Любовь ли

"Маленький страшный ублюдок! Ненавижу!" — про себя ругалась красивая темноволосая госпожа, проходя мимо девичьих комнат и видя пустые помещения, зло двинулась вперёд. Настроение у Даки с самой ночи было отменное, вчерашняя съеденная девушка была невероятно вкусна, что даже сам Гютаро вылез пожевать ее плоть. Только вот мелкий огненно–рыжий урод и противная девка–уборщица ей все испортили на пару сбежав, как только солнце прорезало свои первые лучи. "Эта мелкая тварь мне наврала! Сказала, что Сенджуро собирается сбежать через пять дней, а не сегодня!" Злая демон рыча от злости, про себя ещё долго ругалась на Сакуру пообещав выдрать ей глаза за наглую ложь. "А мальчишка хорош, нашел время для побега", — усмехнулся Гютаро, все это время молча наблюдая за реакцией сестры, — "Хотя, этого стоило ожидать он же истребитель." Пока на улице светит палящее солнце, они толком ничего сделать не могут и Ренгоку это хорошо знал. Очень хорошо, потому что даже запаха их ни где не было, лишь едва уловимые нотки глицинии и отсутствие его старой одежды, говорили о том, что к побегу Ренгоку готовился явно не первый день и девочка тоже. Люди дома Кёгоку тоже их ищут, но уже часов шесть найти ни как не могут, да и не когда им. Скорее всего два–три человека шатаются где-то по улицам выискивая знакомые лица, пока остальные готовятся к церемонии. Сегодня ночью Варабихимэ с целой толпой слуг, подчинённых, мелких юдзё и низкоклассовых ойран пойдут выступать в дом богатого молодого чиновника, всю ночь развлекать гостей. Господин, что оплатил все переезды и выступления явно был щедр и положил глаз на их ойран, высказав желание купить ее, потому упустить такой шанс Омитцу не могла, закрыв глаза на побег. Только вот Даки бесилась от этого вдвое больше. Все не вовремя! Письмом к сожалению, с ее статусом, отказать богатому человеку ни как нельзя, иначе глупые людишки сочтут это за дурной тон в глазах других людей, а также вызовет всеобщее негодовании народа. Но как только сядет солнце, ей надо срочно искать этого мелкого засранца, пока он не потерялся окончательно! — Сестрёнка, помню лет сто назад, ты и не трудилась над этим вопросом. — Братец! — воскликнула про себя Луна, возмущаясь, — А ты разве не помнишь, что после моего резкого ухода от одного такого дорогого гостя, нам пришлось менять целый район в Токио? Этот человек служит у самого императора и так явно подставлять себя я не могу. — Тоже верно, — леново отозвался Гютаро, пытаясь хоть как-то успокоить сестру. Он в ее дела не лез, понимая, что будет лишь мешать. Пусть сестрёнка сама обманывает и лукавит людям, с этим правится только ей по силам. — Тебя как–будто вообще не заботит пропажа, этого гаденыша! — зло огрызнулась Даки не чувствуя ни какой реакции от брата, — Аказа тебя на солнце выставит из-за этого ублюдка! — Сестрёнка, как только солнце сядет, тогда и будем действовать. К чему сейчас беситься? — Гютаро!

***

— Вот, держи, накинь середину шарфа себе на голову, а два весячих конца обвяжи вокруг шеи, так ты спрячешь свои яркие волосы, — заботливо следуя своей же инструкции, Сакура быстро и точно завязала свой любимый бледно–розовый шарф на Ренгоку. Руки ее тряслись от переживаний, но она старалась держаться стойко не показывая эмоций. — Спасибо большое, — мягко улыбаясь поблагодарил Сенджуро, кончиками пальцев общупывая нежную ткань, — Обычно люди пришедшие с гор носят платки, но надеюсь я не буду сильно выделяться и никто не заметит. — Да? — округлив глаза удивлено спросила подруга, а после состредоточенным взглядом выглянула из переулка, оглядывая его на наличие преследователей, — Не знала. — Это мне рассказал, мой друг Танжиро Камадо, мы успели немного с ним пообщаться до моего похищения. — Ну, а я основном видела только дорого одетых господ. Да, вот другие к нам просто не заходят, — опечалено ответила Сакура, опустив глаза. Сегодня было необычно тепло, потому сделав большой крюк по бедным улицам, мальчишка и девчонка, мигом взобрались на крышу заброшенного двух ярусного дома. Большой великан находился, почти на окраине города, где их никто искать не подумает, рассуждала Сакура спрятав друга именно тут. Деревянная крыша, покрытая небольшим слоем мха, на вид была крепкой и что удивительно сухой, но Сакура не стала ей доверять, аккуратно переступая доски. А вот Сенджуро, окрылённый дурманом свободой, кажется даже не переживал по этому поводу, ибо под ноги совсем не смотрел. Взгляд его счастливых глаз был устремлён куда-то вперёд, за пышные деревья и невысокие разные дома, там где виднеется горизонт. Эйфория чувств туманила инстинкты, потому что попробовав на вкус такую долгожданную свободу хотелось больше: больше холодного ветерка в легкие; больше яркого солнца, что озоряет мир вокруг; больше свободы воли, которой он так долго был лишён. "Больше! Больше! Больше!" Хотелось бежать...нет! Лететь без остановки, ибо есть куда! Потому что есть дорога и нет больше преград. Потому что пьянящая свобода и лёгкость на душе сводит его с ума, не хуже крепкого алкоголя. Сейчас было так легко дышать, как никогда в жизни. Словно невидимые цепи, что были на его шеи — лопнули, даря облегчение. "Неужели это и есть истинное счастье?" — Сенджуро, ты так упадешь. Садись давай. И мальчишка покорно ее послушался рассказывая ей весь свой спектр чувств, что сейчас ощущает. Ветер наверху дул сильнее и холоднее, чем у земли, яркое лучи не отдавали всю свою теплоту солнца, потому уже через час их общения Сакура начала переодически ёжиться от холода. Сенджуро тогда сразу понял, что долго подруга так не протянет, потому попросил ее посидеть на крыше ещё немного, пока сам сбегает недалеко отсюда. Куда именно направился ее друг, Сакура так и не поняла, но уже через десять минут на ее плечах красовался красивый белый хаори: желтый цвет которого тянулся с низа изделия, чуть доставая до талии девочки, а поверх жёлтого цвета — черным были вышиты симметричные подсолнухи. — Он же дорогой, Сенджуро! — воскликнула девочка в панике смотря–то на друга, то на обновку, не зная, как себя правильно вести. Ей ни когда не дарили подарки, а такие дорогие тем более. — А иначе так ты замёрзнешь, — мягко улыбаясь проговорил Сенджуро, видя, как губы подруги стали розоветь, — Не хочу чтобы ты заболела. — А ты? Ты ведь тоже замёрзнешь сейчас! — Я ещё долго не замерзну, — как–то поникши ответил мальчишка, опустив глаза. Сакура удивлённая таким ответом, но не понимая ни чего, с трепетом протянула свои холодные руки к щекам мальчишки. Увидев, как ее руки тянутся к нему, Сенджуро резко дернулся, напрягаясь, а сердце пропустило удар. Слишком часто к нему тянули ладони с желанием причинить боль, что безобидный жест вошёл в список того, чего стоит обороняться. — Извини... — Нет, это ты прости...просто...вспомнилось... А затем мальчишка сам взял Сакуру за запястья и поднес ее ладони к своим щекам. Карие глаза широко распахнулись от неожиданности, пока яркие двухцветные — нежно и просяще глядели на подругу. Они словно умоляли дать им нежности и ласки. Заменить привычную боль на давно забытое ощущение покоя. Дать забыть хоть на время, что руки могут не только бить и принуждать, но и дарить родное тепло. Семейное тепло. И мозолистые ладони нежно, очень осторожно обхватили чужие щеки, словно фарфоровую посуду, почти обжигаясь об горячую кожу. Яркие глаза мальчишки в страхе зажмурились, но совсем скоро он расслабился, с удовольствием растворяясь в чужих ладонях. Такие нежные и приятные, прям, как пушистые облака на небе, что хотелось поглубже нырнуть в них с головой, утопая. И не выплывать. Остановить время. Желательно навсегда. Сакура наблюдая за Сенджуро не могла не улыбаться, ибо ее друг ей сейчас напоминал их блудного кота. Тот рыжий охотник тоже любил положить голову на ее ладони и подолгу лежать в них, мурча, пока ее руки совсем не вспотеют от жары. И да! Сенджуро не врал, он правда был очень горячий, словно у него под кожей горел живой огонь. — Ого! Об тебя можно зимой греться, как об нашего кота! И Ренгоку тихо засмеялся, смущаясь. Она первая, кому он разрешил быть так близко к нему и кто так по–доброму отреагировал на его особенность не сравнивая с пламенем. И через время, когда ладони ее согрелись, девочка убрав руки, перевела взгляд на чистое небо, удивляясь, как много всего бывает в жизни. Ещё раньше, как и многие люди, она считала Сенджуро умалишённым, но добрым человеком, а сейчас сидит вот с ним на одной крыше и пытается сбежать в новый мир. Сенджуро же немного расстроился, когда подруга убрав руки, спрятала их в хаори. — Скажи, почему мы так рано ушли из дому? К чему такая спешка? Разве мы не могли уйти за полчаса до отправки поезда? — Надо сбить со следа демонов, — четко и уверенно проговорил Ренгоку, жёстким взглядом смотря куда-то за горизонт. И Сакура впервые видит у него такие глаза: сосредоточенные, нервные и одновременно...испуганные? — Господин Аказа и госпожа Даки, уже наверняка знают о том, что я сбежал и как только солнце сядет, то они постараются срочно отправиться на мои поиски. Только вот госпожа Даки за мной не пойдет — у нее ночью очень важная церемония, которую она не посмеет пропустить, а господин Аказа, если и успеет так быстро добраться до Квартала, не будет знать точно, где меня искать. Я не знаю его Магию Крови, поэтому если я оставлю следы, то за весь день они успеют потеряться или хотя бы ослабнут, что затруднит демону поиски. — А люди? Люди Омитцу уже наверняка ищут тебя! — пропищала девчонка, схватившись за рукав Сенджуро. Мальчишка от ее действий слабо покраснел, но набрав в лёгкие побольше воздуха, постарался спокойно ей объяснить. — Побег днём собьёт след не только демонам, но и людям. Вряд-ли Омитцу, занятая церемонией, отправила много людей на мои поиски. Скорее всего преследователи стоят на перекрестках и главных дорогах. А ещё к вечеру, как сядет солнце, им надо отправлять госпожу Варабихимэ в путь, поэтому часть людей заберут на ее защиту во время пути, а остальные устанут и уже не так яростно будут проверять темные улицы. И в этот момент надо садиться на поезд и уезжать! Между Сакурой и Сенджуро настало временное молчание, только воздух совсем не был разряжен. Это молчание не было неловким, наоборот, нужным: расставляющим мысли по местам, а приоритеты по полочкам. — Помнишь, я попросил тебя найти мою старую одежду и по возможности зашить? Девочка кивнула, поворотом головы показывая на мешок с вещами. — Все здесь. — Спасибо. Тогда ближе к вечеру я спущусь переодеться. В моей старой одежде я не буду так сильно выделяться среди знати и среднего класса, так, что никто ничего не заподозрит... Вмиг, Сенджуро замолчал словно решался говорить или нет, но вскоре с тяжестью продолжил. — Прости меня, Сакура, план не идеальный, в нем много недочётов и непредсказуемых поворотов, ты очень рискуешь идти со мной. Ты точно уверена, что хочешь поехать со мной? — Конечно! — с энтузиазмом ответила подруга, ни секунды ни колеблясь, — Я не брошу тебя! И Ренгоку так громко и искренне засмеялся, что Сакура остолбенела не понимая реакции друга.

***

Вечер наступать не спешил, медленно и очень долго пряча солнце за горизонт. Весь город буквально проклинал небесное светило, уже в нетерпении ожидая выход ещё одной "неземной" звёзды. Уже совсем скоро неписанная красавица ойран элегантно и умело пройдется по главным улицам квартала в Токио привлекая к себе большое количество внимания. — Вон она! Ойран Варабихимэ идёт! — крикнул юркий мужчина из толпы и множество глаза мигом обернулись на голос, поднимая громкий гул. Люди радовались, собираясь толпой и буквально заполонили всю улицу, пока Сенджуро и Сакура спрятавшись в переулке думали, о том, как им быстро пройти мимо плотной толпы и не попасться на глаза знакомым личностям. — Мы можем вернуться назад и обойти улицу, — предложила Сакура теребя края хаори. Скоро мимо них пройдет госпожа Варабихимэ со своими слугами и стражей, потому решать надо быстро. — Тогда потеряем время, — возразил Сенджуро бегающими глазами смотря–то в переулок, то на кусочек улицы, — Давай быстро пройдемся немного вперед, пока они ещё не дошли до нас и тогда свернем около моста, так будет ближе. И девочка кивнув, мигом бросилась за другом. Миновав опасный участок дороги и не попавшись никому на на глаза, друзья вышли на главную улицу ярко освещённую фонарями. Впереди виднелась станция вокзала, а где-то вдалеке приглушённо гудел приближающийся поезд. — Это наверное твой едет! — восхищённо, но тихо проговорила Сакура, шагая вровень с другом. Сенджуро сильно нервничал, но пытался этого не показывать, плотно сжимая кулаки и вгоняя короткие ногти себе под кожу. Все нутро его буквально дрожало, то ли от страха, то ли от предвкушения, но что именно сейчас ощущал мальчишка, он и сам не знал, не пытаясь разобраться. В голове лишь была одна мысль, что он вскоре увидится с батенькой и Мицури и сможет их наконец крепко–крепко обнять. — Сенджуро, нам надо к кассе. Мальчишка, словно очнулся ото сна, немного вздрогнул, поднимая голову. Он так сильно погрузился в свои мысли о доме, что перестал следить за дорогой! Плохо! Очень плохо! В таком состоянии он точно совершит какую–нибудь глупость, стоющую ему времени и сил. — Прости, я забылся. — Должен будешь! — в шутку ответила подруга, но Сенджуро был в не в том настроении, что бы их понимать. Оглядывая идущих навстречу людей, мальчишка только через время понял, что Сакура пыталась разрядить обстановку, но получилось у нее неважно. — Извини меня. — Ни чего. Ты господина Аказу, не чувствуешь? — Нет, ни кого. И друзья бодро двинулись в сторону станции, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. На вечерний поезд собралось много людей, потому сливаясь с толпой, они чувствовали себя чуть защищёнными, но по пути им все равно встретились преследователи. Уставшие и зевающие люди, совсем не обратили на них никакого внимания, лениво бросая рассеянный взгляд на скопление торопящихся пассажиров. "Да, вряд-ли эта шпана поедет на поезде, денег–то нет у него нет. Только время теряем!"— размышлял один из слуг Омитцу выискивая в толпе, тех, кто бы подошёл под описание беглецов. Сенджуро и Сакура ловко пройдя толпу и взобравшись по ступеням, вышли на широкую платформу станции. Глаза девочки сразу же расширились от удивления и восторга, рот слегка приоткрылся и она пару раз хлопнула себя по щекам, приводя в чувство. Да, она в жизнь никогда не видела вблизи поездов, а на станции не была и подавно. — Какая она огромная! Шумная станция и вправду была большой: огромный бетонный навес, держащийся на мощных толстых сваях; ровная, без единых калдобин и ям, платформа; длинные–длинные рельсы уходящие далеко за горизонт и здоровый железный величественный поезд! Все здесь было строго и так эстетично, что девочка невольно остановилась, разглядывая сооружения и технику. — Сакура, — мягко позвал ее знакомый голос, но подруга не отреагировала, осматриваясь по кругу, — Сакура, ты привлекаешь внимание! И девочка с трудом себя отдернув, потупила взгляд, пряча. И правда! Им надо сливаться с толпой, а не выделяться в ней. — Я просто ни когда не видела поездов! А станция такая красивая! И Сенджуро виновато отвёл взгляд, понимая, что ругаться на нее сейчас глупо и неправильно. В их реалиях лучше радоваться, хоть чему-то, а не угасать, словно угли. Да и основной путь пройден, они уже на станции и поезд в Осаку стоит перед ними. "Поезд, маршрутом Токио—Осака, проследует с остановкой в городе Нагоя!" — послышался крик машиниста, а следом за ним гудящий громкий шум плафона привлек к себе все внимания, — "На третий сигнал, мы отправляемся! Слышите! Поезд скоро поедет!" И первый гудок раздался по округе длинным звуком, предупреждая о скорой отправке. — Нам пора, — спокойно проговорила девчонка, слегка улыбаясь. Вот только глаза ее грустили, а на дне омутом скрывалась печаль. Сенджуро не мог этого не заметить, от чего густые брови привычно приподнялись, а глаза мягко и тоскливо глядели на подругу перед собой. Впервые, он нашел себе друга. Настоящего. Искреннего. Если бы он мог встретить ее при других обстоятельствах и в другое время! А если бы ему пришлось вновь пережить этот ад, муки и страдания, чтобы встретить ее? Он бы прошел их снова? — Путешествие будет тяжелым, — все что смог сейчас ответить Ренгоку, не зная ответ и что еще сказать. Он безумно благодарен подруге за ее поддержку и дружбу, что она дарила. И он ценит. Сенджуро повернувшись лицом к поезду, уже сделал первый шаг к вагону, как тут же с удивлением остановился. Словно перед ним в один миг выросла прозрачная стена и мальчишка проморгавшись, оглянулся по кругу станции. Какое странное новое и неловкое чувство возрастало в душе, подобно костру. Словно...на него смотрят? Смотрят таким диким и голодным взглядом, словно видят в тебе добычу! Бр! Как неуютно, зябко и страшно под ним. Такой взгляд, по рассказам Кёджуро, есть у всех хищников, людей и демонов, кто жаждет нападения и крови! "Запомни, Сенджуро, если чувствуешь на себе чей-то взгляд, значит на тебя и правда, кто-то смотрит! Ищи его глаза! По глазам ты сразу все поймешь!" — вспомнились слова брата и Сенджуро оглянулся. "Кто это может быть? Демон или человек?" И Сенджуро вертя головой в разные стороны сердцем понимал, что скорее всего это демон! Кто-то из них нашел его и теперь сжирает взглядом, но не осмеливается напасть! Сенджуро чувствовал это нутром, всеми фибрами души, да только глаза все никак не находили "хищника". Вот она огромная станция, люди со множеством лиц, от весёлых до угрюмых, от сияющих глаз, до потухших, яркий свет, шум, фонари, охрана, гулкий поезд, рельсы, снова новые люди! "Где? Кто на меня смотрит? Где прячется демон?" Сенджуро нервничая и пытаясь сосредоточить взгляд, оглянулся на право, но ни чего не чувствовал, на влево — тоже мимо, нутро молчит. И рефлексорно, словно шестое чувство взяло над его телом секундную победу, голова дернулась ввысь. И тут же в глаза бросился незнакомый тощий силуэт, сидящий на крыше одного из прилегающих зданий вокзала. Крыша! В ушах так и застыл звук гудка, полностью отключая посторонние звуки. Тело в один миг полностью парализовало, покрываясь мелкой дрожью, а перед глазами четко встал образ незнакомого неестественно силуэта. "Демон Луны здесь!" — Сенджуро, ты чего застыл? — озабоченно спросила подруга, видя, как лежащие яркие волосы друга, встали дыбом, а широкие плечи подтянулись к голове. А Сенджуро тем временем, не мог отвести глаз от далеко, но такого неестественного силуэта. В том, что это Высший из демонов, сомневаться не приходилось: резкая, но умеющая сливаться с местностью аура говорила сама за себя, а звериный взгляд ощущаться перестал. "Я его нашел!" "Нет! Нет! Нет!" — Демон зд–е–есь, — с лёгкими нотками истерики, но спокойно проговорил Ренгоку, пытаясь не завыть, — Он...ждёт меня. Сакура не понимая до конца масштаб катастрофы, нелепо оглянулась, глупо осматриваясь по кругу. Но то ли Сенджуро плохо объяснил или же она не ориентируется, но карие глаза не замечали ничего демонического вокруг. "Проклятье! Проклятье! Проклятье! Что делать? Что мне сейчас сделать?!" — мысли молнией метались в сознании Ренгоку, пока сам мальчишка стиснув зубы, старался не паниковать. Ноги его непослушно понесли к балке и тупо развернувшись, Сенджуро грубо прислонился к ней спиной, откинув голову назад. Бетон подарил его горячей голове ледяной холод, а спине — мурашки по коже. Девочка коротко вскрикнув, тут же прикрыла рот ладошками, пока толпа осуждающим взглядом оглядела ее. "Она тоже его заметила!" Ужас и страх застыли в карих глазах видя неестественное тело на крыше. Люди такими не бывают. Люди вообще туда взобраться бы не смогли! "Думай! Думай! Думай! Что делать? Как поступить? На кону человеческие жизни! На кону жизнь Сакуры!" Фигура на крыше, статуей сидела в одной позе и ни разу не сдвинулась, словно была обычным украшением к грустному зданию вокзала. Кажется, нет там никакого человека, просто мозг на панике напридумывал себе что-то и теперь выдает разные вида конструкции за то, что хотят из них видеть. Да, только Сенджуро и рад в это поверить, если бы это было правдой. Вновь пронзительно крикнул гудок, добавляя нового шума и предупреждая о скорой отправке. Два! "Ещё один гудок и поезд уедет. Уедет его последний шанс на спасение, ибо, смерть уже близка и дышит прямо в шею." — Сакура, прости, — подходя к подруге, отчаянно затараторил Санджуро, смотря в ее напуганные, но красивые глаза, — Прости, но ты поедешь одна! Девочка ошарашенно пыталась, что-то сказать или возразить, но взволнованный Ренгоку не дал ей и слова вставить, быстро продолжая. — Времени мало слушай внимательно! Демон не оставит меня! Уеду я, он будет преследовать, понимаешь? Перевернет поезд. Погибнут люди, а моя жизнь не стоит, того чтобы за нее умирали невинные! За тобой демон не погонится, я отвлеку его. Тебе нужно лишь доехать до Осако и идти на восток. Поднимайся в гору Конга! Там пройдя пару деревень, сможешь узнать у местных жителей, где живёт семья Ренгоку! Шинджуро Ренгоку! Скажи, он раньше обучал фехтованию, а его жена преподавала каллиграфию. Она умерла четырнадцать лет назад от болезни. Они поймут, проводят тебя. Передай обязательно батенька, что я живой, что я его люблю и жду! Батенька тебя щедро отблагодарит, не сомневайся. Он даже поможет тебе сделать волевую и паспорт, если ты того желаешь. С последними словами, мальчишка тяжело дыша и усердно глотая воздух, упал на колени перед подругой, уже не в силах сдерживать отчаяние. Он не хочет подставлять ее, заставлять рисковать ради себя, проделывать такой тяжёлый путь одной. — Прости, что все так, — раздался усталый голос снизу и девочка поспешно присела к Сенджуро, — Я обещал тебе помочь начать новую жизнь, а вместо этого даю тебе только призрачную надежду. Мозолистые ладони, мягко обхватили чужое лицо и поднимая его наверх, решительные карие глаза прямо встречаются с печальными двухцветными. Сенджуро тогда думает, что истинное пламя горит прям перед ним. — Я тебя не брошу!