Октябрьская коллекция

      Гарри понравился чердак в Блэк-хаусе ещё тогда, когда он впервые его увидел. Объяснить кому-нибудь или даже самому себе причины этого Гарри вряд ли бы смог, но его тянуло туда неведомыми силами.       Когда война закончилась, и Гарри в полной мере ощутил себя хозяином в доме на площади Гриммо, то первым делом занялся наведением порядка именно на чердаке. Он разобрал весь скопившийся за много лет хлам, часть которого перекочевала на нижние этажи, заделал щели в рассохшемся полу, подлатал местами протекающую крышу, обновил краску на стенах. А затем перетащил туда вполне удобную мебель: любимое кресло, широкий диван и кофейный столик. С книжным шкафом пришлось, конечно, повозиться, но и он сдался перед силой упрямства нового хозяина.       Друзья непонимающе смотрели на всё это и называли его странным, а Гарри в ответ только загадочно улыбался. Да, странный. Так вся его жизнь была странной, начиная с истории о пережитой в детстве Аваде и заканчивая безответной любовью к собственному преподавателю. О последнем не знал никто, кроме самого Гарри, включая и объект любви.       Гарри нравилось смотреть, как дождь барабанит в чердачное окно, или в свете свечей читать книгу, развалившись в кресле. А порой он даже не спускался в свою комнату на ночь, оставаясь на удобном диване. Для этой цели на чердаке и появились разноразмерные подушки и тёплые мягкие пледы.       Гермиона пыталась провести параллель между чердаком и чуланом, в котором жил когда-то Гарри, но сам Поттер никакой связи не видел. Чулан был крохотным, наполненным страхом и одиночеством, а огромный чердак, не без усилий Гарри, был пропитан уютом. А ещё на чердаке у Гарри появился друг.       В один ненастный вечер, когда снаружи бушевала гроза, в узкую щель приоткрытого окна пробралась мокрая летучая мышь. Измученное непогодой животное просто упало на пол и замерло, напугав прибиравшегося на чердаке Кричера.       Гарри, разбуженный криками домовика, сонно осмотрелся и сделал несколько шагов по направлению к незваному гостю. Летучая мышь широко раскрыла полную мелких, но острых зубов пасть и издала странный звук — что-то среднее между хриплым шипением и свистом.       — Это мой дом, — заявил на это Гарри. — Так что не кричи на меня.       Никакой реакции не последовало, да Гарри и не ждал. Выставив за дверь возмущающегося Кричера, Гарри ещё немного посмотрел на не такое уж и маленькое чудовище и принял решение.       — Жди здесь. Я принесу молока, и мы всё обсудим.       Вернувшись с блюдцем обещанного угощения, Гарри с помощью магии поставил его прямо перед страшненькой мордой. Сам подходить близко не стал, но не потому что боялся, а потому что не хотел пугать. Летучая мышь, немного подумав, принялась трапезничать.       — Я назову тебя Северус, — предложил Гарри, когда насытившееся животное отползло от блюдца, и немного помолчал, давая новому другу как-то выразить своё мнение по этому поводу. Летучая мышь неподвижно лежала на полу и таращилась на него маленькими, похожими на бусинки глазками. Гарри продолжил: — Я знал, что тебе понравится. Красивое имя, правда?       Ограничивать свободу Северуса Гарри не стал, но летучая мышь регулярно возвращалась. Раз за разом подпуская Поттера всё ближе к себе, а порой позволяя даже погладить по мохнатой спине или взять на руки, новый друг терпеливо слушал всё, что Гарри ему рассказывал, а тот, пользуясь бессловесностью слушателя, не ограничивал себя в выборе тем. Гарри доверял этому Северусу все свои секреты, даже самый важный — о чувствах.       — Знаешь, — Гарри скосил глаза на своё плечо, куда забрался Северус. — В школе многие считали, что Снейп — вампир, за глаза называя его летучей мышью подземелий. А я вот никогда не считал это смешным, скорее… — Гарри задумался, подбирая правильное слово: — эротичным, что ли. Ну, знаешь, как в книгах, когда вампир впивается своими зубами в шею какой-нибудь красотки. Я, конечно, не девчонка, но кто мне может запретить мечтать?       Гарри откинул голову на спинку дивана, прикрыл глаза и легко провёл пальцами по горлу. Северус завозился на плече, и Гарри в шутку предложил:       — Хочешь меня попробовать, Северус?       — Если ты настаиваешь, — прозвучал в ответ знакомый тихий шёпот, и Гарри ощутил прикосновение тёплых губ к своей шее.