Ринг - 2

- Пауль, сынок, просыпайся, пойдем, позавтракаем, - Хайди раздвинула шторы и присела на кровать к своему уже взрослому ребенку. Было уже десять часов утра, за окном шел снег и оседал на ветках деревьев, превращая обычный пейзаж в сказочный. Неожиданно сквозь облака выглянуло солнце, и комнату наполнил яркий свет. Несколько лучиков отразились от висевших на стене квадратных часов с зеркальным ободком, и на кровать резво прыгнули солнечные зайчики. - Встаю, - мужчина сладко потянулся. - А это что?- ахнула старушка, проводя пальцами по плечу сына. - Шрамирование, - Пауль скосил глаза на розовые, чуть выпуклые шрамы, которые напоминали о Шнайдере и вызывали теперь только самые приятные ассоциации. - Это мода такая новая? - покачала головой Хайди, разглядывая витиеватый узор. - Можно и так сказать. Я когда с Крисом познакомился, сделал, - усмехнулся Ландерс. - У него тоже есть, но он давно еще себе делал. Тоже узор на плече. - Не понимаю я нынешнюю моду. Хотя не удивляюсь, что она тебя заинтересовала. Вон, ты и ушки себе проколол, как девочка, - засмеялась старушка. - Помнишь, как отец орал, когда первый раз увидел? - Еще бы не помнить! - Ну, ладно, одевайся и спускайся к нам, а я пойду, кофе сделаю. Быстро справившись со всеми утренними процедурами, Пауль пошел на запах еды. Будучи поваром, он и сам прекрасно готовил, но мамина стряпня всегда оставалась для него неподражаемой. На столе уже красовался омлет, блинчики и маленькие, аппетитные бутербродики с сыром и мясом, что называется, на один зубок. Завтрак проходил в спокойной уютной атмосфере: отец рассказывал новости из только что прочитанной газеты, а мать щебетала о соседях. Но как только все поели, тучи начали сгущаться. - Сынок, - Хайди отложила вилку и начала мять в руках салфетку. Было видно, что она не знает, как начать разговор. - Мы с отцом уже не молоды, а ты у нас единственный ребеночек... - Это ты к чему? - удивленно посмотрел на нее Пауль. - Нам бы уже внуков пора иметь. Вон, у Шлиманов, напротив живут, уже четверо. "Спиногрызов" - тут же подумал Пауль, и сам ужаснулся своей мысли. Очевидно, сказывалось общение с Круспе и Думом, которые, как сговорившись, называли маленьких детей спиногрызами, мелкими ублюдками или просто прилагательным "мерзкий". Сам Пауль малышей очень любил и всегда хотел большую семью с двумя или даже тремя детишками, но в реальности все сложилось иначе. Поначалу счастливый брак не принес ему желаемого. Жена, которую он безумно любил, предпочитала строить карьеру, а не заниматься домом и детьми, и это было неизменно. Отношения не стали хуже, просто Ландерс понял, что у них разные жизненные цели и первым заговорил о разводе. Гретель все поняла, и они разошлись мирно, без истерик и скандалов, продолжая еще какое-то время общаться. Потом она уехала во Францию, и Пауль потерял ее из вида. Мужчина думал, что со своим жизнерадостным и веселым характером легко найдет девушку, которая станет ему женой и матерью его детей, но что-то не получалось. Девушки были, однако они так и оставались в статусе "подружка" плавно или резко переходящим в статус "бывшая подружка". А потом появился Дум, и все стало как-то уж совсем непонятно. Постепенно жизнь наладилась, Пауль опять полюбил, нашел нового друга, и все встало на свои места. Будоражило только одно: ситуация полностью повторялась - Ландерс по-прежнему хотел завести детей, а его партнер нет. Дело осложнялось еще и тем, что они оба были мужчинами и взять приемного ребенка не могли. Об этом последнем обстоятельстве Пауль узнал совсем недавно, когда лазил по интернету в поисках ответов на свои вопросы, так как раньше даже не задумывался о том, могут ли однополые пары усыновлять детей. Правда, если уж совсем намудрить, лазейка все-таки была: когда у одного супруга уже есть родной ребенок, второй имеет право его усыновить и тогда можно официально воспитывать ребеночка вместе. Но опять же: откуда его взять? Ведь ни у него, ни у Дума детей не было. Заплатить какой-нибудь женщине, чтобы она родила им малыша? Все это было слишком сложно. Пауль поймал себя на том, что в его мыслях появилось слово супруг, и удивился. Он и раньше знал о регистрации однополых браков в Германии, но до недавнего момента эта тема его никак не волновала. Не волновала и сейчас, просто он мимолетом подумал о том, что было бы, если они с Кристофом поженились, изменилась ли как-нибудь их жизнь. Однако разговаривать с Думом на эту тему мужчина не собирался, так как в их отношениях его и так все устраивало. А дети... Жаль, что не получилось, но, в конце концов, у него есть любовь и семья, а этим не каждый может похвастаться. - Не, мам, сейчас как-то совсем с этим не получается, - вынырнул из своих мыслей Ландерс. - Пауль, завязывай ты уже со всеми этими извращениями! - не сдержался старик и с грохотом опустил на стол полупустую чашку с кофе. - Тебе уже за сорок, найди жену, наделай детей и живи нормально как все! Хайди, которая никогда не лгала мужу, не могла не рассказать ему об отношениях их единственного сына и Кристофа, но как бы она не старалась смягчить эту новость, реакция со стороны ее супруга все равно была крайне негативной. Он никак не мог принять то, что его сын живет с мужчиной, а о любви между ними даже слушать не хотел. - А я и так живу нормально, - спокойно ответил Пауль, хотя в душе у него все бушевало. - Меня все устраивает. - Ты же хотел семью, поэтому и развелся с Гретель! - А она у меня есть. И завтра утром я поеду к своей семье отмечать день рождения. - Это не семья, а срам! - старик сжал руки в кулаки и посмотрел на жену. - Мать, ты то, что молчишь? - Мое мнение ты уже знаешь, и оно тебе не нравится. Хайди любила и уважала своего мужа, но всегда оставалась при своем, не идя на поводу у довольно эмоционального супруга, что частенько помогало Паулю сделать свой собственный выбор, несмотря на протесты отца. Например, именно она не позволила давить на молодого Пауля, когда он выбирал профессию. А ведь Ландерс старший всегда хотел видеть сына полицейским. - Пауль, - старушка посмотрела на мужчину с хитринкой, - может ты все-таки проведешь свой день рождения с нами? Пригласи Кристофа и своих друзей сюда... - Даже думать не смей, Пауль, - перебил старик свою супругу, вставая из-за стола. - Чтоб и духа твоего любовника тут не было! Это все он, тварь... Я просто уверен в том, что это все он затеял и тебя с пути сбил. Не дожидаясь того, что ответит ему сын, старик махнул на него рукой и, встав из-за стола, направился в гостиную. С выбором Пауля он был категорически не согласен и не собирался скрывать свою неприязнь к Шнайдеру, а ведь сначала, до того, как открылись их истинные отношения, Кристоф ему понравился. Высокий, сильный... именно таким он хотел видеть своего сына. - Мам, ну, чего он ко мне приебался? Я уже давно не ребенок, и сам могу решить с кем и как мне жить, - мужчина отодвинул от себя тарелку с недоеденным блинчиком. - Не ругайся, тебе не идет, - Хайди грустно посмотрела на сына. - Конечно, ты можешь сам решать с кем тебе жить, но пойми отца и не обижайся на него. Он не привык к такому и не понимает этих отношений. Я тоже хочу увидеть внуков, но если ты, правда, любишь Кристофа и счастлив с ним, я буду за вас только рада. Хайди накрыла своей ладонью руку сына и легонько сжала его пальцы. Она не хотела выбирать между мужем и Паулем и надеялась, что ей не придется этого делать. Принять выбор сына было непросто и не потому, что она была против таких отношений. Старушка переживала за то, как примут их союз остальные, ведь в городе мальчики живут не одни. Безусловно, кто-то поймет, но не все. Посидев с сыном еще минут пятнадцать, Хайди пошла посмотреть как там супруг, а заодно спросить не забыл ли он принять таблетки от давления. Пауль тем временем ополоснул свою чашку, посмотрел в окно, за которым по-прежнему валил пушистый снег, и поднялся к себе в комнату. Зимой делать в родительском доме было совершенно нечего. Гулять одному не хотелось, а друзей в этом городке совсем не осталось, все разъехались. Через пол часа мать и отец ушли в гости к соседям, Пауля тоже звали, но он отказался, так как семейство Гершвайнов недолюбливал еще с детства из-за их деда, ныне уже покойного, который ненавидел животных и орал на всех, кто проходил мимо его дома с собакой. Сначала Пауль хотел позвонить своим мальчикам, но вспомнил, что Дум сегодня работает, а Рихард гостит у своего престарелого любовника и сейчас, скорее всего, проводит время с ним. В итоге, послонявшись по пустому дому, мужчина лег на кровать, включил планшет и углубился в информационные недра интернета, универсального средства от скуки. Облазив кучу разных сайтов, в том числе и посвященных однополым бракам, Пауль сам не заметил, как задремал, и ему приснился довольно необычный сон: в небольшом пустом белокаменном зале с высокими дорическими колоннами Пауль сидел на большом черном троне, искусно отделанном серебром и драгоценными камнями. На нем были черные кожаные штаны, высокие ботинки с небольшим квадратным каблуком и черная обтягивающая майка, а на широком подлокотнике висела перекинутая через него плотная красная мантия щедро подбитая белым горностаем. Перед троном на коленях стоял полностью обнаженный Шнайдер, на котором был надет только ошейник с массивным металлическим кольцом. Мужчина был сильно возбужден, но почему-то стыдливо прикрывал свой красивый ровный член ладонями. Взгляд он тоже старательно отводил, а лицо прятал за темными рассыпавшимися кудряшками. Круспе тоже был здесь, он стоял рядом с троном по левую руку от своего повелителя и ждал указаний. Мужчина был одет в черные брюки, заправленные в высокие сапоги, а на его голой груди красовалась сбруя из двух перекрещивающихся ремней. Ландерс, сам не понимая, чего хочет, кивнул Рихарду и тот, сняв с подлокотника мантию, подошел к Думу, который вел себя так же робко. Расстелив мантию на мраморном полу, Круспе указал на нее и Шнайдер послушно встал на четвереньки. В руке Куклы неожиданно появился хлыст, и он начал ритмично стегать гладиатора по ягодицам и бедрам. Кристоф вздрагивал от ударов, но не произносил ни одного звука. Глядя на эту картину, Пауль начал возбуждаться, а когда Рихард отбросил хлыст и начал расстегивать штаны, встал с трона и, подойдя к своим любовникам... проснулся. Пауль никогда не замечал в себе склонности к садизму и то, что он возбудился от такого сна, показалось ему довольно странным. В состоянии бодрствования мужчина просто не понимал, как можно поднять руку на любимого человека, и тем более получать от этого удовольствие, но сейчас сновидение исчезло, а эрекция осталась. Решив не заморачиваться этим вопросом, Пауль приспустил штаны, закрыл глаза и, сжав свой член, быстро довел себя до разрядки. Отдохнув после оргазма, он критически оглядел мокрые пятна на коричневом покрывале с витиеватым узором и пришел к выводу, что стирать не обязательно, чуть протереть мокрой тряпкой и сойдет. В доме по-прежнему было тихо, телевизора, перед которым старик проводил все вечера не слышно, а значит, родители еще не пришли, и это давало простор воображению. Замыв покрывало, Пауль соблазнился помастурбировать еще раз, но уже подойдя к процессу белее творчески. Он спустился на кухню и занялся поиском подходящего предмета. Морковка ему совсем не приглянулась, и он продолжил поиски, остановив свой выбор на небольшом гладком огурце. Не придумав ничего лучше, он осмотрел находку со всех сторон и остался ей доволен. Помыв овощ и подержав его под теплой водой, Пауль налил в чашку подсолнечного масла и оправился в свою комнату. Полностью раздевшись, он лег на кровать и раздвинул ноги. Возбуждать себя не потребовалось, член и так уже стоял по стойке смирно от мыслей о том, чем он сейчас будет заниматься. Пауль никогда прежде не использовал игрушки и испытывал некоторое напряжение. Погладив член и поласкав нежную кожу за яичками, он обмакнул пальцы в масло и осторожно ввел один в свою дырочку. Ощущения ему сразу понравились, но трогать себя самого там было очень непривычно. Осмелев и освоившись, мужчина чуть приподнял бедра и добавил второй палец. Проделывать все это самому было не особо удобно, но он кое-как приспособился. Потянув попку еще немного, Пауль взял огурец, обмакнул его в чашку с маслом и, приставив к своему отверстию, медленно ввел его кончик, а затем протолкнул немного дальше, чтобы импровизированный вибратор вошел в него сантиметров на пять. Вставлять глубже мужчина не стал и, придерживая огурец рукой, начал ласкать член как он обычно делал при мастурбации. Оргазм был скорым и ярким, и Пауль прерывисто дыша, расслабился, медленно размазывая сперму по своему животу. Вытащив из себя огурец, Пауль откусил от неиспользованного конца и, смачно похрустывая, посмотрел на часы, которые показывали пять вечера. Внизу щелкнула входная дверь, и мужчина порадовался тому, что он очень вовремя закончил. Быстро вытершись и одевшись, он выкинул остаток огурца в сугроб и спустился в гостиную, где помимо его родителей находилась невысокая миловидная женщина лет тридцати-тридцати пяти. Она была одета в голубые джинсы и оранжевый свитер, по которому волнами рассыпались длинные каштановые волосы. - Это наша соседка, - тут же доложил Паулю отец, - Гретхен Гершвайн. "Нет уж, Гершвайнов мне не нужно" - сразу подумал Ландерс, однако мило улыбнулся женщине и представился. Она не опустила глаза в пол, а наоборот внимательно посмотрела на Пауля. "Видимо, последний шанс у бабы. Вот и вцепилась мертвой хваткой" - он уже просчитывал в мозгу следы отступления, как отец неожиданно пригласил всех на кухню, на рюмочку наливки. - С удовольствием, - она многообещающе посмотрела на Пауля. Тому совершенно ничего не оставалось делать, как пойти с ними. Усадив гостью за стол, мать начала хлопотать, а отец пытался направить разговор в нужное русло. - Гретхен говорила, что не прочь прогуляться, - начал отец. - Да, я с большим удовольствием бы прошлась, люблю, когда падает снег. - Невероятно, мой папа как раз тоже любит прогулки, вы просто сошлись в своем желании, - мило улыбаясь, сказал Пауль, смотря на своих собеседников. - Пауль, я думала, что это вы составите мне компанию, - женщина совершенно бессовестно смотрела на него и даже подмигнула глазом. - Ай, я не могу, я вспомнил, мне срочно нужно перегладить все шнурки… - Ландерс сам до конца не понял, зачем он это сказал, но напор Гретхен ему совсем не нравился. - Могу помочь, - улыбнулась женщина. - Да, милочка, помогите ему, - отец даже не вникал в суть разговора, которого по существу и не было вовсе, но видимо он задался целью свести сына с Гретхен на полном серьезе. Мать подала настойку и маленькие пирожки с яблоками. Отец разлил по рюмочкам янтарную жидкость и предложил выпить за знакомство. - Я вас раньше не видел тут, хотя отлично помню вашего деда, который орал как умалишенный, на всех кто был с животными. - О, дедушка не терпел дома разную живность. - А вот у Пауля есть дома кот, он лысый и без хвоста, - начал отец. - Может он вам его покажет. - Я бы с удовольствием посмотрела, - она чуть в ладоши не захлопала, - я люблю кисок. - Боюсь, у меня дома вам не понравится, - прервал веселье Пауль. - Почему? - она смотрела на него широко открытыми глазами. - У меня помимо кота есть еще два питомца, - неожиданно для себя самого выдал Пауль и вспомнил свой сон. - Какие, если не секрет? - Высокие, стройные, и ходят на двух ногах. Родители напряглись, а девушка, не понимая сути сказанного, задала совершенно глупый вопрос: - А они тоже без хвостов? - Хм, - Пауль сделал паузу, - если вдуматься есть, спереди, а еще можно купить в магазине и сзади прикрепить. Поняв, что он начинает в открытую хамить, Пауль предложил Гретхен проводить до дома. - Но я не тороплюсь, - она похоже приняла стойку на Пауля и решила так просто не сдаваться. Родители к этому времени уже ушли к себе в комнату, оставив их вдвоем. - Увы, но со мной вам ловить нечего, дорогая Гретхен. - А может, попробуем? - Я в жизни не видел таких настырных девиц, как вы. - Потому что я одна в своем роде. - У меня есть любимый человек, просто не в папином вкусе, - Пауль не стал плести интриги и врать. - Вот как… - несколько обиженно протянула девушка и замолчала. - Извините, но мне уже пора ехать домой, а то до ночи не успею, - Пауль приветливо кивнул Гретхен и бросил досадливо-укоризненный взгляд в сторону комнаты родителей. То, что его решили познакомить с соседкой, не стало для мужчины сюрпризом, но вся эта стариковская самодеятельность ему очень не понравилась, и если раньше он планировал выехать только завтра утром, то сейчас был твердо уверен, что покидать родительский дом нужно прямо сейчас пока отец-упырь не придумал что-нибудь еще. Быстро покидав вещи в сумку, мужчина вышел из комнаты и тут же наткнулся на мать. - Прости, Пауль, плохая была идея, но у меня не было возможности его отговорить, - Хайди грустно вздохнула. - Наверное, просить тебя остаться до завтра бесполезно? - Я лучше еще как-нибудь приеду, или ты к нам приезжай, - Ландерс улыбнулся и закинул сумку за спину. - Хорошо... Я тут тебе подарок приготовила, только обещай, что откроешь завтра. - Обещаю, - Пауль забрал у нее довольно увесистый светло-зеленый пакет и вышел на улицу. С отцом он прощаться не стал.