Тебе, моя одержимость

Сколько бы я не пытался анализировать ситуацию с ведьмой, никак не мог найти чёткого ответа на вопрос о том, что же между нами произошло. У меня нет сомнений в том, что ей понравился секс, но почему тогда перестал нравиться я? Я прокручивал в голове всё, начиная от нашего знакомства и заканчивая последним разговором, пытаясь понять, где была допущена ошибка, однако всё было без толку. Может, это просто карма? Бред какой-то. Каждое отправленное Морите сообщение сопровождалось волнением, заставлявшим меня нервозно щёлкать пальцами. Я впервые настолько сильно желал кому-то понравиться. Мысли о девушке преследовали меня с пробуждения и до отхода ко сну. Зная старого себя, я бы в жизни не поверил, что стану так по кому-то убиваться. Чёрт, да она действительно ведьма. Я страдал. Я желал её. Я влюбился в неё. Именно поэтому решился на столь отчаянный для себя шаг. Господи, колдунья, пожалуйста, пусть ты будешь того стоишь. — Эй, — собственный голос привлёк внимание ребят, собравшихся после тренировки в раздевалке. — Нужен ваш совет. — Думаю, тебе стоит поработать над подачей, — равнодушно отозвался Осаму, который завязывал шнурки на кроссовках. — О, и над скоростью атак, — поддержал Атсуму. Придурки. Я и правда в отчаянии, раз дошёл до этого. — Что делать, если в один момент девушка начинает вести себя холодно и отстранённо, хотя до этого всё было нормально? — напрочь проигнорировав замечания касаемо игры, я перешёл сразу к сути. — Ну и ну, — лицо связующего мгновенно состроило радостную гримасу, которой захотелось врезать. — Вы только посмотрите, у мистера «Моя личная жизнь вас не касается» проблемы с девушкой. — Да пошли вы, — недовольный взгляд огладил волейболистов, которые с трудом вообще понимали, что такое женщины. Дурацкая была затея спрашивать. — Не заводись, Ринтаро-кун, — от спокойного тона Оджиро мои глаза невольно закатились. Ничего я не заводился. — Либо у неё появился кто-то ещё, либо ты сделал что-то не так, и она обиделась. — Думаю, дело точно не в первом варианте, — вспоминая влюблённый взгляд Амэи, я категорически отказывался верить в её чувства к другому. — Но я также не понимаю, где допустил ошибку. — Это девушки. Мы всегда для них делаем что-то не так, — саркастично прыснул Аран. — Может, ты слишком долго не назвал её красивой или ласковое прозвище произнёс не с той интонацией. — Я никогда не назвал её красивой, и у нас нет тошнотворно-сладких кличек. Оджиро настолько сильно распахнул глаза, что его лицо стало чуть менее чёрным. Осаму удивлённо поднял брови, а бутылка воды, которую Атсуму держал в руках, с грохотом рухнула на пол. Один лишь капитан сохранял свой фирменный покер-фейс, вселяя в меня в крупицу надежды. Неужели то, что я сказал, так странно? — Вообще-вообще не делал ей комплиментов?! — ошарашено заверещал связующий. — Не помню, — я уклончиво пожал плечами. Мысленно я постоянно хвалил ведьму, но не уверен, что хотя бы раз делал это вслух. — Да и разве в этом есть необходимость? Мы встречаемся, логично, что я считаю её красивой. До дрожи привлекательной, если быть точнее. — Обалдеть, — с придыханием произнёс Аран, с трудом веря в услышанное. — А она тебе часто говорит нечто подобное? — Наверное, да. Не знаю насколько фразу: «Ты красив настолько, что я хочу запереть тебя в подвале и никогда не выпускать», — можно интерпретировать в качестве лести. — Подожди, — в карих глазах Атсуму, наконец, промелькнула тень интеллекта. — То есть, ты не делаешь ей комплиментов и не называешь самой лучшей девочкой на свете? Серьёзно? Не шутишь? Где ты ещё проебался? Никогда не ухаживал за ней? Никогда не дарил цветов или маленьких подарочков? Никогда не делал что-то, чтобы хоть как-то порадовать её? Блять, а вопросы полегче будут? Если связующий хотел воззвать к моей совести, то у него это прекрасно получилось. Не верю, что я и правда являюсь таким мудаком, как он всё преподносит. — И ты ещё спрашиваешь, что сделал не так?! — не в силах больше наблюдать за моим затянувшимся молчанием, Мия драматично прислонил руку ко лбу. — Ты не заслуживаешь мою добрую малышку Амэ-чан. — С хера ли она твоя? — Судя по всему, она уже и не твоя, — слова Мии острым ножом кольнули в самое сердце. Больно. — А ты что думаешь? — я перевёл взгляд на Шинске, ища поддержки в лице самого трезвомыслящего и хладнокровного члена команды. — Атсуму-кун прав. Морита-сан достойна лучшего отношения к себе, — большие глаза посмотрели вниз, а на бледных щеках загорелся розовый румянец. — Она вчера подарила мне цветочек, сказав, что он предназначен для самого лучшего капитана. Прекрасно, блять, просто восхитительно. Подытоживая разговор, можно сделать следующие выводы. Во-первых, я редкостный гандон, который теперь не понимает, возможно ли ещё всё исправить, а во-вторых, чары моей ведьмы действуют на всех. Высший суд — кармическая карта. Касаемо сферы отношений, она говорит о том, что партнёр если уж и не считает вас своей судьбой, то, по крайней мере, хоть быть с вами. Он будет действовать, но медленно.

***

С пропажей одержимости в моей жизни абсолютно всё стало проще. Лёгкость мыслей сопровождалась лёгкостью походки. Боже, а ведь стоило всего сбросить восемьдесят килограммов. Ну, или сколько там Суна весит? — Внимание, анекдот, — беззаботно пролепетал голос, пока тело пыталась успеть за бодрой походкой своей подруги. — Стоят на мосту Темзы два джентльмена и разговаривают. Тут замечают в реке человека, который кричит: «Помогите, я не умею плавать!». Один англичанин, замечая это, обращается к своему другу: «Джеймс, вы умеете плавать?». Другой англичанин задаёт встречный вопрос: «Нет, а вы, Уильям?». Уильям говорит: «Я тоже, но мы же не орём об этом на весь Лондон». — Неплохо, — школьница ободряюще закивала, и по моему желудку запорхали бабочки. Обожаю, когда смеются над моими шутками. — У нас сейчас география? — Да, — подтвердила я, попутно вспоминая, что мне требуется ненадолго отойти. — У меня тетрадь в шкафчике лежит. Подождёшь? — Конечно, — девушка замерла посреди коридора, а я свернула на нужном повороте. Взгляд забегал по однообразным серым шкафчикам, цепляясь за их номера. Как ни странно, но свою ячейку я нашла не благодаря трёхзначному числу. В небольшую ручку двери была воткнута маленькая белая роза, сделанная из салфетки. С особой осторожностью я взяла подарок в руки. «Это тебе. Просто за то, что ты есть», — гласили иероглифы, небрежно нацарапанные на листе цвета. Тёплое чувство благодарности и восхищения разлилось по груди. Обалдеть можно. Мне впервые в жизни подарили цветы. Благодарная улыбка озарила губы. Пусть это и не настоящая роза, но она ничем не хуже. Нет, она даже лучше. Гораздо лучше. Мой альтруистичный жест в виде раздачи цветов Ханы не остался незамеченным. Я даже не рассчитывала получить что-то взамен, но может, люди не так плохи, как о них говорят? Единственное, что меня смущало в подарке — тайна его происхождения. Кто бы не решил меня порадовать, я обязательно его вычислю. — Очень милый цветочек, — дружелюбно подметила Ито, внимательно вглядываясь в складки на салфетке. — Но нет, он не от меня. К сожалению, я не так сильна в оригами. Вычёркиваем её из списка подозреваемых, точно также, как и всех остальных девушек. Только увидев подарок, я пришла к выводу, что подобное изящество свойственно представительницам прекрасного пола. К собственному удивлению, никто из них не был причастен к моей маленькой радости, а это плохо. Очень плохо. Мысль о том, что какой-то парень решил за мной приударить, тяжёлым камнем повисла на душе. Будучи в отношениях с Ринтаро, я не собиралась так быстро искать ему замену, точно зная, что сейчас хочу пожить исключительно для себя, не омрачая светлые чувства лишними переживаниями. Какое-то время я думала забить на внезапно образовавшегося поклонника, однако совесть вызывала поблагодарить того, кто искренне хотел меня порадовать. Вычёркивая одно имя за другим, я постепенно опустошала список тех, кому сама дарила цветы. Путь самурая крайне длинный и далёкий, поэтому приходилось метаться из одной части школы в другую, ненавязчиво интересуясь, не причастен ли кто-то из знакомых к таинственной сложенной салфетки. Дорога неверно принятых решений и безуспешных попыток привела меня в конце большой перемены в столовую. Хорошо сложенная фигура стала первой, что мне удалось заметить. Светло-серые волосы с чёрными кончиками лежали на широком лбу, а взгляд тёмных глаз был, как всегда, спокоен. О! Его я и искала. — Кита-сан, здравствуйте, — я вежливо поклонилась Шинске, перегораживая парню путь к выходу из столовой. — Простите за беспокойство, но вам случайно не знакома эта роза? — Привет, — равнодушно обронил капитан волейбольной сборной, едва цепляя взглядом за зажатый в моей руке бумажный цветок. — Нет. Снова мимо. Губы недовольно поджались, а взгляд устремился вдаль, внимательно проходясь по людям, решившим затянуть с обедом. Может, это сделал тот парень с выбритыми висками? Я вроде ему тоже цветок дарила. Или нет… Не помню. — Почему бы тебе не спросить у Ринтаро-куна? — услышав знакомое имя, я мгновенно посмотрела в сторону его владельца. Суна в гордом одиночестве сидел за обеденным столом, сосредотачивая всё своё внимание на просмотре видеороликов. — Его сестра учится в младшей школе. Он часто делает за неё такие поделки для уроков труда. — Спасибо, — я благодарно улыбнулась Шинске, пряча за теплотой тревогу. В какой-то момент я даже не подумала, а скорее понадеялась на то, что именно Ринтаро решил порадовать меня. Однако, опасаясь возрождения умерших чувств, я быстро выгнала данную идею из головы. Это никак не может быть Суна. Во-первых, он никогда раньше ничего подобного для меня не делал, а во-вторых, ему я цветок не дарила. Под аккомпанемент удаляющихся шагов Киты я металась в сомнениях. Подходить? Нет? Допустим, если я решу задать интересующий вопрос ему, чем всё закончится? Неловкостью? Хотя, чем плох такой исход событий? Он лишь ускорит и без того неизбежное расставание. Убедившись в верности принятого решения, я неторопливо побрела в сторону своего молодого человека, ни на секунду не выпуская шатенистую макушку из поля зрения. Ладно, так уж и быть, вынуждена признать: красивые люди привлекательны даже тогда, когда у тебя нет к ним чувств. — Привет, — остановившись возле стола волейболиста, я поспешила привлечь внимание Суны. — Извини, что отвлекаю, но у меня всего один вопрос. Тонкий палец прикоснулся к экрану телефона, останавливая видеоролик. Изучающий взгляд остановился на моём лице. Дискомфортненько. — Присаживайся, — тихий приказ на секунду поверг меня в шок. Что? Разве Ринтаро не хочет поскорее от меня избавиться? Рассчитывая на скорейшее завершение игры в отношения, я никак не ожидала, что у нас может состояться долгий разговор. Рука юноши молниеносно накрыла телефон, в негласном жесте намекая, что он не намерен отвлекаться. Господи, как же неловко. Не хватает моральной поддержки в виде картонного Райана Гослинга рядом. — Я точно тебе не мешаю? — усевшись напротив, я мгновенно дала сама себе мысленный пинок. Амэя, какого хрена? Почему ты по-прежнему пытаешься быть удобной? — Нет, — серовато-жёлтые глаза сощурились, смотря прямо на меня. — Я рад тебя видеть. Сердце пропустило удар. Что? — Кхм… — прочистив горло, я постаралась взять себя в руки. Разум неистово вопил, что слова Суны — сраный медвежий капкан, из которого меня потом ни одна бригада спасателей не вытащит. Ну же, милая, соберись. Он просто пудрит тебе мозги. — Пару дней назад я нашла у себя на шкафчике белую розу из салфетки. Ты её сделал? Утерянный контроль в одночасье ко мне вернулся. Отсутствие поражения — уже победа. Сейчас он спросит, что за роза, а потом возмутится, с хрена ли незнакомые мужики дарят мне цветы. Я отвечу, что кто-то же должен этим заниматься. Затем мы ссоримся и расстаёмся прямо здесь. Отлично. Господи, какая же я молодец. — Ну да, — от удивления мои глаза чуть не вылетели из орбит. Чего? Мне сейчас точно не послышалось? — А что, тебе не нравится? — Нет, конечно, нет, — категорически возразила я, напрочь забывая о том, что ещё пару секунд назад представляла себе наше драматичное расставание. — Ты приложил усилия, чтобы меня порадовать. Разве это может не нравится? — Хорошо. Тёплая улыбка смягчила острые черты, а смущённый взгляд переместился с моего лица на обеденный стол. Куда он… Блять. Поддавшись чувствам, я даже не заметила, как в попытке доказать свою точку зрения накрыла мужскую руку своей ладонью. Я перешла грань дозволенного. Мы ведь у всех на виду. Захотелось молниеносно отдёрнуть руку, рассыпаясь в извинениях, но я не успела этого сделать. Длинные пальцы переплелись с моими, вызывая дрожь по всему телу. Боже… — Буду делать это чаще, — шёпотом произнёс парень, поднося тыльную сторону моей ладони к собственному лицу. Внутри всё перевернулось, когда сухие губы прикоснулись к коже, оставляя на руке долгий чувственный поцелуй. Знакомый трепет пробежался по телу. Если я больше не одержима Ринтаро, то почему тогда так приятно? — Ты так смотришь на меня, будто не узнаёшь, — саркастично хмыкнул Суна, ещё сильнее переплетая наши пальцы. — Не узнаю, — честно призналась я, пытаясь отыскать в знакомых чертах лица хотя бы намёк на того самого Ринтаро, который не раз разбивал мне сердце своими поступками. — Ведьма, ты знаешь, что у тебя отстойный вкус на парней? — Догадываюсь. — К счастью, у меня прекрасный вкус на девушек, — с гордостью произнёс Суна, расплываясь в тупой счастливой улыбке. — Поэтому давай договоримся: если я снова начну вести себя как мудак, ты скажешь мне об этом напрямую. Обойдёмся без лишнего холода и порчи на понос. Наверное, впервые за всё время Ринтаро был до неприличия честен со мной. Откровенность согревает ничуть не хуже объятий. Я не хочу зарекаться, что кажется, будто в этот раз всё может сложиться. Не желаю и дальше тешить себя ложными надеждами, а потом страдать, когда они в очередной раз обратятся в пепел. Пусть будет, что будет. — Хорошо.