глухой музыкант, слепой художник.

По старой, полуразрушенной заброшке раздаётся шум полиэтиленовых пакетов, а затем и шуршание фантиков. На большом камне сидит короткостриженная девушка с пакетом сладостей, что они с подругой стащили у какого-то первоклассника. Напротив туда-сюда ходит высокая дама с черными волосами собранными в хвост. Она пинает мелкие, и не очень, камешки, что-то бубня себе под нос. — Да всё нормально, — закатывает глаза Рони, отбрасывая очередной фантик на землю, и откладывает пакет в сторону, не забыв завязать его хотя бы для вида, — Разве ты сама её не проклинала? «Ой, она такая плохая», «Ой, лучше бы я в детском доме осталась» — Было дело, — вздыхает Владлена, поворачиваясь к Рони лицом, и откидывает голову назад, смотря на разрушенный потолок, — Но я тут подумала и поняла, что в детдоме ещё хуже. Так что лучше я с этой женщиной останусь. Всё равно скоро восемнадцать. Рони пожимает плечами, вновь принимаясь за сладкое, и Владлена подходит ближе, присев перед ней на корточки и опережает подругу, забирая пакет себе. Вербицкая по-доброму усмехается, смотря на девушку сверху вниз, а затем переводит взгляд на её открытую ключицу, на которой была белая татуировка луны. — А за это мамочка не ругала? — ехидно прищуривается Рони, довольно наблюдая как Владлена морщится от слова «мамочка», а затем машет рукой, мол, «пофиг», — Воспитательница была в ярости. И Рони отодвигает воротник футболки, кончиками пальцев пробегаясь по собственной татуировке солнца, ярко улыбаясь.

Парные тату: ты будешь солнце, я — луна

За тобой приду и в крошки разобью асфальт

Розовая прядь, полиэтиленовый пакет

На колени сядь, я дам попробовать конфет.

Поворачивая голову, Владлена видит как небо наконец-то начинает светлеть. Они просидели здесь почти всю ночь. Девушка чувствует прикосновение чужих рук к свои волосам, и поддаётся минутной ласке, прикрывая глаза. — С этой заброшки круто спрыгнуть, эффектно будет, — произносит она, отстранившись от чужой ладони, слабо краснея, а затем неловко поднимается на ноги, поправляя одежду, — Парное самоубийство, как тебе? — Потрясающе, — закатывает глаза Рони, склонив голову вбок и за руку притягивает Владлену к себе, делая так, чтобы она оказалась стоять у неё меж ногами, второй рукой оперевшись о камень. Владлена фыркает, на мгновение прислоняясь к чужим, но одновременно таким родным губам, запечатав на них привкус ментоловых сигарет, и уже собирается повторить свои действия, как её телефон звонит. — Влада, тебя нет всю ночь, как я реагировать должна?! — кричит женщина, что недавно удочерила её, и Владлена морщится. — Я с Рони, всё хорошо, жива, — безэмоционально произносит она, чувствуя как сидящая рядом Вербицкая усмехается и прислоняется лбом к её плечу. — Домой! — закрывает возможность ответить женщина, сбрасывая вызов, и Владлена тихо материт её, убирая телефон в карман.

Плюшевый рассвет на стройке сказочно смотреть

Восемнадцать лет, ты травишь шуточки про смерть

Девочки друг другу дарят мятный поцелуй

Папа не смотри, мамама-мама не психуй

Выбираясь из старой заброшенной стройки, девушки, держась за руки, идут в сторону детского дома, что-то тихо обсуждая. В дверях стоит злая воспитательница, сложившаяся руки на груди и со злым огоньком смотрела на Рони в сопровождении Владлены. — Ты на неё плохо влияешь. Что за грязь на кроссовках? — с ходу говорит она последней, кивком головы прося свою воспитанницу зайти в здание. Рони хмурится, поворачиваясь к подруге, и обнимает её за шею, незаметно для остальных запечатлев на её щеке невесомый поцелуй. — Увидимся завтра? — с надеждой смотрит Рони, и в глазах Владлены появляется боль в перемешку с виной. — Извини, не получится. Вряд ли когда-нибудь получится, — вздыхает она, качая головой, — Мы уезжаем из города. И маленький мир Рони Вербицкой рушится в одно мгновение, заставляя неверяще смотреть на свою лучшую подругу. Воспитательница вновь кричит и у девочки не остаётся выбора, как развернуться на пятках, направляясь в сторону входа. У двери она останавливается, посмотрев на Владлену. — Я люблю тебя, — одними губами прошептала та, слабо улыбнувшись, и Рони улыбается в ответ, сдерживая слёзы в уголках глаз. Они вдвоём, против всего мира. Они вместе. И никто им больше не нужен.

Куртка оверсайз, сердечко вышито в углу

На кроссовках грязь, но я любой тебя люблю

Маленький секрет пылится в девичьих сердцах

Вот такой запрет, прощай, увидимся во снах

Дай мне посмотреть последний раз в твои глаза

Лучше умереть, если с тобою быть нельзя