Родись. Умри. Воскресни.

      Когда Сущий Мик во все горло, на весь стадион, заголосил, объявляя класс 1-А, последнее, что ожидала ощутить Мори — дрожь в коленях. Но ощутила. А вслед за ней легкий шлейф с тонкими нотками паники, неуверенности и желания сбежать прочь, сверкая пятками ботинок.       Пристальное внимание играло на хлипких струнах ее выдержки, что были скорее потертыми веревками, удерживающими ее в сознании. Она смущенно улыбалась снаружи, и вела яростную борьбу с нарколепсией внутри.       Черт с ним.       Черт с ним с тренировкой, с первым неуклюжим поцелуем и всем остальным. Это можно пережить.       Но если она вырубиться посреди фестиваля, первое, что сделает, когда придет в себя — задохнется в собственном позоре.       План был довольно прост: действовать на полную, стараясь не остаться в конце турнирной таблицы, и, может быть, выдать что-нибудь эдакое, чтобы хоть один из Профессиональных Героев сжалился и соизволил пригласить это недоразумение (её) на стажировку.       А точно ли план прост?       Ах, да. Не хватает маленькой приписки: не стать разочарованием для тети.       Вот теперь план полон, как будто бы даже осуществим.       Мори может и не блистала силой, но умом вполне. Окинув взглядом одноклассников и стоящих поблизости однокурсников, она смело обвела в кружок три имени, что с наибольшей вероятностью будут грызть друг другу глотки за первенство.       Изуку Мидория, потому что… ну, просто потому. Начиная от грез стать вторым Всемогущим и заканчивая тесным общением с этим самым Всемогущим, которого он очень боится подвести.       Бакуго Кацуки. Этот парень будет играть грязно, возможно, пойдет по головам (дай боже, не трупам), потому что для него стратегия одна — все или ничего.       И, наконец, Тодороки Шото. Нельзя утверждать, что он пытается кого-то не подвести/не разочаровать/порадовать. Эту мысль Касуми откинула сразу. Да и грязные трюки тоже не его конек. Скорее… Он знает, что является одним из сильнейших студентов, что он уникален благодаря двум причудам, а значит, и тузов в его рукаве больше.       Неплохим вариантом будет прицепиться к ним, как хвостик, на турнирной таблице, завоевав 4 место, но будем объективны: занять позицию выше десятой — уже победа. Размышления о противниках закончились ровно в ту секунду, как был объявлен старт первого испытания. Их место заняла только одна мысль: выжить, и желательно, не остаться инвалидом.       Она успела сорваться с места до того, как началась давка в узком коридоре. Тодороки вырвался первым, оставляя после себя ледяную дорожку, что… крепко ухватилась за ноги соперников. Что ж. Первый туз из рукава выпал. И крыть-то, вроде, нечем.       Мори раздраженно рычит. Ей очень не хочется затеряться в толпе учеников. Языки пламени облизывают ноги, ползут по ледяной дорожке, освобождая путь, и девушка срывается вслед за Шото, оставляя в поле зрения соперников лишь свою пепельную макушку с янтарными отблесками пламени в прядях.       — От меня ты не убежишь, двумордый!       Зверское рычание Бакуго доносится за спиной, и, чего греха таить, Касуми рада, что он не считает ее потенциальным противником. Получить взрыв под зад бы очень не хотелось.       — Наше первое препятствие… Робо-инферно!       Все тот же голос Мика выводит ее из оцепенения, она вскидывает голову и тормозит пятками по земле. Бросает взгляд на Тодороки, неожиданно сталкиваясь взглядами. Он смотрит ровно, и девушка почему-то едва заметно кивает «делай, что должен».       Лед сковывает противников. Мори успевает топнуть ногой по земле, пока ее не застелил лед. Трещина выбегает из под подошвы ботинка, расползается ветвями и линиями, как переплетение нервных окончаний, расходится трещинами на льду, раскалывая груду холодного металла. Они бегут в странном проходе, пока обломки валятся за спиной, вот-вот намереваясь задеть плечи или голову.       Выдох облегчения. Первая ступенька на пути преодолена, она сделала на нее шаг.       Взрывы, доносящиеся вибрацией в лопатки говорят лишь об одном: Кацуки нагоняет. И Мори, честное слово, медленно сходит с ума от стресса, видимо — улыбается, а затем и вовсе издает смешок, и будто бы второе дыхание открывается, ноги гудят от усталости, но она бежит вслед за Шото.       Сущий Мик объявляет о каньоне в момент, когда до падения вниз остается каких-то несколько метров.       Взмах руки. Потоки воздуха сплетаются воедино, закручиваясь и ласково подхватывая легкое девичье тело, сбрасывая на другой стороне. Боль в спине после падения перекрывается осознанием, что и вторая ступенька осталась позади. И она радуется, игнорируя еще девяносто восемь таких же на пути к вершине.       Как она преодолела третью ступень — до сих пор не понимает. Вот она несется вслед за Шото, вот перед глазами мелькает обгоняющий ее Кацуки, вот слышится взрыв и… Все. Дальше словно вырезали кадр. Мори помнит лишь вибрацию земли, удар взрывной волны в спину и боль от падения на землю, по которой проехалась плечом. Кашляет. Поднимает голову, осматривая столбы дыма, чтобы понять, где она, где остальные и есть ли еще надежда не остаться последним лузером.       Видит убегающего Мидорию, рычащего вслед блондина и Шото, что вскакивает на ноги. Подрывается следом.       Прибегает четвертая, как и планировала.       Облегчение обнимает недолго, быстро уступая место опасениям: даже у колеса фортуны есть лимит. Не достигла ли она его?...       Второй этап соревнований вообще показался ей странным и по-детски забавным. Мори вернулась к умозаключениям в самом начале: бой прогремит среди трех ее одноклассников. А потому даже не стала лезть в пекло: приклеилась к кому-то из знакомых, сделала что смогла, и порадовалась даже этому небольшому количеству заработанных очков.       Чуйка подсказывала — самое интересное и важное будет гораздо позже.       И коленки вновь затряслись: она прошла дальше.       А теперь, если смахнуть в сторону всю эту эмоциональную пыль в виде неуверенности, паники и желания сбежать, но в то же время примеси азарта и надежды, перейдем к поединкам. Тут, выбросив из головы все лишнее, Касуми подвела жирную черту, решая: будь, как будет. Она будет бороться до конца, а там уж как сыграет жребий, и русская рулетка с нарколепсией.       И тут же поморщилась: уж лучше выбыть из-за слабости и неравенства сил, нежели из-за своей шаловливой болезни, неизвестно когда возжелающей отключить ее от всего мира.       Первым ее оппонентом оказалась некая Шиозаки из класса 1-В. Но перед этим предстояло лицезреть еще ряд поединков.       Без зазрения совести признается: ни один не смотрела. Просто чтобы не нервничать еще больше. Выслушала правила да уткнулась взглядом в собственные руки, нервно заламывая пальцы. Поднимала глаза лишь для того, чтобы увидеть победителя.       — Ибара Шизоаки и Касуми Мори! Пройдите в комнату ожидания!       И вот тут коленки не просто затряслись, а фактически стали жить своей жизнью.       Хотелось совершить очень много нервных действий, начиная от тревожных смс тете, что могла успокоить, и заканчивая ударами лба об стол, чтобы вытрясти ненужные размышления о собственном позоре и провале.       Забавно, что вышла на площадку Касуми с таким видом, словно уже держала в зубах золотую медаль победителя и то, что будет происходить дальше — легкое показательное шоу.       Никаких действий не предпринимала, просто ждала. Когда соперница вдруг сложила ладони в замок у груди, Мори непонимающе моргнула.       Молиться, что ль, собралась?       Непонятно, зашептала ли Шизоаки какие-то заклинания, или нет, но ее волосы тонкими растительными змейками зашевелились, удлиняясь, и поползли прямиком к сопернице.       Самодовольство подняло голову из песка и оскалилось.       Первая змея, являющаяся на самом деле переплетением лиан, оплела ее щиколотку. Мори топнула ногой, придавливая гадину подошвой, а шаловливое пламя обратило хлипкую окову в горстку пепла да скрючившихся черных листочков. Она… веселилась, наблюдая за нарастающим раздражением Ибары. То хлесткими движениями рук отмахивалась, то охватывала пламенем ладони, перехватывая неугомонные лианы, то раскидывалась огненными бабочками, уничтожающими возможные оковы одним касанием легких крылышек.       Нужно было что-то делать.       Взмах руки. Пара кровавых капель с обожженной ладошки окропляют площадку, а в ногах уже извивается огромная пламенная змея, демонстрируя зубы. Шаг — змея дергается вперед, второй — выпад и укус, сжигая растения, третий — в глазах Шизоаки страх. Мори приближается, а однокурсница, опасливо глядя на извивающуюся скользкую союзницу своей соперницы, пятится назад, и с каждым шагом расстояние до границы площадки сокращается все стремительнее.       Последний, заветный шаг. Водяная лягушка выпрыгивает вперед, уничтожая огненную змеюку и растекаясь лужей, а Шизоаки хлопает глазами, стоя за границей площадки.       — Касуми Мори проходит во второй раунд!       И вновь волна облегчения…       …что молниеносно обращается в волну паники, когда в комнату ожидания вваливается Бакуго. Хмурится, не ожидая, равно как и она, встретить здесь одноклассницу. Его плечи расслабленно опускаются, недовольная гримаса сходит с лица. Блондин спокойно проходит, падая на стул напротив.       Они сидят молча. Касуми старается дышать глубже, успокаиваясь. И неожиданно задерживает дыхание на вдохе, когда парень пинает ее под столом.       — Не вздумай поддаваться.       Кацуки на нее не смотрит.       — Как будто в этом есть смысл.       — Я все равно выиграю, но мне бы хотелось повеселиться.       Он усмехается, Касуми хмыкает.       — Тогда не щади меня. А я в ответ обещаю, что выложусь на полную.       Они встречаются взглядами. Парень осматривает ее, заостряя внимание на перебинтованной ладошке, и легко кивает.       И они сдерживают свои обещания. Бакуго ее не щадит, а Мори и не думает сдаваться так легко.       Какая там минута уже пошла?       Он — мокрый до нитки, пылающий от злости, как черт. Она — дышит тяжело, морщась от жжения на правом бедре. На площадке мокро, а в центре трещина, появившаяся на земле после удара девичьей ногой.       И кажется, шансы есть.       Только Кацуки со временем все злее, а Мори — все сильнее устает, ощущая накатывающую слабость в теле.       Но вместо того, чтобы поднять белый флаг, вновь выпускает струю воды навстречу взрывам.       И этот непонятный танец начинается вновь и длится до момента, пока они не сталкиваются в ближнем бою. Удары получают взаимные и словно соревнуются: кто ударит посильнее, да побольнее. Его кулак врезается в ее скулу, заставляя отшатнуться. Мори успевает пригнуться и с разворота бьет ногой в челюсть. И это все больше походит на морской бой.       Удар в живот — ранил.       В район ребер — мимо, он даже не пошатнулся.       Бьет по колену, замахивается — мимо, Мори успевает пригнуться.       В колено, следом в грудную клетку — ранила.       Выпад за выпадом, удар за ударом. Горящая ладонь хватает за плечи и руки, оставляя следы; мужские кулаки бьют то тут то там, оставляя незримые сейчас, но цветные следы позднее — рассыпают синяки по ее телу.       Оба устают. Оба раздражаются, потому что становится не весело.       Решающий удар Кацуки наносит исподтишка. Кулак врезается в живот, а взрыв добавляет скорости к ее полету.       Касуми вылетает за границу площадки, проезжает спиной по земле и останавливается. Перекатывается на бок, кашляя. В ушах звон, картинка перед глазами замыленная, кривая.       — Кацуки Бакуго проходит в третий раунд!       Парень кивает, безмолвно благодаря за сражение.       И Касуми делает то же в ответ перед тем, как отключится.