Тебе, моя одержимость

За долгие годы своего пребывания в плену одержимости я усвоила две вещи. Первая, она подобна фейерверку — вспыхивает неожиданно, озаряя своим блеском тёмное небо, и пропадает точно также, без предупреждения возвращая ночи её черноту. Вторая, от неё хрен избавишься по собственному желанию. Я пыталась отвлечься на танцы, но папа сказал, что если я буду продолжать в том же духе, то стану топтать уже картонную коробку, именуемую моим новым жильём. Расклад вышел неутешительным, поэтому я решила попробовать себя в совершенно новом амплуа. Воскресенье. — Ну вот, угощайтесь, — я горделиво зашла с первым собственно приготовленным блюдом в зал, где моих кулинарных изысков уже давно ждала вся семья. — Никогда бы не подумал, что увижу, как Амэя готовит, — саркастично усмехнулся отец, но в его карих глазах прослеживалась тень восхищения. Я решила, что раз не могу дарить всю свою одержимость любовь тому, кому хочу её посвятить, то лучше направить старания на тех людей, которые меня ценят даже без них. Что ж, я не ошиблась. Внутри всё трепетало от восторга, а вместе с весьма специфическим запахом блюда тайской кухни в воздухе витал аромат избавления от клейма непутёвой дочери. — Ну ничего себе! — восторженно произнесла мама, когда я аккуратно поставила тарелку на стол. — Я делала ставку на то, что ты начнёшь с яичницы, а здесь такое… — Это называется Лааб, — самодовольно пояснила я, оглаживая взглядом салат, который получилось даже хорошо украсить зеленью. — Наслаждайтесь. — Спасибо, — улыбнулась Хана, позволяя себе первой наполнить тарелку. — А почему мясо такое красное? — Попробуй и узнаешь, — я подмигнула сестре, не в силах сдержать улыбку. — Вполне неплохо, — буквально через минуту прокомментировал папа, дегустируя первую вилку. — Довольно остро. И вкус очень необычный. Сейчас я была счастлива, как никогда раньше. В жопу феминизм, возвращаем каменный век, ведь смотреть на то, как близкие люди едят приготовленное тобой блюдо — величайшее удовольствие. — Мне кажется, дело не в перце чили, а в том, что ты не дожарила мясо до полного приготовления, — скептически произнесла сестра, тщательно смакуя блюдо во рту. Не поняла. — Но для этого блюда и не нужно жарить мясо. — Что? Вся семья озадаченно уставилась на меня, прекращая жевать. Странные они какие-то. Я же сказала, блюдо тайское. — Амэя… Милая… — испуганно обратилась мама, чьи волосы, выкрашенные в естественный каштановый цвет, будто вновь приобрели седеющий оттенок. — А такое красное оно? — О! — я гордо задрала нос кверху, спеша развеять чужие сомнения. Вот это я понимаю, семья гурманов. — В рецепте было написано, что необходимо сбрызнуть свежей кровью, поэтому… Не успела я договорить, как родственники мгновенно подскочили со своих мест, чуть ли не наперегонки стараясь успеть к туалету. Ну, может, семья не таких уж гурманов, но стоп… — Кровь не моя! Не переживайте. Ответом послужили весьма неприятные звуки прочищающегося желудка. И чего это они? Недолго думая, я взяла вилку Ханы и попробовала собственно приготовленный салат. Папа прав. Вкус странный. Понедельник. К счастью, в мире существует масса способов занять руки и освободить голову. Желание сделать что-нибудь полезное совершенно не выходило из головы. Если мастерство поварского дела не текло по моим венам, оставалось одно — шитьё. Понасмотревшись обучающих видеороликов, стало ясно, что сшить пижаму также легко, как её выкинуть. Хоть некоторые и настаивали на важности выкройки, но истинным профессионалам она совершенно не нужна. По крайней мере, я так думаю… Господи, это всего лишь широкая футболка и штаны, здесь сложно ошибиться. Швейная машина ревела как мотор. Стараясь поспеть под её ритм, я торопливо перебирала ткань. Швы получались крайне неровными, но я знала наверняка — потом выверну, и будет нормально. — Чем занимаешься? — ласково полюбопытствовала мама, выглядывая из-за моего плеча. — Пижаму шью. — Понятно, — в интонации прослеживалось небольшое осуждение. Будучи женщиной, уже державшей иголку в руке, ей, наверное, было крайне больно наблюдать за техникой: «Оп-оп и готово». — Секундочку, а где ты взяла ткань? — Из какого-то ящика с тряпками достала. — Но это же простыня. — Ну конечно, мам, что за идиотский вопрос? — я негромко рассмеялась, убирая ногу с педали машинки. — Сама подумай, где лежат в пижаме? На постельном белье. Значит, лучше всего подойдёт ткань, сделанная из постельного белья. Подзатыльников такого масштаба мне ещё никто никогда не давал. Однако приз за непревзойдённую логику я всё же получила. Вторник. Иногда витиеватая дорога жизни снова выводит нас на тропу, с которой мы уже сошли. Вода кипела в кастрюле, а огонь полыхал в жопе. Всю кухню овеивал приторный запах бабл-гама и ненависти. Ринтаро написал, что их команда готовится к очередному турниру, поэтому он не сможет прийти на наше традиционное уборочное свидание. Какие бы отмазки Суна не использовал, я знала наверняка: он влюбился и больше не хочет меня видеть. В моём положении оставалось одно — делать свечи, которые будут гореть на могиле этого мудилы. Фитили по инструкции были крепко приклеены на дно стеклянных баночек, а воск давно расплавился на водяной бане. На температурный режим и пропорции я забила хер. Прямо как Ринтаро. На меня. Какая, в конце концов, разница? Это же свеча, она по-любому должна гореть и вкусно пахнуть, а ароматизатора я явно не пожалела. Можно сказать, что я шла к успеху, но как всегда не дошла. Просчёт в выборе кастрюли стал очевиден, когда круглое дно закрыло собой сосуды для жидкости. Девиз: «делай на похуй и выйдет нормально» — официально причислился к ошибочным, как только я решила посмотреть на результат. Лужи воска на обеденном столе были ещё не самым худшим, а вот белые капли, падающие с края скатерти на пол, увеличивали размер озера на плитке. Да, за это мне тоже дали пизды. Среда. Ошибки прошлого и правда делают нас умнее. Покончив со всевозможными занятиями, которые, по словам родителей, могут навредить, я занялась действительно кое-чем безобидным и занимательным. — Господи! Еб твою мать, Амэя! — испуганный вопль сестры заставил меня отвлечься от многочасового занятия и посмотреть на нежданную гостью, что застыла от удивления на пороге моей комнаты. — Что это такое?! — Скрапбукинг, — я скучающе пожала плечами, вновь беря в руки ножницы. По полу были безбожно разбросаны всевозможные канцелярские принадлежности и ошмётки бумаги. — Не переживай. Я потом уберу беспорядок. — Думаешь, меня пугает мусор?! — не унималась сестра. Её тонкая рука демонстративно указала на моё творение. — Что это такое? — Скрапбукинг, — томный выдох сам слетел с губ. — Неужели непонятно? — Нет! — истошно завопила Хана. — Скрапбукинг – это красивое оформление блокнотов, альбомов или дневников, а у тебя тут… картонная фигура Райана Гослинга. — Ага, — я радостно закивала головой. Поверить не могу, что получилось. — В полный рост. Ну как тебе? Нравится? — Боже… Лучше бы ты просто приворот на Суну-сана сделала и успокоилась. Что ж, оставим эту идею до завтра. Четверг. Самым уединённым местом в доме был гараж. Именно здесь можно не опасаться, что меня заметят. Я не хотела до этого доходить, но клянусь, он просто не оставил мне другого выбора. Ринтаро отправил сообщение с извинениями за отсутствие на финальной уборке подсобки, поэтому, стерев последнюю пылинку со шкафа, я поняла, что если ничего не предприму, то никогда в жизни его больше не увижу. Именно чувства, берущие контроль над разумом, и привели меня в гараж. Вернее сказать, нас. Со своим новым другом Райаном Гослингом я больше не была одинока. Да и не так ссыкотно заниматься «чёрной магией», когда ты не одна даже формально. Предварительно найдя самый надёжный источник, я собрала согласно списку все необходимые атрибуты. Как ни крути, но сайт с названием: «САМЫЙ ДЕЙСТВЕННЫЙ ПРИВОРОТ. ОН СТАНЕТ ТВОИМ 100%», — просто не может меня обмануть. Свечи уже давно стояли по кругу, в центре которого располагалась фотография Суны. Райан Гослинг, как самый преданный друг, стоял рядом, а на экране мобильного устройства горел текст, который мне предстояло озвучить. Сделав последний глубокий вдох, я принялась разматывать катушку красной нити. — Нитку на руку наматываю – тебя к себе привязываю, — мой спокойный и серьёзный голос нарушал гробовую тишину тёмной комнаты, ещё больше придавая ей атмосферу мрачности. — Нитку на руку наматываю – тебя к себе привязываю. — Сейчас найду, — откуда ни возьмись раздался голос отца. Внутри всё сжалось, но уже поздно было отступать. Дверь гаража неожиданно открылась, из-за чего сквозняк, проникший внутрь, мгновенно потушил свечи и перевернул фотографию, как оказалось, редкого везунчика. — Амэя? Что ты… — удивлённый, но отнюдь не испуганный отец позвал меня по имени. Его карие глаза несколько секунд изучали окружавшие меня предметы, после чего самый спокойный человек на свете поступил наилучшим образом. — Ладно, даже знать не хочу. Дверь закрылась также быстро, как открылась, оставляя меня наедине с мыслью: «Это что сейчас было?». Думаю, я всё же не одна задавалась данным вопросом, ведь фигура отца снова появилась на пороге. — Солнышко, пожалуйста, скажи, что у вас свидание, — мужчина кивнул в сторону картонной фигуры Райана Гослинга. — И ты не пыталась его приворожить или… Оживить. За эти слова мне будет стыдно до конца своих дней. — Да, пап, у нас свидание.

***

Хуже, чем понимать, что ты поступил как мудак, только слышать это от ещё большего мудака. — Ну ты и мудак, Ринтаро-кун, — упрекающий смешок слетел с губ связующего. — В смысле? — я прекрасно понимал, что он имеет в виду, но, наверное, мне требовалось всё же подтверждение из чужих уст. — Как ты вообще мог поступить так с Амэ-чан? Она же просто прелесть, — Атсуму сделал небольшой перерыв в разносе меня по фактам, чтобы надеть школьный блейзер на рубашку. — Мало того, что она помогала тебе убирать кладовку, хотя это именно ты её подставил, попросив подержать пачку сигарет, так ещё и наша милая добрая ведьма закончила всю работу за тебя. А ты даже нормально не извинился. — Не называй её так. Ей не нравится это прозвище, — слова сами вылетели изо рта, прежде чем я успел их обдумать. Какое мне вообще дело, кто и как её называет? Сейчас тем более не до этого. — К тому же я попросил прощения в переписке. — И что же она тебе ответила? — Ничего страшного, я всё понимаю. А потом добавила что-то по типу: «Я закончила с уборкой, так что можешь больше не переживать из-за этого. Была рада знакомству». — Вот видишь, я же говорил, что она тебя теперь ненавидит, — мои брови непроизвольно поползли на лоб, ведь я абсолютно не улавливал взаимосвязь. — Ничего ты не понимаешь. Слова: «Была рада знакомству» в переводе с женского на мужской означают: «Чтоб ты сдох в канаве, ублюдок». — Неправда. — Правда. Ещё какая, — Атсуму снова прервался, ведь у нашего весьма приватного диалога появился ненужный свидетель. В мужскую раздевалку зашёл ещё мокрый после душа Оджиро. — Эй, Аран-сан! — Чего? — Когда девушка говорит: «Я всё понимаю, можешь больше не переживать, была рада знакомству» – что это значит? — Чтоб ты сдох в канаве, ублюдок. — Вот видишь, — связующий самодовольно ухмыльнулся, ощущая победное превосходство. — Или же это ещё можно расшифровать как: «Ходи и оглядывайся, тупорылое чмо, ведь однажды я подкрадусь сзади с арматурой». — Оу, — сеттер издал болезненный стон, прикрывая рот рукой. — Не повезло тебе, приятель. — Идите вы в жопу оба, — Мой взгляд перескочил с одного сокомандника на другого. Я чувствовал себя загнанным в угол зверем, ошибку которого пришлось публично признать. — Я всё исправлю, ясно? — Ясно-ясно, — насмешливо парировал Атсуму. Не в силах и дальше оставаться объектом порицания, я поспешил выйти из раздевалки. Вот только когда я торопливо натягивал лямку рюкзака на плечо, очередная колкость порезала слух. — Когда пойдёшь мириться, посмотри, чтобы у неё в руках не было арматуры. Придурок. То есть его никто не ненавидит, а меня готовы убить? Быть такого не может. Хотя, если подумать… Во время активного сотрудничества нашего клинингового сервиса общение, в том числе и в социальных сетях, било ключом, а с начала недели угасло до переписки исключительно по делу. Моё последнее сообщение, гласящее: «Взаимно. Спасибо большое. Я в долгу перед тобой», — так и осталось без ответа, однако было прочитано. Чёрт, Мудатсуму всё же прав. Наверное, стоило хотя бы шоколадку подарить. Что теперь делать? Написать? Это как-то тупо. Уверен, что даже если я спрошу, всё ли между нами в порядке, колдунья напишет: «Да, конечно, не переживай». Перевода данной фразы я даже знать не хочу. Пока мысли хаотично блуждали по черепной коробке, придумывая всевозможные варианты извинений и последствий этих извинений, решение нашло меня само. — Всем спасибо за тренировку! — громко прозвучал голос Ханы за одной из закрытых дверей. — Вы большие молодцы. Отдыхайте. Неужели их тренировки тоже стали длиться дольше? Точно, предстоящий турнир, они ведь будут выступать. Получается, что Амэя всё это время не только тренировалась также усердно, как я, но ещё и убиралась? Проклятье. Я мудак в квадрате. Меня точно грохнут арматурой, если я срочно ничего не предприму. Я точно знал, что это действие будет иметь последствия, но плевать. Если я не стану уверен в благосклонности колдуньи, то не усну. Рука, сжимавшая ручку двери, приоткрыла завесу в ранее неизведанный мир. Вот он, змеиный клубок с помпонами. Дюжина однотипных девиц в чирлидерской униформе мгновенно обратила на меня своё внимание. — Суна-сан? — удивлённо обратилась девушка… Ну, та самая… Забыл её имя, но мы точно были знакомы. Не так давно она призналась мне в чувствах, а я… Господи, неужели быть мудаком – это моё привычное состояние? Школьница, стоявшая справа от моей старой знакомой, радостно пихнула её локтем в живот. Твою мать, неловко же сейчас получится. — Морита-сан, — я громко обратился к главе чирлидеров, привлекая ещё больше ненужного внимания. — Вы уже уходите? Хана, с которой я в жизни разговаривал от силы раза три-четыре, была порядком выбита из колеи, поэтому и ответ свой дала не сразу. — Я ещё ненадолго задержусь, а вот другие уже закончили, — девушка мило улыбнулась, однако её растерянный взгляд забегал по помещению. Очевидно, Морита-старшая тоже понимала щепетильность своего положения. — А что такое? — Если вы не против, я могу проводить Амэю-сан до дома? — спрашивая это, я чувствовал себя последним утырком, что отпрашивает девушку у строгого отца, но деваться было некуда. Лицо самой ведьмы было настолько удивлённым, словно школьница призрака увидела. — Если она, конечно, вам больше не нужна. — Не нужна, — девушка широко улыбнулась. Вот только это был не радостный жест, а нечто похожее на: «Слава богу, обошлось». — Забирай и не возвращай. — Спасибо, — я вежливо кивнул, демонстрируя искреннюю признательность, после чего перевёл взгляд на ведьму, которая замерла как вкопанная. — Жду тебя в коридоре. Тёплый климат Хиого после нескольких часов тренировок ничуть не уступал странам Африки с их вечной жарой. Хотя, признаю, влажный ветер всё же развеивал духоту, а деревья, отбрасывающие тень, спасали от яркого солнца, пусть даже на тот незначительный промежуток времени, когда ты под ними проходишь. — Что-то случилось? — трусливо поинтересовалась ведьма, после того, как стены школы оказались далеко позади. — Думаю, да, — я ненавязчиво пожал плечами. — То, чем закончилось происшествие с наказанием, мне кажется несправедливым по отношению к тебе. — Суна-сан, всё в порядке. — девушка добродушно улыбнулась, обнажая ряд ровных зубов. Солнечные лучи красиво падали на рыжие волосы, придавая им более золотой искрящийся оттенок, а карие глаза смотрели на меня без тени обиды. Если бы слово «тепло» было человеком, то я знаю, как бы оно выглядело. — Точно? — Абсолютно, — ведьма вскинула руками, и я заметил чёрный маникюр. — Хорошо, — я выдержал небольшую паузу, вновь укладывая всё в голове. — Но прости ещё раз, что так подставил. Обещаю, больше это не повторится. — Я сомневаюсь, что нечто подобное когда-нибудь вообще произойдёт. — В плане? — Ну, — девушка неловко замялась, пытаясь подобрать слова. — Наказание закончились, и больше никаких точек пересечения у нас нет. Разве что будем периодически здороваться в школьном коридоре или на матчах. Слова Мориты были более чем разумны и высоковероятны, но почему-то правдивость услышанного внушала грусть. Людей, с которыми я поддерживаю постоянный контакт, можно пересчитать по пальцам. Не то, чтобы я на что-то жаловался, однако прерывать общение с колдуньей, пусть даже на положительной ноте… Нет, не сегодня. — Не согласен, — я возразил гораздо резче, чем предполагалось. Блять, возьми себя в руки. Ты и без того ей задолжал. — Пиши мне по возможности. — По возможности? — глаза собеседницы широко распахнулись от удивления, а на щеках загорелся яркий румянец. — Это типа, каждый день? — Желательно, — я негромко усмехнулся, переводя взгляд вниз. Я впервые смутился от собственных слов, ведь они были уж слишком откровенными. Хотя, с другой стороны, если бы ведьма попросила меня о подобном, я бы не отказал. — А как же твоя девушка? — У меня нет девушки. — Я о той, с кем ты ходил на свидание. — Не сложилось. — Оу, прости, — да уж, неловкость прямо искрилась между нами. — Кстати, мы пришли. Огороженный забором двухэтажный дом казался весьма неподходящим жильём для ведьмы, однако белый фасад и каменная плитка указывали на семью с достатком немного выше среднего. — Кхм, — я скованно прочистил горло, стараясь не переходить грань вежливости. — Тогда до встречи, колдунья. — До встречи. Девушка в последний раз мило улыбнулась и последовала к своей обители. Многие парни напрасно забывают, что перед уходом требуется проводить свою спутницу до самой двери. По крайней мере, глазами. — Эй, — Амэя неожиданно развернулась, буравя меня хитрым взглядом. — Напиши, как будешь дома. — Конечно, — честно пообещал я, ещё не зная, что меньше чем через пару минут нарушу данное слово, ведь… Оценивающий взгляд сам ненароком прошёлся по зданию, находя одну крайне странную деталь. В одном из окон второго этажа располагался мужской силуэт. Блять, неужели её отец? Прищурившись, я внимательнее всмотрелся в образ. Какого хуя? Это что, Райан Гослинг?