Подай мне руку

Вся детвора с тобой на «Вы» И паспорт не спросят на кассе. В руках — пачки три сигарет. На улице кружатся в вальсе Мужи, старики, дети до двадцати… Тебе-то шестнадцать, но горло саднит От плача и дыма, от чёрной тоски И сердце уж вряд ли когда-то простит. Ты вроде как дома. Стучатся в окно: Там мама, отец твой и брат. Чуть страшно, наверно: вдруг треснет стекло? Кому потом всё убирать? Ты шторы задёрнешь, мол, свидимся позже — Из форточки мат слышен и дикий крик. Уходить не хотят и колотят безбожно — Не то что стекло треснет, да и гранит. Но решётка спасает. Снова стук раздаётся Уже в дверь только — мягко, несмело… Ты не пойдёшь. Не откроешь, хоть просят — Знаешь сама, это гиблое дело. Но тебя не оставят: из каждой двери Слышен кратенький, значимый стук. Улыбнёшься несмело: давненько тебе Не являлся невидимый друг. Ты улыбнёшься детям в парке Купишь пакетик молока Без сигарет в руках, без страха Ты танцевать пойдёшь сама. Тебя окатит чёрный джип Грязной водой из-под колёс… Тебе шестнадцать, посмотри: Переживёт мир день без слёз! И дождь до утренней зари Бежит по трубам водосточным, И слышишь ты из-за двери: «Да станет легче. Завтра. Точно.»