Надежда Героя Щита II

Наофуми устало зевнул. Что это был за день. После продолжительного зевка он протер глаза, прежде чем вернуться к составлению рецептов на импровизированном столе в задней части фургона. Прошло почти восемь часов с тех пор, как они попали в засаду, устроенную большой группой Церковных Теней. Восемь часов с тех пор, как они сбежали с помощью союзника Тени. Семь часов с тех пор, как они покинули лес и повернули на равнину на юго-восток, а не на северо-восток, как он планировал. И четыре часа с тех пор, как он заставил Фило остановиться в укромном месте, где они могли разбить лагерь. Он был один со своим Щитом, настроенным на Щит с двумя собачьими головами, поэтому его особый эффект предупреждал его, если какие-либо монстры приближались к его лагерю, пока он не обращал внимания. Или если Церковные Тени, от которых они уклонялись ранее в тот день, снова нападут, чтобы устроить засаду на его отряд… Он сделал паузу в приготовлении, чтобы сделать глоток только что приготовленного зелья. На вкус оно было не таким горьким, как его лекарство, но он все равно вздрогнул от его вкуса. Какое-то время он сидел неподвижно, проверяя, сработало это или нет… Он снова устало зевнул. Нет, новое зелье, которое он выучил из своей книги, только давало ему сопротивление эффекту состояния сна. Он поставил бутылку с зельем сопротивления сну в сторону. Однако он разбудил Рафталию раньше. Было ли это из-за того, что он действительно устранял состояние статуса, или из-за его горького вкуса, это оставалось за судом. Как бы то ни было, это сработало, когда он приготовил свой первый и заставил ее выпить… Наофуми вернулся к составлению рецептов. … Через несколько минут Наофуми вздохнул и убрал свои инструменты для смешивания, закончив перебирать травы, которые он собрал в окрестностях. Он получил приличную сумму, о чем свидетельствовали коробки, полные свежеприготовленных лекарств рядом с ним, но этого было недостаточно, чтобы помочь ему работать в ночную смену. У него оставался еще добрый час, чтобы нести пост. Возможно… Он достал еще одно зелье сопротивления сну и зелье сопротивления яду и смешал их вместе. Ему было любопытно посмотреть, что произойдет, если он объединит два разных лекарства для лечения статуса вместе. Через мгновение на экране статуса Наофуми появилось уведомление. Несмотря на то, насколько усталым он себя чувствовал, он слегка улыбнулся результату, когда читал описание нового зелья. Status Cure All (слабый): Полезно для лечения большинства эффектов в битве. Если он помнил, это был ключевой товар, которым славились Ночные торговцы. Теперь, когда он узнал, как их делать, он мог добавить их к своим запасам и укрепить свою личность как Ночного Торговца, который лечит больных людей. Несмотря на то, что он очень устал, он был доволен собой. Он уже собирался положить его, когда почувствовал, как зелье реагирует с его щитом. Заинтересовавшись, он позволил своему щиту поглотить его. Условия соблюдены! Лечебный щит разблокирован! У Щита был бонус экипировки, который давал ему небольшое повышение сопротивления болезням. «Сначала я узнаю, что Фило владеет магией, потом я разблокировал щит-маску, а теперь это…» Его первоначальный план после прохождения через горы состоял в том, чтобы отправиться на северо-запад вдоль границы Мелромарка, чтобы продолжить первоначальный маршрут, который он выбрал как Ночной Доктор. Пока они получили немного денег, чтобы улучшить снаряжение и помогли Фило достичь 40-го уровня, он планировал собрать информацию о странах вокруг Мелромарка. Если бы существовала страна, в которую он мог бы отправиться, не беспокоясь о Столице, Церкви Трех Героев или агентах Сильтвельта, преследующих его, это действительно помогло бы ему. Следующей частью его плана было найти способ использовать магию иллюзий Рафталии, чтобы они могли проникнуть через границу в указанную страну после того, как они достигли максимального уровня и экипировки. Все, что ему нужно было сделать после этого, это выяснить, есть ли в стране песочные часы, и, если они есть, получить Рафталии и Фило их классы. В конце концов, когда начнется следующая волна, их вернут обратно в Мелромарк, но, по крайней мере, члены его группы будут за это классифицированы. И Церкви или Королю будет намного сложнее захватить их, если они станут еще сильнее. Однако, путешествуя на юго-восток, они собирались пройти через плоские равнины во внутренние районы Мелромарка. В конце концов они прошли всего в нескольких милях к северу от Столицы, прежде чем вернулись на более знакомую территорию. Однако они будут далеко от любой границы, пока не доберутся до Мирсо. Если бы они туда ездили. Чтобы добраться до деревни, потребуется как минимум неделя пути без остановок. И это не считая времени, которое им нужно было останавливать, чтобы отдохнуть, собрать травы, победить монстров, объехать различные города и деревни, чтобы заработать деньги, и так далее. Если бы они ускорили время, они теоретически могли бы убежать в любую страну, которая находилась за границей от Мирсо, но если бы это была не та страна, скажем, Зильтвельт, то они бы потеряли еще больше драгоценного времени, пытаясь попасть в другую страну. Хотя было плохо, что они не смогут придерживаться приграничных городов, как планировал Наофуми, он понял, что, возможно, это была не такая уж плохая идея. Прошло почти две недели с тех пор, как он покинул Столицу. Церковь, узнав о его передвижениях, вероятно, догадалась, что он пытается пробраться к границе Мелромарка. Если бы они были умны, они бы сообщили об этом королю. Оба они в конечном итоге искали неправильные области во внешних частях Мелромарка, пытаясь найти, куда он направляется. Тем временем он будет более свободно путешествовать по противоположной стороне страны. Возможность более полно спрятаться в образе ночного торговца с помощью щита маски. У них, наконец, будет шанс отдышаться и немного замедлиться. Почувствовав свою удачу, он достал из своего инвентаря ограненный драгоценный камень. Это был аметист, прощальный подарок от торговца аксессуарами. Он был меньше, но должен был быть того же качества, что и ограненный изумруд. Он наполнил его оставшимися MP, но он еще не был готов к зачарованию. Он хотел, чтобы у него было больше запасов маны для использования. Он положил драгоценный камень обратно в свой рюкзак, достал несколько инструментов и немного серебряной руды, которые он получил, исследуя случайную пещеру с Рафталией за несколько дней до их прибытия в Мирсо, и начал нагревать и формировать из него ожерелье для аметист. Помимо лекарств и зелий, Наофуми надеялся, что изготовление аксессуаров также станет неотъемлемой частью его бизнеса. Узнав, по какой цене они продаются на волнах, он мог заработать серьезные деньги. Если бы он только мог найти способ восстановить MP… Может быть, если бы он смог найти способ заставить Рафталию и Фило насытить драгоценные камни… Это, безусловно, помогло бы, если бы ему помогали несколько человек. … Чем больше он думал об этой идее, тем лучше она звучала. Наофуми положил инструменты рядом с незаконченным ожерельем, которое делал. Затем он тихо вышел из задней части фургона. Слева от него в ясное ночное небо взлетели тлеющие угли догорающего костра. Справа от него, под наполовину палаткой, которую он помог установить под рощей, спящая Фило прижалась к теплым волосам своей суррогатной спящей матери под их спальным мешком. Улыбка тронула губы Наофуми при виде восхитительного зрелища. Черт, почему они должны были выбирать именно сейчас, чтобы выглядеть так мило? Он никак не мог разбудить их для этой задачи. Черт, у него будут проблемы с тем, чтобы разбудить Рафталию для ее смены сегодня вечером. Даже после своего первого и импровизированного сна Рафталия сразу после ужина легла спать с Фило. Она, должно быть, очень устала сегодня, либо это, либо вызванная статусом форма сна не была такой спокойной, как настоящая… Он повернулся, чтобы уйти. Желание оставить их двоих в покое. — Ммм… папа? — тихо пробормотал Фило. Наофуми остановился. — Что такое, Фило? — Все нормально? — спросила она, ее глаза все еще были опущены. Хотя она тоже выглядела немного обеспокоенной. Ей только что приснился кошмар? Он все еще испытывал искушение попробовать свою идею. Но тревога грызла его, поэтому вместо этого он сказал что-то другое. — Да. Все в порядке. Я просто проверял тебя и твою маму. — Хорошо. — Фиро устало улыбнулась, снова прижавшись к Рафталии. — Еще раз спасибо, что защитил Фило и маму сегодня. — Она снова заснула, прежде чем он успел ответить. — … нет проблем. — Наофуми обнаружил, что на его лице застыла легкая улыбка. Ему действительно повезло иметь их двоих, не так ли? Черт, неужели он действительно считал, что ему повезло, что Фило рядом? Должно быть, он сошел с ума. — Вы… Вы думаете что-то грубое, господин Наофуми? Наофуми в шоке быстро повернул голову. Только Рафталия пробормотала после этого что-то неразборчивое, прежде чем снова зевнуть, перевернуться и вернуться к тихому храпу в волосы Фило. Он покачал головой и снова стал смотреть на костер. Он не мог избежать ее магии разума, даже когда она спала! … Наофуми уставился на угли догорающего костра. Он все еще чувствовал усталость, но теперь, когда он ничего не делал, его разум наконец обдумал события дня. Рафталия была 40 уровня. Ему было 36. Фило было 34. Им двоим еще есть куда расти. Но теперь у Рафталии была звездочка рядом с ее именем в его статусном меню, что указывало на то, что она не могла повысить уровень. Из-за корректировок роста и созревания от Щитов Работорговцев I, II и III, характеристики Рафталии уже были намного выше среднего. Но если она не может поднимать класс, единственный способ, которым она сможет улучшиться сейчас, — это приобрести лучшее снаряжение. Либо так, либо ей придется изучать больше магии. Ее единственным атакующим заклинанием на данный момент был Light Slash. Рафталии скоро понадобится новый гримуар, так как она почти закончила читать тот, который у них был… Он пока отложил эти мысли и переключился на что-то другое. «Мы попали в засаду посреди ниоткуда… и они тоже почти догнали нас. Если бы Фило не знал магии…» Он вспомнил ту Церковную Тень, которая прыгнула за ним. Он до сих пор ясно помнил ненависть, горящую в его глазах. Кинжал готов нанести удар. Он невольно вздрогнул, когда призрачный холод пробежал по его спине, и он подложил немного дров в угасающий огонь, надеясь прогнать холод. Если бы Фило не вмешалась с этим заклинанием торнадо ветра, этот момент мог бы закончиться совсем по-другому… их побег мог бы закончиться совсем по-другому, если бы она не использовала свое другое магическое заклинание… «Я не понимаю, почему Церковь Трех Героев так ненавидит меня вместе с полулюдьми. Я имею в виду, что сделали прошлые Герои Щита и полулюди, что заставили их превратить меня в дьявола? Или нет другой причины, кроме того факта, что им нужен кто-то, над кем они могли бы чувствовать превосходство?..» Он не мог атаковать, то есть не мог легко дать отпор. Его основными способами нападения были либо контратаки, либо действительно творческие действия с эффектами его различных щитов или окружающей среды. Из-за этого он мог стать идеальной мишенью для оскорблений… … Наофуми покачал головой. Он ничего не знал об истории Церкви. Он очень мало знал об истории этого мира в целом. У него было слишком мало информации, чтобы прийти к выводу об этом сейчас. Если бы он попытался подумать об этом еще, он только собирался выдвинуть теории заговора по этому поводу. И он видел достаточно видео на Youtube дома, чтобы знать, куда это его приведет. «Что меня действительно беспокоит, так это то, что Тень из прошлого…» Он все еще ловил себя на том, что прокручивает в уме их короткий разговор. … «Можете ли вы хотя бы сказать мне, чего вы хотите или на кого вы работаете?» Он спросил. «Смею сказать, что не могу, сэр Герой Щита». — ответила Тень. «Потому что я не могу раскрыть личность моей госпожи в настоящее время …» … «Я знаю, что эта Тень работает на какую-то даму. Хотя я не знаю, кто эта дама… Однако я могу сказать, что главная цель «моей госпожи — сохранить жизнь тебе и другим героям…» Это определенно освежало. По крайней мере, кто-то хотел его живым. «Надеюсь, это было не по таким причинам, как пытки.» И, конечно же, был большой вопрос, почему она не могла раскрыть, на кого она работала. Насколько он знал, госпожа, о которой говорила Тень, могла быть Стервой, и это был просто ее способ заставить его надеяться, что кто-то там помогает ему, прежде чем она войдет и раздавит его. Однако, несмотря на то, что она сделала, Сука не производила на него впечатление человека, планирующего что-то настолько сложное. Нет, она предпочла бы краткосрочный план, который принесет ей больше удовлетворения, чем работа над чем-то долгосрочным, вроде этого. На данный момент он мог предположить, что Тень работает против Стервы и ее отца Подонка. « …Нас, Теней, стало меньше. Наши враги превосходят нас по численности, чем я хочу признать. С каждым днем ​​они растут и становятся смелее…» Эти слова действительно обеспокоили Наофуми. «Судя по тому, что она сказала, те Тени, которых мы встретили в лесу, были из той же организации, что и она, или что-то в этом роде. Но теперь Церковь купила их верность. И если бы она могла появляться в моем фургоне и выходить из него так, как она это делала…» По его спине снова пробежали мурашки. Он действительно надеялся, что Тени, нанятые Церковью, не способны на такие же подвиги. " … Боюсь, я не смогу помочь вам, как раньше…» В то время как предыдущая часть беспокоила его, эта последняя часть смутила его. «Я до сих пор не понял, помогала ли она нам раньше…» Он определенно запомнил бы ее голос, если бы услышал его. Он подумал об этом еще немного. Церковь не была уверена, жив он или мертв после побега из ловушки в шахтах. Оперативники церкви в этом районе были убиты. Затем была вечеринка, на которой Церковь собиралась устроить ему засаду. Один из членов группы Рена случайно обнаружил, что Рафталия была его рабыней. Черт, задолго до всего этого Эльхарт получил записку от случайного незнакомца, которая привела Наофуми к работорговцу, где он купил Рафталию. Могла ли она быть ответственной за все это? Если эта Тень и ее группа действительно были ответственны за это и, возможно, за многое другое, он не знал, что и думать о невозможности получить такую ​​помощь в будущем. Возможно, он слишком много думал, она никак не могла помочь со всеми этими событиями… верно? «Остерегайся, Герой Щита. Твоих врагов гораздо больше, чем ты думаешь. Некоторые из них будут теми, кого ты меньше всего подозреваешь…» «Я знаю, что почти все в этой стране меня ненавидят. Но кого бы я меньше всего подозревал в том, что он мой враг?..» О Рафталии определенно не могло быть и речи. Было бы нелепо думать о ней. У нее было много раз, чтобы предать его в прошлом. Черт, у нее была возможность забрать свою свободу и оставить его гнить в тюремной камере. Она могла легко оставить его умирать много раз, так как он ничего не мог повредить. Но она этого не сделала. Она оставалась рядом с ним, доверяла ему, боролась за него и снова и снова признавалась ему в любви. Она даже сделала себя его рабыней после освобождения в знак того, как сильно она ему доверяла, и своего желания, чтобы он доверял ей. Он уже выиграл в лотерею, имея в своей жизни такого преданного, полезного и доброго человека, как она. Последнее, что он собирался сделать, это сомневаться в ней сейчас, после всего, через что они прошли вместе. Там был Элхарт, человек, который первый поверил ему после того, как узнал о заговоре против Наофуми. Он мог тайно замышлять восстание против Наофуми в будущем. Однако Наофуми с трудом представлял, как добросердечный кузнец предаст его. Особенно с качеством доспехов и оружия, которыми он снабдил его и Рафталию. Он тоже был исключен. Фило… Нет. Она все еще была ребенком, который думал о себе как о его ребенке… если у нее не развился вкус к человеческому мясу, куриные лоли также были сняты со стола. «Кто еще тогда захочет предать меня?.. или это люди, которых я еще не встречал…» Он, честно говоря, не знал. Он не был особенно близок со многими людьми в этом мире, которые были в бегах, и ни один из них не приходил на ум как потенциальные люди, чтобы предать его. Означало ли это, что Тень имела в виду, что, возможно, там было больше врагов, о которых он не знал? Но у него все еще была одна важная вещь, о которой Тень сказал в их короткой беседе. … " … И скоро придет время, когда ты столкнешься лицом к лицу с дочерью моей госпожи. Я уже знаю, что мы не сможем уберечь ее, когда она приедет, ибо в столице уже замышляют против нее заговор. Только ты сможешь защитить ее от заговоров, разворачивающихся на нашей прекрасной земле». «Подожди, я должен защищать чью-то дочь?» — попытался спросить Наофуми. «Я прошу вас о многом, сэр Герой Щита. Осмелюсь сказать, я не уверена, захотите ли вы защитить ее после того, что сделал с вами Мелромарк. Но знайте, что когда вы ее найдете, вы узнаете, кто это. Я работаю. И что в наших интересах защитить вас и остальных героев от политики нашего мира». … Наофуми поймал себя на том, что хмурится. «Помимо всего прочего, мне нужно выяснить, кто такая дочь этой госпожи. Значит, мне придется защищать ее от какого-то заговора? Вероятно, именно здесь Тень была самым расплывчатым. Он не знал, кто эта загадочная девушка. Он не знал ни ее возраста, ни того, как она выглядела. Он не знал, кто замышляет против нее заговор, хотя мог догадаться, что в этом виновата либо Церковь, либо Столица. Может быть, Сука, но это было похоже на натяжку. «Что вообще может случиться, чтобы кто-то такой могущественный, как она, не смог защитить эту дочь?» И снова Тень буквально появился и исчез из его фургона в мгновение ока. Ее характеристики скрытности, должно быть, зашкаливали! Если она не сможет защитить эту дочь, как, черт возьми, он сможет?! Он честно не знал. И то, чего он не знал, бесило его больше всего. Звучало так, будто эта госпожа искренне хотела ему помочь, но недостаточно доверяла ему, чтобы раскрыть, кто она такая. Или, может быть, Тень не считала его достойным доверия. Не то чтобы он был из тех, кто болтал. Он только начал доверять людям, кроме Рафталии и Элхарта, почти две недели назад. … Наофуми покачал головой. Он так погрузился в свои мысли, что огонь снова начал угасать. Кроме того, он чувствовал себя еще более уставшим. У них был долгий день путешествия на следующий день. «Я лучше разбужу Рафталию и позволю ей взять свою смену. Я не хочу, чтобы она беспокоилась о том, что я снова возьму на себя дополнительные смены… И, возможно, я мог бы использовать это как шанс проверить, может ли она наполнить драгоценные камни маной.» С этой мыслью он встал и пошел будить Рафталию. Даже если она выглядела очаровательно, обнимаясь со своей дочерью Фило. _______________________________________ Рен Амаки прислонился к колонне церкви Трех Героев, нервно постукивая ногой по земле. Перед ним один из членов его группы, Вельт, стоял перед Песочными часами Дракона. Группа рыцарей только что залила жидкостью желобки платформы, и сами Песочные часы засветились мягким красным светом. Мечник смотрел на ветку профессий, готовясь выбрать и получить долгожданное повышение класса. — Какой класс мне выбрать… быть фехтовальщиком — это здорово, но, может быть, мне лучше будет на позиции, поддерживающей Бакту. Может быть, копьеносцем? — Не могли бы ты поторопиться, Велт?! — крикнул Бакта в нескольких десятках футов от него. — Я хотел бы получить свой класс, прежде чем я умру здесь! Он неловко стоял в своих доспехах. — Мы сказали тебе еще до того, как пришли сюда, что ты должен был пойти в ванную — пренебрежительно сказала Терсия рядом с ним. — Честно говоря, вы дворяне и иногда ваша благородная гордость — хихикнула Фарри рядом с Терсией. — Это так неловко. Ты мог бы просто признать, что тебе нужно в туалет, прежде чем мы пришли сюда, вместо того, чтобы говорить, что все в порядке. — сказала Терсия. Бакта собирался закричать на двух магов, но тут одна из монахинь неподалёку посмотрела на него, эффективно заставив его замолчать. — Это церковь, а не детская площадка. — Монахиня упрекнула его. — Более благоговейно относитесь к святому месту, на котором стоите. Лицо Бакты покраснело, и он продолжал неуклюже стоять в своих доспехах. Терсия и Фарри тихонько захихикали про себя. Хотя Рен продолжал выражать свою нервозность, постукивая ногой. И, если присмотреться достаточно внимательно, можно увидеть печаль в его голубых глазах, когда он наблюдает, как его группа шутит друг с другом. Подумать только, он раньше не замечал их товарищества. Терсия и Фарри снова захихикали в свои руки, увидев, что благородный танк их группы эффективно заставил монахиню замолчать. Даже после того, как она закончила ругать его, монахиня внимательно наблюдала за ним, явно отмечая дворянина как проблемного ребенка. Рен только пару дней назад понял, что играет не в мире своей любимой игры Brave Star Online. Наоборот, он действительно был в другом мире. Реальный мир, наполненный реальными людьми. Другая монахиня, одетая в черную мантию, прошла мимо Рен по платформе, делая почтительный реверанс Герою Меча, проходя мимо. Это была настоящая леди, которая сделала выбор отдать свою жизнь поклонению своим богам. Несмотря на то, что Рен не заметил ее ничем, кроме взгляда, когда его нога постукивала под ним, она выглядела благодарной за то, что хотя бы ненадолго привлекла внимание одного из Трех главных героев, которым она стремилась поклоняться и подражать. Люди этой церкви тоже были настоящими. Монахини и священники, собравшиеся под платформой для поклонения, были такими же реальными, как и Рен. Это только усилило его нервозность, и он стал быстрее стучать ногой по полу. И он понятия не имел, что делать. — Не могли бы вы перестать топать ногой? — Голос напротив него сказал резким тоном. Рен тут же напряг ногу, остановив постукивание. Однако нервозность нуждалась в выходе, поэтому вместо этого его рука постукивала по ноге, когда он смотрел на него. Прислонившись к противоположной колонне, накрывшись плащом, чтобы скрыть свой получеловеческий вид, стояла Виндия. Ее лицо не выражало никаких эмоций, хотя ее глаза все еще были слегка красными от ночного горя по Гаэлиону. Она смотрела, как ее товарищи по группе проходят ритуал повышения класса со стальным взглядом. У нее был только 16-й уровень, и она не собиралась проходить ритуал повышения класса. Одна ее рука покоилась на рукояти маленького меча, лежавшего в ножнах под плащом. Укол вины пронзил Рена, когда он снова уставился на нее. Несмотря на то, что Виндия не смотрела на него, он все еще чувствовал взгляд, который она бессознательно посылала ему. Возможно, он спас ее от группы работорговцев, и она могла присоединиться к его отряду, но она и близко не собиралась его прощать. ________________________________________ «Единственное, что ценится в этом мире, это сила… это единственное, что имеет значение, единственное, что…» … Она не отклонила приглашение Рена на вечеринку, а вместо этого приняла его, присоединившись к вечеринке Рена. — Я не забуду, что ты сегодня здесь делал. — сказала она ровным голосом. «Но поскольку у меня нет выбора, я присоединюсь к вам, чтобы убедиться, что вы сдержите свое обещание… сэр Рен». Она насмешливо произнесла это имя. ______________________________________ Это было правильно. Она просто держалась за него, чтобы убедиться, что он не напортачит. Что он действительно вырастет и станет Героем Меча, каким он был нужен миру. Он не мог продолжать думать, что сможет больше работать один. Ему нужны были эти члены партии, эти люди, чтобы помочь ему. Но чем они могли ему помочь? Он даже не был уверен, как ему помочь. Если бы он только относился ко всему более серьезно. Если бы он послушал Наофуми вместо того, чтобы пережить свою игру, и… … — Ах, Герой Меча, какой приятный сюрприз. Рен перестал постукивать ногой и повернул голову, пытаясь скрыть удивление. Через двери позади него на платформу вышел глава Церкви. Папа Баламус. — Я слышал, что ваша поездка, чтобы убить Дракона, прошла успешно. — Д-да. — Рен ответил почти нерешительно. Затем он кашлянул себе в руку и снова заговорил, на этот раз более твердо. — Да, был. Драконьего императора Гаэлиона больше нет. — Он снова выглядел нормальным, крутым, отчужденным подростком, каким его обычно считала Церковь. Хотя одна рука была засунута в карман, сжимаясь и разжимаясь, чтобы дать выход своим эмоциям. Если Папа и был удивлен, что Рен узнал имя убитого им дракона, он этого не показал. — Жаль. В другой раз он был одним из самых миролюбивых драконов, живущих в границах нашей страны. Он пользовался большим уважением у людей в том районе. — сказал Папа с ноткой печали в тоне, когда он проходил мимо Рена, сцепив руки за спиной. Вельт все еще выбирал, в какой класс он хочет выбрать. — Я думаю, это показывает, как даже те, кого мы уважаем, могут в конечном итоге повернуться против нас и стать нашими врагами. Рен спокойно посмотрел на Папу. Папа смотрел в сторону, но его слова имели для них зловещий оттенок. — Я… кажется, я не понимаю, ваше превосходительство. — спокойно сказал Рен. Папа еще немного помолчал. У песочных часов Вельт наконец выбрал себе класс и был окутан сияющим светом. Мгновение спустя свет померк, и он снова появился в поле зрения, удивленно глядя на себя. На магическом экране состояния Рена звездочка рядом с именем Вельта исчезла. — Это случилось раньше. — Папа вздохнул. — Сильные и уважаемые люди не всегда выполняют обещания людей, которым они обещают служить и защищать. — Если бы это была игра, Рен подумал бы, что это ситуация, когда NPC дает ему важную справочную информацию о мире. Информация, которая повлияет на его восприятие того, что произошло позже. Однако это была не игра, и он понял настоящий смысл слов Папы, когда тот говорил. И смысл пугал его как ничто другое. — В прошлом были люди, которые отвернулись от человечества. Люди, которым когда-то доверяли и уважали те, кто ниже их. Чьи действия довольно сильно повлияли на человечество. Со временем мы стали видеть в этих уважаемых людях врагов, а не как героев. — Папа наблюдал, как Бакта оттолкнул Вельта от песочных часов, только для того, чтобы ранее монахиня схватила танкера за ухо, прежде чем оттащить его. Одна из магов, Терсия, заняла его место, чтобы повысить свой класс. Слуги влили еще немного странной жидкости в канавки платформы. — К сожалению, кажется, дракон Гаэлион станет еще одним дополнением к этому печальному списку. … — Полулюдям… нравится Герой Щита. — Рен прокомментировал позади Папы. — Да, именно. — Наконец Папа снова повернулся к Рену. На его лице играла расслабленная улыбка. — Я боюсь, что даже Священные Герои могут впасть в немилость и стать дьяволами, которых мы боимся. Герой щита прошлого не был исключением, когда он объединился с полулюдьми, когда человечество было в опасности со стороны волн. Это был печальный удар. Действительно тогда, когда это произошло. Я надеялся, что нынешнего Героя Щита можно будет… искупить. Рен продолжал спокойно смотреть на Папу. Его рука в кармане сжалась так сильно, что костяшки пальцев побелели. Папа этого не говорил, но скрытая угроза была. Даже Рен мог стать врагом, если сделал один неверный шаг, с которым Церковь не согласилась. Даже если предательство было таким простым, как присутствие с получеловеком. — Я не предам человечество. В отличие от Наофуми. — Ложь пришла к нему естественным образом. В конце концов, он лгал себе с тех пор, как был призван в этот мир. Папа повернулся к дверям, чтобы уйти. Однако, прежде чем уйти, он взглянул на фигуру в капюшоне, стоящую напротив Рена. — Прежде чем я уйду, могу я спросить, где вы нашли эту девушку? Рен посмотрел на Виндию. Она по-прежнему не смотрела на него. Она спокойно смотрела, как Терсия закончила повышать свой класс, и Фарри заняла ее место. Монахини снова влили в канавки странную жидкость. — Я встретил ее в городе во время моего путешествия. — ответил Рен через мгновение. — Она жила со своим отцом… но какой-то идиот разграбил их дом и убил его. — его голос был наполнен грустью и виной. Он вспомнил, как работорговец упомянул, что Папа был бывшим владельцем родителей Виндии. Он ненадолго задумался, узнает ли ее Папа или нет. Или если бы он узнал, как ее капюшон поднимался над ее волосами немного выше, чем обычно, из-за ее спрятанных собачьих ушей… так что он решил добавить последнее предложение. — Теперь она путешествует со мной, чтобы стать достаточно сильной, чтобы найти и наказать идиота, убившего ее отца. — …Интересно… — Папа снова посмотрел на нее. Похоже, он не признал Виндию ни своей бывшей рабыней, ни получеловеком. — Тогда, дитя мое, ты получишь мое благословение на твои поиски. Пусть твой отец найдет покой в ​​чертогах небесных. — С этими словами он повернулся к дверям, ведущим наружу. — Прощай, Герой Меча… И помни, что я говорил тебе о Герое Щита. Рен слегка кивнул головой, и с этим Папа ушел. Та же самая расслабленная улыбка, которая говорила о том, что Бог был на его стороне, все еще была на его лице, когда за ним закрылись двери. Когда Папа ушел, Рен снял перчатки и стал массировать костяшки пальцев. Они были такими тесными, что было больно. «Этот человек…» Он знал это. Ему нужно было больше узнать о деятельности Церкви Трех Героев. Он понял, что отчасти причина их недоверия к Наофуми была из-за прошлого Героя Щита. И что это каким-то образом связано с полулюдьми… но это не объясняет, почему они так его ненавидят… он должен был понять это. — Наконец-то моя очередь… — говорил Бакта, когда Фарри отходил от Песочных часов. Выглядит довольным тем, что смог повысить класс. — Извините, вам придется немного подождать. — прервала его монахиня. — Чего ждать?! — удивленно воскликнул Бакта. Однако, когда монахиня посмотрела на него, он замолчал. — Почему я должен ждать? — Во-первых, из-за твоей грубости и непочтительности. Во-вторых, мы израсходовали остатки нашего святого класса на твоих друзей. Потребуется время, чтобы привести сюда больше. — спокойно сказала монахиня. — Как много времени это займет? — отчаянно спросил Бакта. — Долго, если вы не можете научиться быть благоговейными в наших залах! — Монахиня рявкнула на него. — Аууууу… — Бакта лег на пол, стоная от боли. Танку в группе Рена так сильно хотелось пойти в туалет, что ему это уже даже не смешно. Терсия, Фарри и Вельт тихо посмеивались рядом друг с другом. Трое из них просматривают свои новые характеристики и способности в меню статуса. — Ты меня не сдал. Рен был поражен. Он посмотрел, пытаясь найти, откуда доносился голос. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что говорила Виндия. Она все еще смотрела на остальных, но обратилась к нему. — Зачем мне это делать? — спросил Рен. — Не знаю… мне показалось подозрительным, что ты привел меня сюда после убийства моего отца. — ее ровный голос был окрашен гневом. Рен некоторое время молчал. Он снова посмотрел на свою группу, а затем вздохнул, когда его плечи опустились. — Потому что я имел в виду то, что сказал… Я помогу тебе стать достаточно сильным, чтобы наказать убийцу твоего Отца… Что ты будешь делать дальше, зависит от тебя. … На кратчайшее мгновение Виндия взглянула на него. В ее глазах мелькнула вспышка эмоций. Однако к тому времени, когда он был достаточно храбр, чтобы снова встретиться с ней лицом к лицу, он обнаружил, что она оглядывается на Бакту. И это яркое чувство от нее ничуть не уменьшилось. Чувство вины тяготило его душу. Как он мог загладить вину перед ней? Как он мог измениться и стать Героем, в котором так нуждался этот мир… … Но был ли у него действительно другой выбор, кроме как сдаться? Рен заставил себя еще раз пообещать, что помирится с ней. Что он исправит ситуацию со своей партией за то, что не помог им стать сильнее. И что он узнает настоящие планы Церкви и положит им конец до того, как пострадает больше таких людей, как Наофуми. Что касается Бакты… он просто продолжал стонать в агонии на полу, желая, чтобы рыцари поторопились, чтобы он мог выбрать класс и найти ванную.