После войны

Первое занятие по истории магии прошло замечательно. Давно знакомые с этой дисциплиной четверокурсники явно приготовились скучать или заниматься своими делами, только у пары ребят Адриана заметила открытые конспекты. Что ж, надо их немного встряхнуть. Первым делом профессор заявила, что лекции сегодня не будет. Ребята подняли головы. ― Нет, гулять я вас не отпущу, ― улыбнулась девушка, ― но и мучить не буду. Давайте просто поболтаем? Я догадываюсь, что выдающимися знаниями истории магии вы похвастаться не можете, но мне нужно понять ваш уровень, чтобы двигаться дальше. Сегодня я ни с кого не сниму баллы за неверные ответы, а вы взамен честно расскажете мне о том, что знаете, а чего не знаете. Договорились? Ребята чуть оживились, но все еще были осторожны. Кто знает, чего ждать от новой профессорши. ― Итак, начнем с простого. Кто мне расскажет о первой магической войне? ― Можно мне? ― Конечно, мисс… ― Мисс Дана Фаст. ― Слушаем вас, мисс Фаст. Девочка явно была отличницей. Она рассказала все то, что написано в учебнике. ― В начале семидесятых Волдеморт начал формировать отряды своих последователей ― Пожирателей смерти. Они убивали маглов и маглорожденных. Также они вовсю использовали непростительные заклятия. Директор Хогвартса Альбус Дамблдор создал организацию Орден Феникса, которая боролась с Пожирателями смерти. Так началась война. ― Все верно, мисс Фаст. Скажите, а почему столько магов пошли за Волдемортом? Дана задумалась. Затем заглянула в конспект и начала судорожно листать. ― Вопрос ко всем, ― не стала мучить девочку Адриана. ― За ним пошли только злодеи, ― ответил, не поднимая руки, кудрявый мальчик. ― Разве? ― парировала мисс Сноу. ― Посмотрите на нынешний состав Министерства магии, вы найдете там нескольких человек, которые в первую магическую войну были на стороне Волдеморта. А потом передумали. ― Потому что они хотели славы? ― спросила девочка с последней парты. ― Отчасти. Но не все. Все дело в методах, которыми пользовался Темный Лорд. Он поселил в своих последователях идею о том, что они избранные, они лучше и выше других. Это очень эффективная манипуляция. По факту чистота крови ― это только формальность. Идея избранности могла строиться на чем угодно: на национальной принадлежности, на цвете волос или тембре голоса. Волдеморту нужно было найти то, что объединит вокруг него значительную часть магов. В одиночку он был не в силах завладеть миром и хорошо это понимал. Заманить людей с помощью идеи «работайте на меня, чтобы я правил вечно» ― не вышло бы. Тогда он, используя инструменты пропаганды, подменил понятия и возвел эту ложную ценность, сомнительную индивидуальность, на пьедестал. Многие из тех, кто позже отрекся от Волдеморта, присоединились к нему, когда были еще молоды. У них не сформировались собственные идеалы, да и отличить истинную ценность от ложной, когда у тебя совсем нет опыта, бывает сложно. Да, были те, кто, как Волдеморт, ради славы, власти и денег соглашались убивать невинных. Но таких меньшинство. Таких никогда не бывает много. Остальные ― были просто обмануты. ― А если скоро появится новый Волдеморт с новыми ложными ценностями… как… как нам не спутать его с кем-то хорошим? ― спросил кудрявый мальчишка. Дети притихли. ― Отличный вопрос, молодой человек. Как вас зовут? ― Оливер Грем. ― Что ж, мистер Грем… Я думаю, если помнить о том, что ничего, абсолютно ничего не дает вам права покушаться на жизнь и свободу другого человека, и никакая особенность и индивидуальность не ставит вас выше других, у нового Волдеморта не будет шанса. *** Мисс Сноу возвращалась к себе в комнатку вдохновленной. Дети явно не ожидали, что история магии может их заинтересовать, но все три курса, с которыми она сегодня познакомилась, выходили из класса в восторге. Первая маленькая победа. Теперь нужно удержать позиции, не стать слишком мягкой, не распустить, суметь быть интересной и дать все необходимые знания. Адриана каждую свободную минуту продумывала планы уроков. Она была так увлечена, что не все идеи, которые ломились в голову, успевала записывать. Теперь она была уверена, что согласиться на работу в Хогвартсе, несмотря на все сомнения, было правильным решением. Она вернулась, она чувствовала интерес к жизни, к себе. Сегодняшний успех придал больше сил. Девушка поднималась по ступеням, глядя в пол, и улыбалась сама себе. ― Добрый вечер, мисс Сноу, ― перед ней остановился профессор Снейп и явно планировал задержать ее. Что-то екнуло в груди от бархатного, но строгого тона. Испугалась? Неужели? Коллегу? ― Здравствуйте, профессор! Рада с вами познакомиться! ― улыбнулась девушка. Ох, оказывается, она все еще умеет включать обаятельность, общаясь со сложными собеседниками. ― Мисс Сноу, четвертый курс сегодня был у меня после вашей лекции. Они были… явно перевозбуждены. Спорили друг с другом, были невнимательны, хотя мы варили ядовитое зелье. ― Спорили? Интересно… О войне? Адриана моментально поняла, что спросила не то. Она чувствовала, что Снейп остановился не для того, чтобы поболтать, он хотел отчитать юную профессоршу. Да, за пустяк, и да, несправедливо. Но портить отношения с первого рабочего дня не хотелось. Что ж… Профессор успел только открыть рот, чтобы ответить что-то язвительное, но девушка тут же его прервала. ― Профессор, я прошу прощения. Я не подумала о том, что ребятам не хватит короткой перемены, чтобы обсудить все, что они узнали. В следующий раз я попробую закрыть дискуссионные вопросы на уроке. Извинений Снейп не ожидал. Он посмотрел на девушку долгим взглядом, вздохнул и ответил: ― Это ваш первый урок, мисс Сноу. А пятнадцатилетние юноши уже спорят о том, больше вам тридцати лет или меньше. Не распускайте их. Оу. Вот оно что… Адриана растерялась. Производить такой эффект на четверокурсников она не планировала, это было странно. Но объяснимо ― они просто подростки. Ответить мисс Сноу не успела ― профессор Снейп отправился дальше, не дожидаясь ее комментариев. ― Профессор! ― зачем-то окликнула она. Снейп оглянулся. ― Мне двадцать девять, ― улыбнулась Адриана. Удивительно, но вечно хмурый Снейп неловко улыбнулся в ответ, покачал головой и удалился.