеть, чтобы понять, кому принадлежала эта сила. Неожиданно стало легче дышать и вонь от перегара уже практически не забивала ноздри. Ты открыла глаза. Если бы ты этого не сделала, то никогда бы не поверила, что этот всепоглощающий гнев исходил от самого Рэйзора, которого ты знала столько лет. От человека, чье сердце не ужесточилось даже в условиях выживания с самого детства. Ублюдок отлетел далеко назад. Колющая боль от электрических разрядов заставила его перейти от немого страха к жутким воплям, от которых стыла кровь даже у тебя. Он брыкался и визжал в руке Рэйзора, как свинья на убой. Парню понадобилась всего одна рука, чтобы удержать за шею мужика в два раза больше него самого. Ты знала, что твой возлюбленный силен не только в магии, но и физически, однако то, что ты видела сейчас, вовсе не натренированная сила, а чистое безумие. Даже примчавшаяся стая не смела приближаться к разъяренному сородичу. Загрызть, распороть острыми когтями живот, выпотрошить и растаскать по округе, оставляя за трупом густые полосы крови, — вот что делали обезумевшие хищники с тем, кто осмеливался на них напасть. Хотелось ли Рэйзору впервые убить человека? Он никогда не задумывался об этом. Как и сейчас об убийстве думал не он, а одичалый зверь, воспитанный волками. Надо ли остановить его? Ты была уверена, что такие, как этот ублюдок, не заслуживали жизни, ведь не известно, сколько еще подобных злодеяний он совершит или уже совершил. С другой стороны, самосуд мог только навредить Вольфендому и его жителям. Уговор есть уговор, хотя бы одна сторона должна была его соблюдать и оставаться чистой. Стоило тебе найти силы, чтобы подняться и рвануть к возлюбленному, как ледяной поток ветра отбросил Рэйзора в сторону, прямо к твоим ногам. Мужик же без сознания рухнул на землю. — Рэйзор! — обеспокоенно вскрикнула ты и, опустившись, протянула к нему руки. — Ты в порядке? Что это был за ветер? Но, похоже, парень все еще не пришел в себя, адреналин горячил кровь и сознание. Не обращая на тебя внимания, он поднялся на ноги, электрические разряды снова покрыли его тело, а прикованный взгляд уничтожал объект его ярости. — Рэйзор, прекрати! Он уже ничего не сделает мне! — приказным тоном закричала ты, схватив того за ногу. — Посмотри, он уже… побежден… кха… На последнем слове ты закашлялась. Слишком много кричала за сегодня. Парень не реагировал, тогда ты усилила кашель и согнулась пополам, схватившись за живот и изобразив ранение. Рэйзор неуверенно повернул на тебя голову, широко раскрыв глаза, будто только что пробудился от кошмарного сна. Он закричал твое имя, упав перед тобой на колени: — Г-где боль? Рана… Где? Покажи! Руки. Убери! Покажи! Голос твоего возлюбленного сильно дрожал, как и весь он. Его руки взбалмошно исследовали твое тело. Живот, за который ты держалась, на нем никаких ран. Рэйзор выпустил облегченный вздох. Затем взгляд поднялся выше, к шее, на красные отметины, как от укусов насекомых. Но Рэйзор знал, что это не насекомые, ведь сам часто оставлял такие же. Поначалу сильно переживал, что испортил твою гладкую кожу, а когда отметины начинали багроветь, то и вовсе терялся рядом с тобой, страшась даже прикоснуться. Мальчик-волк еще многому учился. Когда ты сказала, что красные метки от его поцелуев — свидетельство его любви к тебе и чем больше, тем сильнее чувства, он начал видеть их украшением на тебе. Только если они от него… А этот ублюдок… он не любит тебя. Такое противоречило всему, что знал Рэйзор. В его стае никто не посмеет приблизиться к самке, если она не хочет, тем более если у нее есть самец. Иначе это считалось преступлением. Так почему с тобой это делали? За что?.. Вдох, тяжелый, быстрый, за ним еще один и еще, пока не перешел в звериный рык. Вздрогнув, ты услышала хруст костей от крепко сжатой руки парня. Успела только тихо пискнуть, прежде чем тебя повалили на спину. Рэйзор аккуратно сжал твои плечи, что совершенно не соответствовало дальнейшим действиям. Его влажный язык во всю длину начал вылизывать твою шею хаотичными, быстрыми движениями. Язык сменялся губами, губы зубами, и все по новой. После возлюбленный подался вперед, на секунду замер над твоим ртом, перед тем как соединить его со своим. Ты чувствовала, будто попала в безумный круговорот действий, дрожала с новой силой. Но это тебе не казалось чем-то неуместным, словно так и должно было быть. Ведь у такого, как Рейзор, мир был иным. Именно так он проявлял свою заботу, тщательно очищая тебя своим языком и губами от чуждого, плохого запаха. В тебе не было страха. Облегчение. Ты в безопасности, и тебя окутывали запахом, который уже давно стал родным. Ты подняла руки, запустив пальцы в густые волосы возлюбленного, и слабо надавила, углубляя очищающий поцелуй с соленым привкусом. Слезы? Ты плакала? Нет. У тебя не оставалось сил на слезы. — Рэй… зор? — глухо позвала ты сквозь поцелуй. — Посмотри на меня. Остановись. Ты плачешь?.. Он внезапно отстранился и испуганно взглянул на тебя. В этих ярко-красных глазах ты впервые увидела, насколько много одновременно мог хранить в себе человек: сдерживаемую ярость, сожаление, обиду, страсть и нежность. Рэйзор потерян. Слишком много ярких эмоций за раз для такого, как он, чья душа незамысловата. Парень просто не знал, что со всем этим делать. Горел жаждой убийства, хотел выплеснуть злость, но не на тебя. Тебя желал утешить, очистить и любить так, как он умел, доказать, что ты важнее даже для зверя внутри него. Так как разорваться между всеми этими чувствами? Куда идти? Почему человеческое сердце оказалось настолько тяжелым? Не молчи. Скажи ему. Ты слабо улыбнулась, кончиками пальцев убрав слипшиеся от пота и слез волосы на лице юноши. Больше не было той болезненной бледности. — Спасибо, Рэйзор. Спасибо, что ты есть, — прошептала ты, притянув возлюбленного к своей груди.

***

Когда вы пришли в себя и уже могли мыслить здраво, обнаружили, что охотник пропал. Сбежать с такими травмами было просто невозможно. — Его забрал Правитель, — ответил Рэйзор на твою растерянность. — Правитель? Т-тот самый Волк севера? — Твой голос вздрогнул, а потом пришло осознание. — Это он оттолкнул тебя тогда? — Мгм. Правитель… не хочет крови людей. На своей земле. Это правило, ему должны подчиняться все. — Но ведь тогда получается, он видел, что со мной хотели сделать? Почему не помог?.. Ты только слышала о Волке севера, но ни разу не встречала, сколько бы раз тут ни появлялась. Даже знала, где находился его храм, однако Рэйзор запретил приближаться к нему. Все это время вы сидели под густой листвой дерева. Рэйзор утащил тебя под него, когда смог успокоиться, иссушив все слезы. Прижимал тебя к себе, крепко обнимал за живот и все притягивал, хотя теснее уже некуда. — Он защищает только лупикал, — слабым голосом продолжил объяснение юноша. — А ты не лупикал, не его. Он не признает тебя. — Вот как. Нет, я понимаю его позицию, просто… ах! Рэйзор! Рэйзор сжал тебе еще сильнее. «Ну хватит…» — хотела бы сказать ты, но не смогла найти на это сил. После следующих его слов тем более: — Но не я. Ты моя. — Что? Я уже не лупикал? — ухмыльнулась ты. — Моя, — тверже повторил парень, активно потершись щекой о твою шею. Ты всегда была той, кого Рэйзор желал защищать ценой собственной жизни, как и лупикал. Но теперь понимал, что отличие было в одном: Рэйзор бы доверил свою семью кому-то надёжному, в ком уверен: друзьям или Правителю. А тебя… никому. Ты только его.