Калейдоскоп зарисовок

Ланваль остановился прямо посередине затянутого льдом озера. Чертыхнулся, огляделся по сторонам, подслеповато щурясь из-под шлема. Странное дело! Он ходил этой дорогой бессчётное число раз, но именно сегодня его преследовало стойкое ощущение неправильности. Будто бы всё вокруг было не тем. Фальшивым. Бликующим, как солнце на воде в погожий день. Словно на холсте нарисовали пейзаж, а потом, играючись, махнули по нему ладонью, чуть смазав краски. Ещё метель эта… Ланваль нервно зевнул и сплюнул снег, залетевший в рот. Утёр губы рукавицей и вразвалку зашагал вперёд. Морок мороком, а послание надо доставить в срок. Время не терпит. Герцог Анго слов на ветер никогда не бросал. Сказал, что казнит, если его письмо вовремя до замка Чёрного колокола не доберётся, значит, казнит. И плевать, что Ланваль будет далеко – достанет. Герцогу по силам до любого дотянуться и прихлопнуть. Ланваль сам это видел. Опять эта проклятая метель! В лицо прилетела пригоршня колючего снега, заставив Ланваля остановиться и начать отряхиваться, шипя от досады. – … мать так-перетак, – доносилось из-под его капюшона, смешиваясь со свистом ветра. Внезапно всё вокруг как будто утихло. Ланваль замер с рукой, воздетой к капюшону, и недоверчиво выглянул из-под него. Лицо тут же облепили снежинки: метель и не думала униматься. Но ветер больше не завывал, словно его лишили голоса. Ланваль замер на месте, придавленный внезапно вспыхнувшим предчувствием чего-то плохого. Предчувствие не обмануло. Свет чуть померк, словно на мир накинули тонкое покрывало. Облака, летящие по небу, замедлились и расступились. Из-под них вынырнула огромная луна – такой Ланваль никогда не видал. Она была не привычно-белой, а какой-то серой и погрызенной, словно над ней потрудились невидимые мыши. При взгляде на эту луну Ланвалю захотелось орать, орать от ужаса, не переставая. Но он молчал и просто таращился на неё, не в силах отвести взгляд. А потом пришёл он. Взбудораженный метелью воздух расступился, пропуская существо, которого Ланвалю в жизни ещё видеть не доводилось. Бесшумно скользя по снегу, меж деревьев пробирался человеческий скелет. Но только какой человек при жизни был таких размеров – выше самых высоких сосен, будто бы сразу пять домов поставили друг на друга? Нет, это не может быть реальностью! Он наверняка свалился в снег и нечаянно заснул! Ланваль ожесточённо потёр глаза и принялся щипать себя за щёки, пытаясь пробудиться. Но скелет не исчезал. Он продолжал свой молчаливый путь вперёд, не обращая внимания ни на метель, ни на Ланваля. Когда он подошёл поближе, тому удалось даже разглядеть на нём что-то, похожее на обрывки истлевшей одежды, полоскающейся на побелевших от времени костях. Герцог Анго уже показался отнюдь не таким страшным. Скелет почти поравнялся с Ланвалем. Тот уже точно решил, что, если это чудище посмотрит на него (чем?), в ту же секунду он сойдёт с ума. Метель будто подхватила мысли Ланваля, и те взметнулись в воздух – прямо к скелету. Его шаг замедлился, а голова принялась медленно поворачиваться, будто пытаясь нащупать несуществующими глазами хозяина мыслей. Ланваль вскрикнул, отшатнулся и упал навзничь, молясь, чтобы провалиться в спасительное забытье. Свет мигнул и погас. Через секунду всё вокруг опять посветлело. Ланваль утёр лоб дрожащей рукой и поднял голову. Скелета тоже как не бывало. Пропала и страшная луна, а облака возобновили свой бег, то и дело обнажая бледно-голубое небо. Ланваль тряхнул головой и кое-как поднялся на неверные ноги, ходящие ходуном, кляня себя и свою трусость по чём свет стоит. Мало ли, что может привидеться! Может, это всё проказы лесных духов! Бормоча себе под нос невнятные объяснения, Ланваль заторопился вперёд, шагая меж сугробов. Он гнал от себя только одну мысль. На долю секунды ему показалось, что на шее того скелета что-то блеснуло. Что-то, похожее на фамильный медальон герцога Анго.