Об удобных позах и толчках

***

       — Р-рик, я занят! — Морти вырвался из привычно загрёбших в объятия рук деда и на него же возмущённо уставился.        Рик смотрел куда менее возмущённо — скорее, похуистично.        — Чем ты, пиздюк, можешь быть за-э-э-нят? — густая бровь скептически взлетела вверх. — Дрочкой на своего любимого дедушку? Этим можно заняться и в корабле, — Рик, привыкший, что Морти обычно сразу сдаёт позиции, снова попытался схватить его, но тот, уперевшись ногами в пол, упрямо не хотел никуда идти.        Морти даже почти не обратил внимания на подъёб Рика — в своё время Санчез слишком сильно злоупотреблял шутками о его влюблённости в Джессику, что шутки об их весьма и весьма близких взаимоотношениях, которые они оба смогли принять совсем недавно, не задевали теперь никак. Вот вообще.        — У м-меня выходит двойка по БЗиЖ, — наконец угрюмо пояснил Морти. — Как старшеклассник, я не могу д-допустить подобное, — он показательно уселся за стол и уткнулся в тетради, как бы ставя ясную точку — он никуда не полетит.        Рик задумался лишь на секунду, вспоминая, что такое вообще БЗиЖ. Когда вспомнил — аж крякнул: безопасность здоровья и жизни, нихуя.        — Морти, блять, мы чуть ли не каждый день спасаем свои сраки, а ты не справляешься с таким предметом, как ёбанное Б-э-э-ЗиЖ? — Рик не скрывал своего недоумения.        — Может, потому я и н-не могу справиться, — Морти, кажется, слегка разозлился: — потому что я каждый день пытаюсь спасти свою, как-как-как ты выразился, сраку, прыгая с тобой по чужим планетам?!        — Ты ещё скажи, что тебя что-то не устраивает, — небрежно фыркнул Рик и резко схватил тетрадь Морти: — Чё вы хоть проходите-то... — его полупьяные глаза забегали по криво написанным строчкам — почерк его внука не отличался витиеватостью. Радовало, что хотя бы нет ошибок. — Землетрясения...        — Эй! — Морти вскочил с желанием вернуть свою тетрадь на её законное место, но не будь его дед ебучим троллем, он бы просто не был его дедом. Конечно, Морти чуточку подрос, но Рик всё ещё был выше и, блять, куда резвее, чем Морти, несмотря на свой довольно немаленький возраст. Поняв, что тетрадь к нему не вернётся, Морти обиженно насупился и, махнув рукой, взял учебник: текст там был объёмнее и непонятнее, зато с иллюстрациями (картинками, как говорил Морти) и хотя бы был вообще.        Санчез ухмыльнулся: его забавляло, как порой по-детски дул свои пухлоблядские губы Морти.        — Я-э-э думал, что подобную хуйню проходят в детском саду, — Рик презрительно кинул тетрадку на стол Морти, прямо под его нос. — Ты у меня умом не отличаешься, конечно, — продолжил рассуждать Рик, пропустив ещё один возмущённый восклик внука мимо ушей. — Но чтобы, блять, настолько... — он наклонился над Морти, желая сказать, что менять их супер-пупер-крутые приключения на это говно — решение имбецила, но заступорился, увидев изображение на странице старой книжки. — Э-это чё?        Морти ступор деда понял — и покраснел.        — У-удобная поза, чтобы защитить себя во время з-землятрясения, — еле слышно буркнул Морти, отвернувшись.        — Как по мне, это удобная поза, чтобы трахаться, — без обиняков заявил Рик.        Он, кажется, совсем забыл, что минут десять назад хотел забрать внука в очередную «прогулку» на одну планетку — спиздить несколько редких кристаллов, а потом, возможно, поебаться. «Прогулка», кажется, отменялась. По крайней мере, сегодня. Так и быть, он позволит пиздюку выучить урок. Даже поможет. Глаза Рика хитро блестели.        — Деду-э-шка предлагает тебе свою скромную помощь, — величественно произнёс Санчез, положив ладонь правой руки к себе на грудь, как бы показывая всю сердечную искренность его предложения.        — Аг-га, сейчас предложишь слетать на какую-нибудь планету, г-где землетрясения постоянное явление, ну уж спасибо, откажусь, — ворчливо ответил Морти, стараясь не отвлекаться от текста, что было очень трудно, когда в комнате стоял дед.        Труднее стало, когда этот самый дед подошёл и, начав массировать плечи Морти, подозрительно ласково протянул:        — Не предложу, Морти.        Парень недоверчиво повернулся к лицу Рика, пытаясь по нему понять, что тот задумал. А задумал тот что-то явно не очень хорошее. Задумки Рика Санчеза не могут быть хорошими. Гениальными — да. Хорошими? Ни в коем разе.        В своих подозрениях Морти убедился сразу, когда Рик всё также делано нежно шепнул, заставляя уши Морти принять оттенок спелых помидоров:        — Снимай штаны, пиздюк.        — Блин, иди ты нахуй, Рик! — тут же среагировал Морти.        — Нет-нет-нет, Мо-э-э-рти, на хуй пойдёшь ты, а не я, — Рик издевательски чмокнул его в щеку, обдавая привычным запахом алкоголя.        Морти вскочил и ошарашенно на него уставился, отчего Рик даже усмехнулся: ему нравилось наблюдать, как шестерёнки в голове Морти начинают работать. От резкости вскочившего Морти упал стул, на котором он сидел, создавая невообразимый шум — какого хера вообще обычный стул так шумит? Внизу послышались маты то ли Саммер, то ли Бет. Неважно, собственно, кого. Факт оставался фактом: в доме есть люди.        — Что-что-что, — Морти даже захотелось заплакать от этой его особенности пиздецки заикаться при волнении. — Что ты хочешь сделать?        — Не ломайся, как девстве-э-э-нница, — Рик сделал шаг к Морти. — Ты не настолько тупой, чтобы не понять, чего я от тебя хочу, — в конце концов, Морти всегда понимают, чего хотят их Рики. — Я тебя трахну, а ты выучишь урок — все в плюсе-э-э, — он взял учебник со стола.        Морти в который раз покраснел.        — Нас услышат, — во-первых, это, как минимум, не этично — показывать всем и вся свои отношения (ёблю); во-вторых, это уже как максимум, будет катастрофа и скандал, если кто-нибудь поймёт, с кем именно ебётся Морти.        — Да кому не похуй, Морти?        — Ну, мне кажется, всем, — начал Морти, но был перебит дедом:        — Опускайся на пол, пёс.        Морти нахмурился.        — Нет!        — Пидора ответ, Морти, ты хочешь отличную отметку или нет?        — Пидора ответ, — в тон ему резко ответил Морти, но решил больше не спорить — он слишком хорошо знал деда и понимал, что хуй тот отступится от желаемого, поэтому Морти либо всё-таки полетит с ним за этими сраными кристаллами и не выучит нужную тему, либо трахнется с ним сейчас и, возможно (только возможно), выучит урок. Конечно, лучше выбрать второе. Тут хотя бы есть вероятность.        Он в ожидании взглянул на Рика.        — Хули вылупился, я же сказал: на пол, — отрезал Санчез и, устремив взгляд в учебник, вслух прочитал: — «Падайте на колени и руки, где стоите. Это самая безопасная поза, чтобы отползти к укрытию».        Морти растерянно укусил себя за губу, зная, что точно весь горит огнём, и неловко приспустился на пол, принимая ровно такую же позу, как у нарисованного в параграфе мальца: колени и локти зафиксированы на полу, в то время как зад поднят чуть выше необходимого, ладони прикрывают затылок. Морти знал, что не прекратит смущаться никогда. Морти знал и то, что никогда не сможет отказать Рику — что-что, а ебёт он так, как, наверное, никто в этой Вселенной. С другими, правда, Морти не ебался. Но он даже проверять не хочет: Рик мудак, но Морти с этим мудаком хорошо. К сожалению, это — аксиома всех Риков и Морти.        Рик довольно похлопал тощий зад Морти и сам, не без кряхтений, встал на колени. Он отложил учебник и, порывшись в карманах своего халата, достал таблетку-очищалку. Он создал её специально для их с Морти развлекух: желание потрахаться могло настигнуть их в любой момент и не всегда рядом был душ или возможность в него сходить. Сейчас, например, Рик просто не хотел отпускать Морти. Говоря откровенно, его пиздецки бесит, когда Морти начинает уделять внимание чему-то или кому-то другому. Рик привык быть центром внимания всех в этом злоебучем мире и даже в других, Рику было похуй. Но стоило Морти, этому пиздюку, хоть как-то показать, что ему не интересно времяпровождение с дедом, у Рика срывало голову. Напрочь. Нет, он не утверждал, что он не безбашенный уже, но это было нечто другое. Это была зависимость. Рику не нравилось быть зависимым в одиночку, ему хотелось, чтобы от него зависели в ответ, в глубине своей прогнившей душонки понимая, что зависимость давным-давно обоюдная.        Он протянул ладонь с таблеткой к Морти, и тот без лишних вопросов проглотил её, уже зная, как работает эта пилюля: его организм «заморозится» на некоторое время. Он не обосрётся во время процесса, а хуй Рика не окажется в говне. Такая формулировка была самой простой и самой ненавистной для Морти: слишком... по-риковски, слишком мерзко. А Рику, в целом, было похуй: он мог продолжать трахать Морти, даже если тот и обосрётся, ведь он сам брезгливостью особо не страдал, чего не сказать о Морти. Невозможно представить его истерику и стыд, если подобное произойдёт. Потому таблетка и придумана. Всё для пиздюка. Всё для Морти.        Морщинистые руки свободно заползли под жёлтую футболку. Почувствовав, как спина внука покрылась мурашками, Рик самодовольно ухмыльнулся и продолжил: длинные пальцы прошлись по рёбрам, заставляя Морти дёрнуться, после чего опустились на пояс штанов. Морти боялся дышать.        — Хороший мальчик, — прошептал Санчез, зная, что внук представить себе не может, как сильно порой Рик хочет Морти. Рик был эгоистом. Эгоистом, который никогда не делится своим.        Смущение Морти не позволило ему огрызнуться, хотя язык чесался очень сильно.        Оттянув резинку тоненьких штанов, Рик спустил их вместе с однотонными боксерами. Морти что-то заскулил и совсем уткнулся в ковёр, обещая поймать в глаза какую-нибудь инфекцию. Ничего, добрый дедушка вылечит. Дедушка ведь всегда придёт к нему на помощь. Даже поможет выучить тему урока, какой бы тупой и лёгкой она на самом деле ни была.        Рик, не глядя, огладил сжавшийся анус внука пальцем левой руки, правой же — поднял тоненький учебник и начал читать, зная, что Морти просто не сможет думать о чём-то другом кроме этого: мысли будут возвращаться к тому, что они сейчас делают в стенах родного Морти дома, а это слишком постыдно. Корабль, любая другая планета, даже какой-нибудь земной магазинчик, — да любое, по правде говоря, место могло стать местом для их ёбли. На дом всегда было негласное табу. Но не Риком сказано: правила созданы, чтобы их нарушать.        — Итак, пёс, — Рик прокашлялся. — Землетрясение — это подземные толчки и коле-э-э-бания в результате сейсмических подвижек определенных участков земной коры, — Рик плюнул на свою левую ладонь и растёр слюну по дырке Морти. — Проявление: колебания земли, образование трещин, обвалы, оползни, сели и так далее. Земле-э-э-трясения занимают первое место в ряду стихийных бедствий по человеческим жертвам и ущербу, — палец проник внутрь. Не без труда и совсем немного. Ведь Рик, как всегда, забыл про смазку. С другой стороны, чего хотел пиздюк? С Риком всегда больно.        Морти мучительно простонал на это действие и неожиданно прохрипел:        — Блять, Рик, под подушкой... смазка под подушкой.        Рик хотел бы удивиться, вот только знал, что его внук, как бы сильно не строил из себя стыдливую овечку, тот ещё извращенец. Весь в деда. А дед скоро весь будет в нём.        Он развернулся и дотянулся до кровати Морти, под подушкой которой, как Морти и сказал, нашарил смазку.        — Какая ты сучка, Морти, — хохотнул Санчез, оглядывая внука и его выпяченный зад. «Сучка» давно стало заменой «пса». По крайней мере, в их игрищах.        — А т-ты... кобель! — обиженно просипел Морти, снова утыкаясь в ковёр — теперь по воле оказавшейся в его волосах руки Рика, снова отложившего учебник. Несмотря на обиду в голосе Морти, член пацана обижен не был. К счастью Рика, в сексе его внук был мазохистом. В любви, наверное, тоже, раз полюбил Рика.        — Ещё какой, — согласился учёный, убирая с головы внука руку и надавливая ею на другую смазку.        Палец более свободно снова вошёл внутрь, и Рик, подняв учебник, снова начал озвучивать параграф.        —Ощутив колебания здания, увидев качание светильников, падение предметов, услышав нарастающий гул и звон бьющегося стекла, не поддавайтесь панике, — палец ловко и привычно оглаживал стенки ануса. — Быстро выйдите из здания, взяв докуме-э-э-нты, деньги и предметы первой необходимости. Покидая помещение спускайтесь по лестнице, а не на лифте, — нудно продолжал Рик, пока Морти явственно желал прижаться к нему задницей — она оказывалась всё ближе к паху Санчеза, — Морти явно хотел всё больше. — Оказавшись на улице — отойдите на открытое место, площадь, пустырь, — к первому пальцу присоединился второй, и Морти громко ахнул. — Если Вы остались в помещении, то встаньте в безопасном месте. Если возможно, спрячьтесь под стол — он защитит вас от падающих предметов и стояков, — Рик осёкся, после чего усмехнулся, потеревшись пахом о зад Морти. — Это смотря каких, — Морти снова покраснел, и Рик не мог в мыслях не отметить: «Милый». — Держитесь подальше от окон и тяжелой мебели. Если с Вами дети — укройте их собой. Обязательно так и сделаю, — пообещал Рик то ли учебнику, то ли внуку, растягивая последнего движениями, которые принято называть «ножницы». Морти старался насаживаться на пальцы сам.        Он изо всех сил старался не издавать лишние звуки. Он помнил. Помнил, что где-то за пределами его комнаты есть Бет, Саммер или Джерри, а может и все сразу. Но пальцы Рика знали его тело слишком хорошо. Слишком хорошо, чтобы Морти мог справляться с самим собой. Чёртов Рик. Когда Рик убрал пальцы, Морти всё же издал звук — разочаровано вздохнул.        Рик только фыркнул. Он расстегнул ширинку собственных штанов, тут же приспуская их вместе с трусами. Обхватив левой рукой привставший член, Рик пару раз вздрочнул, растирая предэякулят по всей длине. Так сказать, для разогрева.        — В момент, когда вы почувствуете первые толчки, падайте на колени и руки, где стоите, — он наконец вошёл в Морти и толкнулся, хрипло и громко выдыхая. — Это самая безопасная поза, чтобы отползти к укрытию. Не забудьте сжаться, — словно в ответ на эти слова, анус Морти сжал его член, так сильно, что Рику даже стало бы больно, не будь он привычен к разного вида дерьму. — Это поможет вам сохранить свои внутренние органы. Не двигайтесь, пока толчки не прекратятся. Ясно? — он наклонился к уху Морти, опалив его своим дыханием и отбросив бесполезную, по его скромнейшему мнению, книжку, начал двигаться.        — Д-да! — чересчур громко ответил полустоном Морти и тут же испуганно зажал сам себе рот.        Он был слишком возбуждён, чтобы соображать.        — Тише, сучка, тише, — прохрипел Рик, тяжёло дыша — он и сам еле держался.        Но он не жалел о том, что это задумал. Рик Санчез редко жалел о своих поступках. Он хотел получить Морти — он, блять, это сделал. Ибо даже жалкие земные уроки — особенно они — не смеют отбирать у Рика его Морти. Ибо всё, о чём думает Морти, должно быть так или иначе связано с Риком.        — Бля-а-ть, — не сдержавшись, простонал Рик, подняв голову к потолку, но не сбавив темп. Его ладонь оказалась на шее Морти, но сжимать Рик не решался, понимая, что может не рассчитать силы.        Чтобы удержаться в этой «удобной» позе, Морти схватился рукой за ножку стула, что помогало, если честно, не особо, только создавало лишний шум — от слишком глубоких толчков ножка брякала о пол. Морти боялся представить, какие они сейчас с Риком вообще громкие, вот только возбуждение застилало разум слишком сильно, чтобы теперь об этом беспокоиться.        Рик вбивался в Морти, всё думая, как тот чертовски хорош. Сучёнок, не иначе. Если бы только Бет знала, что он делает с её сыном... А может, и знает. Сейчас они не особо скрываются. Не услышат только глухие, не поймут только тупые. Тупыми Рик считал всех, но в особенности — Джерри. Однако в противовес тупому уму, он имел длинный нос, и это Рику не нравилось.        «Плевать», — сказал сам себе Рик, снова толкнувшись в Морти.        «Плевать», — решил Морти, чувствуя, как сильно его хотят, несмотря на то, что берут уже.        В один момент прийдя к одному решению, в унисон они и застонали. Тонкий юношеский голос смешался с хриплым старческим. Рик в последний раз сделал резкое движение и, кончив, упал на Морти. Укрыл ребёнка собой.        Когда они оба отошли от умопомрачительного секса, Морти решился выйти из комнаты. Его радости не было предела, когда, обежав все комнаты, он не нашёл никого. Только записку от Бет: «Ушла в магазин».        — Не делай так больше, — попросил Морти.        — Брось, Морти, тебе же понравилось, — резонно заметил Рик.        Уставшему Морти было лень спорить.

***

       — Морти Смит! — резкий голос заставил задремавшего парня вскочить со своего места.        Учительница смотрела с подозрением: ей не особо верилось, что ученик, весь год пропускавший уроки и не делающий домашнее задание, исправился. Но она, убеждённая христианка, решила, что шанса достоин каждый, потому благосклонно решила задать парочку вопросов.        Каково же было её удивление, когда Морти быстро и чётко отвечал на всё. Было видно, что мальчик действительно усердно готовился к сегодняшнему уроку. Охнув, учительница без раздумий поставила ему «отлично» и разрешила сесть. Её смутило только то, что, рассказывая, мальчик был безумно красный. Но, наверное, от волнения. Вон как заикается. Бедняжка.        А Морти, вспомнив в мелочах вчерашний вечер, трясся, чувствуя, как по телу бежит пот. Рик действительно помог ему с уроком. Морти, наверное, впервые ему благодарен настолько. Правда... У него пиздецки болят колени. И жопа.