Я рисую

Когда лучи ноябрьского, яркого и обманчиво—теплого солнца наконец нежно коснулись лица Бриджит, часы показывали одиннадцать утра. Еле как пересилив себя и заставив себя подняться на ватные ноги, темноволосая приплелась на кухню. Наплевать на обычный рапорядок: ее уставший и вымотанный учебой организм требовал кофе. Бриджит лениво открыла шкафчик над кухонным столом, достала пакетик с быстрым кофе и открыла его. Блядь. Одно неаккуратное движение — и волшебный Дар Богов, посланный на землю для удовлетворения базовых потребностей Бриджит рассыпан по полу. Помимо того, что Бриджит должна убрать все это безобразие с давно не видевшего пылесоса пола, так она еще и осталась без свежего кофе. — Как там говорится... Утро начинается не с кофе, да? Продолжая крыть трехэтажным матом все, что попадалось на глаза, Бриджит кое-как собрала кофе руками и высыпала во все еще стоявший возле чайника стакан. — А что? Мы тут, знаете ли, не миллионеры, чтобы каждый раз новый кофе покупать! — оправдывалась перед собой Уайлдс, заливая кофе кипятком. Так сказать, свежий, только собранный. Едва коснувшись губами края кружки, до раздраженного мозга Бриджит дошло, что она не добавила молоко. — Блядь, больно! Сука, что за день-то такой? В тот момент, когда, приложив к пульсирующей губе ложку и ковыляя от холодильника с бутылкой молока Бридж продолжала проклинать свое жалкое существование, в дверь домофона позвонили. Незваный гость явно не был настроен на отказ: звенел домофон, наверное, две минуты, пока не сбросился автомотически. Через пять секунд опять послышался звон. Подойдя к домофону, Бриджит взяла трубку, и, оторвав ложку от саднящей губы, грубо спросила: — Кто? В ответ послышалось шуршание, а спустя пару секунд послышался сиплый голос: — Ринн, открывай, — хмуро произнесла рыжая. — Давай скорее, тут пиздец как холодно. Уайлдс замерла прямо с трубкой домофона в руке. Какого черта она здесь забыла? И откуда у нее адрес Бриджит? Вопросы проносились в голове со скоростью света, но, похоже, Ринн не собиралась долго ждать. — Ау, больная? Ты там жива, нет? Открывай. — А можно я хотя бы спрошу, откуда у тебя мой адрес? — Нет, нельзя. Впускай меня уже. Бриджит сбросила. Какой адекватный человек будет впускать непонятную личность, которую он знает от силы сутки к себе домой? Особенно если эта самая личность Бог знает, откуда взяла ее адрес. Но не прошло и минуты, как домофон снова оповестил Бриджит о звонке. Уже раздражаясь, та снова взяла трубку: — Слушаю. — Ты долбоебка? Я говорю впусти меня, в конце-то концов! Бриджит устало вздохнула. Утро точно начинается не с кофе. — С какого перепугу я должна тебя впустить? Я тебя почти не знаю, и во... — Заткнись и открой дверь. — Да пошла ты! Бридж сбросила трубку и поставила домофон на беззвучный режим. Как удобно, что такую кнопку предусмотрели и поместили ее на самое видное место. Лучшее изобретение человечества. Особенно спасает от надоедливых рыжих дебилов. Бриджит отошла от входной двери и прошла обратно на кухню. Наконец налила в кружку с кофе молоко, отпила немного, подошла к окну. А на улице все-таки красиво. Снежинки, словно в вальсе, кружились и плавно падали на деревья и землю. Все вокруг было ослепительно белым, от земли до неба, и казалось таким чистым, новым, правильным. Многие почему-то не любят зиму, но это время года прекрасно. Все вокруг будто рождается заново, становится невинным и аккуратным, еще не испорченным людьми. Но на подъездной дорожке красовалось большое черное с рыжим пятно. Ринн явно была недовольна тем, что не попала туда, куда хотела, что было видно по сильной жестикуляции и слышно даже через закрытые окна. Бриджит самодовольно усмехнулась и отошла от окна. Спустя примерно десять секунд в окно что-то врезалось. Бриджит вздрогнула от громкого звука, и, обернувшись, увидела остатки снега на своем окне. Через секунду в стекло врезался еще один снежок. Бриджит подбежала к столешнице, схватила первую попавшуюся сковородку, и, прикрываясь ей, открыла окно: — Ты в своем уме?! — А ты открой мне ебучую дверь, пизда мохнатая! — Прекрати кидать гребаные снежки, долбоебки кусок! — поймав сковородой один из снежков, Бриджит запустила его обратно. — Сука! Больно! — Ринн болезненно поморщилась и запустила еще один снежный комок размером с кулак, целясь точно в лицо Бриджит. Слава богу, что та живет на пятом этаже, так что Уайлдс успела среагировать и отбить снежок отправителю. Зато стеклу окон повезло не так сильно: все было в остатках снега, а царапины от кусков льда, которые Ринн забирала вместе со снегом, не оставляли даже малейшей надежды на прежнее состояние стекла. Если так будет и дальше, хозяйка студии ее точно по головке не погладит. Глубоко вздохнув и приняв окончательное решение, Бриджит крикнула в окно: — Да прекрати, дура! Впускаю, иди! Заебала, — Бриджит устало потерла переносицу и отошла от окна, паралельно закрывая его. Убрав сковородку в раковину, Бриджит подошла к уже вновь звонящему домофону, и, ничего не говоря, открыла дверь. Ключом отперев входную дверь, темноволосая села на табуретку и стала ждать. Через пару минут в студию ворвалась запыхавшаяся и явно раздраженная Ринн. Смахнув пару ярко-рыжих прядей с лица, девушка кинула белый пакет с голубой надписью на кухонный стол: — Парацетомол, нурофен, стрепсилс¹. Я надеюсь, хотя бы вода у тебя есть, чтобы запить таблетки? Бриджит ошеломленно уставилась на Ринн. Она точно не просила приносить ей лекарства, у нее даже номера Ринн нет. И друзей в университете, которым она могла бы сказать о своей болезни, у нее тоже нет. Черт, да она даже родителям не говорила об этом, чтобы не волновать лишний раз. — Я могу сама о себе позаботиться, так то. Рыжая, которая еще толком не отдышалась, закатила глаза: — Я знаю, как ты о себе заботишься. Вчера блевала в туалете, потому что хорошо о себе позаботилась, — Ринн вздернула уголок рта вверх. — Так что заткнись и дай мне впихнуть в тебя ебаный нурофен, — Ринн тронула лоб Бриджит — ты вся горячая как хуй знает кто. — Я тебя не просила приходить, и уж тем более не говорила свой адрес. Откуда... — Тсс... — Рыжая приложила палец к губам Бриджит, принуждая ту замолчать. — Я спросила у старосты, у нее есть адреса всех учащихся. Довольна? — Когда Бриджит медленно кивнула, Ринн продолжила: — А теперь все таки приземли свой зад и дай мне о тебе позаботиться, потому что ты сама с этим, очевидно, не сравляешься. Бриджит и не замечала, что она стоит, пока Ринн не указала ей на это. Сев на табуретку, Бриджит наблюдала, как Ринн материт упаковку стрепсилса и ее создателей и мысленно проклинала Элизабет, старосту их группы. Из-за этой сучки по ее квартире шастает какая-то долбоебка, которую она знает от силы дня два, и пытается за ней следить! Это конечная. Все. — А, собственно, с какого такого хуя ты приперлась ко мне домой, — Бриджит встала и скрестила руки на груди, стараясь смотреть на Ринн максимально неприятным взглядом, — пытаешься черт знает чем меня напичкать, так еще и приказы раздаешь? Ринн, которая в этот момент стояла к Бриджит спиной, замерла прямо с картонной упаковкой в руках. Через пару секунд она все же оглянулась, и на нее губах плясала опасная полуулыбочка. Одним шагом она подошла к Бриджит, которая была явно выше нее, и, смотря прямо в глаза, негромко сказала: — Заюш, давай-ка помолчим. Меня уже заебали твои вопросы «как», «почему» и прочее, — Ринн встала на носочки и наклонила голову прямо к уху Бриджит. — Поэтому просто заткнись. Я уже объяснила тебе все, что ты спрашивала. Резко отстранившись, Ринн, воспользовавшись ступором Бриджит, запихнула ей в рот леденец от горла. Увидев выражение лица Бриджит, Ринн рассмеялась: — Блядь, видела бы ты свою рожу, больная! Я с тебя не могу... Ей Богу... — просмеявшись как следует, Ринн вытерла проступившие на глазах слезы тыльной стороны ладони и посмотрела на Бриджит. — Серьезно, перестань быть такой тупой, это не делает тебя особенной или «милой», — на последнем слове рыжая показала пальцами в воздухе кавычки и состроила гримассу. Чтобы понять, о чем говорит Ринн, Бриджит потребовалось прийти в себя. Эта сучка вообще умеет смеяться, или прямо сейчас Бриджит на самом деле валяется на полу в отключке и видит кошмарный сон? Что вообще происходит? — Не твое собачье дело, как я себя веду, — Бриджит снова села на табуретку, осознав, что сопротивляться бесполезно. — С чего ты взяла, что я перед тобой буду притворяться? На хер надо вообще... — Славненько, — Ринн хлопнула в ладоши, как бы показывая, что разговор окончен. — Где у тебя кружки? Нурофен запивать надо... Блядь, я же тебе уже дала стрепсилс. Выплевывай сюда, — Ринн дала Бриджит салфетку со стола. — Щас короче сначала нурофен бахнем, стрепсилс, а там посмотрим. Если подыхать не будешь, я уже, наконец, свалю. Сделав, как просила рыжая, Бриджит взяла из ее руки таблетку и стакан с водой из под крана. Закинула в рот, запила. Ринн не отводила взгляда от Бриджит, пока та не запихнула в себя таблетку стрепсилса и не начала вставать с табуретки. Сразу после того, как та встала, Ринн достала из кармана своей куртки телефон и посмотрела на время: — Так, мне еще минимум полчаса ждать, пока ты очухаешься. Так что... — Может, я просто отпишусь тебе? — слабо спросила Бриджит. Она максимально не хотела держать у себя дома эту рыжую еще полчаса, а то и больше. — А что? Как вариант. Записывай: восемь, девятьсот тринадцать... Бриджит схватила телефон и начала записывать номер Ринн в телефонную книгу. Записав его, она назвала контакт «Рыжая» и сохранила его. — Тебе куда писать? ВК, вацап... — Я только в телеге отвечаю, пиши туда. — У нас же чат группы в вацапе? — И? — Ринн вопросительно посмотрела на Бриджит. — Не ебет. Пиши в телегу, иначе бошку откручу. Бриджит мысленно вздохнула и решила, что раз других вариантов нет, придется мириться. Пока что. Когда нибудь она открутится от этой ебанутой. Точно.