Hidden evils: Alice

      Вокруг тихо, влажный воздух оседает в легких и затрудняет дыхание. На уровне колен плавно течет туман нежно-молочного цвета, Юнги разрезает его движением руки, но он настолько густой, что почти не исчезает. Заплетается узлами и цепляется за высокую высохшую траву. Тэхен развел небольшой костер, видя состояние своего нового друга (честно, вид был болезненным), решил сделать привал и переночевать на краю Заколдованного леса в десяти с лишним километрах от города. Будь Тэхен один, он бы без проблем дошел до него, но ему стало жаль изнуренного долгой и опасной дорогой Юнги. Поэтому сейчас они спокойно сидят у огня, Юнги греет ладони и размышляет о чем-то, а мистер Рэд аккуратно перебирает свое оружие и иногда посматривает на юношу. — Мне вдруг стало интересно, что с тобой произошло. Не расскажешь? — Тэхен откладывает пистолеты на разложенную на земле тряпку, поднимая взгляд на замершего Юнги. Мин не знает, что ему ответить и стоит ли вообще это делать. Этот странный, безумный мужчина не внушает абсолютно никакого доверия, даже несмотря на пройденный путь вместе и его помощь. Тэхен буквально спас ему жизнь, буквально дважды (опустим тот факт, что в болото его затянуло по вине Тэхена), но вот разговаривать по душам с незнакомцем все равно неприятно. Юнги потерял способность открываться другим людям. Затянувшееся молчание наталкивает Тэхена на завершение возможного диалога, он планировал перевести все в шутку и не трогать больше эту тему, но Юнги все же подал голос. — Я не помню, — Юнги наматывает пальцем густой туман, почти шепотом отвечает. — Почти ничего, кроме собственной смерти. Мне было пятнадцать, моя семья проводила банкет в честь продвижения бизнеса отца. Я убежал в лес, где упал с дерева и погиб. — Скудно. Но могу сделать пару предположений. — Каких? — он поднимает взгляд на рыжеволосого, хочет убрать выпавшую прядь с чужого лица, но останавливает себя. Тэхен незаметно улыбается, ему льстит внимание и интерес Юнги (который можно понять, ведь тот хочет разобраться во всем этом). Мужчина подкидывает пару веток и толстых поленьев, найденных недавно в лесу, оттягивает свой ответ в желании выглядеть загадочно. На деле же Юнги думает, что мистер Рэд какой-то пришибленный. — Вряд ли ты перемещался сюда больше пяти лет, скорее всего постарался Белый кролик. Честно говоря, я ничего важного про него не знаю, поэтому сильно помочь не могу. — Я и не ждал от вас помощи. Вы не сильно внушаете доверие, — Юнги шумно вдохнул запах хвои и тухлой листвы, слабо насмехаясь над мужчиной. — Ты ранишь меня в самое сердце! — он снова схватился за сердце, изображая приступ. — И когда мы уже перейдем на «ты»? — Когда я найду способ исчезнуть из этого мира, — Мин ответил честно, хоть и понимал где-то в глубине души, что это будет не так просто. Рыжеволосый виновато отвел взгляд, будто это все его вина, будто Юнги оказался здесь по его ошибке и Тэхен самый злобный преступник на свете. Юнги снова не понимает. Не может прочитать чужие эмоции, а если может, то не знает, что они значат и как на них реагировать. Отбросив не лучшее первое знакомство и его безумное поведение, Мистер Рэд кажется Юнги настоящим, в каких-то моментах искренним и понимающим. Юнги смотрит прямо, на блики костра, что играют на чужом лице и прячутся в рыжих волосах, и ему вдруг кажется, что Тэхен прекрасен. В своих словах, движениях, веснушках на широком носу, в огненных кудрях на голове, в глубоком и откровенном взгляде изумрудных глаз. Юнги вновь заворожен этим человеком и думает, может, не так уж он и безумен, как кажется? — Поспи первый, ты устал побольше моего. До рассвета еще часов семь, я разбужу тебя, если захочу тоже вздремнуть. Нужно быть начеку. — Хорошо, понял, — Юнги поудобнее укладывается рядом с костром на сухую землю, под голову подкладывая руку. Ему непривычно спать вот так, будь он тем же пятнадцатилетним подростком, уже расплакался бы. Но сейчас ему нужно отбросить свою прошлую жизнь, чтобы банально уснуть в новой, жестокой. Удивительно, но без эмоций все становится намного легче. Уже через пару минут, разморенный жаром костра и усталостью от пережитых событий, юноша провалился в сон. Тэхен еще какое-то время, подняв голову вверх, вглядывался в яркие звезды в темном небе. Он ненавидит этот мир. Всего две вещи до сих пор заставляют его остаться. Бороться за жизнь, не позволять себе проявление слабости или глупости. Когда-то давно один из рядовых из его отряда прозвал командира Рэда «Безумным Шляпником», аргументируя это тем, что Тэхен: часто улыбался во время сражений и убийств, как настоящий безумец; однажды без особых на то причин забрал шляпу с трупа своего врага. Он носил ее с собой какое-то время, думая, что этот жест спасет его от чувства вины и скорби, но Тэхен тогда лишь еще больше начал ненавидеть себя и этот мир. Та потрепанная, окровавленная шляпа была для Тэхена спасательным кругом во время войны. Мужчина усмехается, вспоминая те времена — какой к черту шляпник, какое к черту безумие? Он ведь просто был влюблен и делал все это ради одного человека, а его так сильно предали и оскорбили… Мужчина смотрит на безмятежно спящего Юнги, что мило причмокивает во сне и хмурится. Забавно. Все так стало смешно и нелепо! Юнги приоткрывает глаза, щурится и часто моргает, будто не понимает, где находится. Еще в полудреме цепляется мутным взглядом за своего спутника и внезапно для Тэхена широко улыбается. Намного теплее и ярче, чем искры костра. Всего на одну дурацкую секунду, кажется, к нему вернулись эмоции. А сердце Тэхена, поймавшее этот момент, пропустило пару громких ударов, тело пронзило крупной дрожью. Мужчина прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Только этого ему не хватало. Как же его снова так сильно угораздило… — Почти утро, ты можешь еще немного подремать. После восхода солнца мы выдвигаемся, — орион говорил тихо и спокойно, смотря, как усиленно трет глаза Алиса. — Вы так и не поспали, — озвучил очевидный факт Мин, это даже не вопрос, поэтому Тэхен теряется с ответом. — Ты переживаешь? — Не знаю, — честно ответил юноша. — Считаю это несправедливым. — Спасибо, — нелепо хихикает он, смотря на серьезное лицо Юнги. — Но тебе придется столкнуться с еще большей несправедливостью, чем эта. Человек может продержаться без сна около пяти дней. Так что, не переживай за меня. — Я переживаю за себя. Если вы умрете, мои шансы на выживание сократятся в разы. — Кто научил тебя таким грубостям? От недостатка сна еще никто не умирал. Юнги больше ничего не говорит, молча кивает и замечает наконец, что дрожит от утренней прохлады. Он ведь в одной рубахе. Костер почти догорает, взамен ему на горизонте начинает подниматься горячее солнце. Юнги впервые встречает рассвет, еще и такой красивый. Еще и в другом мире. Он наслаждается прекрасным видом, ему нравятся здешние краски: местами яркие взрывы огня на голубом небе, огромные кучерявые облака низко опустились и окрасились из белого в персиковый и бежевый оттенки, а город, что издалека кажется таким кукольным, только-только просыпается. Он чувствует, что здесь кипит жизнь, несмотря на общее состояние этого мира. Пока один полностью погрузился в романтику рассвета, второй, Тэхен, вглядывается в чужие глаза, что освещают первые светло-рыжие лучи, видит, как на дне его зрачков отражаются облака, как плещется лава. Двое людей сидят друг напротив друга этим ранним утром и каждый думает о том, что это — самый потрясающий вид, который им довелось увидеть.

♦♣♥♠

История новой Алисы, несомненно, должна заинтриговать и пленить. Одного человека ведь уже привлекли к этим интригам судьбы, пора поведать еще об одном человеке, сыгравшем непосредственно главную роль в проблемах Юнги. Мужчина в странном глянцевом черном наряде, обтягивающем все его тело, будто вторая кожа, лежит без сознания у корней старого большого дерева. На его лице такого же цвета закреплена кроличья маска, заляпанная в сгустках крови и измазанная в грязи. Незнакомец выглядит так, словно уже давно мертв. Издалека так может показаться. Легкая добыча для бездомных и тех, кто считает себя «падальщиками». Однако, если приглядеться и подойти поближе, понимаешь, что он дышит. Его грудная клетка равномерно, но очень слабо, поднимается и опускается. Кажется, каждый его вдох причиняет боль: его брови заламываются, а тело бьёт слабой лихорадочной дрожью, вся его бледная кожа покрылась испариной. После падения в собственную нору, кролик вдруг осознал, что все пошло не так. Он не рассчитывал на то, что его самого затронет вся эта история. С другой стороны, вся его жизнь — риск, поэтому он должен был быть готов ко всему. Его состояние критическое, на грани сознания он еще сражается с законами мира и своего тела, чтобы выжить. Пальцы его рук слегка подрагивают, крупные капли дождя, что начался пару мгновений назад, попадают на разгоряченную кожу и стекают на землю. Он почти скулит от острой боли, резанувшей что-то внутри. Ему смертельно необходимо проснуться. Ради его Алисы, ради ее спасения. Он так сильно облажался! И совершенно нет сил исправить свою ошибку, находясь в таком отвратительном состоянии. Как же скверно. Разразившийся ливень смывает все разводы крови и грязи с его тела, стучит по деревянной лакированной маске и заставляет мужчину приоткрыть глаза. Нужно вставать, нужно жить, нужно как можно скорее найти Алису… У Белого Кролика начинают восстанавливаться силы, так необходимые ему сейчас. Он поднимает руку над головой, загораживая ею глаза от дождя, горько усмехается. — Черт, — на коже тыльной стороны руки виднеется свежий шрам круглой формы. — Моя дорогая… Алиса… Кролик безмолвно молит о прощении у самой жизни, у Юнги, у самого себя. Все должно быть не так! Как же сильно он устал от своей ненависти к этому миру. Как же он устал от своей беспомощности. Предыдущая Алиса сейчас точно бы стукнула его по затылку за такие мысли. Ему интересно, как бы поступила эта Алиса в такой ситуации. Полюбила бы она его снова? Простила бы его за оплошность? Обессиленный мужчина отбрасывает печальные мысли подальше, пытаясь подняться и сесть. Получается с трудом, он опирается плечом о ствол дерева, тяжко хрипя и хватаясь за ребра. Для начала, нужно добраться до дома. Проблема в том, что он настолько дезориентирован, что понятия не имеет, где конкретно находится. Его взгляд плывет, тело не слушается, а временная магия отнимает последние силы. Ему не остается ничего, кроме как ползти в неизвестном направлении в надежде, что он оказался в радиусе километра от собственного дома. Иначе — смерть. Настоящая и безвозвратная. Он не может этого допустить. К счастью, его догадки и вера в свои магические силы оказались верны. Он действительно полз в направлении к своему дому. Маленькому, ветхому и больше похожему на шалаш, наспех собранный детьми. Кролик ласково называет его недоразумением, но искренне любит. Особенно сейчас. Ввалившись всем телом в дом, немного погнув входную дверь, мужчина рушится на полусломанную кровать и роется руками вокруг в поиске нужного лекарства. Странно, оно же было где-то здесь… Нащупав знакомый пузырек с красной сверкающей жидостью, он облегченно выдыхает. Из последних сил вытащив пробку, залпом выпивает содержимое и начинает засыпать. Все-таки, подвигов на сегодня хватит. Ему понадобится несколько дней на то, чтобы прийти в себя. Он лишь надеется, что за все это время с его Алисой ничего не случилось. Если окажется, что она уже мертва, кролик с чистой совестью наложит на себя лапы. Возможно, на том свете он сможет встретиться со всеми Алисами, которых ему довелось знать. С этой мыслью, почему-то греющей душу, темноволосый мужчина проваливается в сон, оказываясь в мире, который ему так близок и приятен. В нем страна все еще цветет, в нем царит мир и искренняя радость. В нем Чимин по уши влюблен и любим. В реальности же по щекам его текут жгучие слезы, а крыша «недоразумения» протекает прямо над ним сразу в четырех местах, как олицетворение таких же пробоин в его сердце.