Они влюбились в октябре

— Я не заболею, я не заболею. Чонин передразнивает Чана и одновременно с этим пытается найти в аптечке таблетки. Вот говорил же он, что бегать в одной футболке не лучшая идея. Но кто бы его слушал? — Не злись. Пару дней, и я буду как огурчик. — Зеленый? Чан хохочет, а потом резко начинает кашлять и становится как-то не до смеха. Чонин вздыхает. И за что ему все это? К своему облегчению он находит нужные таблетки и сироп от кашля. Почему-то нет жаропонижающих, но он надеется, что они не понадобятся. — На, выпей. Чонин протягивает старшему таблетки и стакан воды. Тот послушно пьет лекарство и после заворачивается обратно в одеяло. — Иди лучше вниз, а то мало ли, заразишься. — Если что нибудь понадобится — звони. Чан слабо улыбается и кивает. Младший спускается на первый этаж и решает первым делом заняться грязной посуды, которой накопилось достаточно. Последние пару дней они как-то ленились её мыть. Следом за посудой он моет пол и протирает пыль. Когда же все домашние дела заканчиваются, он ложится на диван и со скучающим видом начинает просматривать новостную ленту. Автокатастрофа, ограбление, повышение ипотечной ставки и чипсы с новым вкусом. Чонин пролистывает все, что ему попадается и вздыхает. Было слишком скучно, а идей, чем себя занять как-то не возникало. В конце-концов, он выходит на улицу и садится на холодные ступеньки. Пару минут спустя к нему прибегает кот. — Тоже нечем заняться? Кот наклонил голову в бок, а затем встал и подбежал к двери, требовательно мяукнув. Чонин слабо улыбнулся, а затем ему пришлось подняться и пустить животное в дом. Ожидаемо, тот начал крутиться вокруг обеденного стола. — Посмотрим, что у меня для тебя есть. Чонин отрезал кусочек курицы и положил на пол. Кот съел его за пару укусов и побежал вперед. Но слепота все таки взяла свое, и он врезался в угол дивана с неприятным стуком. Сердце Чонина болезненно сжалось и он взял кота на руки. — Ну чего же ты? Кот был совсем легким и сквозь шерсть можно было почувствовать его скелет. Чонин гладил его и прижимал к себе. Он любил животных и от мыслей, что им больно, у него наворачивались слезы. — Отнесу тебя к Чану. Ты же его вылечишь? В ответ раздалось мяуканье и Чонин улыбнулся. Он поднялся на второй этаж и заглянул в спальню. Чан не спал, а сидел в кровати с блокнотом в руках. — Я так и знал. — Только не ругайся. Я не мог уснуть. — Кто бы сомневался. Чонин сел на кровать и отпустил кота. Тот покрутился вокруг себя и в итоге лег под боком Чана. Тот виновато поджал губы и еще раз извинился. — Обнимешь меня? Видимо его мысли по этому поводу совершенно ясно отразились на лице, потому что улыбка с лица Чана пропала. Чонину хотелось удариться головой об стену и он тяжело вздохнул. Он никогда не любил слишком много прикосновений, но иногда бывали дни, когда ему этого не хотелось вовсе. Как сегодня. Но отказать он просто не смог. — Ты же боялся меня заразить. Температура что ли поднялась? Чонин заставляет старшего измерить температуру и градусник показывает тридцать восемь и четыре. Не удивительно, что он попросил об объятиях. В здравом уме он бы этого не сделал, зная как Чонин к этому относится. Но парня он своего любил, поэтому встал, обошел кровать и лег с другой стороны. — Так и быть. Чан благодарно улыбается и поворачивается к Чонину лицом. Младший его неловко обнимает и напрягается. Немного можно было и потерпеть. Тем более, Чан болел. Дождавшись, когда тот уснет, он попытался встать. Но как только он это сделал, старший проснулся и попросил: — Не уходи. Чонин лег обратно. Чувство вины не позволяло ему уйти. От прикосновений он чувствовал себя некомфортно, но от мыслей о том, что он не может дать Чану все то, что ему требуется было хуже, чем от физического дискомфорта. Он прикрыл глаза и стал вслушиваться в слегка хриплое дыхание. В какой-то момент он и сам почти уснул, но громкое мяуканье не позволило это сделать. Кот просился выйти из комнаты. В этот раз Чонин смог выбраться из объятий Чана и после этого бесшумно вышел из комнаты. Он спустился на первый этаж и выпустил кота на улицу. Тот побежал в сторону леса и вскоре скрылся среди деревьев. Чонин вновь тяжело вздохнул и взял куртку с вешалки. Ему нужен был свежий воздух. Он собирался пройтись по лесу в одиночестве, но его заметил Хёнджин и подбежав, как-то слишком воодушевленно, спросил: — Не против если я пойду с тобой? — Нет. В целом, Чонину было, по большей степени, все равно. Лишь бы старший много не болтал. Первые несколько минут они и правда шли в тишине. Чонин пинал гнилые еловые иголки под ногами и размышлял о том, что до конца отпуска оставалась неделя. Отдохнувшим он себя не чувствовал из-за того, что в его голове постоянно крутились какие-то мысли и по большей части они были о нем самом. — Ты в порядке? — Да. Просто Чан заболел. Хёнджин понятливо кивнул и замолчал. Они прошли еще несколько десятков метров и старший остановился у клёна. Тот среди сосен и ёлок выглядел как-то несуразно. Совсем как Чонин. — Я сюда и шел. Мне нужны листья. Если хочешь, можешь идти дальше. — Зачем они тебе? — Хочу букет Сынмину сделать. — Из листьев? — Да. Чонина заинтересовала идея Хёнджина и он сел на поваленное дерево, наблюдая за тем, как тот собирал листья, а затем скручивал из них цветы, насаживая на ветки. Вскоре у него получился букет, и если не приглядываться, можно было подумать, что тот сделан из желтых и оранжевых роз. Наверное, Чан тоже заслуживал того, чтобы ему приносили букеты и устраивали романтические вечера. — Можешь мне такой же сделать? Я заплачу сколько скажешь. — Не нужны мне твои деньги, это не сложно. Я бы тебя научил, но ты, я смотрю, не в настроении. Хёнджин начал делать второй букет и Чонин смотрел на это пытаясь понять, что было в голове у старшего. Как он вообще до этого додумался и почему решил сделать Сынмину такой подарок. — Зачем ты это делаешь? — Что? — Этот букет. — Я же сказал, что хочу подарить Сынмину. — Да, но почему? Как ты это понял? — Эм… ну… просто? Я его люблю и это вроде как романтично, так что я просто решил это сделать. — Как ты понимаешь что романтично, а что нет? — Слушай, я не знаю как тебе это объяснить, правда. Каждый, мне кажется, видит это по своему. Я просто знаю, что хочу это сделать. Чонин вздохнул. Он не понимал смысла таких бесполезных вещей. Иногда он искал в интернете, что можно сделать для второй половинки и делал это, Но уловить в этом какую-то суть никогда не мог. — Зачем Сынмину твой букет? Это же мусор. — Ты грубый, знал об этом? И раз ты считаешь это мусором, тебе то зачем дарить это Чану? — Так все делают. И ты тоже. — Ты аромантик? Как же Чонин ненавидел это слово. Он столько читал об этом, что в какой-то момент от одного упоминания об этом его начинало тошнить. Он не такой. Просто в детстве его не научили проявлять любовь. Вот и все. — Нет. — Как скажешь. Но мой тебе совет, не притворяйся тем, кем ты не являешься. Раз Чан тебя выбрал, значит он любит тебя таким, какой ты есть. Они больше не разговаривают. Чонину было нечего сказать. А Хёнджин, улыбнувшись, просто отдал ему букет и после этого они направились домой. Когда Чонин вернулся, Чан уже не спал и пил чай на кухне. Младший вручил ему букет и несколько секунд спустя добавил, что делал его не он. — Спасибо, это мило. Чонин даже не стал спрашивать. Это просто не имело смысла. Он не делал этот бесполезный букет и милого в нем ничего не было. Это были просто листья. Он никогда этого не поймёт. — Я даже стал себя лучше чувствовать. — Еще бы. Я тебе столько лекарств дал. — Вообще-то твоя любовь лучшее лекарство. — Отвратительно. Чонин отворачивается от Чана чтобы налить себе Чай, но все равно улыбается.