Кое-что из жизни писателя

Ночь пройдет, наступит утро ясное Знаю, счастье нас с тобой ждёт Ночь пройдет, пройдет пора ненастная Солнце взойдёт Солнце взойдёт Петь птицы перестали, свет звёзд коснулся крыш В час грусти и печали ты голос мой услышь. Антон поплотнее запахнул куртку, ежась от прохладного ветра, и в очередной раз улыбнулся, прослушивая голосовое сообщение от Арсения, которое тот напел ему и отправил буквально несколько минут назад, магическим образом поднимая настроение на пару пунктов вверх. И где же это чёртово такси? — Ого! Это же вы? — раздалось внезапное и Антон обернулся, разглядывая прямо перед собой девушку в коричневой кожаной куртке, ярким макияжем и стаканчиком кофе в руке. На вид ей было от восемнадцати до тридцати, то есть фиг его знает сколько. На глаз было определить очень сложно, да Антон и не пытался. Он сдержанно улыбнулся, мысленно позавидовав ее настроению и горячему кофе в руках. Шастун утвердительно кивнул на ее вопрос, не желая вступать в активный диалог с жизнерадостной девушкой. Далее ещё более необычные вопросы, стандартная просьба сделать фото его рукой, ничего не значащие пожелания всего доброго. И все это за какие-то мгновения. Девушка, получив желаемое, уходила по своим делам. Антон ей вслед улыбался чему-то известному только ему одному, а в голове уже рождались мысли. Ощущения, те самые ощущения, с которыми сталкивались люди творчества, именуемые вдохновением. Это чувство Антон в последнее время испытывал все чаще, а поэтому без промедления открыл в телефоне вкладку «блокнот» и начал печатать, складывая слова в предложения. POV — Стою на улице. Утро. Ветер. Прохладно. Жду такси. Настроение как у парализованного богатого аристократа Филиппа из фильма «1+1». Подходит девочка в коричневой кожаной куртке, с ярким макияжем и стаканчиком кофе. Мой беглый анализ возраста показал результат от 18 до 30. Получается, хрен его знает, что за возраст. Сигнал клаксона заставляет Антона вздрогнуть и на мгновение оторваться от уже написанного текста. У тротуара тормозило такси. Юркнув в теплый салон, Антон выдохнул, бросив таксисту «Доброе утро», а затем перевел взгляд вправо. — Привет. — Привет, — Арсений тепло улыбнулся и протянул ему стаканчик с напитком. — Твой любимый, долго ждал? Мы в пробке застряли, пришлось по переулкам объезжать. — Да нет, зато успел кое-что придумать, — Шастун отпил из стаканчика и довольно прищурился. — Дашь почитать? Я отредачу, — Арсений с любопытством сунул нос в экран телефона. — История на миллион. Кстати, на съёмках можно задать вопрос «Радовались ли вы плохой погоде»? — Антон фыркнул. — Или «Кто из вас приставал на улице к известному человеку и чем всё закончилось»? — Точно. Антон кивнул и вновь открыл вкладку с текстом, ощущая плечом тепло сидящего рядом Арсения. Он вновь начал дописывать начатый ранее текст: POV — И она ушла. Легкой и даже чересчур жизнерадостной походкой для такого противного дождливого дня. Она сделала глоток кофе и, скорее всего, снова улыбнулась. Ведь теперь она не предполагает и догадывается, а доподлинно знает, что мы «заранее все сидели и вспоминали по рофлу». А мимо за окном такси проносились холодная осенняя Москва со своими пейзажами, а в голове рождались яркие мысли сюжетного повествования, читая которые Арсений глупо хихикал и утыкался носом Антону в куртку. А что, он художник, он так видит. Конец…