— Ромашка, расскажи, любит или не любит.

Эстрада тут такая же, как и во всех других лагерях: сцена, с которой ведущие будут проводить все мероприятия, скамейки, расставленные угловатым полукругом, и пока что пустующий центр для тех, кто наберётся смелости не отсиживаться в каком-то углу, а танцевать. Тэтте сидит на последнем ряду и пытается не оглохнуть от громкой музыки. К тому времени, как начинается дискотека, весь его отряд успевает перемешаться с другими. Суэхиро думает о том, как бы слинять отсюда и найти место, чтобы покурить, и он встаёт со скамейки и хочет было уйти, но замечает своего вожатого, разговаривающего с уже хорошо знакомыми Тэтте особами, которые явно не хотели оставлять его в покое. По лицу же Дзёно понятно, что он устал и не рад компании этих дам, поэтому, немного подумав, Тэтте направляется к ним с целью спасти Сайгику от этих прилипал. — Простите, но этот вожатый, — он указывает на оторопевшего от такого его действия Сайгику кивком головы, — теперь мой, так как мне нужно у него кое-что спросить, — и, подумав о том, что музыка как-то мешает девушкам услышать его, повышает голос, чтобы перекричать ее: — Спросить лично, наедине с ним! Он не дожидается какого-либо ответа от них, берёт Сайгику под локоть и уводит его к скамьям. Оглядываясь назад, Тэтте видит, как те две девушки перешёптываются между собой, смотря им вслед, и только хмыкает. Дзёно между тем искренне удивлён поступком и словам подростка. — Ну и что ты хотел у меня спросить? — спрашивает Сайгику, когда они оказываются на безопасном расстоянии от любительниц поприставать к кому-нибудь. — Ничего. Просто подумал о том, что было бы неплохо спасти Вас от той компании — по Вам так и видно, что Вы устали и не хотите ни с кем разговаривать, — Тэтте не сбавляет громкости своего голоса, отвечая, и садится на скамейку. — Даже покурить не смог, — куда тише добавляет он, зная, что Сайгику при такой музыке его не услышит. — Оу, как мило. — Чужие слова заставляют Сайгику слабо улыбнуться и подумать кое о чём. — Слушай-ка, пойдём, поможешь мне с одним дельцем, — Тэтте послушно встаёт со скамейки и следует за ним, хоть и пока не знает, куда именно. — Ты должен сказать, что мне стало плохо и что ты доведёшь меня до медпункта. Тэтте удивляется такому предложению. Вожатый хочет уйти с дискотеки? И просит его помочь ему в этом? Может, он хочет просто использовать его для того, чтобы самому уйти, а его после этого отправить обратно, на эту чёртову эстраду, вновь сидеть и скучать в одиночестве? Если так окажется и на деле, Тэтте просто возьмет и уйдет, найдет место, где на него никто не обратит внимания, и спокойно покурит. Что самое удивительное, всё проходит гладко, в точности по плану Дзёно. Кто бы мог подумать, что тот способен профессионально сыграть человека, страдающего от головной боли? Когда они отходят на достаточное расстояние, Сайгику плюхается на скамейку. — Ну же, присаживайся, — он сдержанно похлопывает ладонью по месту рядом с ним, смотря на Тэтте снизу вверх. — Ты же не собираешься стоять тут как истукан, так? — и, видимо, на него нападает ностальгия, потому что он продолжает: — Помню, как всё время сваливал с уроков из-за "плохого самочувствия", и ведь все верили. Коротко взглянув на Сайгику, Суэхиро всё-таки садится рядом с ним и расслабляется. Отсюда музыка уже не кажется такой громкой и звучит задним фоном. А ведь вместо того, чтобы сидеть со своим вожатым в практической тишине, которую никто из них не хотел нарушать, Тэтте мог бы сейчас быть на крыше какой-нибудь заброшки и курить, посматривая на ночное небо. — У тебя на лбу написано, что тебе здесь не нравится, — вдруг произносит Сайгику. — Родители заставили, да? — Угу, — мрачно буркает Тэтте в ответ. — По тебе тоже видно, что ты не рад быть вожатым. Что же ты тут забыл? — он сам не замечает того, как легко и быстро он переходит с Сайгику на ты, а тот, кажется, и не против этого. — Подработка, — усмехается вожатый, но сразу серьёзнеет. — Те, — он заминается, пытаясь подобрать то слово, которое он может произнести при несовершеннолетнем подростке без зазрений совести, — девочки, — наконец находит такое он. — Они и до тебя докапывались? Они и до того, как подошли ко мне, смотрели на тебя, но решили, что ты им, кажется, не по зубам, аха... — Ехал с ними в одном автобусе и слышал, как они говорили обо мне, но что именно, не слышал — уснул. Они даже хотели разбудить меня, когда мы остановились, но не успели — я проснулся сам, и они растеряли всю свою смелость. На какое-то время они оставят меня в покое. Надеюсь. Тэтте облегчённо вздыхает. Он не хочет заводить отношения, особенно в лагере, ведь для него отношения на расстоянии — та ещё глупость. — Зато меня нет, — Сайгику страдальчески вздыхает. — Почему именно я? Этому есть объяснение, и Тэтте не задумываясь выпаливает: — Ну, ты красивый, — и сам своих же слов немного смущается. — Особенно твои глаза. Тэтте не врет — у Сайгику в действительности самые красивые глаза, которые Тэтте только видел в своей жизни. Ни у кого таких не видел. — А вот характер мерзкий, — Сайгику поворачивается к Тэтте, но смотрит на него недолго и поднимает взгляд к небу. — И вовсе не мерзкий! — уверенно выдаёт Суэхиро, и его не останавливает то, что он едва ли вообще знает Сайгику. — Ты просто... — и чуть не произносит матерное слово, которое успешно заменяет на: — ...уставший. — Ой, да прекрати ты, — тот отмахивается, но кажется искренне удивившимся чужим словам, опровергающим его несладкий характер; удивившимся больше, чем словам о том, что он красивый. — Я такой всегда, каким бы ни был, уставшим или отдохнувшим. Все так говорят. Так и есть, — и тихо смеётся, прикрыв рот ладонью. И больше эту тему они не развивают. — Почему ты не отправил меня обратно на эстраду? — внезапно спрашивает Тэтте, потому что ему это действительно интересно, и поджимает губы. — Ты же хотел побыть один. — Я, конечно, не умею читать мысли, но нужно быть слепым и тупым, чтобы не понять, как сильно ты не хочешь там находиться, поэтому я и подумал, а почему бы и не позволить тебе остаться тут? — Сайгику жмёт плечами. — Или ты так сильно хочешь меня покинуть и вернуться туда? — задает он встречный вопрос, усмехаясь. Тэтте молча мотает головой. — Вот и сиди здесь. К вечеру поднимается ветер, но тёплый, ласковый, каким он и должен быть таким летом, и волосы Дзёно на нём легко развеваются. Тэтте смотрит на него и чувствует непреодолимое желание прикоснуться к ним, потому что они выглядят мягкими, но одёргивает себя на этой мысли, отворачиваясь. Уже действительно вечереет, а значит, скоро кончится дискотека, и они будут вынуждены вернуться туда, к своему отряду, а после разойтись с ними по корпусам. Тэтте не хочет разрушать эту атмосферу настоящего спокойствия. Тут до того хорошо, что он готов взять и уснуть на этом самом месте, не стесняясь присутствия вожатого — всё-таки, ничто не отменяет того факта, что в поезде ему ни разу не удалось нормально поспать, и ему остаётся только надеяться, что обратная поездка будет лучше. — Посидим минут десять и будем возвращаться, — тихо произносит Сайгику и расслабленно прикрывает глаза до того, как Тэтте кивает ему в ответ. Они возвращаются на эстраду, как и договариваются, через десять минут, не проронив и слова, просто молча, каждый думает о чём-то своём. Дзёно подходит к вожатому другого отряда, которого он до своего ухода просил присмотреть и за своим, благодарит его за это и собирает своих для того, чтобы отвести их в корпус. Оказавшись, наконец, в своей комнате, Тэтте сразу же плюхается на свою кровать лицом в подушку и прокручивает в голове события сегодняшнего дня и в особенности разговор с вожатым. Через два дня у них планируется поездка на море, и даже Тэтте был бы не против окунуться там, наплевав на то, какой ледяной будет вода, потому что в такую жару, как сейчас, она была в самый раз. В это время его сосед читает какую-то книгу, время от времени поглядывая на него из-за неё. — Хей, — негромко и неуверенно зовёт его Тэтте, приподнявшись на локтях. — Тебя же Сигма зовут, да? Его сосед вздрагивает, не ожидая, что к нему могут так внезапно обратиться, и неуверенно кивает. — А у тебя... есть ещё какие-нибудь книги с собой? Прости, что спрашиваю, мне просто скучно... — Тэтте неловко улыбается от своей просьбы. — А... Д-Да, конечно есть, — Сигма принимает сидячее положение в своей кровати и тянется к тумбочке, открывает первый, самый верхний ящик и, достав из неё первую попавшуюся под руку книгу, протягивает её Тэтте. — Не знаю, любишь ли ты такое... — Всё в порядке, я всё люблю, — Суэхиро отмахивается и берёт протянутую книгу, благодарит и сразу же раскрывает ее на первых страницах, принимаясь за чтение. Проходит несколько часов с объявления отбоя, и к этому времени Тэтте дочитывает книгу до конца, а его сосед уже спокойно себе спит, поэтому он не решается шуметь, просто оставляя книгу на чужой тумбочке. Тэтте никогда не может расслабиться на новом месте, поэтому сон к нему всё никак не идёт — видимо, ему тут быть прямо как в поезде, сонным, уставшим и вечно недовольным. — Всё равно надо попробовать... уснуть, — шепчет он самому себе, пытается устроиться поудобнее и закрывает глаза в попытке уснуть, и это, что удивительно, у него выходит достаточно быстро.