Бунтарь

      Утро началось с тупой головной боли. Чимин тихо простонал из-за неприятных ощущений. Последнее время часто такое происходило. И это отнимало у него много сил. Таблетки от головной боли совсем не помогали. Чимин задумался: скорее всего, нужно обратиться к омегологу. Потому что это могла быть побочные эффекты из-за смены запахов. Ведь у него давно не было течки. Всё бы Чимина устраивало, если бы не эта тупая боль.       Чимин сощурился, чтобы сфокусироваться на Джимми, но у него не получилось. Потому что пёсика не было на лежанке. Чимин медленно сел на кровать, свесив ноги. Он с непониманием посмотрел на время, циферблат показывал половину первого дня. Недовольно цокнув из-за такого позднего пробуждения, Чимин лениво пошёл в душ. Приведя себя в порядок, он взглянул в зеркало и вспомнил о вчерашнем вечере.       «Что ты натворил, Пак Чимин? Как себя чувствует хён сейчас?»       Одетый в короткие шорты, в широкой футболке Чимин спустился в кухню. Что-то подсказывало, что это Сокджин забрал Джимми, чтобы дать ему выспаться. Конечно, он не против, но Чимину не хотелось, чтобы из-за него Сокджин беспокоился. Пёсик был только его обязанностью. А доброта Сокджина не имела предела.       — Хён? — тихо позвал Чимин, чтобы не пугать Сокджина. Омега увлечённо что-то готовила в тишине, подпевая какую-то попсу. Сначала Чимин немного любовался красивой картиной, а потом снова чуть громче: — Сокджин-хён?       — Ох, Чимин-и, доброе утро!       Весело поприветствовал Джин широкой улыбкой. В глазах не было и тени вчерашнего неприятного вечера. Чимин облегчённо выдохнул и улыбнулся в ответ.       — Скорее дня, а не утра.       Чимин медленно подошёл ближе. Хотелось обнять его и попросить снова прощение. Но он сдержался, чтобы не испортить хорошее настроение.       — Ты не видел Джимми? Я не могу его найти.       — Не переживай за Джимми, они с Ёнтаном гуляют, так как Тэхён-и тоже спит. Я забрал их и выгуливал немного, чтобы вы выспались. Всё же вчера легли поздно. А ты как спал в новом месте?       Сокджин знал, что Чимин будет переживать за вчерашний вечер. Поэтому попытался изменить обстановку. Он хотел, чтобы оба брата выспались и позавтракали чем-то вкусным. Поэтому проснулся раньше и приготовил то, что нравится Тэхёну и Чимину.       — Не стоило. Ты ведь тоже лёг поздно, — сделал паузу Чимин, чтобы не ляпнуть чего-нибудь лишнего. Ему надо было как-то уместно формулировать предложения. — Ты… ты тоже устал. Лучше бы ты отдохнул, а мы сами бы справились.       — Да ладно, ничего страшного не случилось. Давай забудем. Со мной всё в порядке.       Джин говорил искренне. Для убедительности он сделал смешное эгьё. Сокджин правда чувствовал себя лучше. Ему тоже было неприятно вспоминать о вчерашнем.       — Я… мне не стоило так… — Чимин не мог закончить фразу. Потому что не было ему оправданий, как бы Джин ни пытался отрицать. На самом деле им бы правда не помешало всё это забыть, как страшный сон. Видно, Джину тоже неприятно от своей уязвимости. Поэтому Чимин неловко посмотрел по сторонам, чтобы сменить тему. А потом: — Хён, я очень-очень сильно хочу кофе. Покажешь, где я могу найти свой наркотик?       — Что?       Джин недоуменно уставился на Чимина. Какие ещё наркотики? Он ведь правильно всё слышал?       — Ну прости, хён, а теперь дыши, — пошутил он, поняв, что его неправильно поняли. — Хён, это я про кофе, то есть я много пью кофе, поэтому без него плохо себя чувствую. И папины оладьи тоже я называю своим наркотиком. Не смотри так, на тебе лица нет.       Не дав себе время для отступления, Чимин крепко обнял брата. Джин на автомате обнял в ответ. Чимин чувствовал, как что-то тёплое разливается по всему телу. Запах лаванды медленно заполнял лёгкие. Головная боль сошла на нет. Сокджин улыбался. Чимин это чувствовал, как и приятные поглаживания по волосам. За долгое время он дал слабину и не жалел об этом.       — Ах, Чимин-и, думаю, тебе больше не стоит пугать и так больного хёна, — произнёс он, всё ещё держа Чимина в своих объятиях.       Чимин невольно вздрогнул, немного отстранившись, посмотрел в глаза Джина. Сердце больно сжалось от слова «больной». Чимин помнил, как вчера сильно ранили эти слова Джина. Как Джин просил не называть его больным.       — Хён? — ласково позвал он, смотря в глаза Сокджина. — Ты не болен, вовсе нет. Ты… Ты добрый, весёлый, нежный, красивый и особенный омега. Я очень рад, что у меня есть такой старший брат, как ты. Мы все тебя очень сильно любим.       Как бы со стороны не казалось странным, Чимин был искренен. Несмотря на то, что он буквально вчера познакомился с Сокджином, Чимин чувствовал себя, будто знал его всю жизнь. Сокджин открыл ему сердце, ему хотелось ответить тем же.       Чимин больше не чувствовал себя одиноким. Он понимал, что Сокджин именно тот, кто будет рядом, несмотря ни на что. Поэтому тоже решил поддержать его.       — Чимин-и, я тоже тебя люблю.       Чимин улыбнулся, но было неловко. Он не привык к таким чувствам. Именно чувства. Такая нежная и искренняя. В Сокджине было что-то, что давало возможность чувствовать. Возможно, Чимин и забыл, что это за чувство. Потому что когда-то его предали. Потому что он давно перестал что-либо чувствовать.       Кроме родительской любви, конечно. Она святая, которая не изменится никогда. А другие все врут. Обманывают. Когда придёт время, всё равно выбирают свои выгоды. Но с Сокджином будто всё по-другому. Будто он сам из другой вселенной. Будто он ангел, сошедший вниз, чтобы лечить людям их старые раны… Душу.       Возможно, Чимин торопится сделать вывод. Возможно. Всё возможно. Но ему очень хотелось верить, что он прав. Что Сокджин — это исключение.       — Вау… Это кто у нас тут? — громко с наигранным возмущением проговорил Тэхён, стоя на дверном проёме. Он сделал шокирующий взгляд и продолжил. — Кто-то не любил нежности. Ой, что же случилось?       Чимин сначала на автомате отпустил Сокджина. Его смутили не слова Тэхёна, а то, что он появился так внезапно. Чимин быстро пришёл в себя, чтобы Тэхён не сказал ещё что-нибудь нелепое. Он смотрел в сторону его и ответил.       — Нежности я люблю с нежными, а такие, как ты, наглые идут лесом.       — О нет, не дождёшься. Это мой хён. Быстро отошёл.       Тэхён был не тот человек, кого можно так легко обидеть. Поэтому с лёгкостью проигнорировал реплики Чимина, специально отодвинул его в сторону. После крепко обнял Сокджина, получив такое же в ответ. Не забыл показать язык, чтобы окончательно побесить Чимина. И да, у него получилось. Чимин недовольно промычал, но не покинул кухню. Уж слишком вкусный был запах, стряпня Сокджина.       Завтрак прошёл с взаимными колкостями Тэхёна и Чимина. А забавный смех Сокджина сделал его ещё веселее. Настроение улучшилось. Чимин покушал плотно и вкусно. Если Сокджин обещал папе, что не даст поскучать его еде, то это у него определённо получится. Потому Сокджин готовил как самый лучший шеф-повар. Чимин искренне поблагодарил его за вкусный завтрак, а после немного игрался с Джимми. Пёсик чувствовал себя отлично. С Ёнтаном сильных конфликтов не было. Оказалось, Ёнтан тоже с характером, как и хозяин. Собачка несколько раз покусывала Джимми за хвостик, но его пёсик был сдержанным, поэтому до собачьих ссор не дошло. Всё-таки Джимми воспитанный. И Чимин не будет лгать, что в этом в большей степени заслуга папы.       К вечеру они отправились в торговый центр, где Чимин купил несколько новых вещей — как для дома, так и для выхода. Однако Сокджин раскритиковал его выбор, назвав все вещи тёмными, скучными. Поэтому он сам выбрал несколько светлых вещей, которые Чимин, возможно, будет носить только дома, но об этом Сокджину знать не обязательно.       После они вместе поужинали вредной едой, несмотря на протесты Сокджина. В этот раз Тэхён поддержал Чимина, сказав, что иногда хочется есть вредных бургеров и картошку фри. В итоге они вернулись домой уставшие, но весёлые.       Приняв душ и разобравшись с покупками, Чимин позвонил родителям. Несмотря на то, что они не виделись всего один день, он соскучился по ним. Ему очень сильно хотелось обнять их обоих. Папа готов был пролить слёзы, но отец был максимально сдержанный, кажется, всё ещё в обиде. Чимин ещё раз просил прощения за свою ложь. Только затем выключил телефон, чтобы поспать.       Как бы он ни старался, заснуть не получалось. В голове роились тысячи мыслей. Чимин уже давно осознал и принял свою ошибку. Зря он не рассказал обо всём родителям вовремя. Папа с отцом были правы.       Его родители всегда доверяли ему и гордились им. Они никогда не заставляли его делать то, что Чимин не хотел. Всегда прислушивались к его мнению, независимо от того, о чём шла речь. Поэтому скрывать от них всё было большой ошибкой. Чимин теперь уверен, что родители поддерживали бы все его идеи. Интересы и чувства Чимина всегда были для них на первом месте.       Как он мог в них сомневаться? Нет, Чимин никогда не сомневался. Возможно, тогда он был эмоционально нестабилен? Может быть, у него был шок или депрессия? С чем можно сравнить его состояние? Ни с чем…       Нет, нет, нет.       Ему нужно переключиться. Иначе это ни к чему хорошему не приведёт. В голове прозвучали слова отца:       Папа: Сынок, это всё для тебя.       — Папа, пожалуйста, не ждите от этой поездки слишком многого. Я понял свою ошибку, поэтому и согласился. Но я уже давно принял решение и не собираюсь его менять.       Папа: Мы тебя понимаем и поддерживаем твой выбор. Только…       — Обещайте, что после окончания школы, если я не изменю свой выбор, мы так и закроем этот разговор. И больше никогда не будем спорить.       Отец: Ладно. Как хочешь.       Хотя разговор закончился на хорошей ноте, всё же в душе остался осадок. Холодный взгляд отца больно отозвался в сердце. Но… Но он заслужил это, верно?

* * *

      Когда солнце отправило всем свои поцелуи через солнечные зайчики, Чимин тоже проснулся от их тепла в коже. Он лениво потянулся и, невольно улыбнувшись, посмотрел на Джимми. Утро было доброе. Это однозначно хорошо. Потому что сегодняшний день был очень важным. Сегодня первый день в новой школе. Потому что первое впечатление решает дальнейшее существование.       Волнуется ли он? Нет. Вовсе нет.       Он больше не тот омега, наивный, пугливый, чтобы бояться. Чимин усмехнулся, вспомнив, как его пугало новое место и новое знакомство. Но, к счастью, это всё было прошлым. Тут Тэхён был прав, ко всему есть причина. Чимин был рад, что стал сильным, в целом другим. Ему повезло… наверное…       Если честно, его волновало только состояние Сокджина. Точнее, как Сокджин рядом с ним себя будет чувствовать с запахом альфы. Феромоны альфы от природы своеобразны. Они часто зависят от состояния омеги: альфам хочется защитить, если омега напуган, или, когда плохо, помочь им феромонами. Это почти не контролируется, такова природа. Но, к счастью, в Чимине нет такой способности. А то до гона было бы недалеко. В нём только терпкий запах альфы. Точнее, запах крепкий, обожжённый кофе. Вчера весь день Чимин понемногу менял свои запахи, чтобы Сокджин привык к запаху альфы. Оказалось, Сокджин всё же был прав, когда просил не торопиться, быть аккуратнее. Потому что к вечеру его не так сильно трясло рядом с Чимином. Да, был дискомфорт, легкое головокружение. Но прошло быстро, и до прихода домой он чувствовал себя почти нормально. Чимин не может это как правильно объяснить, как и сам Сокджин. Возможно, дело в том, они всё же родственники. Или же доверие Сокджина к Чимину. Так что всё было не так плохо. Но всё равно Чимин переживал за брата.       После душа он аккуратно уложил волосы. Форму и все остальные мелочи Сокджин подготовил ещё до переезда Чимина. Правда, он даже не смог представить, как это у Сокджина получилось. Но был благодарен безумно.       Школа, в которую он поступил, была особенной. Это была частная школа для таких, как они. Хоть Чимин раньше учился в обычной школе, он хорошо понимал, что тут всё по-другому. Хотя Сокджин уверял, что ученики не такие уж и плохие, как и учителя, но Чимин ничего хорошего не ожидал от чеболей. Зачастую такие дети высокомерные, капризные или просто тупые куклы. Или ещё хуже: бывают и ублюдки, которые не ценят никого, кроме себя. С ними надо аккуратно, и даже надо бояться. Но Чимин не боится уже давно. Он знал, как за себя постоять. Так что время покажет.       Хотя Тэхён ему вчера все уши прожужжал, что к ним можно поступить из обычной семьи только под строгим тестированием. Чимин в этом сомневается. Потому что чего только эта форма стоит с такой дорогой тканью и качеством пошива. Ну ладно, не суть. Чимин будет только рад адекватным людям.       В школу его с собой забрал Сокджин на своём машине, а Тэхёна — его альфа. Да-да, Чимин вчера узнал, что у Тэхёна есть альфа. И какой он красивый и справедливый альфа во всем мире. Чимин поверил после слов Сокджина, что парень правда не плохой, несмотря на то, что тоже богатый. Об их отношениях знают родители обоих. Дядя вроде одобряет, но они все молодые, так что не факт, что это долго и счастливо. Чимину просто плевать. Пусть главное, чтобы к нему не лезли.       Пока он из-за скуки тарабанил пальцами в машине, Сокджин пошёл поздороваться с некоей Хосок-и. Да, его зовут Чон Хосок. Кажется, Чимин о Чонах слышал, но не важно. Потому как альфа без церемонии обнял Сокджина, они все же близкие люди. Это только обрадовало, потому что есть шанс, что Сокджин может избавиться от этой болезни? Никто из них не может назвать это болезнью. Даже те самые врачи, которые лечат Сокджина. Пусть будет особенность. Так правильнее. Потому что его брат просто особенный.

* * *

      Несмотря на то, что сегодня первый день школы, Чимин от скуки чуть ли не задремал на уроке. Два урока он боролся со сном, и в итоге разболелась голова. На перемене Тэхён пригласил его присоединиться в столовой к своим друзьям. Чимин сразу отказался. Ответ получился грубым, но он не специально. Просто после уроков сонливость не ушла, и это порядком нервировало. А ещё ему не нужно было новое знакомство. Потому что сколько больше человек его узнают, столько же сложно будет Чимину им врать. Именно поэтому ему ещё больше усложнять свою жизнь совсем не хотелось. Он и раньше жил без друзей неплохо. Так что это не было проблемой. Главное, у него есть Сокджин и тот же Тэхён, несмотря на то, что иногда до жути бесит.       — Нет, Ким Тэхён, отстань. Я никуда идти не собираюсь.       — Ну почему же? Не будь занудой, пошли уже.       Попытки Тэхёна изначально были провальными. Потому что если Чимин что-то не хочет, его фактически невозможно уговорить. Оставив Тэхёна позади, он пошёл за Сокджином. Хотелось увидеть брата. Тэхён крикнул что-то наподобие «зануда» и получил не слово, а средний палец. Чимин чувствовал, как тот шипел в весь коридор, но ему было в целом плевать. Он без труда нашёл кабинет Джина. Чимин не зашёл внутрь. Тихо позвав брата, сам ожидал в коридоре.       — А почему ты не с Тэ?       Сокджин смотрел вопросительно, хотя, кажется, можно было считать, вопрос был риторический. Чимин не торопился ответить. Сначала улыбнулся, а потом:       — Я не хочу. — честно признался он. Но после… — О боги, только не говори, что ты тоже с ними обедаешь.       Спросил Чимин с надеждой, хотя лицо Сокджина говорило само по себе. Он мысленно простонал, что не обойдётся без новых знакомств. Как бы ему ни хотелось, Чимин понимал, что у него другого выбора нет. До конца учебного года ещё много времени, кажется, присоединиться всё-таки придётся.       — Ну да… Мы все вместе обедаем.       Сокджин был удивлён. Казалось, он совсем не видел в этом проблемы. По сути, он был прав, потому что это проблема Чимина.       — Но если ты не хочешь, можем сидеть отдельно, — предложил Сокджин, наконец поняв, что, скорее всего, Чимину неловко. Поэтому решил поддержать его. Хотя знал, что это невозможно. — Но многого не жди. Они мои друзья тоже. Так что не факт, что они к нам не присоединятся, — в конце добавил он с улыбкой.       — Да, пожалуйста, хён. Я… не хочу.       — Ладно, ладно, не смотри такими щенячьими глазками. Я согласен.       Чимин победно хихикнул. Такое срабатывало почти всегда. Обаяние милого нежного омеги — это хорошее оружие. Хотя Чимин его почти не использовал. Только с родителями. Теперь вот к брату применил. Хотя был уверен, что Сокджин без этой манипуляции не оставил бы его одного.       Столовая оказалась просторной. Вся была в светлых тонах, аккуратно и чисто. Пахло очень вкусно. Они вдвоём собрали себе подносы разных блюд. Сокджин подсказывал, что тут вкуснее. Хотя Чимину казалось, вкусно было тут всё. Потому что запах и вид говорили за них. Набрав полный поднос, они сели в самый уголок, где меньше народа. Но Чимину казалось, что это было бесполезно. Потому что все смотрели только на них. Будто рассматривали какой-то экспонат в музее. Чимин невольно съёжился от пристальных взглядов.       «Какого чёрта?»       — Скажи, хён, почему они на нас так смотрят?       Всё же спросил он, допив свой гранатовый сок. На вкус был очень даже вкусным, но неприятная атмосфера не давала чувствовать себя комфортно. Хотелось встать и сказать:       «С хера ли так смотришь?», — но Чимин сдержался.

      — Потому что ты красивый?       Сокджин смотрел с улыбкой. Чимина смутили его слова. Да, он знал, что симпатичен, но не думал, что красивый, как, например, Сокджин. Или же как Тэхён.       — Ты или не знаешь, какой ты красивый, или просто делаешь вид.       На этот раз Чимин тихо посмеялся, потому что был уверен: он покраснел до самых ушей. Лицо горело, а руки искали, на что отвлечься. Раньше такого он у себя не наблюдал. Не сказать, что неприятно. Просто непривычно. Пока Чимин пытался сосредоточиться на еде, Сокджин его добил:       — Ой, ладно, не смущайся. Ты же теперь у нас брутальный альфа.       Сокджин говорил грубым голосом и серьёзным лицом. Это было шуткой. Но Чимин, даже если бы сильно захотел, не мог бы обижаться на брата.       — О боже…       Чимин кое-как сдержался, чтобы не рассмеяться в голос. Ну смешно было, правда. Он чувствовал себя глупо. Может, оно так и есть. Потому что, если услышать такое, любой бы посмеялся над этой глупостью. Чимин закрыл лицо ладонью, чтобы наконец успокоиться. Чтобы ещё больше не привлечь внимание. И слушал:       — Чимина…       Голос Сокджина резко стал серьёзным. Поэтому Чимин поднял голову, чтобы посмотреть в глаза брату.       — Знаешь, ты очень красивый. Не побоюсь сказать, слишком красивый. Так что твоего запаха альфы надолго не хватит. На тебя смотрят таким голодным взглядом даже альфы. Будто у них была возможность, они бы сожрали тебя до костей.       — Я могу за себя постоять, — уверенно ответил Чимин. — Я уже ищу секцию по тхэквондо и скоро опять начну заниматься.       Сокджин нежно улыбнулся и положил свою ладонь поверх ладони Чимина. Чимин невольно вздрогнул. Потому что совсем не ожидал такого. Он смотрел в их ладони и чувствовал, как Сокджин слегка сжал его. Чимин поднял голову и увидел во взгляде брата нежность, теплоту и понимание.       — Во-первых, мой любимый, не все проблемы решаются с кулаками.       Сокджин знал, что Чимин занимался спортом уже несколько лет. Конечно, он уважал его за стремление и за стойкость в характере, но Сокджин не любил, когда вместо того, чтобы общаться словами, люди дрались. Для здоровья — да, пожалуйста, но для драки никак нет. Он такое не понимал и не хотел понять.       — Во-вторых, в таких секциях будут одни альфы. Как ты свою омегу скрывать будешь? Есть доминантные альфы, которые в два раза сильнее чувствуют сущность омеги. С такими справиться сложно.       Сокджин пытался донести свою мысль аккуратно, чтобы ненароком не обидеть Чимина. Чтобы Чимин не думал, что он не уважает его решение.       — Чимин, ты не можешь отрицать того факта, что ты красивый. Прими это как факт. И тебе будет очень сложно. Я не пытаюсь тебе что-то доказывать про твое решение. Просто… Просто иногда не всё получится, как нам хотелось бы. На самом деле быть ты настоящим альфой с такой внешностью было бы нелегко. Сеул слишком большой город. Тут есть разные люди.       Чимин не нашёл, что ответить. Потому что в каком-то смысле Сокджин был прав. Ему будет сложно, да. Потому что, несмотря на накаченное телосложение и запах альфы, его внешность была по большей части омежьей. Милые черты лица не изменились даже тогда, когда он похудел и ушли его детские щёчки. Он покрасился специально в тёмный угольный оттенок волос, чтобы казаться взрослее, чем он есть. Ведь настоящий цвет волос был тёмный шоколад, в нём Чимин был совершенно другим человеком.       — А если так? — надев чёрную маску, посмеялся он абсурдности ситуации. Да, это ему мало с чем поможет. Но всё же.       — Думаешь, это поможет?       Джин с улыбкой покачал головой. Потому что так, наоборот, красивые глаза Чимина, казалось, ещё больше выразительные. Так он, наоборот, будет выглядеть загадочно, с красивыми голубыми глазами.       — Да, хоть немного.       Чимин специально смотрел холодным взглядом. Он так ходил последнее время почти весь день. Хмурый, недовольный, с ледяной аурой. Это правда иногда срабатывало, когда кто-то невольно пялился. Так что дело было не так уж плохо.       — Немного пугает, но только не знакомых. А так ты всё равно милый.       — Ну, хён…       — А что? Ты всё равно милый, добрый и очаровательный, — он ещё раз сжал ладонь Чимина. — Чтобы ты ни решил, я всё поддержу и помогу как могу. Не переживай.       Чимин молча покивал головой, сделав губы тонкой полосочкой. Тут слова были лишними. Он верил Сокджину, а брат об этом знал.       После они продолжали трапезу. Чимину понравилось почти всё, что он попробовал, кроме рисового моти со вкусом клубники. Оно было слишком сладкое. Хотя он не считал его невкусным, просто было не для него. Ему хотелось сказать спасибо поварам за вкусный обед. Чимин мысленно сделал пометку, что обязательно это сделает, когда они закончат.       — Ну что вы тут одни? Идёмте к нам?       Тэхён появился внезапно. Чимин чуть ли не выругался.       «Человек не знает, откуда беда появляется.»       — Тебе своих дружков мало?       — Хён, ну почему он такой злюка? Что плохого познакомиться, минуточку, с нашими с тобой друзьями? Им интересно, какой наш братик.       — Да хватит уже. Я сказал нет, значит нет. Прекрати уже настаивать. Надоело уже. Как ребёнок, ей-богу.       Чимин сам не понял, откуда у него появилась такая агрессия. Но слишком было поздно. Слово было сказано. Вернуть было невозможно. Поэтому, стыдясь, резко встал и сказал:       — Прости, хён, я к себе в класс. Спасибо, что ты был со мной.       И просто убежал. Не было силы смотреть Тэхёну в глаза. Шаги были быстрые, почти как бег. Злость хлестала кожу. Ему хотелось нервно почесать руку. Или бить костяшки рук о биту, пока не пойдет кровь.       Так всё, надо успокоиться.       Друг… Кто он? Кто такой друг?       «Ты кто такой вообще? Придурок, смазливый мордашкой? Тебя никто никогда не любит. Никто с тобой искренне общаться не будет. Им всегда нужны будут твои деньги. Ты никчёмный без родительских денег. Запомни. Запомни об этом навсегда».       — Какого чёрта…       Мужской голос с хрипотцой вернул Чимина в реальность из неприятных воспоминаний.       — Да идите вы все на…       Чимин ответил не хуже. Потому что нельзя к нему прикасаться. Никому. Никогда. Даже случайно. Особенно альфам.       — Ты что, охренел?       Незнакомец возмущённо прошипел, но Чимина сейчас не волновало ничего. Он даже толком не смог взглянуть на парня. Парня с мятными волосами. Только яркий зелёный свет приковал глаза Чимина к себе. Это был альфа. С мятными волосами и запахом мяты. Чимин любил мяту очень сильно. Он аж на языке чувствовал её крепкий вкус. Потому что альфа был в бешенстве. Чимин вместе с ним. Он только хотел парня послать трёхэтажным матом, но не успел.       — Ой, Юнги-хён, прости. Это… — Тэхён положил свою руку на плечо Чимина. — Это… это мой брат Пак Чимин. Сокджин-хён, наверное, о нём рассказывал тебе. Прости, ладно, мы немного торопились.       «Какого чёрта?» — Чимин чуть ли не подавился своим возмущением. Потому что с хрена ли они просят прощения? Из-за какого-то мятноволосого придурка? Он и не заметил, как резко появился Тэхён и начал просить прощения. «Что за?»       — Ты чего это прощения у него просишь? Я не понял! С хера ли мы должны просить прощения, если это мятноволосое чудо само в меня врезалось?       Чимин не сдержался. Ну правда, с чего это он должен просить прощения? Да, он торопился, но парень сам в него врезался. Чимин ещё не потерял рассудок. Это альфа прикрыл ему дорогу.       — Рот закрой, пожалуйста, — тихо прошептал Тэхён Чимину на ухо.       — Да что же…       — Ты что, страх потерял, куколка?       Альфа ехидно улыбнулся. Былая злость в голосе и острота мяты ушли. Теперь он не пытался подавить, как назойливую муху, но в глазах было издевательство. Чимина будто током ударило. Этот альфа создаст ему проблемы.       — Прости, хён. Сегодня он в первый день в нашей школе. Поэтому…       Тэхён тараторил без остановки. Улыбался, как придурок. Чимину надоел этот цирк. И почему-то ему казалось, тут клоун — он сам. Потому что эти двое общались как ни в чем не бывало. Поэтому Чимин силой толкнул Тэхёна от себя подальше и пошёл прочь отсюда. Голова гудела, а сердце грохотало. Что за черт с ним случилось, он не понимал. Это было что-то новое. Не то страх, не то злость. Разбираться Чимину не хотелось, потому что что-то внутри нашептывало: ничего хорошего из этого не выйдет.

* * *

      — Хён… Ты прости его, ладно?       — Я тебя понял, Тэ. Не переживай, — он усмехнулся, вспомнив о парне. Столько злости было на миниатюрном теле? Забавно. — Он точно ваш брат?       Юнги был удивлён от такого контраста братьев. Тэхёна он знал уже много лет, потому что тот омега его друга. Омега он своеобразный, местами безбашенный, но в хорошем смысле. Игривый, шкодливый парень. А его старший брат нежный, ласковый, заботливый и безумно красивый. Таких красивых омег Юнги никогда не видел. Если к Тэхёну он относился как к младшему непослушному братику, а Сокджин… Он был чем-то большим. Потому что Сокджин был его домом. Только рядом с ним Юнги забыл обо всем на свете. Только запах лаванды и улыбка красивым лицом согрела его тёмную душу. Только рядом с Сокджином Юнги мог забыть тёмную сторону его существования. Друзья ли они? О нет, они больше чем друзья. Это что-то невероятное и необъяснимое. Но этот парень? Как его там Пак? От него шла только злость и агрессия.       — Да, хён. Он наш двоюродный брат. Перевёлся к нам из Пусана, — Тэхён выдавил из себя улыбку. Юнги-хён не должен был заметить, что с Чимином что-то не так. — Он… Он же альфа, может поэтому.       Тэхёну было не по себе, что Юнги не чует в Чимине запах альфы. Это было опасно. Юнги был доминант. Как и его альфа. В их компании, кроме их с Сокджином, все были альфы-доминанты. А Юнги самый старший и самый сильный. Так что, если Юнги что-то заметит, ничего хорошего из этого не выйдет. Ему стыдно, что придётся врать своему брату. Юнги тоже Тэхён считал своим братом, так что это ему гореть среди Юнги и Чимином.       Как бы они близки ни были, Юнги был другим. С ним всегда нужно осторожно. Он был сильным, холодным и грубым. Вот Чимину это бы понять. Потому что вражда с Юнги ни к чему хорошему не приведёт. Он был тут главным.       — Мы немного поругались. Не обращай внимания.       — Ясно.       Юнги решил игнорировать, потому что это его не касается. Странно, что он не чувствует запаха парня. Но ладно.       — А где Джин? У меня для него подарок.       — Вау, я уже знаю, что это. — Тэхён радовался искренне. Юнги знал, как обрадовать Джина. — Это новая песня, да?       Юнги учился продюсированию. Он был настоящим гением: писал лирику, продюсировал мелодии. Многие айдолы пели его песни. Никто не может получить от Юнги песню, если он этого не хочет. Потому что он не имел лейбла или менеджера, чтобы обсуждать свои решения. Юнги буквально сделал то, что ему хотелось. Ещё Юнги с Хосок и Намджуном участвовали в рэперских баттлах. Одним словом, Юнги был крутым. Да-да, во всех смыслах этого слова. Богатый, гений, единственный сыночек мафиози. Мечта половины школы.       — Джин заслуживает всего самого лучшего, — усмехнулся он, а потом шутливо. — А ты нет. Вечно страдаешь чепухой. Вы с Хо друг друга стоите.       Юнги понимал, что Тэхён не станет обижаться. Омега знал, что он был прав. Юнги не спорит, Тэхён красивый, местами умный, но иногда дурачился как мальчишка. Но это была не катастрофа, потому что Хосок был примерно таким же. Они были как две стороны яблони. Так что пусть будут счастливы.       — Ты опоздал, — констатировал факт Хосок с удивлением. Потому что Юнги редко опаздывал. — Всё в порядке?       — Да, нормально всё. Забей. Привет, Сокджин-и! Как ты?       — Добрый день, Шуга! Спасибо, я в порядке.       Сокджин был рад его видеть. Последнее время у Юнги было очень мало времени. Он занимался в студии всё свободное время. Его друг забывал обо всём, когда работал над музыкой. Но сегодня Юнги был особенным. Счастливым?       — Кажется, у тебя хорошее настроение.       Это было правдой. Потому что Юнги улыбался. Пусть не широко, но всё же его глаза сверкали. Его друг очень редко дарил им такую красивую улыбку. Несмотря на холодную ауру и тёмные глаза, когда Юнги улыбался, мир играл другими красками. Если бы Сокджин озвучивал то, что о Юнги думал, все считали бы его глупым. Но ему было всё равно. Юнги был очень даже милым, когда вот так удавалось поймать его улыбку. Просто не всем удавалось видеть эту очаровательную улыбку. Потому что на нём всегда была маска холодного безразличия. Иногда Сокджину казалось, эту маску невозможно отлепить.       А ещё в каком-то смысле они были похожи с Чимином. Оба холодные, под маской скрывали старые раны. Обоим нужно было отпустить и принять помощь близких, но вместо того чтобы просить о помощи, эти парни решили тонуть в своих проблемах.       — А где Чимин? — тихо спросил он Тэхёна. Сокджин переживал за Чимина, но был уверен, что у Тэхёна получится его успокоить.       — Он…       — Я видел вашего брата. Вот же мелкий засранец. Мало того, что врезался в меня, ещё обматерил. Такой злой был, что я даже не мог различить его запах.       Сокджину казалось, что он разучился дышать ровно, пока Юнги рассказывал о Чимине. Странно было, что Юнги не чувствовал его запах. Мысли путались. Такая неудачная встреча с Мин Юнги для Чимина может быть большой проблемой. Потому что Чимин был слишком упрямый, чтобы просить прощения, а Юнги слишком внимательный…       — Но вы же?       Сокджин не знал, как узнать подробнее, не ругались ли они с Юнги и Чимином сильно? У этих двоих можно было ожидать всё что угодно.       — Да не переживай, я не съел твоего брата, — ответил Юнги, поняв, что хотел узнать Сокджин, но шутить не забыл. — На этот раз.       Юнги казалось, что Сокджин аж побледнел после его слов. Вот дурак. Это была плохая шутка. На минуточку Юнги забыл о том, как же сильно все боялись.       — Шучу… Я пошутил, Сокджин. Не буду трогать твоего брата. Потому что он для меня очень дорог. Я просто пошутил.       После этого неловкого разговора Юнги изменил тему. Обрадовал Сокджина новой музыкой. Как и ожидалось, Сокджин был безумно рад. Омега любил петь, и это у него получалось лучше, чем у многих. Только перед большой толпой Сокджин всё ещё не смог выступить из-за особенностей. Юнги было очень жаль, что такой талантливый человек обречён. Он никогда не показывал, как же жалко ему Сокджина. В отличие от других. Потому что этим можно ранить любого. Юнги ещё много лет назад обещал себе поддерживать и защищать этого прекрасного человека. За все эти годы Сокджин добился многого. Юнги гордился им.       Они разговаривали до звонка. Настроение стало ещё лучше. Парни попрощались под раздражённый взгляд Намджуна, потому что его друг давно влюблён в Сокджина. Но никак не мог найти в себе силы, чтобы признаться. Поэтому Юнги не видел в нём ни соперника, ни пары для Сокджина. Его лавандовое сокровище заслуживало самого лучшего человека. И этот человек был точно не он, а такие, как Намджун, рядом не стояли.       Когда Юнги покинул столовую, чтобы добраться до класса, в мыслях мелькал тот безумный парень. Почему он не заметил его альфу? Как доминант Юнги должен был заметить сразу. Но нет, кроме горечи и чего-то неуловимого в нём не было. Юнги надо об этом разобраться. В самое ближайшее время.       

* * *

      В классе было шумно, а голова гудела. Чимину хотелось домой в тишину и чтобы рядом был Джимми. Он бы поспал, чтобы забыть всё, что было. Но, увы, он должен был сидеть тут, так как было ещё два занятия.       Злость, злость, злость.       Чимин не мог контролировать свой гнев, а это бесило. Тэхён. Ким-чёртов-Тэхён со своими друзьями. Со своим Юнги хёном. Ещё виноват альфа с зелёными волосами. С запахом мяты. Тёмными глазами. Холодной аурой. Издевательской ухмылкой. Восхитительной улыбкой. Бесподобным хриплым голосом.       «О Боже»       Почему они вообще встретились? Почему они столкнулись? Почему он оказался другом Тэхёна? Почему Тэхён просил прощения?       Он не должен был. Чимин не должен был просить прощения. Почему жизнь так несправедлива? Почему вообще Чимин находится здесь? В чужом городе? В чужом доме? С чужими людьми?       Как же хотелось домой. В Пусан.       — Чимин?       Тэхён снова появился из ниоткуда. Чимин не заметил, когда и как он оказался рядом.       — Пошёл бы ты… куда-нибудь подальше от меня, пожалуйста. Сделай мне одолжение.       Ехидно бросил он с презрением. Чимин смотрел пристально, чтобы уловить в его взгляде хоть капли обиды или злости. Но Тэхён был непоколебим.       — Ты что, обиделся?       — Слишком много чести для вас всех.       — Так это же ты в него врезался, а не он.       — Почему ты уверен, что это я? Ты видел своими глазами?       — Чимин, это ты торопился, а не он. Я его знаю уже много лет. Юнги-хён никогда не торопится. Он спокоен, как удав. Поэтому был уверен, что это ты. Но если это тебя так ущемляло, уж простите меня, господин Чимин, я виноват.       Тэхён с серьёзным лицом произнёс эти слова, а после театрально поклонился. Он не понимал, что сильно злило Чимина: его слова до того, как Чимин убегал, или после встречи с Юнги-хёном. Ему казалось, Чимин слишком преувеличивает.       — Юнги-хён мне как брат. Близкий друг моего альфы и друг Сокджин-хёна. Он сильный доминант альфа. Умный, спокойный и добрый. Они очень близки с Сокджин-хёном. Скажу честно, я бы не хотел, чтобы ты им испортил отношения. Мне бы хотелось, чтобы они были вместе.       — Ты…       — Послушай меня до конца. Он сказал, что не чувствовал в тебе альфы. А это может быть проблемой.       Тэхён ещё не понимал, откуда столько ненависти у Чимина к альфам. Это была именно ненависть. Если в первое время Тэхён подумал, что Чимин ненавидит омег, то со временем понял, что это ненависть к альфам. Ему теперь страшно, что же могло случиться, чтобы Чимин настолько закрылся в себе и пытается сделать из себя альфу.       — Чимин… Давай ты с ним максимально будешь аккуратен, чтобы не только испортить отношения с хёном, но и сам тут спокойно жил. Он тут главный. С ним не стоит враждовать.       Тэхён казался искренним. Чимин видел это в его глазах. Но его в первую очередь волновало чувство Сокджина. Что, если его хён чувствует к этому альфе что-то большее? Ему обязательно надо сначала это уточнить, а потом только сделать выводы. Если для хёна ему нужно с ним общаться вежливо, то Чимин это сделает. Ему бы по поводу запаха тоже волноваться стоило, конечно. Но это всё потом. Сейчас важнее был Сокджин.       — Ты уверен, что хёну он нравится?       — Да, уверен. Они очень близкие. Только с ним хён будет в безопасности.       — Хорошо. Я тебя понял.       Чимин с Тэхёном больше не общались. В голове было слишком много мыслей. Весь день оставшийся Чимин думал о словах Тэхёна, а ещё немного о встрече с альфой. И как только мог нравится такому нежному человеку, как Сокджин, такое зелёноволосое зло?

* * *

      После вкусного ужина Чимин помог Сокджину с уборкой. Вначале его удивило, несмотря на то, что дома несколько помощников, что Сокджин сам занимался кухней. Готовил он самостоятельно, а также сервировал стол и убирал после этого. Чимин постарался помочь как мог, хотя бы в благодарность за вкусную еду, потому что Сокджин готовил просто божественно.       После этого они вышли на балкон, чтобы попить что-нибудь вкусное и просто насладиться вечером. Теперь там была удобная мебель и пледы, чтобы они не замёрзли. Сегодня Сокджин готовил вкусный какао. Это напоминало Чимину его собственный дом. Сначала пили молча, просто наслаждаясь тишиной. Но после Чимин решил, что можно спросить то, что Тэхён ему сказал в школе. Это было важно. Он не мог поверить, что такой грубый человек нравится его хёну.       — Хён… Тебе нравится Мин Юнги?       — Я… Откуда такой вопрос?       Сокджин был удивлён настолько сильно, что чуть ли не уронил свой какао. Но потом медленно начал понимать, откуда такой вопрос.       — О боже, только не говори, что это Тэхён.       Чимин не ответил. Просто улыбнулся. Но почему-то ему показалось, что хён всё-таки что-то чувствует к этому альфе. Поэтому он молча ждал, что скажет сам Сокджин.       — Это… Чимин. Всё на самом деле сложнее. Юнги — мой близкий друг. Так скажем, он особенный? Возможно, в чём я не уверен, но я тоже для него особенный. Дело в том, что…       Сокджин сделал паузу, чтобы сделать глоток, так как горло пересохло. Эта забота Тэхёна его убивала. Может, он преувеличивал, но дело в том, что каждый раз после такого он чувствовал себя ещё более никчёмным. Сокджин знал, что омега он сломанный. Из-за этого казалось, что он сам не справится со своей жизнью, что никогда не найдёт свою любовь, что его никогда не полюбят. Да, к Юнги у него более тёплые, более сильные чувства, но это была не та любовь, точно.       — Юнги — тот человек, кто меня никогда не жалел. Тот человек, с кем мне комфортно. Тот человек всё сделает, что бы я ни попросил. Но это не значит, что мы друг друга любим. Знаешь, каждый раз я говорю себе, что это просто забота Тэхёна, но раз за разом принять такое сложно. Я хорошо понимаю, что я с такими болезнями никому не нужен. Так что я…       — Хватит, — Чимин перебил Сокджина. Он просто не выдержал, как больно было хёну об этом говорить. — Не говори больше такого. Ты самый лучший омега, которого я знаю, — он крепко держал Сокджина за ладони и, смотря в глаза, сказал уверенно: — Ты обязательно найдёшь того, кто будет любить тебя таким, какой ты есть. И запомни: у тебя самое доброе сердце. Вот это важно.       После Чимин крепко обнял брата. Сокджин в ответ обнял Чимина, глубоким вздохом закрыв глаза. Сокджин не верил. Он смирился со своей судьбой. Если настоящую любовь от кого-то он давно перестал ждать, то самому влюбиться было страшно. Потому что безответная любовь его бы сломала ещё сильнее.       — Ты… Я не буду спрашивать, почему он тебе так сказал, потому что мне это сложно понять. Просто закроем этот неприятный разговор. Меня волнует то, что Юнги не видел в тебе альфу. Это важнее.       Сокджин улыбнулся Чимину, чтобы он не чувствовал себя в чём-то виноватым. Потому что тут был единственный виновник — это он сам и эта забота Тэхёна. На самом деле она не должна была так его ранить, наверное. Но ранила. Сильно.       — Ты об этом не думай. Я просто сильно нервничал. Возможно, поэтому он не обращал внимания. Обещаю, в следующий раз буду аккуратнее.       — Хорошо, Чимин. Я тебе верю.       Больше они не говорили. Оба думали о своём. Если Сокджина волновала тема любви и влюблённости, то Чимин думал, что они оба ранимы по-своему. Они просто нашли друг друга в нужный момент. А Чимин за это был безумно рад.