И покатился камень со скалы.

«Ожидаем вас с визитом» или «Ваши комнаты ждут вас»? Или сразу «не привезешь сестру – отравлю»? Столько вариантов, а выбор так и не сделан! Я уже несколько минут прожигала взглядом пергамент, пытаясь сформулировать вежливое приглашение в гости, от которого нельзя отказаться, для дражайшего супруга своей сестры, с недавних пор единственной. Согласно результатам наблюдений, брак был преступно бесплоден, супруга главы Яо большую часть времени была больна и находилась в своих покоях, откуда появлялась исключительно в дни визитов некоторых вассалов. Наличие в доме двух детей, подозрительно схожих с главой, с которыми обращались крайне благожелательно, несмотря на статус усыновленных, намекало на то, что наследниками орден обеспечен, хоть и не благодаря супруге главы. Несмотря на брачный договор, который, если так внимательно присмотреться, был просто проигнорирован, так как никаких преференций в сторону Юй не пришло, зато возможностями клана орден Яо пользовался не стесняясь, в котором четко прописывалось обязательство девы Юй родить в браке супругу наследника. В противном случае глава клана Юй имел право расторгнуть бесплодный брак и либо заменить деву, либо вернуть деньги. Сумма, конечно, была в договоре удивительно большая, но в записях доходов семей советников числилось достаточно золота, чтобы возместить с лихвой потраченные «усилия» главы Яо. Да, «В связи с беспокойством за здоровье моей дражайшей сестры, надеюсь увидеть вас на праздновании наречения официальной наследницы клана Юй», так будет достаточно вежливо. И причин не привозить мэймэй уже не придумать – о «болезни» упомянуто, и причина визита обозначена серьезная, так как на само наречение нового главы клана орден Яо представителей не прислал (их и не приглашали, но даже после стоило хотя бы засвидетельствовать свое почтение, даже орден Вэнь прислал вежливое поздравление). - Тетушка? – в приоткрытую дверь проскользнула тонкая фигурка. - А-Ин, а постучать? – мягко напомнила я, скрывая улыбку, когда мальчик понятливо кивнул головой и постучал по закрытой за собой двери. – что такое? - Тетушка, у меня есть вопрос, - мальчик робко подошел к моему столу и нервно сцепил руки. С момента моего визита в Пристань Лотоса и возвращения с двумя детьми прошло около двух недель. В письме главе Цзян я не столь придирчиво выбирала выражения, в которых описала результаты обследования целителями, которое показало мало того, что излишне большое количество физических повреждений на мальчике, но и характерные повреждения на золотом ядре Янли. Я постаралась как можно красочнее описать свое мнение о качестве образования и методах обучения в ордене Юньмен Цзян, пригрозив, что, если малоуважаемый отец моего племянника не возьмет ситуацию под контроль, то данные выкладки будут не только зачитаны с выражением вслух на следующем Совете орденов, но и расклеены на каждом столбе на подконтрольных ему территориях. Отмыться от такого уже не сможет никакой орден, будь он хоть трижды великим. Помимо физического вреда, причиненного маленькому сыну саньжэнь, целители нашли множество других проблем, обусловленных длительным проживанием на улице не в самом благонадежном окружении. Кстати, надо все-таки направить в Илин людей, там что-то излишне тихо после исчезновения целой саньжень, да еще ученицы Баошань. Эта тишина слишком нарочитая. А пока целители принялись за лечение, на первом же совместном завтраке, который больше походил на обед, так как поднимать детей с зарей было просто преступлением, было озвучено первое и главное правило нашего клана – есть вопросы – задавай. Если ответа на твой вопрос нет, тебе обязательно об этом скажут, если есть – ответят, даже если ответ тебе не понравится. Это правило сразу расположило ко мне и моего маленького воспитанника, и мою племянницу, которая серьезно кивнула головой и попросила разрешения писать своему диди. К сожалению, времени у нее на письма не оставалось, как и сил, так как позиция наследницы Юй требует особых навыков. Но разрешение у нее было, я же не зверь. - Что ты хочешь узнать? – ранее он уже подходил ко мне, сначала узнав, как ему меня можно называть, а после напросился ночевать со мной, нахалёнок. - Сестричка Янли, - он запнулся, бросил на меня взгляд из-под растрепанной челки (нет, надо что-то с его непослушными волосами делать), не нашел признаков гнева (чтоб моей сестрице в Диюе гореть!) и продолжил, расплывшись в умилительной улыбке, - очень хорошая, не надо ее наказывать! - Что вы натворили? – вроде донесений о шалостях не было, что, если честно, расстраивало, дети должны шалить, а А-Ин был излишне тихим для моего спокойствия. - Ничего, - мальчишка, поняв, что его точно не отругают и готовы выслушать, решился присесть рядом со мной на скамейку, чем я и воспользовалась, затащив на свои колени и решительно распустив растрепанный хвостик, - но Госпожа Юй, ой! – я легонько щелкнула его по лбу, напоминая, что Госпожа Юй тут я, - жена дяди Фэнмяня, много ругала сестричку, хотя она правда старалась! - Я знаю что она старалась, А-Ин, - я бережно перебирала волосы мальчика, распутывая колтуны, - но именно из-за своих стараний она сейчас так занята. - Почему? – я мысленно возликовала – наконец в ребенке просыпается любопытное чудовище, от которого еще наплачутся учителя. - Ты же знаешь, что такое «золотое ядро»? - Да, Тетушка! - Янли старше тебя, но занятия по развитию своего ядра начала относительно недавно, практически одновременно с тобой и маленьким Ваньинем. – Эта информация появилась после обследования целителей. И то, почему дочь главы Великого ордена, помолвленная с наследником другого Великого ордена, не обучалась наравне с другими адептами, оставалось пока невыясненным. - Да, она очень хорошо мне все объясняла, - мой воспитанник закивал головой, разрушая тщательно собранный хвост. - Вот именно, она быстро разобралась в основах и помогала вам, своим братьям, но результаты ее тренировок были, согласно общедоступной информации, на низком уровне. - Но она же старалась, - надул губы Вэй Ин, на что я чмокнула его в нос, вызывая смех. - Именно, твоя сестричка очень старалась показаться полной бездарностью, - пояснила я, - но за малостью лет не учла, что сдерживать свое ядро в момент развития не очень полезно, поэтому ей сейчас нужно дополнительно заниматься, чтобы исправить причиненный вред. Если бы она продолжила сдерживать развитие своего ядра, чтобы казаться менее способной чем ваш диди, который является наследником ордена Цзян, то постепенно ядро стало бы более хрупким, не способным на продолжительную работу и, возможно, она бы смогла только разово сделать что-то, что подорвало бы ее силы настолько, что она могла и умереть. Ожидаемо, ребенок на моих коленях захлюпал носом, развернулся и уткнулся мне в ворот ханьфу. Ну и ладно, для чего еще держать прачечную, если не для того, чтобы отдавать туда залитые соплями и слезами вещи? Я мягко качала ревущего мальчика, размышляя. Да, целители души особенно настаивали на том, что необходимо как можно чаще вызывать у ребенка эмоции, чтобы он не держал их в себе, знал, что его чувства важны, что он сам важен и не молчал, если ему плохо. Времени пока прошло мало, но, учитывая его возраст, гибкая детская душа уже потихоньку выпрямлялась, позволяя ему быть более открытым. Первым достижением было то, что он сам пришел просить разрешения спать у меня в покоях, честно сказав, что ему лучше спиться. Два дня назад он на ужине попросил добавки, растрогав всех, и теперь ему всегда ставили двойную порцию, а у каждого адепта в кармане были булочки, которые ему предлагали, как только он оказывался в зоне видимости. В его возрасте он тянулся вверх как молодое деревце, так что ограничений, учитывая график тренировок, который составили мастера-наставники, ему не ставили, а он и не злоупотреблял. И вот сейчас, он снова не прячет свой страх и свою боль, придя ко мне, доверяя мне. Я надеялась, что его ценность в своих глазах будет расти через отражения чувств окружающих, что не даст ему себя принижать. Он – сын Цансэ саньжэнь, ученицы Баошань саньжэнь, воспитанник клана Юй, названый брат Наследницы Юй и Наследника Цзян (и пусть Цзян Фенмянь может утереться). Не многим повезло так как ему. И мы не дадим ему впустую потратить выданные ему судьбой камешки.