несовместимые

Двадцать второго августа Антон сидел в своей комнате и бездумно перебирал свои украшения, железной кучей лежащие на его столе. Он откинулся на спинку кресла, и направил взгляд в потолок. Директор запретил Шастуну носить «побрякушки», как он выразился, дабы это не оказало негативного влияния на учащихся, и просил приходить в более строгой одежде — хотя бы водолазка, а лучше рубашка, брюки и пиджак вместо широких штанов и футболок. «А в остальном, я приветствую более молодое поколение, что тянется к обучению детей, это похвально. Но одежду следует сменить, сами понимаете». — Конечно, понимаю… — вслух фыркнул Антон, прокручивая недавний разговор в кабинете. Он мечтал стать хорошим учителем. Понимающим, добрым, в меру строгим, но хорошим. И ему не хотелось сливаться с толпой, становиться таким же черно-белым пятном. Но ещё Антону не хотелось увольнения в первый же день из-за неподходящей одежды. Вчера пришлось съездить в магазин, чтобы купить пиджак, который он собирался надеть с классическими чёрными брюками и белой футболкой. Антон надеялся, что это устроит Станислава Владимировича, директора и по совместительству учителя математики. Антон встречал много математиков, и у них у всех, разных людей, соблюдалась требовательность к другим. Может, и к себе, этого Антон не знал. Антон не знал, как поведут себя подростки — Станислав Владимирович лишь сказал, что могут возникнуть трудности, но шанс на работу, за который так отчаянно вцепился Антон, не хотелось упускать. Антон не знал, но надеялся, что трудности будут лишь поначалу. Мелкие трудности. Предыдущая — и первая работа — длилась год. Девятый класс. Он не очень привязался к тем ребятам, хотя среди них были и умные, начитанные дети. Но атмосфера и начальство давили. Антону стало слишком душно, и он сбежал оттуда. Затем его друг, Дима, познакомился с Пашей. Они сошлись на юморе, и Паша проговорился, что у них недавно уволились почти все сотрудники. На нём два класса, и всё такое… Дима, в свою очередь, проговорился об Антоне. Так Антон стал преподавателем литературы и русского языка в новой школе. Лето заканчивалось, по крупице утекало тёплое время, и холод постепенно пробирался вперёд. Антон ощущал дыхание зимы уже сейчас. Но сначала — осень. Сначала сентябрь. Сначала слякоть вперемешку с солнцем, и жёлтые листья на дорогах. Сначала ему предстояло познакомиться с одиннадцатым классом. И он был полон воодушевления. Антон Шастун не знал, что этот год ему готовит. И даже смелые его предположения не могли бы угадать то, чем этот год обернется.