Ветрянные астры

Кэйа задыхается. Снова. Он падает на колени, стучит по груди, изнутри его разрывает безостановочный кашель, у него появляется ощущение, что вот-вот и он выплюнет свои легкие, в горле застревает ком. Кашель не прекращается, через пару минут он смешивается с кровью, в глазах стоят слезы, которые рыцарь уже еле сдерживает. Отпуская руки ото рта, он видит эти гребаные цветы и сгустки крови, много крови. Он давно предпочитает лучше умереть, чем продолжать выхаркивать эти сранные цветы. Когда он успел себя так запустить? Никогда не болеющий Кэйа, всегда улыбающийся Кэйа, сейчас стоял на коленях в своей небольшой квартире-штабе и проклинал человека из-за которого он так мучился... Но давайте вернемся к тому с чего все началось, ведь у всего есть начало, так? Кэйа как всегда выполнял поручения по истреблению хиличурлов, ничего сложного, даже не вспотел. В последнее время таких плевых заданий стало больше. Идя обратно в Мондштат рыцарь закашлялся, но особо не придал этому значения, списав все на першение в горле, он просто давно не разговаривал. Ему просто нужно поговорить. Проходя через ворота Мондштата, поздоровавшись с рыцарями, он прошел дальше, сейчас его пункт назначения – таверна "Доля Ангелов". Ему просто резко захотелось увидеться с хозяином винокурни, а так же по совместительству его сводным братом – Дилюком. Слишком много "просто" на сегодня. Зайдя в таверну, он натянул свою ухмылку, маска всегда лукавого рыцаря въелась под кожу и отодрать ее уже не представлялось возможным. Пробовал – только ногти сломал. Подойдя к барной стойке, он посмотрел на бармена, он отлично знал расписание Дилюка, поэтому проблем с возможным отсутствием того не возникло. Красноволосый маг лишь фыркнул в его сторону, всем своим видом показывая свое нежелание видеть его здесь. Но он его не прогнал, уже что-то. Кэйа лишь сильнее растянул губы в ухмылке. Ему снова резко захотелось выплюнуть свои органы, но он не мог сделать этого перед ним, поэтому оставалось только пялиться в пол, молясь архонтам, чтобы это прошло как можно скорее. Все-таки вскоре его отпустило, Дилюк уже минуты 3 сверлил в нем дыру, продолжая натирать бокал, а после поставил его перед капитаном. –Вы пришли просто посидеть или будете что-то заказывать, Сэр Кэйа? – с явным недовольством спросил красноволосый. –Ну же, мастер Дилюк, не хмурьтесь, вам не к лицу – протянул рыцарь, наконец поднимая голову. – полуденную смерть пожалуйста, или снова нальете виноградный сок? – Дилюк никак не отреагировал на его стеб, такое ощущение, что ему было плевать, но Кэйа и так знал, что тот хотел послать его. Видел по глазам. Он уже научился читать эмоции Дилюка по глазам, а не по лицу и жестам. Повернувшись в руках с любимым напитком капитана, он налил тому в бокал и поставил бутылку рядом. Кэйа лишь хмыкнул, взяв стакан, он отпил немного, продолжая смотреть на Дилюка... С каждой неделей кашель становился все сильнее и сил оставалось все меньше, он уже не мог его подавлять. Каждый новый приступ становился сильнее рядом с объектом его воздыхания – Дилюком. Как он умудрился влюбиться в брата? А черт его знает, просто как-то раз он шел обратно с поручения, проходя мимо винокурни, нахлынули воспоминания. Затем он увидел Дилюка и это был первый раз, когда он закашлялся до крови. Огромными глазами он уставился на свою перчатку, поблескивающую от крови на солнце. В тот же день он отправился к Барбаре, но она только развела руками. Не потеряв надежды, он отправился к Сахарозе, если медицина бессильна, то возможно ему смогут помочь алхимики, зелье там дадут какое-нибудь..Но и тут его ждал провал, Сахароза тоже оказалась бессильна, сказала, что как Альбедо прибудет в город, она сразу сообщит об этом Кэйе, может он сможет решить его проблему. Отправился он домой ни с чем... На следующей неделе в город прибыл Альбедо, но и состояние Кэйи оставляло желать лучшего, к крови присоединились лепестки. В горле вставал ком, легкие сдавливало тисками с такой силой, что казалось еще чуть-чуть и они порвутся, он захлебнется кровью и так и умрет от какой-то неизвестной болезни. Эта перспектива Кэйе не нравилась, поэтому он боролся с этим как мог, но все тщетно, свое состояние скрывать становилось все тяжелее и тяжелее. Прибывший Альбедо не сообщил ничего хорошего. Узнав о том, что это такое Кэйа захотел перерезать сам себе горло, ведь от безысходности хотелось выть на луну. –Мои результаты не утешительны, сэр Кэйа..У вас очень редкая болезнь, о ней мне было известно только из разных легенд. Это как и благословение так, и проклятье, болезнь нераздельной любви – Ханахаки. У нас нет от нее лекарств и только архонтам известно, что с ней делать.. – алхимик рассматривал снимок легких Кэйи, хмурясь все больше и больше, рыцарю такое надоело. –Можно ближе к делу? Что мне с этим делать? Это же можно как-то остановить, вылечить или хотя-бы что-нибудь сделать? – –Ну, по легендам Ханахаки можно вылечить, если заболевший получит ответные чувства от своего возлюбленного или возлюбленной. Если хочешь побольше узнать о том, что с тобой твориться и что будет в конце.. – Альбедо нагло перебили. – Я хочу знать все – –Хорошо. Ты уже на третьей стадии, первая – это легкий кашель и першение в горле, ничего серьезного по сути и распознать болезнь на первой стадии довольно сложно, вторая – отхаркивание кровью и сгустками крови, постепенно твои легкие начинают прорастать лианами, схожими с виноградниками, третья – сильные приступы кашля, удушение, боль в сердце и легких, лианы растений расползаются настолько далеко, что уже почти окутывают сердце, мешая ему работать, но не сильно, так что пациент еще находиться в живых и может передвигаться, но приступы кашля так же значительно учащаются, четвертая – выхаркивание целых бутонов цветов, внутри твоих легких начинают расти цветы, которые мешают тебе дышать, лианы растений обвиваются вокруг твоего сердца, постепенно останавливая его, и в конце концов – смерть. Либо ты умрешь от удушения в очередном приступе кашля, либо от остановки сердца, но можешь умереть раньше от потери крови. – Альбедо говорил это с убийственным спокойствием на лице, в то время как у Кэйи в голове происходил такой бардак, что мама не горюй.. Его глаза заметно расширились, он смотрел в потолок и кажется не дышал. Алхимик коснулся его плеча, тогда Кэйа пришел в себя, немного вздрогнув, Альбедо посмотрел на него с явным сочувствием. –Но можно избежать смерти признавшись в своей любви и получив взаимность, тогда цветы должны начать вянуть, а лианы перестанут расти. Придется сделать операцию по их извлечению и первое время тебя все еще будет мучить кашель, но зато ты не умрешь. Я до конца не знаю, нужна ли будет тебе операция или нет, потому-что сталкиваюсь с таким впервые, но думая логически, то наверное понадобиться. Так как ты носитель глаза бога, то времени у тебя значительно больше, чем у обычных людей, но с твоими прогнозами.. недели через две-три и тебя может не стать...– –Спасибо...я.. – голос предательски дрожал и хрипотцой отзывался в комнате, прокашлявшись, Кэйа продолжил – я понял, спасибо.. До свидания Альбедо, передавай привет Кли – Альбедо грустным взглядом проводит Кэйю, пока тот не скрывается из виду. Кэйа направляется в таверну, чтобы снова напиться. Напиваясь, он не чувствует той ответственности, что лежит на нем, напиваясь, ему хорошо, но он прекрасно знает, что это временно. Заходя в таверну, Кэйа застывает, сегодня по расписанию Дилюка не должно было быть здесь, но он отчетливо видит его профиль за барной стойкой, гордо стоящего с прямой спиной. На звук скрипа двери, тот чуть поворачивает голову и в его глазах появляется непонятная Кэйе эмоция. Он понимает, что стоит тут слишком долго, нагло пялясь на Дилюка и проходит за дальний столик, откуда прекрасно видно зал, но не видно Дилюка. Он отворачивает голову и тут же заходится в сильном приступе кашля, стараясь не издавать ни звука или хотя-бы быть тише, чтобы не привлекать ненужного внимания. Смотрит на свою перчатку с кровавыми лепестками, в голове проклиная и болезнь, и богов, и себя за то, что посмел влюбиться в того, кто его ненавидит. От этих мыслей становится больно так, что трудно дышать. Неожиданно ему на плечо ложиться рука, Кэйа вздрагивает, что было бы незаметно глазу, но хозяину руки явно было понятно, что он не ожидал кого-то рядом с собой. –Сэр Кэйа? Не смейте умирать у меня в таверне – явно с упреком говорит винодел. –А что, нельзя? Не видел правила не позволяющего делать это здесь – Кэйа поворачивается к Дилюку, ухмыляясь как обычно, но Кэйа не учел того, что в уголке его улыбки отчетливо видно дорожку крови, что не ускользает от внимания Дилюка. Следующие минут пять Дилюк стоит молча, что-то усердно обдумывая и все же бросает: – Придешь завтра на винокурню к двум – Дилюк последний раз смотрит на Кэйю нечитаемым взглядом и уходит за барную стойку, оставляя Кэйю в ахуе, мягко говоря. Альберих думает, что ему мерещится, что у него полетела крыша. Но все же принимает приглашение. А теперь вернемся к нашему Кэйе. "Мне нужно идти к Дилюку, это мой шанс наладить с ним отношения.." думает про себя капитан, третий раз за утро заходясь в сильном кашле, пачкая каплями крови и лепестками ветряной астры белую рубашку. Он лежит на полу, он не хочет вставать, он не хочет идти, а пилотное "надо" больше не работает. Как-бы он не боролся с самим собой, он принимает свою судьбу – умереть в одиночестве. Он закрывает глаза, ему снится сон как он идет по какому-то подземелью, плиты летают над пропастью, а все по сторонам окрашено непроглядной тьмой, сверху виднеется свет, впереди видно лестницу, Кэйа идет по ней, поднимается не спеша, а затем падает на колени примерно в двух пролетах от света. Он хватается за голову слыша там множество голосов молящих о пощаде, просящих о помощи своего принца, множество рук цепляются за Кэйю, который тянется к свету как к спасательному кругу, голоса искажаются, сплетаются в одно непонятное бормотание, перемешиваются с криками боли и отчаяния. Это становиться невыносимо, Кэйа опускает руки. Он не сможет защитить жителей Мондштата, ведь он не смог защитить свой народ. Каждый день уничтожая монстров Каенри'ах, он видит в этих монстрах людей, потерявших память и свою внешность. Эти кошмары поедают его изнутри, он не сможет, уже не смог. Он открывает глаза и видит белый потолок, закат окрашивает комнату в желто-красные тона, на губы ложиться легкая улыбка. Чем-то напоминает рассвет – любимое время дня Дилюка, ему всегда нравился рассвет, в то время как Кэйа предпочитал ночь. Ночью тебя никто не увидит, ночью можно делать все, что нельзя днем, ночью – тихо и спокойно. У них всегда были разные взгляды. Переворачиваясь на бок, Кэйа заходиться в приступе кашля, он для себя решил, что никуда больше не пойдет, ему не нужно, он и так умрет, зачем ему что-то делать? У него нет родственников из-за которых ему стоило бы переживать, у него нет семьи, у него нет никого, кто нуждался бы в нем. Он смотрит на закат, думая, как же все-таки красиво закончиться история Кэйи Альбериха, принца Каернри'ах и просто капитана кавалерии. Он закрывает глаза, прислушиваясь, погружается в глубокий сон . Он не помнит сколько прошло времени с того дня, единственное, что он знает – он кашляет цветами, уже второй день. Он ждет смерти, он так чертовски нуждается в ней, что уже несколько раз хотел покончить с этим, но каждый раз, каждый чертов раз, он останавливался тепля надежду на хороший исход где-то у себя в подсознании...Он снова садиться на пол, опираясь спиной о стену, ему снова стучат в дверь, на этот раз из-за двери не доноситься голоса, что настораживает рыцаря. Через пару секунд дверь оказывается выбита, а в проходе стоит Дилюк с двуручным мечом в руках и бешеным взглядом. Как только тот замечает состояние Кэйи, то взгляд становится очень напуганным и обеспокоенным, он отзывает меч и широким шагом приближается к Кэйе, садясь рядом с ним на колени. –Кэйа? Кэйа! Кэйа, ты меня слышишь? – никаких язвительных "сэр Кэйа", на это Альберих улыбается уголками губ. –Люк, ты пришел – он тянет руку к лицу Дилюка и тут же заходиться в удушающем кашле, выхаркивая острые ветряные астры, очень подходящие Дилюку. Он сжимает их в руке, не показывая ему, даже так, это только его проблемы и ничьи больше. –Показывай. Я ходил к Альбедо, я в курсе про твою болезнь, кто тебя до такого состояния довел? – Дилюк явно выглядел рассерженным, но в то же время напуганным, кажется столько эмоций на его лице не было уже несколько лет, Кэйа не может вспомнить когда в последний раз видел Дилюка таким...живым. –Ты...– снова кашель, он снова пресекает попытку задушить себя прямо здесь, прямо сейчас, прямо перед ним, вырвать свои легкие и сердце. – это ты, Дилюк..– Кэйа ухмыляется и открывает ладонь, наклоняя голову влево, смотря на раскрытую руку с бутонами цветов ветряной астры, улыбается и немного смеется. Раз Альбедо уже обо всем доложил, в чем смысл пытаться отвертеться? –Придурок...– тут же Кэйа ощущает мягкие губы на своих губах, он ошарашенно смотрит на Дилюка, думая, что точно сошел с ума. В тот момент Кэйе стало так.. хорошо, у него внутри все перевернулось, расцвело и создался будто новый мир. Отдаваясь ощущениям, он положил руку Дилюку на волосы, немного притягивая ближе, углубляя поцелуй и переводя инициативу на себя. Дилюк кажется не был против, он столько противился своим чувствам, столько раз проклинал себя и чертового Альбериха, что узнав о болезни Кэйи решил сдаться, даже, если не он окажется тем, кого любит рыцарь, последние минуты его жизни, он решил провести с ним. Тогда, в тот вечер, он хотел поговорить с ним об этом, но когда тот не пришел, Дилюк решил, что Кэйа не хочет его видеть, поэтому разозлился, в большей степени на себя, ведь это он выстроил эту стену между ними, он намеренно отдалялся от Кэйи, думая, что тот только приносит несчастья. Но сейчас, чувствуя такие желанные губы, он может только смеяться над прошлым собой, что ставил гордость превыше чувств, он отбросил эту гордость сейчас и никогда больше не вернется к ней. Воздух начал заканчиваться и им пришлось отстраниться, у Дилюка остался привкус крови во рту, но он не придал этому значения, ведь скоро все должно быть хорошо. –Это ты мне так пытался сказать, что мои чувства взаимны? – после этого предложения Кэйа зашелся в новом приступе и очень долгом, ведь он кажется выхаркал половину своих легких. Открыв руки, из них посыпались ветряные астры, их было немного, но в ладони они уже не помещались. –Ты и так понял..– переступая через себя, Дилюк сел рядом с Кэйей и положил тому голову на плечо. Впереди их ждет долгая неделя, посвященная выздоравливанию Кэйи и налаживанию отношений между ними. Как и говорил Альбедо, Кэйа еще около трех дней кашлял цветами, что Дилюк в своем роде находил красивым, но умом понимал, что это страшно и может закончиться очень плохо, поэтому старался поддерживать Кэйю как мог, но он давно перестал чувствовать эмоции ярко и тот случай был всего лишь рефлексом. Когда он увидел отца в похожем состоянии, ему пришлось убить его. Он не хотел ту же участь и для Кэйи, ведь он оставался все еще его братом. Операция не понадобилась, ведь каким-то чудом все лианы, что обвивали легкие Кэйи бесследно исчезли, что Кэйю не могло не радовать. Спустя неделю походов к Альбедо и ночных разговоров с Дилюком, Кэйа стал более живым и смог вернуться в прежнее состояние. –Кэйа, как себя чувствуешь? – Дилюк лежал на груди Кейи и смотрел куда-то в стену, думая о своем, он кажется был не против того, чтобы его волосы заплетали в маленькие косички. –Лучше чем когда-либо, а что? – Кэйа улыбался счастливо, радуясь, что наконец-то наигранная маска безразличия Дилюка треснула на маленькие кусочки. –Ну.. просто мы вроде как встречаемся и еще не разу до этого не ..– Дилюк не знал куда себя деть, ему просто было очень неловко, а после того как Кэйа перестал копошиться в его волосах, он предпочел бы провалиться в бездну прямо на месте. – Я понял тебя Люк, просто думал, что ты не хочешь.. в следующий раз буду знать – Кэйа ухмыльнулся и коснулся поцелуем шеи Дилюка, тут же немного прикусывая ее и зализывая место укуса, якобы извиняясь. Дилюк опешил, осознание приходило медленно, но когда пришло, хрипловатый стон вырвался из горла, на что Кэйа остановился. Дилюку это не понравилось, но он не подал виду. –Люк, давай потише только, а то мы все-таки не одни – Усмехнулся Кэйа, меняя их местами, нависая над Дилюком. Он накрыл его губы поцелуем, через пару минут отстраняясь из-за нехватки воздуха. Кэйа отрывается от желанных губ, спускаясь ниже – к шее и ключицам, оставляя на них поцелуи, укусы и засосы. Дилюк плавиться под ним, закрывая себе рот рукой, чтобы не издавать громких звуков, он испускает только вздохи нетерпения каждый раз, когда губы и язык Кэйи касаются его тела. Сегодня Дилюк уступит ему в месте, но не в следующий раз, просто Кэйа делает все слишком хорошо. Альберих снимает с Дилюка его рубашку, в которой тот лежал и отстегивая ремень на штанах снимает их с Дилюка, сбрасывая одежду куда-то на пол. Рагнвиндр не знает куда деть руки, поэтому проделывает то же самое с Кэйей, единственное, чему радуется красновлосый, то это тому, что на Кэйе нет этой мертвой лисы и множества застежек, ремешков и прочей ненужной атрибутики. Покончив с одеждой, Кэйа бросает взгляд на Дилюка: разгоряченный, прижимающий одну руку к губам и иногда покусывающий ее, в нетерпении елозиет ногами, сминая простыни, дыхание сбито напрочь. Кажется Кэйя возбудился еще сильнее, хотя казалось куда там еще больше. Альберих льнет поцелует к губам Рангвиндра, их языки сплетаются, Дилюк кратко стонет в поцелуй, отчего губы Кэйи расходятся в усмешке. Отрываясь от губ, Кэйа переводит свое внимание на соски Дилюка, одной рукой массируя один из сосков, а второй посасывая. От ощущений, Дилюк заметался по кровати, как птица в клетке, он все еще закусывает руку, чтобы не издавать звуков, хотя иногда все же проскакивают несдержанные стоны. Отрываясь от своего занятия, Кэйа ищет что-нибудь похожее на смазку, роясь в тумбочке у кровати, находя какой-то крем, он размазывает его по пальцам, ставя тюбик на тумбочку. –Прости, в следующий раз подготовлюсь лучше, ты застал меня врасплох – усмехаясь проговорил Кэйа. – Ничего, пережи..АХ- Мх – Кэйа вошел сразу двумя пальцами в Рагнвиндра из-за чего и произошла такая бурная реакция. Пока Кэйа растягивал Дилюка, он целовал его ключицы и шею, второй рукой, немного надрачивая своему партнеру, от ощущений, Дилюк не мог спокойно лежать, поэтому постоянно водил ногами, а вскоре сам начал насаживаться на пальцы, требуя большего. Вставив третий палец, Дилюк почувствовал дискомфорт, но старался это игнорировать за счет приятных ощущений, вскоре боль сменилась удовольствием, а затем маг почувствовал внутри себя пустоту из-за чего недовольно хотел выдохнуть, но тут же ощутил что-то более большое из-за чего получился прерывистый вздох. Покривившись от боли Рагнвиндр постарался привыкнуть к Кэйе, который постепенно входил на всю длину, минуты две Кэйа не двигался, давая Дилюку привыкнуть, а после получив одобрительный толчок на встречу, Кэйа начал двигаться. Сначала темп был медленным, Кэйа специально старался не сделать больно Дилюку, ведь тогда он может навредить ему, а рушить то доверие, которое сейчас выстраивалось не хотелось. Дилюк же желал большего, поэтому когда он не выдерживал, то старался насадиться сам, Кэйа прерывал его попытки, но вскоре темп стал почти бешеным из-за чего сдерживать стоны и хрипы становилось почти невозможным. Через минут 10 таких скачек, оба кончили и Кэйа устало расположился рядом с Дилюком, смотря на того с теплотой в глазах.