Спор, который помог найти тебя

3 недели пролетели незаметно. Всё это время мы с Даном провели вместе. Гуляли, сходили в кино на какой-то боевик, сидя в конце и отсосав друг другу. В кафе были, где Дан меня приревновал к какой-то девушке и чуть не выебал прям в туалете. В том самом парке аттракционов. Прокатились на парочке, ели сладкую вату, целовались за углом. В основном ходили на деньги моего парня, но и я старался хоть на что-то потратиться. А вообще, я стал больше зарабатывать, что только плюсом. Конечно продолжаем ходить в школу. Там мы все ещё собачимся, тем самым создавая образ этаких врагов, чтобы никто ни о чём не догадался. Женьке я всё рассказал и он как друг обрадовался за меня. Сначала конечно удивился, но он был, действительно, рад. А также я всё это время созванивался с сестрой. Она рассказывала про бабушку, здоровье, про то что кушает, что делает и всё в таком духе. Ну и я рассказывал что-то из наших с Даном будней. Сегодня мы едем её встречаем. Я безумно этому рад, как и Маришка. Та вообще прыгала и танцевала от счастья. К нужному времени не успеваем из-за школы, но вроде Маришка сказала, что сама доедет на автобусе. Ну да, в принципе, она уже немаленькая, справится. Выхожу со школы, два часа дня. Сестрёнка прибудет на остановку через полчаса. Жду Дана за углом школы. Подходит ко мне и мы идём вместе встречать. — Как день прошёл? — решил поинтересоваться. — Да нормально в принципе. А ты как? — Тоже ничего. Очень рад, что наконец увижу сестру, — улыбнулся я, вспомнив о мелкой. — Я тоже. Понравилась она мне, — сразу тепло на душе стало. Два моих близких человека поладили. Что может быть лучше? Подходим к остановке и ждём. Любимый обнимает меня, растирая руками спину. Я прижимаюсь всем телом, положив голову на плечо. Минут через 15 прибывает автобус, из которого выскакивает Маришка. — Братик! — кричит она, бросаясь мне в объятия. — Привет-привет. Ну как ты? — весело спрашиваю, кружа её. — Всё замечательно, а ты? — как я рад, что она улыбается. — Я тоже хорошо, — смотрю на парня и улыбаюсь. — Привет, Даня, — подходит к нему, когда я её опустил. — Приветик, зайчонок, — потрепал её по голове и обнял. — Замёрзла? — спрашиваю и беру за руку. — Немного. — Пошли домой? — Пошли. Зайдя в квартиру, мы сразу стали размещать Маришку. Решили заправить кровать, на которой будет заяц, а сами на матрасе на полу, вместе. Не могу теперь без него спать, прям проблема для меня! Большая часть вещей осталась в портфеле. Что-то разместили на свободной полочке в шкафу. Освободили специально для неё. Необходимые принадлежности расположили на столе, где место было. В общем, кое-как разместились, но как говорится в тесноте, да не в обиде. Пообедали, Маришка рассказала как провела эти недели. Мы тоже чем-то поделились, а потом было решено идти гулять. Тепло одевшись, пошли в парк. Сестра, как обычно весёлая, погналась за белками, а мы просто гуляли, наблюдая за ней. — Какая она счастливая, — говорит Дан, с улыбкой смотря на неё. — Ага. — Ого! Ничего себе какие люди! — слышим насмешливый голос сзади. Поворачиваемся и перед нами предстаёт парень. Достаточно высокий, с тёмными длинными волосами, коротко обрезанной чёлкой, пирсингом в носу и брови, серьгой в ухе, и в тёмно-коричневом пальто. На лице расползается мерзкая ухмылка. В общем, неприятный тип. — Что ты тут делаешь? — мрачно спрашивает Дан. Неужели знакомый? — Гулял, да вот наткнулся на двух неудачников, — презрительно смеётся. — А это кто? Твой новый парень? Милашка, такому грех не присунуть. — Пошёл нахуй, — старается спокойнее сказать парень, но у него не выходит. Видна нервозность и ненависть. Сразу понимаю, что это бывший моего парня. Вижу, как любимый злится, с силой сжимая кулаки. Не хочу, чтобы ему было больно. Не хочу, чтобы вот так всё осталось. Пора поставить этого урода на место за то, что он сделал. Подхожу к парню и неожиданно для всех бью того по роже, разбивая ему нос. — Ты ебанутый? — кричит тот, злобно скалясь и поднося руки к носу, из которого начинает хлестать. — Пасть заткни, мразь недоделанная, — подхожу и бью в живот. Тот сгибается пополам. Жёстко хватаю его за волосы, поднимая голову на себя. Никогда ещё во мне не было такой сильной ненависти. Даже к отцу. Никогда ещё я не хотел так сильно задушить кого-то голыми руками. — Это ты тот урод, что изменил моему любимому, а потом напиздел родителям? Отвечай! — Пошёл нахер. Снова бью, тот падает. Сажусь перед ним, поднимая лицо. Хочет ударить, вижу как Дан дёргается, но неожиданно для всех перехватываю руку, скручивая её. Может я и не шибко сильный, но не слабее таких уродов. Особенно ярость придаёт сил. — Отвечай! — твёрдо говорю я. — Да, я. Ненормальный, блять, — отплевывается, пытаясь подняться, но я ему не даю. — Так вот знай, сука, ещё хоть раз подойдёшь к моему парню, посмотришь на него или что-то скажешь, — с силой придавливаю ногой его руку, от чего тот начинает завывать. — Заткнулся блять, — ударяю, чтоб тот успокоился. — Только посмей ему хоть что-то сделать или снова появиться в его жизни, собака подзаборная. Расплодили, блять, всяких тварей. Он страдал и ты будешь, если ещё хоть раз увижу. Понял? Я не поленюсь позвать друзей. Ты понял? Я тебя спрашиваю. — Да понял, понял. Отпускаю его, ещё раз ударяя. — Для профилактики. Оставляю лежать на земле, подходя к любимому. — Ну ты... — в шоке стоит парень, смотря на побитого парня. — Прости, если вдруг напугал, — говорю немного виновато. Да, я могу быть разным. И я ни за что в жизни не позволю обижать моих родных. — Ты был просто охуенен, — говорит, обнимая меня. — За это я тебя и полюбил, что ты не маленький хрупкий мальчик и можешь постоять не только за себя, но и за меня, — сердце буквально прыгает от счастья. — А как ты говорил... Меня аж завёл твой голос. Я восхищён и благодарен. Никто ещё меня так не защищал. — Я люблю тебя и всё только ради тебя. — А я ради тебя. *** На следующий день мы с Даном пошли в школу раздельно. В принципе как и всегда, только на этот раз я пошёл с Маришкой и предоставил классруку справку. Мне никто ничего не предъявил, как и Маришке, значит все отлично. Попрощавшись с сестрой, я пошёл на урок. — Привет, Жек, — говорю другу и обнимаю его. — Привет. А твой не приревнует? — усмехается друг. — К кому? — не понял я. — Ко мне, — вдруг выдаёт. — С чего бы? — удивляюсь я. — А ты сам погляди, — показывает кивком в сторону. Поворачиваюсь и вижу, что Дан, стоя неподалёку, недобро смотрит на нас. — Вот же идиот! Ну сказал же, что ты по девчонкам. Нет блин... — Знаешь, думаю нам следует познакомиться. А заодно, я познакомлю его со своей девушкой. — Погоди... У тебя есть... — Да. — Вот же, — ударяю друга по плечу. — А мне ни слова! — Ты тоже не всё про себя рассказываешь. — Но я же... Ладно, ты прав. — Как раз все познакомимся. — Окей, только спрошу у Дана. — Думаю он будет не против. — Да, я тоже... — Эй, Алекс, расскажи нам какого это сосать? — вдруг крикнул один из одноклассников. Все, кто находился поблизости, тут же заинтересованно повернулись и стали смотреть на разворачивающееся представление. — Чего? — чё этот полоумный несёт? — Ребят, он ещё и притворяется, — говорит второй. — Много хуев сосал? — спрашивает третий. — На жизнь хоть хватает? — Или есть определенный покровитель? Заливаются дружным хохотом. Растерянно смотрю на них, выискивая глазами Дана. Тот приближается сюда и он явно не в духе. — Что за бред вы несёте? — пытаюсь говорить спокойно, но дрожащий голос меня выдаёт. — Отстаньте от него, — говорит друг, но его не слушают. — Ты же гей. Разве нет? — спрашивает первый. — Откуда такая информация? — интересуюсь я. — Да вот поведали... — И какого сосать? — вдруг кто-то спрашивает в толпе. — Может нам отсосешь? — Хорошо заплатим! — Или ты зад подставляешь? — Так мы не против! Стали наперебой все выкрикивать, всё больше унижая меня. Чувствую, что ещё чуть-чуть и заплачу. Никогда не был в такой ситуации. — Отошли от него, — подойдя рыкнул Дан. — Чувак, ты чего? — удивляется первый. — Я сказал отвалили от него, — начинает звереть парень. — Ты чё эт, защищаешь этого пидора? — подозрительно прищурившись, спрашивает тот. Дан подходит близко к парню и с ненавистью рычит: — Если тебе так интересно, то я тоже пидор. А Ал мой парень. Только посмей к нему подойти со своими дружками, — говорит и с силой скручивает руку, вырывая болезненный стон у парня. — Или ещё хоть что-то сказать ему. Ты не только руки не досчитаешься. Твои родители тебя по частям потом не соберут. — Угрожаешь? — сквозь боль выдавливает тот. Дан сжал руку сильнее, отчего тот взвыл. — Я очень страшен в гневе, так и знай. И своё я обижать не позволю. Ты понял? Понял я спрашиваю? — Понял. Дан отпускает его. — А вы чё в стороне стояли? — вдруг спрашивает парень. — Так это твои проблемы. Мы не собираемся ни с кем сраться, — смеётся третий. — Ну вы и... Дальше мы не стали слушать. Отошли от парней подальше. Я тут же обнял Дана. — Спасибо. Только как бы потом проблем не было, — волнуясь, говорю я. — И тебе спасибо, — говорю другу. Тот лишь кивает, не желая нам мешать. — Не будет, я же рядом, — шепчет на ухо. — Теперь вся школа будет знать про нас. — Ну и пошли они нахуй. — Ты знаешь, что я люблю тебя? — заглядываю в глаза. — Хм, да нет... — чешет подбородок. — Впервые слышу. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя. — Это конечно всё мило, но к нам учитель идёт, — вдруг говорит Жека и мы отскакиваем друг от друга. — Можевелов! За мной, живо! — грозно говорит та. — Дан, точно всё будет хорошо? — начинаю волноваться. — Точно, не волнуйся. — Можевелов! Дан пошёл за ней, а я стоял и нервничал. А вдруг у него теперь будут проблемы? И всё из-за меня! Всё как всегда. Ну почему я доставляю близким одни лишь неприятности? — Ты не виноват, — говорит друг, хлопая по плечу. — В смысле? — смотрю на него. — Ну ты же сейчас себя винишь. — Я вслух сказал? — Да. Так что знай. Ты точно не виноват. И уж прости, но Дана никто не тянул тебя защищать и скручивать парню руку, — саркастично подмечает тот. — Ты прав, но... — С Даном всё будет хорошо, не волнуйся. — Откуда такая уверенность? — раздражённо спрашиваю. — Нуу... Эмм... Тут как бы директором является его бабушка. — Чего? В смысле? Ты серьёзно? — шок очень явно виден на моём лице. — А ты не знал? — Нет. Вот же... Вообще ничего про себя не рассказывает. Гад! — Пошли, а то сейчас мы пизды получим, — перевел тему друг. Наверное неловко стало, что разболтал. И правильно сделал! — Ага. После урока я не стал искать парня. Я так зол, что... Лучше не видеть его. Урод. Я ему значит всю душу вывернул, а он... Иду один, Жека куда-то ушёл. Не хочу, чтоб Дан меня заметил. Вижу того в коридоре и прячусь. Хоть бы не заметил. Видеть его не могу. Проходит в какой-то кабинет и я выхожу, быстро перебегая на другой этаж. Так проходит весь день. Бегаю от Дана, в столовке не поел, даже Жека помог, за что ему спасибо. Но... Как бы я не убегал, меня всё же поймали после шестого урока и затащили в пустой кабинет, закрыв тот на ключ. Парень явно разъярен. Глаза налились кровью, зрачки сужены, крылья носа раздуваются, выдавая всю ярость. — И где это ты бегал весь день? — раздражённо спрашивает. — Не твоё дело, — огрызаюсь я. — Ал, в чём дело? Ты не охуел ли? Весь день меня избегаешь, а теперь ещё и недоволен чем-то? — начинает вскипать. — Это ты не охуел ли? Я значит со всей душой, а ты... С хера ли я узнаю от друга, что твоя бабушка директор данного заведения? Почему? Почему не от тебя? — кричу на него. — Серьёзно? И ты из-за этого взъелся? — Ну если для тебя это фигня... — Я этого не говорил. — Блять, ты достал! Определись уже. Хочешь, чтобы мы были вместе, так не скрывай ничего, — тот подходит, сильно сжимая в объятиях. — Ал! Ты собираешься слушать или нет? Я не рассказал просто потому что забыл. Я с ней не общаюсь. Она не является членом моей семьи, также отвернувшись от меня, как и другие. И я не вижу в этом что-то важное. Будь она важна для меня, я бы рассказал. А так... Мне похуй на неё и всю семейку, — мне вдруг стало стыдно. Ну вот, обвинил своего любимого. Ну что я за человек такой? — Прости, Дан, прости. Просто стало невероятно обидно. Я не хочу, чтобы ты что-то скрывал от меня. — А я и не скрываю. И не смей больше так вести себя. Прям как истеричка. — Прости, — виновато смотрю на него. — Нет, — невозмутимо говорит тот. — В смысле? — Ты не заслужил, — злорадно улыбается и продолжает: — Пока... Но у тебя есть шанс. Прижимает меня к парте, нависая надо мной и начиная целовать мою шею. — Прямо здесь? — удивляюсь я. — Почему бы и нет. Дверь закрыта. Урока здесь сейчас не будет. Весь кабинет в нашем распоряжении. Так давно хотел трахнуть тебя на парте, — его слова заводят меня и в штанах становится теснее. — Ох, Дан, как же плохо ты на меня влияешь. — А по-моему ты уже испорчен. Ничего не отвечаю, грубо целуя его. Он ухмыляется в поцелуй. Кусаю его за губу, что лишь сильнее заводит его. Расстёгивает верхние пуговицы моей белой рубашки и начинает целовать всё до чего дотянется: шею, плавно переходя к чуть открытым плечам, ключицы, всасывая прямо под ними и оставляя засосы. Тихонько поскуливаю. Сажусь на парту, широко разводя ноги. Становится между ними, одной рукой обнимая за талию, а второй зарываясь в волосы. Снова целуемся, ощущая жар тел. До безумия заводит то, что мы здесь делаем. Что нас могут поймать, хоть дверь и закрыта, что кто-то увидит, благо здесь занавески. Да и от самой мысли, что мы сделаем это прямо здесь, в классе, на парте, хочется уже кончить. Дан переворачивает меня и я укладываюсь спиной на парте. Подтягивает мои ноги к себе и разводит их в стороны. Смотрит затуманенным от возбуждения взглядом. Проводит ладонью по моему бугорку, с силой его сжимая. — Ахх... — вырывается довольно громкий стон. Тут же прикрываю рот ладонью. Не хотелось бы, чтобы нас услышали и поняли, чем мы тут занимаемся. Любимый снимает мои ботинки, за ними летят в сторону и джинсы с трусами. Лежу наполовину голый на парте и немного краснею. Уж очень необычно просто. Снимает с себя штаны и трусы и подходит ближе. В руках показывается смазка. — Готов? — хрипло спрашивает и его голос настолько сексуален, что я невольно застонал. — Дааа... Беру ноги под коленями и развожу в стороны, сильнее открывая себя. Слышу его глухой стон. Видимо ему тоже уже не терпится. Чувствую холод в области ануса и ощущаю проникновение сразу двух пальцев, тут же активно двигающихся. Закусываю ребро ладони, потому что не очень приятно. Но Дан не останавливается и добавляет третий. Нечаянно стону в голос от боли. — Потерпи, — нежно шепчет, начиная гладить второй рукой бёдра, ноги, живот. Стараюсь расслабиться. Смазывает член, кладёт мои ноги себе на плечи и резко входит на всю длину, попадая сразу же по нужной точке, отчего боль смешивается с удовольствием. — Здесь? Киваю, не в силах ответить. Крепче берёт за бёдра и начинает активно вбиваться в меня. А я плавлюсь от того удовольствия, что проходит через всё моё тело, не зная куда деть руки. Одной закрываю рот, а другой тянусь к уже вот-вот готовому излиться члену, но мою руку перехватывают. Недовольно вздыхаю, мечусь по парте, не в силах прикоснуться к себе. Боже, как же хочется кончить. Начинаю скулить из-за невозможности довести себя до разрядки. А Дан лишь сильнее и резче входит, продолжая давить на простату. Я просто с ума схожу, находясь на грани. Чувствую, что вот-вот уже почти, но понимаю, что этого недостаточно. — Дан, — жалобно зову его. Знает гад, что потом же отомщу. Хотя походу он мстит за прошлый раз. — Что? — спокойно интересуется, как будто о погоде говорим. — Дай... Дай мне кончить, прошу, — умоляю его. — Без проблем. Наклоняется и целует меня, как-то особо сильно сжимая сосок, трётся своим животом о мой вот-вот готовый взорваться член, что я не выдерживаю и кончаю. Сразу же обмякаю, не понимая, что парень остановился. Придя в себя понимаю, что я уже стою на ногах, грудью лёжа на парте, а задницей к нему. — Продолжим? — усмехается и снова врывается в меня. — Ммм... — протягиваю я. Член снова поднимается, готовый к новому заходу. Сжимаю пальцами край парты, с силой прикусив губу. С бешеной скоростью таранит мой зад, тихо постанывая от удовольствия. Шарит руками по моей спине, бокам. Начинаю громко стонать, переставая контролировать себя. Наваливается сверху, вжимая в парту и закрывая одной рукой мне рот. — Тише... Ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — и снова эта усмешка. Этот шёпот до безумия заводит. Начинаю тереться твёрдым членом о поверхность парты. Дан это просекает и разворачивает меня к себе, жёстко целуя. — Я не разрешал кончать, — грозно говорит, поднимая меня за задницу и прижимая к стене. Обхватываю его ногами, болезненно кусая в шею. Чувствую вместо члена пальцы, которые кружат вокруг пульсирующей дырки. Господи! Как же сильно я хочу его в себе. Теку как какая-то сучка. Начинаю целовать его шею, чтобы он смилостивился, но тот непроницаем. Значит так, да? Беру указательный палец в рот, начиная его посасывать. Парень забыл, что хотел и теперь следит за моими действиями. Открываю рот, показывая как мягко скользит пальчик. Закрываю и снова посасываю, смачивая слюной. Вынимаю, медленно проходясь по губам, спускаюсь ниже, чуть отодвигая рубашку, и оглаживаю твердый от возбуждения сосок, еле слышно простонав. Парень тут же приникает к нему губами, всасывая его и одновременно с этим вставляет сразу четыре пальца. Меня буквально подкидывает от неожиданности. Откидываю голову, ударяясь о стену и выдавая ужасно пошлый и протяжный стон. Начинаю с силой насаживаться на пальцы, трясь достоинством о его живот. Подбрасывает меня на руках, снимая с пальцев, тут же заменяя их своим членом, выбивая из меня весь воздух. Приникает к губам, продолжая насаживать на себя. Обхватываю ногами его спину, прижимаясь ближе. Стоны тонут в поцелуе. В крови бурлит какой-то адреналин, будто нас вот-вот застанут в таком интересном положении, но следующие резкие толчки выбивают все мысли из головы. Понимаю, что я уже на пределе. Бархатная кожа головки трётся о его, чуть твердый живот, подводя меня к концу. Кусаю парня за губу, кончая между нашими животами. Сжимаю его в себе, через пару толчков он выходит и в пару движений доводит себя до разрядки. Приводим себя в порядок после крышесносного оргазма. Подходит ко мне, пытаясь обнять, но я остраняюсь. — Что не так? — недовольно спрашивает. — Ты козёл! — говорю и бью его в плечо. Не сильно, но ощутимо. — Не давал мне нормально кончить. — Ну тебе же понравилось? — усмехается тот. — Нет! Не люблю когда ты мучаешь и издеваешься, — говорю как-то обиженно. — Не забывай, это было наказание. Ты же хотел, чтобы я тебя простил, — шепчет на ухо, кусая мочку. Ммм... Дан, скотина ты такая! Но он прав. — Ладно, один-один, — обнимаю моего любимого парня. — Люблю тебя, — смотрю прямо в глаза, видя в них море нежности и тепла. — А я-то как люблю.