Крик Ворона

Самым грандиозным и чарующим сердца молодых колдунов и ведьм был бал Великого Жреца, ежегодно проводимый в ночь с тридцать первого октября по первое ноября. Именно там, открывались дары юных созданий, а также определялась их принадлежность к той или иной стороне. Всё мероприятие длилось начиная с шести часов вечера и до самого раннего утра. Потому все новички прибывали в состоянии эйфории и неведения. Разве что Катарина Джонс нервно ожидала своей участи. Девушка терпеть не могла, когда приходилось прибывать в состоянии полного неведения. Она обожала контроль, правила, осознанность. Сейчас же, прибывая среди нервных, даже истеричных молодых людей, ей и самой становилось не по себе. Мозг сам рисовал самые разные расклады данного мероприятия, включая то, что за день до этого её мерзким образом шантажировали и теперь, если юная леди не придумает, как выбраться, то ей придётся принять ту судьбу, которая была ей не под стать. Ровно в шесть часов вечера все новички уже стояли в Главном Зале в ожидании начала. Иронично, что несмотря на крупное мероприятие, стол важное для такого большого количества людей, помещение не было даже должным образом убрано, а тем более не было украшено. Казалось, что всем было абсолютно безразлично. Хотя стоило подозревать, что это было, лишь начало. Тем не менее, стоило заметить, что сам по себе Зал был весьма грандиозен, с мраморным полом, высокими колоннами и множеством картин в позолоченных рамах. На кого-то, подобное могло произвести впечатление, например на тех студентов, что всю свою жизнь видели, лишь стены приютов. Другие же считали подобное чем-то должным и даже скучным, ведь вокруг всё было старомодным и чересчур претенциозным. До конца не было ясным и то, что Новичков ждало некое испытание, но от чего тогда был выбран Главный Зал - место весьма не подходящее. Однако, подобное на данный момент, волновало, лишь боязливо осматривавшеюся Джонс. Раскат грома заставил подростков вздрогнуть. Зал наполнился студентами старших курсов, одетых в бальные наряды. Забавно, что из-за разделения, обилие оттенков дамских платьев сильно било по глазам. Все светлые юные дамы, были как на подбор в светлых и постельных тонах. Нейтралки в ярких, даже неоновых. Дамы Тёмной стороны в глубоких и холодных оттенках. Тем не менее, всё это казалось органичным и лишь Новенькие выделялись на фоне красивых молодых людей. Когда открылась главная дверь и в комнату вошёл весь преподавательский состав, во главе Маброка, все сразу смолкли, а он начал свою занудную речь. - Итак, Леди и Джентльмены, сегодня настал тот день, когда для каждого из вас настанет время перемен. Сейчас к каждому из вас придут помощники, дабы вы могли подготовиться к испытанию. Я напомню, - он поднял руку наверх и указал на высокого человека в маске. - Помимо ваших будущих одногруппников за вами наблюдает наш почтенный Гость! Катарина уже несколько минут оглядывала эту загадочную фигуру, вернее, она точно знала кем был этот человек и лишь изучала его. Директор одел маску, отходя в сторону и дал команду. В комнату вошло двадцать пять прислужников в золотых одеяниях и масках. Приказным тоном было сказано раздеться до гола, что бесспорно смутило всех новеньких юношей и девушек. Приказ повторён, но уже в более грубой форме. Катарина вышла вперёд, касаясь руки той, что пообещала прислуживать ей. Внутри, юная леди содрогалась от ужаса и унижения, однако, она решилась на отчаянный шаг. - О, наш Великий Господин! - Девушка обратилась к мужчине, что наблюдал сверху. - Ваше присутствие эта честь для всех нас! Прошу вас, принять нас и одарить каждого лучами вашей благосклонности! Джонс старалась сдерживать эмоции и дыхание, дабы не выдавать своё волнение. Смелая барышня быстро разделась и вновь поклонилась. Патрик Хокстеттер, стоявший, как и положено, в толпе, ухмыльнулся и тихо прошептал Криссу. - А Крошка определенно знает, что делает, Блондиночка. Крисс слабо улыбнулся, стараясь скрыть то, что испытывал. Однако, хоть он и верил, что Катарина сильная девушка, его сердце билось так, словно желало пробить грудную клетку. - Разожми кулак, Крисс. У тебя кровь. - Безразлично заметил Бауэрс. Казалось, что Генри был единственный, кому было всерьез всё равно на юную ведьму. И пожалуй, что хоть немного волновала его, это то, что она была без одежды. Тем не менее, он лишь натянул маску на глаза и обратил свой взор на Маброка, пристально следившего за Джонс. Подобная ничем не прикрытая лесть была по душе Приглашенному гостю. Он оценил смелый и слегка наглый поступок барышни и скинул свой кружевной платок. - На удачу, дитя моё! - Горделиво произнёс он. На что Рина послала ему воздушный поцелуй, прижав предмет гигиены к груди. Подобный жест, казался странным, устаревшим и даже не уместным. Невзирая на всё, она выделила себя среди остальных, что было мудрым выбором. Пока остальные новички стыдливо раздевались, Рина делала то, что умела лучше всего - изучала. Предположить дальнейшие действия организаторов было не так легко, тем не менее, одно казалось очевидным - паникующих будет много. В последний момент, юная леди обратила внимание на пол, на котором можно было увидеть еле заметные, сокрытые отверстия. За доли секунды, когда свет полностью погас, а тишина оглушила перепуганных Новичков, Катарина ринулась к одной из колонн и вскочила пьедестал - единственным возвышенным местом в зале. Противный металлический звук, выдвигающегося металла, а следом чьи - то вскрики и булькающий звук, словно кто-то захлёбывался. Подсознание уже рисовало ужасающие картины, проткнутых студентов. Когда свет вернулся, никого кроме молодняка не было, а из пола торчали железные штыри. Двое из учеников были проткнуты насквозь и с учётом невозможности погибнуть подобным образом - боль они испытывали адскую. Джонс нервно дёрнулась, отвернув голову. Рассудок начал сдавать обороты - тело не поддавалось, ей было дурно. Спустившись на землю, она решилась изучить комнату, дабы понять, как действовать дальше. Игнорируя со-курсников, девушка огляделась. Место было прежним, но бесспорно, что-то было не так. Сьюзи схватила подругу за руку, истошно крича, чем лишь больше раздражала. Особенно, учитывая ограниченное время и возможность мучительной боли. Пока Сьюзен трясла ладони Джонс, взгляд последней зацепился за дверь, которую до этого она не видела в этом помещении. - Нам нужно выбраться! Они все! Они все безумцы! - Кричал тщедушный юноша, который казалось лишился ума. Не думая он кинулся к первой попавшей двери, как раз той, что заметила Джонс. Дверная ручка отсоединилась и из замочной скважины полились те самые голодные, неприкаянные души. Реакция встревоженных подростков последовала незамедлительная. Все наизусть помнили, что эти создания были смертоносными. Они быстро проходили сквозь тела подростков, разрывая их на куски. Кто-то из ребят пытался бороться, но паника сильно сказывалась на мышлении. Кроме того, простые заклинания на них действовали, лишь развлекали изголодавшихся тварей. - Абеамус! - Закричала Катарина, взмахнув рукой. Колдунья не сразу вспомнила заклятье, используемое Виктором, тогда в библиотеке. Тем не менее, оно спасло её и ещё одиннадцать студентов. Тьма вновь повисла в комнате, а юные колдуньи и колдуны сжались в ожидании очередного Ада. Были слышны всхлипы и даже тихие мольбы. Джонс же часто дышала, сжимая оледеневшее от прикосновения духа плечо. В голове юной ведьмы не было ни одного приличного слова и лишь желание жестоко отомстить засело в её некогда светлой голове. - Дамы и Господа, прекрасные гости! Хотим вам представить наших чудесных выживших! Лучших из лучших! По очереди, сильно пугая Новичков, зажигались свечи, позволяя увидеть, как двенадцать чудом оставшихся в живых колдуний и колдунов, стояли в бальном зале, столь длинном, что казалось ему не было конца. То, что это место не принадлежало Академии сразу бросилось в глаза измученной Джонс. Высокие потолки, огромные хрустальные люстры, зеркала в золотых рамах, множество скульптур и прекрасные гости. Вероятно, дом, а скорее дворец принадлежал жрецу. Рина опустила глаза на себя, ибо осознала, что не могла нормально дышать. Невероятно откровенный наряд, в виде полупрозрачных шаровар и прозрачной блузы оказался на девушке по воле Верховного Жреца, а и без того узкую талию, туго затянул корсет, прикрывавший грудь. Паника на секунду охватила юную леди, ведь давил корсет так, словно на ней лежала груда валунов. Глаза Джонс сверкнули, ведь в голове возникла страница из "Молот Ведьм", где дабы выбить из несчастных признание, на грудь выкладывали камни, пока те не ломали грудную клетку. И это было лишь одна часть её многочасового мучения - ноги были украшены чудными золотыми туфельки на небольшом каблучке. Стоило заметить, что они были на размер меньше и сильно сдавливали её ноги. Стоило сделать хоть один шаг в такой обуви, как невероятная боль пронзала всё тело. Девушка выпрямилась подобно струне, боясь дальнейшего мучения. Новенькие стояли в шеренги и спускались по лестнице к своему спутнику или спутнице, которого также называл неизвестный голос. Катарина была последней в очереди, однако это не мешало ей видеть Майкла среди сопровождающих. Невозможная боль, так ещё и собственный убийца в виде партнёра. Ей казалось, что проще было умереть, но то ли гордость, то ли выдержка не позволяла падать духом. В такие моменты, она вспоминала маму, которая словно находилась рядом с ней, нежно обнимая со спины. Если бы женщина была рядом, то определенно гордилась бы своей любимой девочкой. - И наша последняя прелестница! Золотая ученица - Катарина Джонс! В сопровождении не менее сияющего Майкла Рипли - сына нашей Верховной Жрицы! Прошу гости поприветствуем! Всё это напоминало дикое шоу-уродов для богатых гостей, подбивающее гордость юной колдуньи. Однако, раз все так хотели пафосного выступления, она определенно решила подыграть. Боль, пронзившая Джонс, заставила ту прикусить губу до крови. Однако, очаровательно улыбнувшись и галантно помахав всем рукой, раздавая воздушные поцелуи, она стала спускаться вниз, ловя овации гостей и других студентов, которые подобно ей играли. Пока она спускалась, молясь, чтобы не запутаться в тонкой ткани наряда, она краем глаза заметила нечто забавное, а именно тень, проскользнувшую мимо Рипли. Не успев спуститься до конца, некто подхватил Джонс и прокрутил, словно в танце. Спасителем Катарины оказался никто иной, как Генри Бауэрс. Его хулиганская улыбка очаровывала дам из Тёмных Ковенов и раздражала светлых. Молодого человека уважали, боялись и ненавидели, а особенно сейчас. - Я украду твою даму, Рипли. Мне кажется, она хочет быть сегодня со мной в паре. Было слышно, как зло скрипели зубы Светлого, а его кулак загорелся тусклым светом. - Первый кто коснулся ладони будущей ведьмы и является её Сопровождающим, Святоша. - Гордо заявил он Рипли, даже не глядя на него, ведь всё это время его глаза пожирали Катарину. - Тем более, что она слишком хороша для такого как ты. - Он поцеловал руку своей прекрасной спутницы и притянул к себе, ловя злой взгляд Директора. Если бы не то, что данное шоу безумно веселило Жреца и Гостей, молодых людей давно бы наказали, но именно на это делали ставку мальчики из Тёмного Ковена. Стоило догадаться, что такой, как Генри не упустит шанс в виде столь сильной колдуньи, как Катарина. Он не побоялся и рискнуть и естественно не прогадал. - Слушайся меня и не пострадаешь. - Сказал он еле слышно, продолжая галантно улыбаться и целовать её руки. Он ощущал её боль, стирая платком маленькую капли крови с её губ. Как вчера, юноша чётко помнил, как сам год назад пережил тоже самое. Определенно мероприятия не повторялись, но уровень их жестокости не менялся. - Это был твой план? - Прошептала ему на ухо Рина. - Молчи. - Отрезал он. Хоть её сила воли и храбрость, вместе с умом и язвительностью была ему по душе, тем не менее он знал, что любое отклонение могло быть для них опасным. - Улыбайся, будь любезна. Они проверяют нас. Генри Бауэрс впервые не казался слетевшим с катушек дикарём. Сейчас молодой колдун был сосредоточен и холоден, хотя играл любезного, но надменного, галантного юношу, чем бесспорно удивлял всех, включая членов своего Ковена. Молодой человек не испытывал не единой капли состраданич в сторону Катарины. Тем не менее наблюдать за тем, как старики и старухи лицемерно улыбаются ей, страдающей от боли, которая при этом всём, хоть и испытывала мучения, прекрасно играла приветливую и даже заинтересованную леди на балу, казалось ему тратой времени. Помимо прочего, он ощущал неприятное чувство ревности. Хоть он и сжимал ладонь Джонс, касался её талии, липкие взгляды древних колдунов и ведьм, скользящих по её фигуре, вводили его в неистовство. То, как эти мужланы касались своими губами её руки, то как старухи пошло подмигивал ей в след, делали взгляд юноши всё яростнее, а мысли темнее. Именно в момент, когда молодой человек уже почти утратил контроль, она нежно провела по его щеке. Он оторопел от столь неожиданного и даже приятного жеста. - Возьми себя в руки. Ты начинаешь сверкать глазами. Он кивнул, тряхнув головой, дабы отвлечься от диких мыслей. Вот только голова сильно закружилась и он чуть было не упал. Юноша знал это чувство - у него копались в голове. Почти сразу он высмотрел в толпе лучшего друга - Хаггинса и тот, быстро навёл порядок со своим Господином. Вся четвёрка, словно единый организм ощутила напряжение и пока Генри выполнял свою роль, трое оставшихся делали всё, чтобы довести свой план до конца. Пока Катарина в обнимку с некогда невыносимым Баэурсом, пытались строить из себя Золотую молодёж, казалось прошла вечность, но всего час минул с начала. Она не ощущала ног, ведь за этот час перезнакомились с сотней разных существ, тянувших из неё малую долю энергии. Если бы не хитрости Бауэрса, она бы давно потеряла сознание, как часть девочек. Именно то, что он разделял её бремя спасало её сейчас и уже за это его можно было благодарить. Её усталый взгляд немного взбудоражил Его. - Дальше будет танец. Полчаса и это будет почти всё. Я буду вести, ты лишь следуй и не глупи. Его наказы слегка раздражали гордую, не привыкшую к приказам особу, но сейчас был не тот момент, ведь она держалась, лишь на честном слове и упорстве. Музыка сменилась с быстрой на нежную и мелодичную. Сейчас, Генри отчётливо понял, что лучше бы на его месте был Крисс или Хокстеттер, ведь он ни черта не смыслил в романтике и нежности. И даже красивая леди рядом, почти не навевала нужных мыслей. А вот боль, испытываемая ею, пропитала его, что заводило до головокружения. - Прекрати. Воспользуйся этим жаром. Её слова ударили, подобно разряду. Не уж то он был таким очевидным, а она столь умна? Этот страдавший, но искристый взор серых, словно грозовые тучи, глаз сводил его с ума и потихоньку, он сдавался под её напором. В начале танца, он ещё пытался сохранять безразличие и не заинтересованность. Но прикосновение её рук уже выбивали дух, а как только он была совсем близко, он более не желал выпускать её из объятий. Лишний раз, он прижимал её теснее, слегка сбиваясь с ритма. Она ощутила его изменения, в начале недоумевающе следя за ним, но затем попала в ловушку и сама. Боль начала отходить на другой план, ведь она попала в плен его чар, о которых, пожалуй не знал и сам Генри. Джонс хотела бы признать, что ей не нравится это чувство, что ей охота сбежать и забиться в угол, но от чего-то, пока он был рядом становилось чуть спокойнее. В один момент, она крепко обхватила его шею и вовсе остановилась, разглядывая его лицо. Оба попались, запутавшись в собственных фантазиях и осуждениях. Юноша не выдержал первым, целуя свою спутницу, позабыв о том, где они были и что хотел, лишь использовать её, как ресурс. И может им это и сыграло на руку, так как гости посчитали это красивой игрой на публику. Вот только ещё никогда в своей жизни Генри Бауэрс не целовал кого-то так искренне и чувственно, как сейчас. Девушка содрогалась, прижимая его к себе ещё теснее, напрочь выкинув из головы приличие. Катарина прекрасно понимала, что идёт по тонкому льду, подставляя и Генри, ведь Рипли и Маброк не простят такого. Однако, именно сейчас она ощущала спокойствие, хотя ей было невероятно жарко. Бауэрс отстранился, лишь когда музыка полностью смолкла, а юную леди ожидало последнее задание. Пол под молодыми людьми вздрогнул, а где-то вдали появился трон, стоявший на выступе, подобным на обрыв. На златом троне уже восседал Жрец, по левую руку сидела Жрица, а по правую стояли преподаватели, чьи лица были мрачнее тучи и лишь Чарльз казался довольным. И конечно сам Маброк. Чтобы добраться к ним, было необходимо пройти через горящий огонь. Очередная отсылка на инквизицию и "Молот Ведьм". Джонс слышала плач и стоны измотанных сокурсников, но сама решилась идти не раздумывая. Бауэрс сжал её ладонь. - Пару секунд. Катарина, будь верна себе и никому другому. - Он поцеловал её руку и выпустил ладонь, зная, что дальнейший путь, она должна была пройти сама. Ей было чертовски страшна, она уже почти падала от изнеможения. Тем не менее, смесь гордости и ярости перемешались. Посмотрев на пламя и впереди стоявших с вызовом, она ступила в огонь. Боль сменялась жаром и лихорадкой, но она шла, игнорируя всё, видя, лишь глаза Жреца, сокрытые маской. Путь казался вечным, жгучим, невыносимым. Но дойдя, она упала на колени, то ли от усталости, то ли продолжая играть. Поражённый, но восхищённый мерзавец в лице Хозяина бала, подошёл к барышне и поднял её личико за подбородок. - Ваша храбрость и сила делает вас лучшей на этом балу. Сегодня, я прошу вас стать Хозяйкой моего бала. - Почту за честь, Господин. - Шепнула она, склонив голову. Волна ненависти к себе, прокатилась по всему телу. Жрец взял с подушке тяжёлую корону и не жалея возложил её на голову девушки. Острые каменья врезались в нежную кожу, оставляя кровавые следы. Рина громко выдохнула, согнувшись от адской волны, накатившей боли. - У вас проблемы, юная леди? Она инстинктивно сжала кулаки, ощущая, как накопившейся гнев рвался наружу. - О нет, Господин, что вы. - Катарина подняла глаза и напугала их блеском всех стоявших. Они были ярко-фиолетовыми, словно два аметиста. - Катарина Джонс, встаньте! Ваш дар, - Верховный запнулся. - Последний раз я видел подобное, лишь у мужчин и то, они все давно мертвы. - Мужчина оглянулся, увидев Директора преисполненного ужасом. - Ваш дар манипуляция магической энергией! Услышанное заставило всю четвёрку Тёмного Ковена Бауэрса довольно улыбнуться - все их усилия не были напрасными, так как Катарина была именно той, кого они искали. Жрец подошёл к юной леди и взял её ладони в свои, чем слегка смутил девушку, заставляя ту, сделать шаг назад к краю обрыва. - Ваш дар достоин лучшего Ковена! Юная Дария - леди Светлых с удовольствием раскроет ваш гений, дорогая. - Он указал на девушку, что словно кукла глядела на Измученную. Жрец порезал девичью ладонь, а затем передал кинжал Дарие. Та обрезала руку и протянула ладошку Джонс. - Пусть ваш выбор будет справедлив, милая. - Улыбаясь сказал мужчина. Тяжёлый взгляд Маброка упёрся в хрупкую фигуру Катарины. Она помнила о его угрозе, касаемо несчастного профессора. Укол совести кольнул в ледяное сердце. Она сжала ладонь, дабы задержать кровь. Ещё пару секунд она раздумывала, подрагивая от стресса. Она резко, пугая Дарию и даже Маброка, подняла сверкающее глаза и довольно улыбаясь произнесла: - О да, Господин. Мой выбор будет справедлив. - Она сделала ещё один шаг назад и упала вниз с обрыва, надеясь, что делает всё правильно. Яркий свет озарил комнату. Юная Джонс, как и в самом начале бала, оказалась в руках Тёмного Колдуна Генри Бауэрса. Словно, читая мысли друг друга, они решились на эту дикую авантюру. Он сжимал её кровоточащую ладонь своей, не отрывая от неё глаз. - Господин, Жрец! Моё имя вам известно. Я колдун Тёмных и хозяин своего Ковена. Сегодня, я желаю принять Катарину Джонс к себе. Этот выбор справедлив и не был сделан по принуждению. Верховный слегка сощурился, оглядывая юношу, а затем всплеснул руками. - О, мальчик мой! Конечно я помню вас и ваш чрезвычайно редкий навык. Кровавый дар! - Позвольте! - Голос Маброка буквально срывался на крик, чем бесспорно, лишь веселил. - Ковен нельзя смешивать! - От чего же, друг мой? Бесспорно этого давно не практиковали, но я вовсе не против! Да будет так, Бауэрс. Леди Джонс отныне принадлежит стороне Тёмных! Прошу аплодисменты для юной леди! Казалось наивный старик ликовал, не замечая в упор озлобленных лиц своих подчинённых. Патрик, Виктор и Рэджинальд подошли к членам своего Ковена, опасаясь за их безопасность. Все они разом ощутили то, как краски сгущались, хотя торжество продолжалось, ведь теперь огонь погас и Жрец принимал оставшихся Новичков. Никто из парней не знал, что Генри решился на более отчаянный шаг. Хотя и сам Кровавый маг был не уверен решится ли Катарина. Однако сыграно было идеально, словно это был чётко спланированный план. Рэджинальд протянул барышне молоток, дабы та приложила его к ладони. Её уставший, но ласковый взгляд бесспорно радовал Хаггинса и он лишь кратко ей подмигнул. А вот Патрик тихо переговаривался с Баэурсом. Демон был в восторге и даже немного восхищался лучшим другом. Наконец-то, Бауэрс опустил Джонс на пол и ту сразу же подхватил Виктор, обхватывая талию барышни. Его губы бережно коснулись её лба, дабы забрать часть боли себе. Ощущения накрыли парня с головой - столько всего перенесла эта хрупкая юная колдунья. Джонс, хоть теперь и была окружена исключительно безопасными людьми, тревожно глядела на старика Мунлайта, который был горд своей ученицей. Несомненно Чарльз знал, что его время пришло и что последний раз видит этот мир. Жаль, что он не мог узреть, как Катарина Джонс сможет добиться больших успехов. Тем не менее, Профессор прожил свою жизнь так, как ему хотелось и он ни о чём не жалел. "Будь сильной, девочка моя. Когда ты будешь готова правда сама настигнет тебя. До скорых встреч, дитя". Лишь пара строк мыслей, прежде чем невидимая тень охватила тело старика, превращая того в кучку пепла. Рина не понимала, что испытывала в данный момент. Он не был ей отцом, даже сильно близким человеком. Просто хороший профессор, решивший, что именно она сможет справиться с бременем древнего писания. Тем не менее, внутри она горела агонией. Вместо слёз, юная ведьма, желала сжечь тело Мабрака, но только перед этим ввергнуть его жизнь в сущий Ад. Как минимум, несчастный старик Мунлайт ни в чем не был повинен, кроме общения с самой Джонс. Виктор крепко сжал девушку, оттягивая ту в сторону. Волна её эмоций теперь была ощутима для каждого члена Ковена и все они осознавали, лишь одно - они были в опасности. "Придётся действовать как-то иначе, Генри. Если мы останемся здесь, то вероятнее всего, нас убьют или того хуже" - в головах всей пятерых раздался голос Рэджи, что слегка смутило Джонс. "Не дрожи, Джонс-и. Это приятная деталь Ковена - связь между всеми его членами. Тем не менее, Хаггинс прав. Нужно бежать. У тебя есть план Генри" - Патрик нежно поцеловал руку Катарины, дабы не подавать вида, а затем развернулся, ибо заметил, как двери в помещении от чего-то стали запирать. Катарина подумала о своих вещах и Либруме. Благо, она предусмотрительно наложила на них заклятье, позволявшее быстро перенести рюкзак ей. "Рядом с Академией есть лес или хоть парк?" - спросила она, пытаясь не паниковать. Генри сжал девушку под локоть, ибо понял, что их начинают окружать. - Хокстеттер, перенеси нас отсюда. Живо. - Я ни разу не переносил столько людей! - Живо! - Заорал Генри, прежде чем в Ковен полетела целая волна огненных искр. Благо смесь адреналина и страха сыграла брюнету на руку и он мгновенно перенес своих друзей по теням. Это был густая чаща, которую ребята видели впервые в жизни. - Где мы блять, Патрик? - В голос крикнул Бауэрс, хватая друга за грудки. - Я ебу? Тебе было сказано, что я ни разу не переносил столько! Пока парни кричали друг на друга, Рина призвала свой рюкзак и достала Либрам. Какое-то слабое ведение было у девушки в голове, но она никак не могла его уловить, кусая щёку. Девушка видела зелёные просторы, деревья, камни, лес, цветы, но как это могло быть связано и почему она видела это именно сейчас. - Земля. Это всё касается стихий. - Быстро она забегала глазами по мху, лежавшему под фолиантом. - Вик, есть кто-то, кто сейчас занимается эльфийской магией? Парень на секунду застыл, а затем прижал палец к губам, на манер Джонс. - Кажется мне ясна твоя мысль. Друиды независимый, скрытый народ. Ждать от них помощи бесполезно, милая. Мне жаль. - Вместе с этим - мы станем для них чем-то ценным. - Рина указала на книгу. - Ты ближе всех нас к земле, призови их. - Я Некромант, как ты это себе представляешь? - Вик, у нас от силы пара минут. Они найдут нас и тогда всему конец. Позови их! Джонс была на пределе. Истощение и эмоциональная встряска действовали на неё угнетающе. Тем не менее, Крисс решил последовать совету подруги. - Совсем спятил? Друиды? Либрам? Нам надо уходить! - Приказным тоном заявил Генри. - Закрой рот, Бауэрс. Блондин прикрыл глаза и стал нашёптывать эльфийскую призывную молитву. Его ладони засверкали слабым светом. Бауэрс рыкнул и ринулся к парню, дабы хорошенько врезать ему, желая напомнить, кто здесь был Хозяином, но Джонс остановила его. - Мне напомнить, что теперь ты подчиняется мне, Катарина. - Это Ковен, Дорогой. И ровно также, как ты мой Господин, я твоя Госпожа. Раздался неприятный, рассекающий воздух, звук удара. Бауэрс часто дышал, глядя на девушку со зловещей улыбкой. - Знай своё место! - А ты своё. - Крисс, закончивший молитву и увидевший Катарину с текущей из носа кровью разозлился и с размаха ударил Генри под дых. - Хватит, достаточно. - Между друзьями стал Рэджи, выставив руки. - Возьмите себя в руки. Бурлящая кровь, пережитый стресс и накаляющаяся обстановка не давала мыслить трезва. Невзирая на это, Джонс обратила внимание на появляющиеся огоньки за спинами парней. - Это они. - Шепнула она, грубовато стирая кровь. - Хотите жить - идём. Неудачная попытка встать, лишь заставила девушку истерично засмеяться и выругаться. Всё это время, молчавший и наблюдавший Патрик, поднял девушку на руки и ступил в след за блуждающими огнями. Долгая дорога ждала молодых людей и чем дальше они ступали, тем более густой и неприветливый туман окутывал их. Становилось холодно и сыро, а земля всё более рыхлой, но они, словно под трансом следовали. Чей-то шёпот раздавался в голове, нашёптывая о Грядущем.