После полуночи

      Гону совсем не хотелось спать. Он честно пытался расслабиться и уснуть, но ничего не выходило. Часы показывали уже двенадцать, не то чтобы слишком поздно, но спать уже пора. Однако Гон действительно не мог. Кровать казалась какой-то неудобной несмотря на то, что Гон, при желании, и на голой земле спать мог. Номер отеля был наполнен светом. Яркие огни города светили в окно, а плотных штор почему-то не было. Гон, с досадой выдохнув, перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку, вдыхая едкий запах недорогого стирального порошка. Нет, уснуть ему точно не удастся, надежда была окончательно утеряна. Выдохнув еще раз, Гон повернул голову и посмотрел в окно. Яркий свет больно резал глаза, поэтому он перевернулся на другой бок и уставился на соседнюю кровать.       Светлая макушка Киллуа торчала из-под одеяла. Спит он или нет, Гон понять не мог. Однако полагал, что нет. Киллуа как-то слишком спокойно и правильно лежал, накрывшись одеялом, а не раскинувшись на всю кровать, высунув конечности из-под него. Но даже если он все же спал, Гон не станет испытывать особых угрызений совести, если ненароком разбудит его. Скука была сильнее чувства такта. Гон сел на постели и громче, чем следовало бы, позвал:       — Эй, Киллуа, спишь?       С соседней кровати донеслось недовольное бормотание. Киллуа выбрался из-под одеяла и посмотрел на Гона, сказав:       — Уже нет.       Холодный свет уличных огней освещал его лицо. На щеке отпечатался след подушки, волосы торчали в разные стороны еще сильнее, чем обычно. Однако Киллуа выглядел очень мило. Гон невольно улыбнулся, продолжая смотреть на него.       — Чего? — удивился Киллуа, когда взгляд стал слишком пристальным.       — Да ничего, — пожал плечами Гон. — Мне просто скучно стало. Не хочу спать. Да и ты не спал!       Киллуа смиренно опустил голову, признавая, что он действительно не спал.       — Давай телек посмотрим что ли? — предложил Гон.       В номере отеля это являлось единственным доступным развлечением. Конечно, можно было отправиться погулять, но одеваться было слишком лень, да и все заведения и магазины уже давно закрыты. То есть смысла в прогулке нет. Оставался телевизор.       — Ну давай, — равнодушно согласился Киллуа.       Наверное, тот, кто отвечал за планировку номеров в этом отеле, допустил ошибку. Телевизор висел не между кроватей так, чтобы его было удобно смотреть обоим постояльцам, а напротив той кровати, что стояла дальше от окна. Это была кровать Киллуа. Однако Гона это особо не смущало. И даже ошибка архитектора или строителей его не напрягала. Он быстро спрыгнул со своей постели и перебрался к Киллуа. Своим появлением он заставил последнего подвинуться. Но, кажется, Киллуа также против не был. Действительно, чего в этом такого? Они ведь лучшие друзья. К тому же они довольно часто вообще в одной постели вместе спали и ничего. Гону, на самом деле, даже нравилось. Спать рядом с Киллуа было тепло и спокойно, намного лучше, чем в одиночестве. Он бы с радостью всегда ночевал с ним, но они по привычке брали номера с двумя кроватями. Так было, вроде как, правильнее, но правильно не всегда означает хорошо.       Гон придвинулся к Киллуа, случайно задев его колено своим, и накинул на них одеяло. Киллуа устроился удобнее и потянулся к пульту. Он включил телевизор. В комнате стало еще светлее, но все равно недостаточно светло. Сохранялась некая завораживающая атмосфера, которая бывает только по ночам.       — Надеюсь, там будет что-то нормальное, — сказал Киллуа.       И тут Гон вспомнил. Если за что он и любил отели, так это за то, что там по телевизору всегда шло множество каналов. И некоторые из них были особенно интересны. Именно такой канал Гон решил найти, когда ночью стало скучно. Сперва он смутился собственным мыслям, но потом решил, что ничего страшного. Может даже будет весело.       Канал с фильмами для взрослых — вот, что его интересовало. Гон точно знал, что такие каналы существуют, и после полуночи шанс найти их увеличивается. Как-то раз он уже натыкался на подобное. Но тогда он тут же нажал кнопку переключения на следующий канал, когда лицезрел обнаженную девушку. Увиденное его несколько напугало. Но в тот раз Гон был один. Киллуа в этот момент то ли в магазин вышел, то ли в душе находился. Однако сейчас они были вместе, и это многое меняло. С одной стороны, конечно, это было еще более неловко, но, с другой, не так волнительно.       — Слушай, — начал Гон, — давай поищем эм… фильмы для взрослых?       — Фильмы для взрослых? — переспросил Киллуа.       В комнате было достаточно темно, но Гон все равно заметил, что лицо Киллуа залилось краской. Он и сам почувствовал, как кровь приливает к лицу. Еще было не поздно, отказаться от затеи, но любопытство Гона оказалось сильнее его сомнений.       — Ага, — подтвердил он. — Знаешь, после двенадцати по некоторым каналам такое показывают.       Киллуа покраснел еще больше. Он нервно откинул челку со лба и покачал головой. Гон так и не понял истинное значение этого жеста, но догадался, что Киллуа не особо хочет это делать. Ему всегда было свойственно смущение в подобных вопросах, неудивительно, что он инстинктивно не захотел соглашаться на приглашение Гона. Однако Гон был настроен серьезно. Он выхватил пульт из руки Киллуа и принялся переключать каналы.       По первым десяти ничего интересного не шло. Просто какие-то фильмы, реклама или развлекательные телешоу, но Гон сдаваться не собирался.       — Разве такие штуки не с восемнадцати можно смотреть? — напряженно поинтересовался Киллуа.       Гон усмехнулся.       — Тебя серьезно это останавливает?       Разумеется, Киллуа останавливало не это, а смущение, но ему надо было придумать хоть какой-то аргумент.       — Да не волнуйся ты так! — попытался успокоить его Гон. — Это же так любопытно. Мы немного посмотрим и все.       Киллуа тяжело вздохнул, но, кажется, успокоился и смирился с тем, что Гона ему не остановить. Он нервно поерзал на постели, желая найти более удобное положение, и нехотя сказал:       — Ладно.       Гон широко улыбнулся, продолжая листать каналы. Счастье подвернулось только на шестьдесят первом. В верхнем правой углу экрана висела яркая плашка «18+», все остальное место занимала девушка в красном кружевном белье. Сперва ничего особо не происходило. Она просто сидела на кровати и накручивала прядь обесцвеченных волос на палец. Но Гону уже стало интересно. Хотя сама по себе красотка из телевизора никаких эмоций у него не вызывала. Скорее воодушевлял именно сам факт того, что они смотрят нечто запретное. Гон наклонился вперед, чтобы быть ближе к телевизору. Киллуа же наоборот вжался в спинку кровати и испуганно наблюдая за происходящим.       Девушка лучезарно улыбнулась, облизала губы и приспустила шлейку бюстгальтера с плеча. Гона это по-прежнему оставляло равнодушным. Признаться честно, ему в принципе было все равно на женщин. Какой-то особой проблемы он в этом не видел, но порой все же хотел понять, почему так. Однажды он предпринял попытку поговорить на эту тему с Киллуа, но тот залился краской и убежал в другую комнату. Попытка с треском провалилась. Но, исходя из наблюдений, Гон мог с уверенностью сказать, что у Киллуа такая же проблема, как и у него, если это, конечно, проблема. Его тоже совсем не интересовали девушки.       С экрана телевизора Гон перевел взгляд на смущенного Киллуа. Внутри что-то дрогнуло и сжалось. На Киллуа смотреть было куда занимательнее. Однако появление на экране второго персонажа, способствовало тому, что он вновь обратил внимание на телевизор.       Это был мужчина. Полностью голый мужчина. Он забрался на кровать к девушке и тут же требовательно ее поцеловал, параллельно расстегивая ее лифчик. Выглядели актеры довольными, но едва ли их эмоции были настоящими. Гон это понимал, как понимал и то, что не испытывает никакого желания оказаться на месте того мужчины. Он вновь посмотрел на Киллуа. Тот, кажется, не дышал. Киллуа сжимал пальцами одеяло и смотрел в телевизор, широко распахнув глаза. Уголки губ Гона поползли вверх.       Мужчина продолжал действовать. Теперь он целовал девушку в шею. Она тихо стонала и царапала ногтями широкие плечи мужчины. В этот момент Гон начал чувствовать себя как-то неловко. И это была именно неловкость, а не возбуждение или какое-либо чувство, схожее с ним. Хотя, должно быть именно так.       Еще более неловко Гон себя ощутил, когда происходящее на экране произошло нечто удивительное. Гон ожидал, что логика фильма, который они сейчас смотрят, заключается в том, что мужчина и женщина займутся сексом, но неожиданно появился второй мужчина. И что будет дальше, Гон предположить уже не мог. Второй мужчина сперва поцеловал девушку. В принципе, это было предсказуемо, но потом… Потом второй мужчина поцеловал первого. И Гон, вслед за Киллуа, перестал дышать.       Почему-то это его зацепило куда сильнее, чем все, происходящее ранее. Поцелуй двух мужчин взбудоражил что-то у Гона внутри. Признаться честно, он почти никогда не думал о таком. Знал, что подобное существует, но не спешил соотнести свой отсутствующий интерес к женщинам с этим. Но теперь, кажется, связал, и его это несколько насторожило. Гон хотел было посмотреть на Киллуа, но не стал.       События на экране развивались стремительно. Мужчины избавили женщину от белья и перешли к более активным действиям. Она наклонилась к одному из них, другой подошел к ней сзади. Гон, вроде, и понимал, что происходит, но одновременно с этим не понимал вообще. В ушах отдавался стук сердца, ладони вспотели. Стало слишком жарко. Гон, не отрывая глаз от телевизора, сбросил с себя одеяло. Стоны девушки стали громче. Капли пота выступили на висках Гона. Он словил себя на мысли, что на девушку почти не смотрит, зато смотрит на мужчин. И чувствует что-то.       Пульт, который Гон сжимал в руке все это время, неожиданно исчез. Телевизор также неожиданно погас. Комната погрузилась в темноту. Разумеется, в относительную. Огни большого города по-прежнему светили в окно. Гон все же повернулся и посмотрел на Киллуа. Сердце начало биться еще чаще. Он попытался глубоко вздохнуть, а потом медленно выдохнуть, но получилось с переменным успехом.       Киллуа было не лучше. Он смотрел на Гона, не моргая, и тяжело дышал. Благо, спустя минуту или около того, ему удалось взять себя в руки и выдохнуть с облегчением.       — Кошмар, — только и смог произнести он.       Гон не понимал, согласен он с тем, что увиденное было кошмаром или нет, но определенно что-то произошло. Он ощущал себя более взрослым что ли. Гон впервые увидел, как люди занимаются сексом. Именно увидел, а не услышал или прочитал. Он примерно так весь этот процесс себе и представлял. Наибольшее впечатление на него произвел момент, когда двое мужчин поцеловались. В нем словно что-то изменилось.       Спустя некоторое количество времени они оба начали отходить от увиденного. Киллуа швырнул пульт на прикроватную тумбочку и упал на подушку, спросив:       — Ну и зачем мы эту гадость посмотрели? Неужели тебе понравилось?       Гон растерялся. На самом деле, он и не думал о том, понравилось ли ему. Он решил посмотреть взрослое кино любопытства ради, а не для удовольствия. Но, отвечая Киллуа, он, скорее, склонялся к отрицательному ответу. Ему не понравилось. Или было никак. Но точно не понравилось. То ли Гон еще был слишком юн, чтобы испытывать заинтересованность к интимным взаимодействиям, то ли его куда больше интересовал другой аспект романтических отношений.       — Не знаю, — покачал головой Гон. — Вряд ли понравилось. Думаю, что секс — это не настолько классно, как все говорят.       Киллуа закрыл ладонями покрасневшее лицо, а после перевернулся на живот и спрятал его в подушку. Надо полагать, ему так было проще.       — Может быть, — пробормотал он.       — Есть же много других классных штук, например, держаться за руки или обниматься, — предположил Гон. — Вот так, например.       Гон бесцеремонно лег рядом с Киллуа и положил руку ему на плечи, крепче прижимая его к себе. Киллуа вздрогнул, напрягся, но потом очень скоро расслабился и, кажется, почувствовал себя комфортно. Он повернул голову, случайно задев щеку Гона кончиком носа. Горячее дыхание коснулось его лица. Сердце Гона уже в который раз за вечер трепетно сжалось.       — Это намного лучше, — улыбнулся Гон, погладив Киллуа по плечу.       Было приятно. Киллуа казался слишком мягким и теплым. Даже неудобные отельные кровати больше не казались таковыми. Рядом с Киллуа лежать удобно где угодно, вне зависимости от того, будет это мягкая кровать с шелковыми простынями или сырая земля.       — Лучше, — согласился Киллуа, наконец отделавшись от смущения.       — Хотя…       Гон задумался. Пусть секс и представлялся ему чему-то ужасно неловким, он допускал, что делать это с любимым человеком может быть очень даже неплохо. Не даром же вокруг этой темы столько разговоров и слухов. Наверное, когда-нибудь в будущем, когда Гон повзрослеет, он был бы не против попробовать.       — Хотя? — переспросил Киллуа.       — Давай займемся сексом, когда вырастем, — предложил Гон, но потом тут же осекся, добавив: — Ой, то есть… Я хотел сказать, что… Извини. Просто я бы хотел заняться сексом с человеком, который мне нравится, когда я стану чуть старше. А ты?       Киллуа вновь напрягся.       — Фу! Нет, конечно! Я даже смотреть такое никогда больше не буду.       Он отвернулся от Гона уткнувшись лицом в подушку, но скидывать его руку со своих плеч и, тем более, отталкивать его от себя, какой бы неоднозначной ситуация не казалась, не стал. Спустя несколько минут не напрягающего молчания он промямлил:       — Ну может быть…       Гон улыбнулся. Слова Киллуа обрадовали его, и он испытал нечто подозрительно сильно напоминающее надежду.       — Ладно, — сказал Киллуа, — давай спать.       Гон был согласен. Нервное перевозбуждение сделало свое дело — ему наконец-то захотел спать. Гон оставил Киллуа в покое и намеривался вернуться в свою постель, но Киллуа вдруг тихо произнес:       — Оставайся.       Гон испытал прилив самого настоящего счастья. Широко улыбнувшись, он вернулся обратно, забравшись под одеяло. Гон всегда был немного наглым, поэтому он опять обнял Киллуа, не обратив внимания на недовольный вздох.       — Вообще я рад, что мы это посмотрели, — признался Гон.       Так и было. Он совсем не сожалел. Увиденное на экране что-то с ним сделало. Гон почувствовал себя лучше. У него, по непонятной причине, действительно появилась надежда и некое предвкушение.       — Заткнись! — потребовал Киллуа. — Спи давай!       Гон прикрыл глаза, довольно улыбаясь. Его улыбка стала еще шире, когда Киллуа обнял его в ответ. И пусть после сегодняшних событий внешне все осталось, как прежде, что-то все равно изменилось. Гон кое-что понял, касательно самого себя. Например то, что он совсем не против через пару лет заняться сексом с любимым человеком. И, кажется, он уже знал, кто этот человек.