Работа над ошибками

— К тебе или ко мне? — спросила Саша, нарушив затянувшуюся ночную тишину, лишь изредка прерываемую звуком проезжающих мимо автомобилей. Она оторвала взгляд от экрана телефона, где было открыто приложение для заказа такси, и посмотрела на девушку, которую ей не так давно посчастливилось назвать своей. Скажи кто-нибудь Саше, что через пять месяцев после всех событий в Пекине она начнёт встречаться с новой олимпийской чемпионкой в одиночном фигурном катании, Саша бы ни за что не поверила. К тому же, она никогда бы не подумала, что сие происшествие случится после премьеры ледового шоу Ильи Авербуха «Чемпионы», а толчком к этому послужит достаточно откровенный женский номер под композицию «Be Italian». Олимпийская чемпионка ловко запрыгнет на бортик, пококетничает со зрителями, а затем, устремив свои карие глаза на Сашу, сидящую прямо перед ней на первом ряду, как-то по-особенному улыбнётся и игриво помашет ей своей тонкой ручкой. Именно ей — в этом у Трусовой не было и не могло быть никаких сомнений. Когда кокетка вместе с другими фигуристками оставила бортик и укатила обратно в центр катка, Саша отчаянно пыталась успокоить разбушевавшееся сердце. По окончании номера она достала телефон и принялась дрожащими руками заказывать доставку цветов. Первоначально ничего такого в её планах не было, впрочем, как и привозить из Пекина серебро. Кое-кто, по-видимому, очень любит срывать чужие планы. Ладно, все мы не без греха. Саша вот очень любит срывать с новоиспечённой олимпийской чемпионки одежду. Спасибо Авербуху, что уже два с половиной месяца как Трусова может делать это не только в своих фантазиях! Правда, «срывать» слишком сильно сказано. Скорее, аккуратно помогать раздеться. В тот день гордость страны и любимицу публики вполне ожидаемо не обделили вниманием. Большая корзина цветов, несколько шикарных букетов — олимпийская чемпионка определённо была достойна титула цветочной леди России. Во всей полученной ею красоте преобладали розы и пионы. К счастью, Саше удалось выделиться: она заказала тюльпаны сорта «Белый триумфатор». Именно с этим цветком ассоциировалась у Трусовой та, для которой и предназначался её букет. Саша знала, что тюльпан считается символом весны, олицетворяет окончание холодов. А вот что означают цвета тюльпанов, она понятия не имела, да и не горела желанием иметь: всё равно везде преподнесут разную информацию по данному поводу. Саша целиком и полностью полагалась на собственные впечатления. Гордый вид и строгий стан роднили цветочную леди в сознании Трусовой с тюльпанами, а сорт «Белый триумфатор» был избран как наиболее приближенный к Сашиным представлениям о ней. Бокаловидные, с плавно заострённым кончиком, цветки этого тюльпана кажутся сияющими и элегантными. Изящный аристократ — ну прямо как олимпийская красавица! Саша прекрасно понимала: окажись она на столь публичном спортивном мероприятии даже в качестве обычной гостьи, к ней будет приковано много внимания. А учитывая тот факт, что Авербух решил во всеуслышание объявить о посещении «Чемпионов» самой Русской Ракетой, внимания к ней было приковано много-много. Не больше, чем к цветочной леди, однако предостаточно для фигуристки, которая просто-напросто пришла насладиться ледовым шоу, не имея к нему никакого отношения. Вокруг царила суета. Неудивительно, автографы ведь сами себя не раздадут, да и фотографии сами себя не сделают. Дарить тюльпаны в подобной обстановке Саше не хотелось. Саше хотелось спокойствия, расслабленности, чтобы ничто не мешало ей быть единственной под светом улыбки звезды сего вечера. Трусова боялась затеряться среди множества лиц, что цветочная леди безостановочно встречала на своём пути. Причём не только во время этого шоу, где Саша являлась всего лишь одной из зрительниц, а вообще. Желание стать особенной руководило Трусовой. Потому, самовольно утвердив себя на роль десерта для олимпийской чемпионки, она решила вручить ей цветы самой последней. После шоу любимица публики отправилась на автограф-сессию, а Саша торопливо ретировалась на улицу и принялась дожидаться цветочную леди чуть поодаль от основного входа в ледовый дворец спорта «Айсберг». С поклонниками Саше довелось пообщаться и здесь, зато уже не в таком количестве. Разумеется, никому из них и в голову не приходило, что букет тюльпанов в руках Русской Ракеты вовсе не был получен ею от преданных болельщиков, а предназначался для коллекции цветочной леди России. Саша чувствовала себя секретным агентом, отправившимся на чрезвычайно опасную и ответственную миссию — выразить своё восхищение девушкой, которой Александра Трусова уступила пекинское золото, и присвоить данной персоне звание главной кокетки прошедшего шоу Ильи Авербуха, вручив ей букет прекрасных, как она сама, тюльпанов. Причём сделать это необходимо скрытно, дабы не тревожить общественность. Правда, вряд ли общественности было какое-то дело до подобного. В тот момент людей занимало другое: всем хотелось урвать побольше внимания известной спортсменки, что довольно-таки долго находилась у «Айсберга», хотя ледовое шоу уже закончилось. Чтобы не сильно смущать фанатов своим продолжительным присутствием на одном и том же месте, Саша стала время от времени делать вид, словно разговаривает с кем-то по телефону. Ей было немного стыдно за этот поступок, однако выбора у неё не оставалось. Надо же как-то оберегать личное пространство! Толпа, собравшаяся вокруг Саши, потихоньку рассеивалась, а другие болельщики не решались подходить и мешать уважаемой Русской Ракете. С трепетом посматривая в сторону входа в «Айсберг», Трусова думала о «Титанике» и мечтала избежать его участи. Может, зря она прилетела в Сочи? Может, зря она решила посетить «Чемпионов» Авербуха? Тогда Саша не столкнулась бы с осознанием того, что девочка, с которой она держалась бок о бок на протяжении шести лет, выросла. Что она и сама выросла. Значит, играть в игрушки им обеим теперь совсем несолидно. Значит, Сашино сердце не из плюша? Значит, чувства, что Саша до сих пор испытывала к уже повзрослевшей подруге, — всё-таки не игрушка? В противном случае они попросту исчезли бы со временем, прямо как желание играть в куклы. Но нет, не исчезли. Трусову испугали эмоции, которые вызвал в ней злосчастный номер под «Be Italian». Всё то запретное и неправильное, от чего она так долго убегала и так тщательно пряталась, резко настигло её и начало заполнять изнутри. Помахав почётной гостье шоу ручкой, игривая олимпийская красавица усугубила её и без того тяжёлое положение. Мощная волна любви вперемешку с тревогой захлестнула Сашу. Саша стала тонуть, но надежда на спасение ещё была. Как-никак Александра Трусова — Ракета, а не корабль. Стоило звезде сего вечера наконец показаться на улице, к ней мигом подлетели несколько девочек, что находились у «Айсберга» практически столько же, сколько и Саша. Всё это время подростки вели себя прилично и не беспокоили Русскую Ракету, потому что успели пообщаться с ней ещё до того, как она пустила в ход свою хитрость с телефоном. Когда же Саша прибегла к данной уловке, они, вероятно, чтобы не мешать, торопливо оставили её, расположившись по другую сторону от входа в ледовый дворец. Всегда бы так! Завидев цветочную леди, Саша молниеносно повернулась к ней спиной. Долгожданное появление олимпийской чемпионки стало для неё полной неожиданностью. У Трусовой перехватило дыхание, а сердце заколотилось настолько сильно, что она чувствовала его во всём теле. Саша закрыла глаза и попыталась успокоиться, прокручивая в голове одну и ту же фразу.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Чья-то рука вдруг легонько коснулась плеча Саши. Она медленно обернулась и увидела перед собой девушку, которую больше всего желала, но в то же время боялась увидеть. К сожалению или к счастью, теперь отступать было некуда, как некуда было и спрятаться. — Занята? — беззвучно, одними губами произнесла цветочная леди без цветов. — В смысле? — непонимающе спросила Трусова. Её собеседница поднесла большой палец к уху, а мизинец — ко рту, изображая телефонный звонок. Как оказалось, Саша до сих пор стояла с приложенным к уху телефоном. Она и забыла, что незадолго до появления олимпийской чемпионки вновь вошла в образ занятой личности, заметив посматривающую в её сторону кучку мальчишек. В настоящий же момент вокруг не было ни души, кроме двух учениц Тутберидзе, стоящих друг напротив друга. Все словно куда-то испарились, наконец-то оставив девушек наедине. — Да-да, Марк, я тебе перезвоню, — пробормотала Саша, провела пальцем по экрану, будто бы завершив вызов, и убрала телефон в карман джинсов. Трусова желала увидеть, как цветочная леди изменится в лице, когда имя Кондратюка донесётся до её слуха. Увидела. Озадаченность промелькнула на личике олимпийской красавицы, которую она поспешила скрыть за милой улыбкой. Цветочная леди была единственной, кто не восторгался взаимодействиями Саши и Марка. Она вообще предпочитала не давать каких-либо комментариев насчёт потенциала этой «пока ещё не пары». Трусова списывала такое поведение на воспитанность и тактичность девушки, думала, что ей просто не хотелось обсуждать чужую личную жизнь. Но позже Саша стала обращать внимание на то, что олимпийская чемпионка в разговоре один на один с ней как-то странно реагировала на упоминания Кондратюка. Приятно, конечно, да не до конца понятно. Ведь Саша — заинтересованное лицо, оттого не могла судить объективно. — Красота какая! — воскликнула цветочная леди, глядя на букет тюльпанов в руках Трусовой. Саше вдруг вспомнились её любимые визуальные новеллы, в частности табличка с предупреждением: «Выбор повлияет на историю в будущем». Всё же у неё был ещё шанс отступить, был ещё шанс спрятаться от страшных последствий своей опрометчивости. Клин клином вышибают, не так ли? В Сашином арсенале имелось несколько вариантов развития событий. С персонажем, который в настоящий момент стоял перед ней и восхищённо любовался цветами, она могла отношения улучшить, ухудшить или оставить без изменений. Саша могла вручить тюльпаны цветочной леди, воплотив-таки свою спонтанную идею в жизнь, могла возвестить цветочную леди о том, что букет в её руках преподнесён Марком, а могла просто-напросто согласиться со словами цветочной леди, бросив что-то по типу «да, фанаты постарались». Знать бы Трусовой, сколько раз за всё время уходили в минус её отношения с олимпийской чемпионкой. Знать бы Трусовой допустимое количество промахов. Вдруг их было уже вполне достаточно для того, чтобы нынешним выбором «закрыть ветку» с данным персонажем? Саше этого совсем не хотелось. Зачем так рисковать в общении со своим фаворитом? — Это тебе, — уверенно сказала Саша и протянула тюльпаны собеседнице. Девушка слегка опешила. — Мне? — переспросила она, приподняв брови и показав на себя пальцем. — Тебе-тебе. Поздравляю с премьерой! — бодро воскликнула Трусова. — Ой, спасибо большое, Саш, — ласково произнесла олимпийская чемпионка, принимая букет. — Grazie mille! — добавила она по-итальянски и сделала лёгкий реверанс. Цветочная леди России вновь была во всём цветочном вооружении — Русской Ракете с ней не тягаться. Русская Ракета плавилась от одной только лучезарной улыбки цветочной леди. — Ты сегодня ну просто блистала. Честно. Глаз не отвести! — неожиданно даже для самой себя выдала Трусова. — Прямо-таки не отвести? — хитро-хитро поинтересовалась олимпийская чемпионка, невинно-невинно хлопая ресницами. Цветочная леди, пряча смущение, аккуратно уткнулась носом в тюльпаны, с видимым удовольствием вдыхая их аромат. Шутливый вопрос повис в воздухе. Или же провокационный? Пристально всматриваясь в лицо девушки напротив, Саша пыталась понять её мотивы, искала знаки, которые помогли спрогнозировать дальнейшее её поведение, а также скорректировать своё. Жаль, что к жизни, в отличие от визуальных новелл, не существует никаких прохождений и надо действовать самостоятельно. Жаль? Жаль, что у Саши не было пошаговой инструкции, как завоевать любовь олимпийской чемпионки? Жаль, что Саше никто не давал подсказок, как заслужить любовь цветочной леди? Жаль, что Саша понятия не имела, как зажечь любовь в сердце главной кокетки шоу Ильи Авербуха? Стоп-стоп-стоп. Хватит. Трусова то и дело помещала свои чувства к этому человеку в игровую реальность как нечто ненастоящее, незначительное. Как нечто несуществующее. Хорошо, что Саша выросла и перестала играть с собственным сердцем как с детской плюшевой игрушкой. Плохо, что теперь она усиленно цеплялась за игрушки для более старшего возраста — визуальные новеллы, представляя себя и цветочную леди России в качестве персонажей некой интерактивной истории. Удобно скрывать глубокую любовь за нарочитой поверхностностью. Удобно переводить в игру то, за что боишься нести ответственность. Реальность не предоставляет человеку строго фиксированные варианты для выбора, как визуальные новеллы. Его жизнь в его руках. Саша прекрасно это осознавала, но если в спорте у неё получалось с готовностью идти на риск, то до смелости в любви она, вероятно, ещё не созрела. И неудивительно, ведь в спорте Саша — фигуристка-одиночница, что сама по себе, а в любви всегда участвуют двое, даже если она невзаимная. Есть тот, кто любит, и тот, кого любят. Когда любовь взаимна, оба любят и оба любимы. Это — идеал. Идеал, который со стопроцентной вероятностью достижим именно и только в визуальных новеллах. Игра направляет как тебя к твоему фавориту, так и его к тебе, а реальность нет. Игра помогает влюбить фаворита в себя, давая готовые варианты для выбора в общении с ним, среди которых имеются беспроигрышные реплики или действия, а реальность нет. Игра в любом случае позволит тебе сойтись с фаворитом, а реальность нет. Да, для этого нужно сделать всё правильно, но ведь игра, в отличие от реальности, допускает наличие прохождений. Игра приглядывает за тобой, следит за каждым твоим шагом, а реальность нет. Потому, чувствуя бесконтрольность своего положения, Саша старалась ограничивать себя сама. И что же она имела в итоге? Изнуряющую диету из горькой досады, приправленной острой ревностью и сбрызнутой солёными слезами. Саша безумно устала от такого рациона. Ей хотелось сладкой-сладкой нежности и ласки. Быть любимой любимым человеком — заветное желание, которое Трусова прятала глубоко внутри и всеми силами старалась не замечать. Оно частенько зудело, настойчиво давая о себе знать. Находясь в сговоре с воображением, оно рисовало картины того, что Саша ежедневно упускала вследствие своей пассивности, тем самым подталкивая её к переменам, помогая набраться решимости. Однако Саша продолжала сопротивляться. Быть любимой любимым человеком — значит разделять с ним одни и те же чувства по отношению друг к другу. Чтобы узнать, взаимны ли они, надо перестать плыть по течению. Реальность, как и игру, творят действия, только в игре ты под присмотром, а в реальности — брошен на произвол судьбы. Никто не мог дать Саше гарантию, что она не сделает хуже, если начнёт действовать в условиях такой безнадзорности. И что же тогда получается? Получается, проще вообще не жить, раз боишься идти вперёд. Саша хотела жить. Именно жить, а не играть в жизнь, и неважно, с пошаговым руководством или без. Саша хотела, чтобы её любили. Любили по-настоящему, а не по той причине, что ей удалось любовь завоевать или заслужить. Это нечестно. Это неправильно. Это несправедливо. Любовь либо зажигается в сердце сама, без особых усилий, либо не возникает вовсе. Её не нужно пытаться вызвать в другом человеке. Её нужно иметь в себе. А имея — дарить. Тот, кому она адресована, уже сам решит, что с этой любовью делать: отказаться или ответить взаимностью. Саша была полна любви, но ограничивалась лишь простым, ни к чему в реальности не обязывающим «улучшением отношений» с так называемым «персонажем-фаворитом». И откуда же цветочной леди России знать о чувствах Русской Ракеты, если она держала их в себе? Впрочем, в этом олимпийская чемпионка недалеко ушла от Трусовой. Она тоже не проявляла инициативу к сближению. Создавалось впечатление, словно в текущих отношениях с Сашей её всё вполне устраивало. После событий в Пекине фигуристки немного отдалились друг от друга, однако время снова свело их вместе. Уже в апреле, благодаря ледовому шоу Этери Тутберидзе «Чемпионы на льду», они смогли вернуть если не былое, то максимально приближенное к нему общение. Саше не хотелось останавливаться на достигнутом, но идти дальше она не решалась. Многоуважаемая цветочная леди бездействовала. Либо Саша напрасно лелеяла надежду на взаимность, либо олимпийская чемпионка тоже боялась, поэтому и осторожничала. Ну, ещё возможен вариант, что Саша — дурочка, которая ничего не замечала, а если замечала, то делала неверные выводы. Общение с главной кокеткой шоу Ильи Авербуха напоминало Трусовой игру в одни ворота. Только неизвестно, у кого в ней какая роль. Каждая из девушек, в связи с незнанием чувств, эмоций, мыслей, мотивов другой, способна оценить ситуацию лишь со своей субъективной точки зрения. Судить человека по его поведению неправильно. Необходимо знать, что он чувствует, что он думает, чего он хочет, что им движет. Необходимо знать, что у него внутри. Плюшевое сердце, визуальные новеллы, игра в одни ворота — круг Сашиных развлечений продолжал расти, в отличие от попыток признаться цветочной леди России в любви. Трусова понятия не имела, чего ещё от себя ожидать. Может, скоро она снова начнёт играть в куклы? С одной стороны, ей было как-то стыдно проводить параллель между любимой олимпийской чемпионкой и куклой. Всё из-за негативных ассоциаций и значений, закрепившихся за этим словом. С другой стороны, глядя на такую неестественно прекрасную девушку с такими удивительными карими глазами, с такими роскошными длинными тёмными волосами, с такими изящными руками, с такими стройными ногами, с такой идеальной фигурой, сложно удержаться от подобного сравнения. Саша ощущала себя ребёнком, пленённым увиденной в магазине игрушкой. Цветочная леди — совершенство, однако отнюдь не пустое и не бездушное, каким её пыталось сделать слово «кукла». Применяя его по отношению к ней, Саша, очевидно, не подразумевала ничего плохого и ни в коем случае не думала принижать её духовное начало. Саша с уверенностью могла сказать, что внешний облик олимпийской чемпионки соответствовал её внутреннему миру. За шесть лет общения у Трусовой было время в этом убедиться. Цветочная леди представлялась Саше самой великолепной куклой на свете. Куклой, с которой не хотелось играть. Куклой, которой хотелось просто любоваться. Куклой, которую хотелось просто любить. — Я вот не отводила ни на миг, — со всей возможной серьёзностью произнесла Саша. Цветочная леди живо оторвалась от тюльпанов и встретилась взглядом с Трусовой. Выражение её лица поменялось, словно она была немного озадачена ответом собеседницы. — Я рада, что тебе так понравилось моё выступление, — отозвалась олимпийская чемпионка, мягко улыбнувшись. — Не только выступление, — невольно обхватив одну руку другой, пробормотала Саша. — А что ещё? — заинтересованно спросила цветочная леди. — Всё. Абсолютно. — Получается, это первый раз, когда тебе понравилось всё? — весело хмыкнула титулованная кокетка. — Нет конечно! — тут же возразила Саша. — С чего ты это взяла? — Ты даришь мне цветы либо на день рождения, либо когда я болею. Но сегодня не двадцать восьмое марта, да и чувствую я себя вполне здоровой. Логично предположить, что случилось что-то из ряда вон выходящее. — Что-то из ряда вон выходящее — это если бы мне первый раз хоть что-то не понравилось в тебе и твоих программах и номерах, — демонстративно скрестив руки на груди, важно заявила Трусова. Олимпийская чемпионка загадочно улыбнулась и вновь опустила глаза на тюльпаны. — Хорошо, Саш. Впредь буду иметь в виду. Саша глубоко вдохнула. — Просто я решила… — бойко начала она, но вдруг замялась и не смогла закончить. Поток неприятных мыслей лавиной обрушился на неё, мешая сосредоточиться и озвучить желаемое. — Ну, поддержать тебя решила, короче. У тебя ведь премьера. Вот. Почему бы и нет? — натянув на лицо улыбку, протараторила Саша и смущённо почесала затылок. Гнетущее чувство разочарования в себе накрыло Трусову с головой. По-видимому, действие мотивирующих чар, наложенных на неё взмахом руки главной кокетки шоу Авербуха, прекратилось. Как же жаль, что они рассеялись раньше, чем Саша успела произнести самые важные слова, которые ей только доводилось держать невысказанными. А может, это неспроста? Может, Вселенная оберегала Сашу от совершения непоправимой ошибки? Корабли не летают — Русская Ракета не плавает. Она утонет в любом случае, верно? Признается в чувствах — отвергнут. Промолчит — отвергнет себя сама. А что хуже? Спокойный, внимательный взгляд цветочной леди, казалось, проникал в сокровенные глубины души Трусовой. У Саши даже возникло желание разорвать зрительный контакт с олимпийской чемпионкой, чтобы не травмировать её своими страшными тайнами, до которых она вполне могла добраться. Тем не менее Саша стояла и продолжала смотреть как завороженная на девушку напротив. Словно в последний раз. — Спасибо. Я это очень ценю, Саш, — с какой-то особой мягкостью в голосе произнесла цветочная леди и ненадолго отвела глаза в сторону. Лёгкая задумчивость тронула её лицо. — Слушай, а ты не хочешь заглянуть ко мне в номер? — внезапно спросила она, вернув глаза на собеседницу и чуть склонив голову набок. Трусова немного растерялась от столь неожиданного предложения, но безумно ему обрадовалась. Расплывшись в широкой улыбке, она уронила взор на руки, с нежностью сжимающие букет цветов, непроизвольно поправила волосы и вновь подняла глаза на обладательницу белых тюльпанов. — Можно, конечно. Но только… — Я договорюсь, — решительно сказала цветочная леди России, перебив говорящую. — Одежду возьмёшь мою. Ты же завтра в Новогорск возвращаешься, да? — Ну, да, — согласно кивнув, подтвердила Саша. — Неизвестно, когда в следующий раз увидимся. — Я могу ещё к тебе прилететь, — произнесла Русская Ракета, стараясь звучать как можно более непринуждённо. — Ещё? Ко мне? Ты что, ради меня одной прилетала? — по-доброму усмехнулась олимпийская чемпионка. Трусова немного напряглась. — Нет, — не удержалась и соврала она, — но если тебе вдруг захочется меня увидеть, я могу прилететь. — Что ж, учту это на будущее. А в данный момент мне хочется видеть тебя в своём номере, — с озорством отозвалась кокетка. Сердце Саши забилось часто-часто, а ладони вспотели ещё сильнее. Она торопливо облизнула губы и воскликнула: — Ну, погнали тогда! Не смею отказаться! Цветочная леди наградила Сашу ослепительной улыбкой и полным довольства взглядом.