несовместимые

Антон пришёл вовремя. За целых пятнадцать минут до начала уроков. Первый урок у него был с пятым «б» классом, и на удивление, он прошёл хорошо. Второй урок тоже показался Антону неплохим — восьмой «б» вёл себя более активно, но это нельзя было ставить как минус. Потом у него оказалось «окно», если верить расписанию, и Антон просидел, перечитывая тёзку по имени — Чехова. Затем пришёл пятый «а», и Антон еле вынес этот ураган. Пришлось повысить голос, но двигателями урагана являлись всего несколько взбалмошных ребят, подначивающих друг друга, и с ними он быстро справился, пригрозив, что оставит их после уроков на переписывание «Войны и Мира». Потом Антон отправился обедать, и обед ему понравился. Во время обеда к нему подсела Ирина Михайловна со своей тарелкой, и пожелала ему приятного аппетита. — Спасибо, и вам того же, — вежливо ответил Антон, уплетая борщ. — Какой у вас хороший аппетит! — похвалила его завхоз Ольга Викторовна, невысокая женщина средних лет с короткой стрижкой, в джинсах и серой однотонной кофте. — А… Спасибо, — неловко улыбнулся Антон, не совсем понимая суть похвалы, и продолжил есть под пристальным взглядом женщины, и, чтобы отвлечься от ощущения, словно он ягнёнок под прицелом ружей опытных охотников, он решил погрузиться в атмосферу школьной столовой и поблуждать взглядом по где-то весёлым, где-то не очень лицам учеников. В целом, в помещении царило оживление, которое постепенно уходило по мере приближения звонка. За столами оставались по большому счёту старшеклассники, не считающие необходимым спешить на урок, и среди них Антон увидел знакомую косичку. Рядом с владельцем этой косички сидел такой же знакомый Арсений. Он о чём-то переговаривался с другом, то кривляясь, будто передразнивал, то внезапно мрачно качая головой в отрицании чего-то. — Антон Андреевич, что-то случилось? Через восемь минут звонок, — сообщила ему Ирина Михайловна Мужчина вежливо улыбнулся и повернулся к учительнице. — Нет, всё хорошо, просто задумался, — он невольно посмотрел на то место, где сидел Арсений и его друг, но там их не оказалось. Внезапно он почувствовал на себе чужой взгляд. Антон неосознанно повернул голову вправо в попытке найти того, кто создавал это ощущение, и наткнулся на немигающий тяжёлый взгляд пасмурных глаз, выражающих определённую неприязнь по отношению к мужчине. Ирина Михайловна уже вышла из-за стола, и Антон последовал за ней, но внутри себя недоумевал, в чём заключалась причина недоброжелательного настроения. В конце концов он пришёл к выводу, что беспокоиться не о чём — это всего лишь надуманные им же проблемы, которых на самом деле нет и быть не может. Вердикт, вынесенный им, пока он направлялся к кабинету, не вызывал особых сомнений, если не придавать значения собственным домыслам, но предаваться размышлениям Антон не мог, по крайней мере сейчас. Антон помнил, что следующий урок у него со старшими классами, не помнил, с каким именно. Пришлось лезть в телефон и среди других скриншотов искать скрин того самого сообщения с расписанием. Он добрался до кабинета быстрее, чем нашёл скриншот, но когда он подходил к кабинету, то увидел толпящихся одиннадцатиклассников, и среди них — друга Арсения с косичкой. Самого Арсения он не заметил, но друга оказалось достаточно, чтобы всё понять. — У меня с вами сейчас урок? — на всякий случай уточнил он. Нестройный гул подтвердил, что всё правильно. — Отлично… — Антон достал ключи из кармана, в другой руке по-прежнему сжимая телефон, — так, ну, заходите… В ту же минуту прозвенел звонок. Пока они рассаживались, Антон нашёл в шкафу учебник одиннадцатого класса, и быстро просмотрел содержание. Когда все заняли свои места, преимущественно на задних партах, Антон снова заметил, что Арсений отсутствует, хотя в школе точно был, а его друг-косичка, имени которого Антон не мог вспомнить, отчего-то решил сесть за вторую парту среднего ряда. — Сначала предлагаю пробежаться по списку присутствующих-отсутствующих, благо вас всего в классе не так уж и много, — он сел за стол, на котором стоял рабочий компьютер, и открыл электронный журнал, — Начнём. Заодно познакомимся. Алексеев Николай? — Здесь, — раздалось ленивое с последней парты. — Выграновский Эдуард? — Здесь, — спокойно проговорил худощавый парень, покрытый различными татуировками. Антон про себя отметил, что, несмотря на стереотипно хулиганскую внешность, Эдуард не вызывал негативных чувств. — Воробьев Александр? — Здесь. — Дягилева Екатерина? — Елисеев Дмитрий? — Не, он не пришёл, — сказал кто-то. — Ладно, надеюсь, в будущем я его увижу. — Надейтесь, — улыбнулся непонятно чему парень. По классу прокатился смешок. — А что? — искренне поинтересовался Антон, — не увижу? — В прошлом году он появлялся только тогда, когда мы писали контрольные. Он их сдавал на четыре и пять, и снова заболевал на месяц, — пояснил тот же голос. — Интересно… — пробормотал Антон и продолжил, — Захаренко Анна? — Здесь. — Ларина Маргарита? — Здесь. — Матвиенко Сергей? — Тут, — услышал Антон полусонный голос со второй парты, где, подложив руки под голову, находился друг-косичка. — Моисеев Андрей? — Тоже нет. — Попова Алёна? — Не пришла. — Слушайте, куда вы все подевались в первый учебный день? — почти что возмутился Антон, — Так, Попов Арсений… Брат? — Не-а, однофамилец, — просветили его. — Его тоже не… В этот момент в дверь постучали. — Войдите, — Антон развернулся, чтобы встретить опоздавшего — или коллегу. Но чутьё подсказывало, что опоздавшего. — Извините за опоздание, — но в голосе не было и тени раскаяние, даже напускного, словно его обладатель не терпел лицемерия даже в мелочах и действовал лишь так, как того требовали приличия. — Попов Арсений? То есть всё-таки он есть? — повернулся Антон к классу, и снова чутьё подсказывало, что они знали о том, что их товарищ в школе. — Теперь есть, — ответил за всех Арсений, — я могу войти? — Да, пожалуйста, я как раз заканчивал знакомиться и собирался переходить непосредственно к самому учебнику, — пока Антон открывал учебник, Арсений занял место рядом с Серёжей Матвиенко. — Прежде всего, я хотел бы обратить ваше внимание на вступление. Эдуард, да? — Антон взглянул на Выграновского, и получив утвердительный кивок, продолжил, — Эдуард, зачитай-ка нам вступление. С выражением, конечно. Представь, будто ты лично составлял это до невероятного глубокое послание. Давай. — «Дорогие выпускники», — торжественно начал Эдуард, — «Перед вам учебник литературы двадцатого века, уже ушедшего в прошлое и ставшего историей века.» В классе воцарилась относительная тишина. Голос Выграновского будто обладал волшебным свойством утихомиривать окружающих, и мужчина решил, что в будущем ему понадобится это свойство. Через несколько минут со вступлением было покончено. — Спасибо, Эдуард. Итак, вопрос: читали ли вы что-нибудь из литературы двадцатого века? Хотя, конечно, читали. Булгаков, Куприн, их вы точно должны знать. Спрошу так: любите ли вы читать? Послышались различные ответы, от «ну, так» до «да, наверное». — Хорошо. Какая последняя прочитанная вами книга заставила вас ощутить сильные, ярко выраженные эмоции? Называйте. Абсолютно любая книга из абсолютно любой эпохи. — «Оно» Стивена Кинга, — неуверенно произнесла Маргарита. Антон кивнул, давая понять, что услышал ответ. — Интересно, хороший выбор. Хотя, наверное, в отношении литературы нет понятий «хороший» или «плохой» выбор… Николай, может, вы тоже что-нибудь читали? — «Гарри Поттер», — с неприкрытой издёвкой проговорил Алексеев, но Антон проигнорировал тон, которым была произнесена фраза и спокойно ответил: — Что ж, это, своего рода, классика жанра. — «О дивный новый мир», — внезапно подключился Серёжа. Арсений нахмурился и сжал губы, словно ему не понравилось то, что друг принимает участие в уроке. — У меня в планах прочитать. Стоит того? — Думаю, да, хотя если бы я знал Ваш вкус, то сказал бы более точно. — Не поспоришь, — согласился Антон. — «Благословение небожителей», — сдерживая улыбку, озвучила название книги ещё одна ученица. — Кажется, китайская новелла? — спросил Антон и прокашлялся. «Заболеть в начале года будет не очень профессионально», — подумал он. — Да, китайская. — Ну и, как тебе? — Очень нравится. Хорошее фэнтезийное произведение, — ответила ученица, — мне нравятся взаимоотношения главных героев, и в целом сам сюжет. — Хорошо, спасибо. Они ещё немного обсудили различные книги, но за время обсуждения Арсений не произнёс ни слова. Правда, в телефоне он тоже не сидел, и упрекнуть его можно было лишь в том, что он недостаточно вовлечён в процесс урока, чего Антон не хотел делать. Возможно, парню слишком сложно свыкнуться с переменами. Антон обратил взгляд на циферблат настенных часов, висящих в конце кабинета. — Как быстро идёт время… До звонка ещё пять минут, поэтому запишите домашнее задание: ответить на вопросы 1,3 на странице 14. Задание понятно? Хорошо, можете идти. Только этого они и ждали — команды учителя, и поэтому через минуту в классе не осталось никого, кроме Антона. Он облегчённо выдохнул. Впереди ещё два урока и он может идти домой.

***

— Объективно, Антон Андреевич классный. — Субъективно — нет. — Да ты можешь объяснить, что тебя в нём так не устраивает? До того, как мы узнали, что он учитель, тебе было абсолютно наплевать. Но как только узнали, так всё, он оказывается мудак конченый… Ты можешь объяснить? — Нет, — просто ответил Арсений. — А, отлично. Тогда всё ясно, всё совершенно понятно! Ты сам мудак конченый, я правильно понимаю? — Серёжа раздражённо взглянул на друга, но не дождавшись ответа, ускорил шаг, чтобы не идти с ним рядом. Несколько минут они молча шли, а потом Серёжа ощутил на своём плече чужую руку и мысленно довольно улыбнулся, зная, что добился объяснения. — Павел Алексеевич прекрасно справлялся со своими обязанностями, он всё понимал, а теперь… Теперь Антон Андреевич пытается заменить Павла Алексеевича, — с трудом произнёс Арсений. — Павел Алексеевич у нас по-прежнему классный руководитель, и всё ещё ведёт русский язык, что ты так нервничаешь? — озадаченно спросил Серёжа. Арсений бросил на него хмурый взгляд и пояснил: — Я не сдам экзамены без Павла Алексеевича, а этот Антон точно скоро его заменит. Точно. Станиславу Владимировичу на нас всё равно, ты понимаешь? — Ладно, я понимаю. У вас с Павлом Алексеевичем какие-то особые отношения, и лично для тебя Антон Андреевич мудак, — сказал Серёжа. Последовала пауза, подразумевающая конец разговора, но он не сдержался и добавил: — Но объективно — он адекватный. Арсений фыркнул, но в этот раз промолчал. Они пришли к выводу, что не стоит ссориться из-за разного отношения к новому учителю, лишь бы он и правда не заменил Павла Алексеевича в роли классного руководителя.