Вместе навсегда

✿ Сириус Блэк ✿

      Собираясь смотреть показательную дуэль между первокурсником и Флитвиком, который внезапно еще и мастером дуэлинга оказался (где только все эти годы талант прятал и почему в преподавателях ЗОТИ тогда какой-то Беллчант?), многого Сириус от нее не ждал. Ну что может противопоставить опытному и тренированному магу зеленый мальчишка, только-только взявшийся за палочку? Да даже если не только что. Они с Джеймсом вот, например, тоже ко времени поступления в Хогвартс в багаже знаний по десятку боевых чар имели. Вот так навскидку заклинание щекотки (причем как Titillando, так и Rictusempra), ватных ног, ослепляющее, косноязычия, связывающее, остолбенения, отталкивающее и щитовые чары. И все равно к Флитвику в ученики не набиваются и на старшекурсников с палочками наголо не лезут. Эти Принцы всегда были без царя в голове, зато с непомерно раздутым самомнением. Вот кому ни в коем случае с Малфоями родниться нельзя, иначе отпрыск такой парочки сам собой лопнет от гордости.       Желающих развлечься за счет бесплатного представления набралось столько, что у дуэльного помоста было не протолкаться и директору пришлось взяться за палочку, чтобы наколдовать вокруг него ступенеобразно возвышающиеся ряды на манер амфитеатра, ведь иначе тем, кто стоял сзади, не было бы видно решительно ничего.       — А ничего так, — устраиваясь поудобнее, одобрил задумку Сириус. — Поставить на Флитвика, что ли?       — Как будто найдется сумасшедший такую ставку принять, — фыркнул Джеймс. — Если бы шансы были хотя бы примерно равными, какой смысл в самом ученичестве?       — Тогда какой смысл в этой дуэли?       — Покрасоваться. Заработать репутацию. Предупредить всех заинтересованных. Сделать громкое заявление, — пожав плечами, Поттер с интересом подался вперед, глядя на поднимающихся на помост дуэлянтов. Дождавшись, когда они закончат с поклонами и примут стойки, он одобрительно заметил: — А Принц неплох. Держится уверенно, движения скупые, без ненужного позерства, но отработанные. Палочку держит каким-то странным хватом… немецким, по всей видимости.       А дальше началось то, отчего у Сириуса перехватило дыхание. Замерев, точно зачарованный он наблюдал самое невероятное, самое захватывающее зрелище в своей жизни. За мощными щитами все искрилось, сверкало, грохотало и взрывалось. Атакующие заклинания перемежались щитовыми и защитными чарами, часть атак дуэлянты развеивали на подлете, от других же предпочитали уклоняться. Они не брезговали пускать в ход и уловки, вроде связывающего или ослепляющего, а направленный на себя шквал камней Принц остановил мимолетным взмахом, чтобы тут же вернуть с удвоенной скоростью и хорошей кучностью в противника. Широкая, кривая усмешка и горящий вызовом взгляд на худом скуластом лице в тот момент были ослепительно хороши. Сириус пожирал глазами стройную, гибкую фигуру, представляя на его месте себя. Как бы он, да со всей этой мощью!..       — Показуха, — резким диссонансом встрял в его грезы наяву противно растягивающий интонации голос. — Прекрасно видно, что Флитвик сдерживается, иначе раскатал бы своего птенчика по помосту за пару секунд. Мы можем оценить силу заклинаний на простом и наглядном примере: бомбарда мастера дуэлинга даже не повредила выставленный преподавателями щит? Ха! На настоящем дуэльном поле их бы уже освистали. Но чего еще ждать от школьной самодеятельности.       Чувствуя, как от яростного возмущения глаза застилает кровавая пелена, Сириус резко обернулся, чтобы осадить насмешника, но замер в замешательстве, когда увидел, кто говорит. Бронак Маклагген, один из признанных авторитетов факультета и тот, на кого Блэк невольно равнялся. Сейчас же, глядя на отвратительную гримасу превосходства знатока, на то, как тот откровенно красуется перед сидящими рядом с ним и глупо хихикающими девицами, Сириус чувствовал, как прежнее уважение постепенно переплавляется во что-то совершенно иное. «А выйти и сказать это прямо в лицо Флитвику слабо? — мысленно закипал он. — Или мы только перед девчонками да в последнем ряду такие смелые?»       Внезапно рядом раздался спокойный, но звонкий и потому привлекающий внимание голос.       — Сдержанность наставника, выступающего против личного ученика, понятна и ожидаема, ведь цель ученичества состоит не в подавлении, а развитии. И наблюдая тот спектр чар, что мой ровесник демонстрирует уже на данном этапе, я испытываю невольное уважение и предвкушение его невероятного прогресса. Не сомневаюсь, что к пятому курсу мистер Принц сможет удивить даже столь взыскательных зрителей, как мистер Маклагген. Вот сможет ли уважаемый семикурсник противопоставить что-нибудь мастеру Флитвику или его, фигурально выражаясь, «в пару секунд раскатают по помосту»? Теряюсь в догадках.       Сириус мог подписаться под каждым словом лучшего друга. В очередной раз он убедился в том, насколько хорошо у Джейми коммуникативные навыки развиты: в трех-четырех предложениях Поттер взял и выдал все, что хотел сказать придурку сам Блэк. Вот просто с языка снял. Это талант.       Из-за инцидента с Маклаггеном он отвлекся и пропустил окончание дуэли. Когда Сириус снова взглянул на площадку, противники уже обменивались рукопожатиями и собирались расходиться.       — Вот же! — с досадой воскликнул Блэк. — Джей, ты конец видел?       — Временной лимит вышел, Сири. Так что технически это ничья.       — Лимит? А сколько длилась дуэль?       — Стандартный интервал, шесть минут.       — Всего-то? Откуда такие дурацкие сроки, Джи?       — Традиции, Сири, традиции.       — То-то я их никогда не любил. Но слушай, а пошли Принцу руку пожмем? Скажи, заслужил?       — А пошли. Не уверен, что мы одни такие окажемся, но почему бы не отдать должное таланту и настойчивости в его шлифовании?       — Вот-вот. Именно что должное отдать.       После успешной демонстрации возможностей Флитвик и Принц естественным образом стали центрами притяжения внимания. Причем аудитория, не сговариваясь, разделилась по возрастному признаку: учителя обсуждали итоги мероприятия с коллегой, а любопытные ученики забросали однокашника вопросами и поздравлениями. Успев колдовством исправить вызванные активными перемещениями огрехи в облачении и прическе, Принц держался с достоинством, улыбался скупо и слегка устало, и было видно, что поединок дался ему нелегко, но это только придавало его образу определенную романтичность. Как древнегреческий герой, укротивший многоголовую гидру. И хотя масштаб состоявшегося мероприятия был несоизмеримо меньшим, его свидетелей в значительной мере подкупал сам факт того, что событие происходило прямо на их глазах. Возраст героя также сказывался.

✿ Абраксас Малфой ✿

      Незапланированное письмо из Хогвартса помимо короткой записки от Люциуса содержало в себе зачарованный хрустальный пузырек с воспоминанием, просмотрев которое в Омуте памяти, лорд Малфой на некоторое время замер, раздумывая, как поступить со спорными новостями. Нет, в том, что о неком Шульце, затаившемся в самом центре магической Британии (и у них под самым носом), стоит разузнать побольше, вопроса не стояло, разнились лишь пути получения информации. И первым — наиболее простым, быстрым и логичным — было связаться с Горацием. Бывший учитель просто не мог оставить без внимания столь занимательного новичка, обязан был присмотреться и навести справки. Да, решено: стоит выделить время для посещения школы. Давно он Альбусу визитов вежливости не наносил. Тот, наверно, уже соскучиться по внезапным проверкам успел, расслабился, мхом порос… А вот после сведений, предоставленных Слагхорном, видно станет, стоит ли инициировать расследование, или немец и юный Принц не представляют собой серьезной угрозы.

✿ Джеймс Поттер ✿

      Как и отец поступив на львиный факультет, уже за первую неделю Поттер успел разочароваться в гриффиндорцах. Не все, но многие казались излишне шумными, наглыми и недалекими выскочками. Никакого боевого братства, так романтизируемого в исторических романах, скорее закон стаи и сильного. Прогибаться под старших желания не было, впрочем, равно как и тратить уйму сил на покорение местного Олимпа. Это как бисер перед свиньями метать. И Джеймс уже смирился было с мыслью, что им с Сириусом, поддавшимся на пропагандистские речи друга, предстоит семь лет держать круговую оборону в гордых одиночках, когда состоявшаяся учебная дуэль между Флитвиком и юным Принцем, выделенным мастером дуэлинга из числа прочих, знатно встряхнула школу.       Последовавшие за ней изменения буквально расправили крылья, заставляя поверить в счастливый шанс и давая ту возможность, за которую непременно стоило ухватиться. Итогом короткой пикировки с Маклаггеном — а этот исключительный образчик местной факультетской фауны ему с первого взгляда не понравился, и тут такой удачный случай оппонента лицом в грязь безнаказанно и обоснованно макнуть — стал резко возросший авторитет среди сверстников. Плюс сами старшекурсники ходили пришибленными, видимо, как и Сириус, переживая из-за упущенных возможностей. Последний другу уже практически плешь проел, сокрушаясь из-за материнского произвола и помешанности на теме безопасности наследника. Аргумент, что с Регулусом носились не меньше (если не больше: младший Блэк в младенчестве отличался слабым здоровьем и потому находился под неусыпным приглядом леди Вальбурги), во внимание не принимался. Загубленная молодость Регулуса в глазах Сириуса оставалась проблемой брата и не имела к наследнику Блэк ровно никакого отношения. Из-за своих же порушенных надежд он страдал регулярно и со вкусом.       — Ах, Джейми, — тоскливо вздыхал он, вперив подернутый поволокой печали взгляд куда-то вдаль и вглубь себя одновременно. — А я ведь всегда интуитивно понимал, что все дело в палочке. Дети — они тоже не дураки и все понимают. Уж точно получше зашоренных пресловутым «опытом поколений» и поднимающих шум по любому поводу родителей. Но мисс Принц я готов аплодировать стоя. Святая женщина. Умная, решительная, дальновидная. Сразу видно, что за будущее своего ребенка готова глотку любому перегрызть.       Получившийся образ «святой женщины» со слов Сириуса сильно расходился с тем, что в данное понятие вкладывали магглы, откуда и пошло выражение, но Поттер не собирался придираться к точности формулировок. Равно как и оспаривать комплимент. Хотя решение Принц изначально было спорным как с этической, так и с практической точки зрения, оно оправдалось, а победителей, как известно, не судят. Самого Северуса, вручая ему в глубоком детстве палочку, разумеется, никто не спросил, готов ли он к рискам и весьма вероятным последствиям, поскольку к тому времени, когда он мог бы принять осмысленное решение, момент был бы безнадежно упущен. И хотя Джеймс не был полностью уверен в том, что сам бы согласился рискнуть всем, в решимости Сириуса сомневаться не приходилось.       — Какая жалость, Джи. Одно только то, что существует Принц, немного примиряет меня со вселенской несправедливостью происходящего.       Поражаясь извивам его мысли, Джеймс попросил:       — Да? Ну-ка поясни, а то я что-то не могу уловить связи.       — Все просто. Принц на личном примере подтвердил верность приверженцев теории раннего развития магов и показал мне путь. Пусть не я, но дети мои не будут страдать. Нет. Я лично изучу проблему вдоль и поперек, чтобы впоследствии воспитать их как следует.       Глядя на его просветленное и одухотворенное лицо, Поттер даже поколебался, думая, стоит ли сразу спустить мечтателя с небес на землю, или дать еще немного повитать в облаках. И все-таки занудная педантичность Поттеров, которой мама вечно в шутку попрекала отца, взяла верх над дружеским участием. В конце концов прививка здорового прагматизма Блэку только на пользу пойдет.       — А выйдет ли? Все-таки твой сын наследником рода будет, а потому мнение леди и лорда Блэк тебе придется учитывать, хочешь ты того или нет.       Блэк вздрогнул, пораженный предательским ударом в самое сердце, а потом с чувством выругался.       — Вот что за засада, Джи! Мордред их всех побери! Шагу не ступить, чтобы не наткнуться на какой-нибудь запрет. Ничего нельзя, абсолютно. Решительно! За манерами следи, ругаться не смей, не ори, не дерзи, не прекословь, спину ровно держи, честь не роняй, дурака валять даже не думай!.. Достало! Я человек или домовой эльф на вольном выпасе?       От последнего образного сравнения Джеймс невольно фыркнул и пробормотал:       — А такие тоже бывают?       — Да плевать! Не о том речь. Мне душно, Джи, меня тиранят и связывают по рукам и ногам. Уже связали. Думал, хоть здесь, в Хогвартсе да на Гриффиндоре развернусь, но тут то же болото, только лягушки другие.       Поттер порадовался, что вытащил пребывающего в расстроенных чувствах друга подышать свежим воздухом и любопытных ушей в пределах видимости не наблюдалось, иначе подобная риторика могла выйти им боком. Авторитет семей — авторитетом семей, но берега путать все же не следует и хорошую мину надо держать, какие бы разочарования не мучили метущуюся душу. И хотя он искренне (ну почти) верил, что Сириус позволил себе столь смелые заявления исключительно по той же причине, проверять на практике не хотелось. Пусть уж выговорится, пока возможность есть.       — Точно! — вдруг встрепенувшись, Блэк застыл, как громом пораженный. А потом медленно развернулся к другу: — Джеймс! Я гений.       — Уверен?       — Абсолютно. Следи за мыслью. Маман мне, как наследнику рода, жизни не даст никогда. Так?       — Ну?       — И Регу тоже: на нем метка «победитель по жизни» с рождения. В смысле, раз уж над ним в любом случае из-за слабого здоровья трястись будут, так зачем нам двоим страдать? Он из-за маман так виртуозно атмосферу в доме читать научился, что ему последний раз… дай Мерлин памяти… лет в пять прилетало? Когда я ему на Комете прокатиться разрешил.       — Погоди. У тебя в семь лет уже своя гоночная метла была?       — Почему моя? Отцовская. Из-за этого сморчка нас и накрыли. Было бы из-за чего орать. Подумаешь, за люстру зацепился и с каких-то двух метров на козетку упал. Не на пол же.       — Подожди. Вы что, в доме летали?       — Ну не на улице же? Подумай сам, Джи, я ж не совсем дурной. Еще усвистит куда — ищи его потом по всему Лондону.       — И мать тебя просто выдрала? Леди Блэк?       — Просто? Ха! Ты думаешь, почему у меня до сих пор своей метлы нет?       — Святая женщина. Ангельский характер.       — Это сейчас юмор был?       — Дальше давай, на данный момент я ничего гениального не услышал.       — Так мы же еще к главному не подошли. Ты меня на метлу отвлек. Вот почему у нас любой разговор либо на квиддич, либо на боевую магию сворачивает, а, Джи?       — Не отвлекайся.       — Ну да. Вот. И чтобы всем стало лучше и проще — маман же в первую очередь, заметь — нам надо… как это правильно в шахматах называется? Произвести рокировку, о!       Джеймс нахмурился, пытаясь понять, чем одновременное перемещение короля и ладьи поможет Сириусу выйти из-под родительского контроля. Король же от данного хода королем быть не перестанет. Или же?..       — Рокировку? Ты хотел сказать, замену?       — Можно и так сказать. Разница в возрасте у нас с братом небольшая, по силе он едва ли от меня отстает, а фамильной спеси в нем на троих нормальных Блэков будет. Вот пусть и гребется со всеми своими чистокровными заморочками, от которых лично меня уже тошнит. Уверен, он только рад будет. Наследник Блэк — это же «деньги, связи, статус», да? А я за то, что добровольно и без драки ему все это добро отдам, себе ослабление поводка вытребую. Даже не отмену, нет. Послабление. Что невесту себе буду выбирать сам. Один. И они мне потом слова против нее и манеры воспитания ребенка… или сразу детей не скажут. Я ж исключительно на благо рода стараюсь. Веришь, Джи? На его усиление и защиту. Вот кому будет хуже от того, что мои дети будут на Принца похожи?       Поттер сделал над собой усилие и проглотил возражение, что без крайне специфического стороннего вмешательства дети Сириуса никогда не будут похожи на того Принца, которого они знали. Слишком разный темперамент, а кровь — не водица. В старых семьях подобное утверждение еще более справедливо, чем для магглокровок или простецов. В любом случае, друг имел в виду исключительно боевые навыки и магический контроль. Он очень на это надеялся.       — Допустим, — вместо этого кивнул он. — Идея хороша. С моей точки зрения. Вот только правильно подать ее леди Вальбурге — задачка уровня СОВ будет. Не как критика, но Блэки всегда отличались особой твердостью убеждений, а текущая леди дома — истинная Блэк во всех ее проявлениях.       — Ослиным упрямством, Джей, можешь не выбирать формулировки. И уровня ЖАБА, не меньше. Но! У меня есть убойный аргумент. Даже два.       — Ты меня интригуешь.       — Я ж говорил, что гений? Итак, барабанная дробь. Я. Ради рода и его усиления. Готов. Отказаться. От мечты стать аврором.       Медленно и торжественно произнесенные слова весомо повисли в установившейся тишине. Блэк выпрямился и смерил друга гордым взглядом победителя. Аргумент, действительно, был убойным.       — Ты это серьезно сейчас?       Сказать, что Поттер был поражен, значило не сказать ничего. Сколько он себя помнил, Сириус грезил алой формой аврора. Всегда. Когда бы его ни спросили о заветной мечте, карьере, профессии, деле жизни — он, не задумываясь, отвечал, что пойдет в аврорат ловить темных магов. Учитывая направленность магии Блэков, это звучало вдвойне пикантней. Никакие увещевания, нотации, наказания, воспитательные меры, хитрости, уловки, попытки торга и подкупа со стороны семьи за все эти годы ни на йоту не поколебали его убеждений. И вдруг такое смелое и категоричное заявление.       — Не делай того, о чем впоследствии станешь жалеть. Если мать поймает тебя на слове — пути назад не будет. Ни одного.       — Я твердо решил, Джеймс, — серьезное выражение лица Сириуса исключало любые подозрения на то, что это могла быть неудачная шутка. — Серьезно. Ты же тоже слышал Маклаггена? А он как раз в авроры и собирается. Более того, не далее как вчера громогласно объявил, что уже прошел тестирование на аврорских курсах и ему только набрать баллы на ЖАБА осталось. Мило, да? И ведь он не один там такой будет. Я по сторонам огляделся и понял, что что-то карьера аврора растеряла львиную долю своей привлекательности.       — Леди Блэк мы об этом не скажем.       — Ну разумеется. Наоборот, обставлю все, как огромную, чудовищную жертву на общее благо. Да она ради одного этого согласится почти на все, что угодно. Подумаешь, выбор невесты мне оставить, да? Я же не отказываюсь от женитьбы совсем? Наоборот: повзрослел и решил взять собственную жизнь в свои руки. Ответственно подойду к вопросу, рассмотрю кандидаток разве что ни под лупой, взвешу все плюсы и минусы…       — Допустим. Второй аргумент какой?       — Образ невесты. Она. Будет. Похожа… Внимание, барабанная дробь. На Лили Эванс!       Вот на этом моменте Поттер не выдержал и поперхнулся. Да, вульгарно и совершенно не подобающим наследнику старинной и уважаемой магической семьи образом, но и его можно было понять. Ведь Сириус нес какой-то бред.       — Эванс? Ты?! Это какой-то розыгрыш?       Более неподходящую, странную парочку было сложно себе представить. Скромная серая мышка с туго скрученными баранками и яркая красота Блэка; наследник одной из самых консервативных семей из «Священных двадцати восьми» и магглокровка; спокойная, тихая и рассудительная девочка и не вылезающий из переделок хулиган.       — Ты же мне сам говорил, что тебя только первые красавицы интересуют.       — Интересуют. Да. Но мы же сейчас не о привлекательности, а о браке говорим.       Слова Блэка звучали на удивление здраво и взвешенно. Даже как-то по-взрослому. Поттер смотрел на него и не узнавал своего легкомысленного друга.       — А брак — это навсегда. Я не хочу войны в своем доме, Джи. Где угодно снаружи — всегда пожалуйста, ты же меня знаешь, я за любую движуху обеими руками проголосую, но дом — это святое. Моя крепость. Место, где можно отдохнуть, куда приползешь любым — больным, истощенным — чтобы раны зализать и вперед, за новыми приключениями. А там, в моей крепости, меня должен ждать самый надежный и преданный союзник. Ключевое слово какое?       — Союзник? Надежный и преданный?       — Нет, это конечно тоже, но ключевое слово ждать. На месте. Растить детей, за хозяйством присматривать. И в неприятности не влипать. Потому что если оба родителя одновременно в две заварушки встрянут, могут и не разгрести. Я ведь за Принцем уже пару недель наблюдаю и понял знаешь что?       — Ну?       — Что он чертовски прав. Категорически. Вот такая мне и нужна. Миленькая, но ничего особенного, чтобы поменьше козлов вроде Маклаггена рядом крутилось. Умненькая, чтобы понимала, какие честь и доверие ей оказаны и какое сокровище ей досталось. И покладистая, чтобы вот так взять ее за руку и вести туда, куда нужно. Без каких-то вопросов и раздражающих замечаний. Чтобы я сказал — палочку ребенку в пеленки засунем — и не вопрос, взяли и засунули. А то, глядишь, как отец, придется вечность в кабинете баррикадироваться. А мать, она навоспитает. Уже. Вот взгляни на нас с Регом и с Принцем сравни. Я все продумал: как только подходящую девчонку найду, и мы с ней в основополагающих вопросах к согласию придем, — сразу же под Эванс загримируем.       — Под Эванс?       — Ну ты же видел ее! Эти жуткие баранки и тряпки, как из бабушкиного сундука. Нарси говорила, что старина Слагхорн от одного ее вида млеет. Мол, настолько размяк, что уже на первом курсе в свой клуб Слизней зазвал. Враки, конечно — там Принц и эта шумиха вокруг личного ученичества всему виной — но раз даже кузина этот образ отдельно отметила, значит, штука убойная. Как она там выразиться изволила? «Дух старой доброй Англии»? Вот им мы маман разить и будем. Осталось только невесту найти.       — И с леди Блэк предварительные переговоры провести. А то вдруг она тебе крылья на подлете подрежет, смысл тогда вообще это все начинать?       Про себя же Джеймс успокоился. После пассажа про кузину он понял, откуда ветер дует. Просто переобщавшись с родственницами, Блэк временно подпал под их тлетворное влияние, и как только морок развеется — его друг вернется в свое обычное, беззаботное состояние.       — Да, Джи.       — М-м-м?       — Я ведь что сказать хотел. У меня новости — бомба!       — Еще большая, чем твое решение отказаться от карьеры аврора, места наследника рода или попытки жениться на Эванс?       — Мерлин упаси! Даже в шутку не смей так говорить!       — Про Эванс?       — Ее лучше вообще не упоминать. Видел же, как Принц к ней неровно дышит? А нам кровь из носу нужно к лету с ним подружиться.       — С Принцем?       — С Принцем, Джи!       — Подружиться? Зачем?       — Чтобы напроситься в гости пожить.       — Пожить? Летом, на каникулах?       — В точку.       — Я даже не знаю, как на это реагировать. Это очередная твоя гениальная идея?       — Видимо, мне придется опять тебе все разжевывать. Что ж, это участь всех гениев — быть непонятыми средними серыми умами.       — Ладно, разжевывай, позер. В чем там смысл?       — В герре Шульце. Я все узнал, Джей. Специально с каждой кузиной отдельно пообщался. Чаю за это время выпил столько, что до сих пор где-то в районе ушей булькает, представляешь? Но страдал не зря. Ты просто не знаешь, кого мы видели…       Из пламенной речи Блэка выходило, что за исключительными талантами Принца стоял свой серый кардинал. Именно он, имея на руках готовый план развития способностей мага с колыбели, нашел подходящую кандидатуру на роль матери-героини; запугал ее отца так, что тот резко сказался больным (или даже сразу помирающим) и с тех пор уже второй десяток лет из поместья носа не кажет; а потом кропотливо год за годом дрессировал свое детище. Нет, вроде как там какой-то ритуал провели, и у Принца в отцах то ли сквиб, то ли вообще маггл числился, а сам немец кровного родства с ним не имел, но кто знает? Главное же заключалось в том, что сидели все они в максимально бедной в магическом плане местности ровно до того момента, пока Северус не научился идеально контролировать свои силы, после чего резко поменяли место жительства на максимально магией насыщенное.       — У него уже идеальный контроль, Джи, — горячо шептал Сириус, заговорщицки наклонившись к нему и азартно сверкая глазами. — А сейчас они на фазе, когда раскачивается мощь, тут к гадалке не ходи. Это настоящий монстр. Машина для убийств и разрушений. Sanguis Draconis. Принцы, к слову, как и Блэки свой род от боевиков ведут. Видишь, как все в руку? Совпадение ли это? Нет. Шульц себе именно боевика искал. А чем я хуже? Вот сейчас с Принцем подружимся, летом я его наставника обаяю и кандидатуру своего ребенка ему в ученики предложу. Заманчивое же предложение, он не сможет отказаться.       Поттер медленно кивнул, пытаясь переварить ворох новостей, открытий и предложений, вперемешку вываленных на него Сириусом. На фоне всего этого его не покидало крайне неприятное чувство, что пока он просиживал штаны на уроках и страдал фигней, вроде бы легкомысленный и порывистый Блэк мало того, что умудрился собрать и систематизировать крайне интересную и полезную информацию, так еще и, переосмыслив ее, пронеся через себя, изменить жизненные приоритеты, разложить все по полочкам и вчерне набросать вполне рабочий и толковый план реализации поставленных заново целей. В одиночку. За крайне короткий срок. А он в это время радуется, что в мелкой стычке Маклаггена на место поставил? И кто из них, получается, бездарь и инфантил? Данная мысль больно ранила самолюбие, но с другой стороны заставляла собраться и тоже уже что-нибудь предпринять. Иначе разрыв между ним и Блэком еще увеличится.       «Просто мы разные, — успокаиваясь, привел он аргумент в свою защиту. — Блэк, как и все боевики, тактик, но не стратег. И крайне плохой переговорщик. Если я сейчас не возьму дело в свои руки, вся его схема развалится на леди Вальбурге или диалоге с Принцем. Потому что в обоих случаях нужен деликатный подход, для которого Сириус просто не создан. И он прав: Регулус станет лучшим главой рода». Чем больше он размышлял, тем заманчивей казались слова друга. Если тот слегка отдалится от семьи, то станет той силой, на которую впоследствии сможет опереться как Регулус, так и сам Джеймс. Регулус же разумен и готов к диалогу. К тому же он так удачно младше, пусть всего на год, так что это они примут его к себе, а не наоборот. Подружиться с Принцем, разумеется, не выйдет. Его индифферентное, совершенно непроницаемое лицо в сочетании с цепким и колючим взглядом раскрывали характер гордого одиночки. Такие заводят друзей (и даже приятелей) крайне медленно и с оглядкой, взвешивают каждое свое слово и постоянно подсчитывают в уме все заслуги и промахи собеседника. Так что у Блэка просто нет шансов. У него — возможно, но точно не к лету. Даже не в следующем году. А если не подружиться? Подойти с просьбой поделиться информацией относительно методов развития, чем польстить его самолюбию? Откажет — будем другие подходы искать. Но от Гриффиндора особой изворотливости не ждут, так что эксплуатирование образа факультета может быть им на руку. Решено, так и поступим.       — С Принцем разговор вести я буду.       — Да не вопрос, Джи! Я ж разве против?       — А леди Вальбургу ты своими предложениями на зимних каникулах обрадуешь. К тому времени и речь отшлифуем и отрепетируем, и план окончательно до ума доведем.       — Есть, мой генерал! — Блэк взял под козырек и буквально засиял, довольный тем, что друг целиком и полностью на его стороне. — Вместе мы ж горы свернем! Ну что, тогда за дело?