Проблема у Феликса

      — Феликс, ты позволил без презерватива?       — Я забыл, — плакал Ликси, обречённо глядя на третий тест с двумя полосками, — у меня же совсем нет опыта, мне не пришло в голову подумать про защиту, и я был в течке, а там же сложно мозг включить.       — Ладно, ладно, не плачь, ничего страшного, мы что-нибудь придумаем, — пытался не паниковать Хан.       Но они ничего не смогли придумать. Родители Феликса сразу выкинули омегу из дома, стоило только заикнуться о беременности, да и парни сами понимали, что опасно там было оставаться, те всегда были пьяными и агрессивными. Родители Джисона запретили приводить домой беременного Ликси, убеждая сделать аборт и не портить никому жизнь, даже дали деньги.       Феликс отчаянно рыдал и крепко сжимал руку Джисона перед кабинетом врача. Хан тоже едва сдерживал слёзы, это он, тупой дурак, который вечно лезет куда не просят, виноват, что его другу больно.       — Ну же Ликси, мне так жаль, пожалуйста, давай просто сделаем это и забудем…       — Я никогда не забуду, Джисон, я не хочу, пожалуйста, давай уйдём отсюда.       — Ликси, ты же понимаешь, мы не можем жить на улице. А твоё будущее? Образование? Быть одиноким папой очень сложно.       — Я не буду одиноким, у меня есть ты, я справлюсь с ребёнком, давай, пожалуйста, уйдём, Сони, — молил Феликс.       — Проходите, — раздалось со стороны дверей.       Феликс только крепче вцепился в руку Хана. На дрожащих ногах Джисон проводил друга к кабинету.       — Я подожду тебя здесь.       Ощущение неправильности происходящего не покидало младшего брата Хёнджина. Исправить ошибку ценой боли Феликса и нерождённого малыша не казалось правильной идеей. Он исправит ошибку по-другому, и никому не будет больно. Джисон подскочил и почти ворвался в кабинет, когда рыдающий Феликс бросился к нему навстречу, раскрывая объятия.       — Я не смогу это сделать.       — Хорошо, хорошо, Ликси, ты прав, прости меня, что я сделал это с тобой, мы со всем справимся, — крепче прижимая к себе лучшего друга, поклялся себе Хан.       Выбора не было, им не справиться только вдвоём, нужен кто-то почти взрослый на их стороне, и Хан позвонил Минхо, попросил приехать.       — Ещё раз, ты сделал что? — казалось, ярость альфы можно было пощупать в воздухе.       Джисон закусил губу.       — Уже не важно, пожалуйста, помоги нам и ничего не рассказывай Хёнджину.       — Да я прямо сейчас ему позвоню, какого хера, Хан?       — Нет, ты представляешь, что будет с Феликсом, если мой брат тоже отправит его на аборт? Хёнджин уехал в Сеул и строит там своё светлое будущее, оставив нас позади. Пожалуйста, давай, я буду спать с тобой, а ты молчать и помогать?       — Какого? Ты… предлагаешь себя в обмен на моё молчание? Отдашься за финансовую помощь?       — Да, ты же, ну, хотел меня, хотел встречаться, я отказал, а теперь согласен? — Джисон старался не поднимать взгляд и не замечал, сколько боли плещется в глазах альфы.       — Я… Ты думаешь, я этого хотел? Трахать тебя? — Минхо едва держал себя в руках, чтобы не ударить стоящего перед ним парня. — Блядь, я просто не могу в это поверить.       И альфа просто ушёл, боясь не сдержаться и натворить дел. А Джисон горько расплакался, и как он умудряется причинять столько боли людям, которых любит. Но, несмотря на свои боль и обиду, Минхо вернулся и помог, он не смотрел на Джисона, молча дал ключи от квартиры и карту, на которую будет переводить деньги. Забрал Феликса и отвёл его в клинику, записал к врачу на ведение беременности. И приезжал раз в месяц убедиться, что парни справляются. Хан устроился на работу, чтобы поменьше думать и смотреть на разрушенную жизнь друга.       Минхо был рядом с ними, когда Феликс родил малыша.       — Как? — Ли старший спрятал лицо в ладонях, сдерживая смех. Джисон просто шокированно уставился на друга.       — Джинхён, что такого, хорошее имя, — защищался Феликс. Минхо махнул рукой, сдаваясь.       — Ты просто безнадёжен, Феликс. Я завидую Хёнджину, какой он дурак, что не ценил твоё сердце, — пробормотал альфа, своими словами сделав очень-очень больно Джисону.       Альфа и дальше во всём помогал с ребёнком, но совершенно не обращал внимание на попытки помириться со стороны тоскующего Джисона.       Феликс же казался счастливым, он охотно возился с малышом.       — Ну скажи же, похож на меня, — канючил лучший друг. Ликси совсем не видел проблемы, он наслаждался своим декретом. Правда, несколько расстраивался, что Минхо заставляет продолжать учиться и получать дурацкий диплом. Жалостливые взгляды одноклассников его раздражали, и он хотел уйти из школы, но Ли-старший возмутился и посадил на онлайн обучение. А в целом, его всё устраивало. Джисону казалось, что это наиграно, чтобы Хан не ощущал вины, но, присмотревшись, он немного расслабился. Феликс действительно любил своего малыша и возню с ним.       Джисон совсем не обращал внимание на свои отсутствующие течки. Но они сами напомнили о себе. Однажды, он проснулся с дикой, невыносимой болью где-то внизу живота и мокрым бельём. Своими воплями он напугал себя, Феликса и малыша. Какое-то время Хан пытался делать вид, что всё нормально, но не справлялся, а посоветоваться было не с кем. Ликси тоже ничего в этом не понимал, у него особо не было опыта, первая его течка была с альфой и сексом. Да и начиналась она совсем не так, медленно. Феликс успел опозориться своим предложением перед Хваном, сходить с ним на выпускной и только тогда его накрыло. Джисону не помогали обезболивающие, и Феликс не выдержал, он не мог разрываться между совсем ещё маленьким Джинхёном и Ханом. Поэтому позвонил Минхо, немного надеясь помирить пару. Альфа конечно же приехал, он всегда приезжал и оказывался рядом, когда было нужно. Он был с Джисоном во время течек и нежно заботился, но не обращал внимание или не замечал попытки омеги перевести его платоническую помощь в секс. Отношения недопары стали только сложнее и хуже. Джисон внезапно осознал, почему так задел своим предложением чувствительного Минхо, и понял, как сильно его, такого глупого, любили. Но донести до упрямого альфы, что чувства взаимны никак не мог. Да и поверят ли ему после всего, что он натворил. Было стыдно, он не поверил в дурацкую первую любовь навсегда, отверг любимого альфу и продолжал делать ему больно.       Хан не собирался сдаваться так просто, за ним же приедет брат, и уж в Сеуле Джисон точно сможет поймать Минхо и обсудить их отношения и чувства. Хёнджин вернулся, как почувствовал, что в голове у Джисона сформировалась новая идея. Хан, конечно, опасался очередного провала и обещал себе, что это будет последний раз, когда он попробует всё исправить. Но хуже вряд ли будет. Феликс родил в шестнадцать, Минхо разочарован и вряд ли ещё любит, Хёнджин… точно убьёт, если всё узнает. Но нельзя всё так оставлять, нужно попытаться исправить эту большую ошибку. Его старший брат хоть и местами туповат, когда дело доходит до чувств, но всегда заботился о Ликси, стоило только намекнуть. И вот, они здесь, в квартире Хвана. А дальше всё, как всегда, пошло не по плану.