Алая месть

Люди думают, что пытка — это боль.

Но это не боль, а время.

Время, когда ты медленно осознаёшь, что твоя жизнь кончена.

У тебя остался лишь кошмар.

***

Вениону опять снился сон с дьявольским ублюдком: По-началу он находился в темноте, но потом по помещению начали загораться алые огоньки света, открывая взору его личного дьявола, полулежащего на кресле, оттенка чуть темнее его волос. Поза была элегантной и расслабленной, красные волны волос ниспадали на бледное лицо, скрытое жуткой маской. Рубашка чёрного цвета, приоткрывала очерченные ключицы и фарфоровую кожу шеи. В руках его дьявола был очень тонкий нож..? Венион такого никогда не видел, да и предполагать для чего именно этот предмет не хотел. -Хаа, стоит изменить твоё положение. Раон, пусть он лежит горизонтально. -Хорошо, дьяволёнок! -Да-да, теперь можешь идти. -Удачных пыток, Венион! Я пошёл, дьяволенок! *Дьяволенок!?Какой к черту дьяволёнок, этот сумасшедший дракон..!* На самом деле в руках красноволосого находился скальпель. По его наблюдениям, в этом мире не было продвинутой медицины и похожих предметов, поэтому он сам создал эту вещицу. Вышел он невероятным, тонкое, очень тонкое, ужасающе острое лезвие, с изящной рукояткой, удобно лежащей в руке. Кейл знал о многих жизненно важных местах, засчет жизни Ким Рок Су, так что его игра будет смертельной для ублюдка, лежащего на койке. Начиная с самого ненужного, он будет вырезать все более и более значимые органы, пока Венион не умрет либо от боли, либо от отсутствия чего-то. Возможно некоторое он будет скармливать, чтобы тот почувствовал вкус своих органов, что звучит безумно интересно! Кто бы мог подумать, что герой королевства Роан-мастер пыток? Даже в мыслях Венион уже не прокручивает таковой вариант, просто мучаясь в объятиях дьявола, которого он уже привык называть своим. Ладонь, обтянутая чёрными перчатками, занесла скальпель над телом, с лёвой стороны, чуть ниже рёбер, делая средний по глубине надрез. Юноша долго размышлял, с чего ему стоит начать, по итогу остановив выбор на селезенке. Натянув ещё пару уже белых перчаток, он протянул руку к кровоточащей ране. Все это время Венион истошно кричал и молил остановится, молил дать ему жизни, но его игнорировали. Взгляд человека, со стоическими эмоциями на лице, был холодным, ледяным. Пальцы его дьявола уже начали проходить под кожу, уверенно двигаясь к нужному органу, Венион замолчал и просто рыдал, сжимал пальцы, а в мыслях просил остановится. Но чужая рука уже ухватилась за фиброзную ткань, сжимая, сжимая крепко-крепко. Резким движением, сопровождаемым громкими визгами, он вынул ладонь, в которой зажата селезенка. Кейл опустил глаза на руки, поморщился и отбросил не человеческий орган на стол. С отвращением взглянул на Вениона, выбирая следущий предмет, не заботясь о том, что мученик истекает бордово-алой кровью. Красноволосый двинулся ближе к столу, протягивая кисть к «петле», также созданный им предмет в этом мире. Пару раз он проводил достаточно мерзкую, по его мнению, операцию по удалению миндалин. Для Вениона и Кейла это должно быть неплохим развлечением. Закрепив рот мужчины так, чтобы он его не закрывал, не дай Бог откусит пальцы, юноша снова взял скальпель, прорезая им у оснований, после этих действий были слышны мычания, а так же мученик закашлялся, от собственной крови, которую приходилось глотать, что ему не было в новинку. Откинув тонкое лезвие в сторону, Кейл взял пинцет, придерживая куски мяса. Ладонь, в которой лежала «петля», приблизилась к миндалинам, практически без боли отрывая плоть. Но кровотечение у Вениона нигде не останавливалось, что разумеется не заботило красноволосого. Далее он без разбора оставлял различные ранения, от глубоких до средних, от широких до узких, сопровождая это сладким-сладким шепотом на ушко: -Ну, как тебе мой милый ублюдок? -Ну же, подожди немного и сможешь перекусить. -Не смотри так на меня, мой милый Венион, иначе и глазки выколю. К слову, Венион не поверил этим словам из уст его дьявола, за что потом и поплатился. Мужчина прикрыл веки, уже не имея возможности их держать открытыми, после чего получил тонкое лезвие, глубоко воткнутое в уже невидящий глаз. Открыв оставшийся, в паре сантиметров от лица стоял изящный юноша в жуткой маске, на которой были алые капельки крови. Приблизившись ещё ближе, начал нежно поговаривать: -Приятно, мой милый ублюдок? В следствие чего, рука красноголового потянулась к откинутой селезенке, пропихивая вглубь глотки, повреждая открытые раны миндалин. Венион захлебывался в собственной крови, давился собственным мясом, рыдая кровавыми слезами. Его дьявол под маской ухмылялся. В руках его уже находились такие привычные предметы, по типу хлыста, плетки. Неразборчивые удары, уже не слышные слова из чужих уст. Венион так привык к этому доминирующе-мягкому голосу... Но не смог он выдержать это, проваливаясь в сонную негу, а точнее:

***

Он распахнул глаза, снова видя свою мрачную и влажную тюремную камеру, украшенную вуалью паутины. Трясущимися руками притянул к себе ноги, укрываясь тонким пыльным пледом. Мужчина смотрел в одну точку, практически не моргая, вздрагивал от каждого шороха, что не было не замечено наблюдающим. Его все считали сумасшедшим, что не было ложью. Он и сам так думал.