Ирландские каникулы

Прошло несколько недель после того, как случилась автокатастрофа. Грейс уже освоилась в больнице, спокойно вставала и бродила по больнице, иногда заглядывая в разные палаты с больными. Однажды так бродя по отделению, она увидела в окне палаты, что доктор, который наблюдал за ней, увлеченно рассказывает что-то молодому человеку ее возраста. Он не был похож на больного, но выглядел он, конечно, очень сексуально. Темная длинная кожанка, коротко постриженные темные волосы, татуировка на шеи, темная футболка без принта. Больше Грейс ничего не смогла увидеть, так как этот неизвестный молодой человек посмотрел на нее через окно. Он сказал что-то доктору, и он тоже обернулся. Браун отвела взгляд от этой странной парочки и потихоньку начала ковылять в сторону своей палаты, но этот неизвестный юноша так и не выходил из ее головы. Буквально через десять минут, как она ввернулась в палату, зашел доктор. Его звали Лео, он был ординатором второго года обучения и уже смог миллион раз отличиться, работая в этой больнице. - Подслушивать нехорошо, маленькая мисс Грейс, - сказал он, ухмыляясь. Их отношения очень сильно изменились за последние две недели пребывания в больнице. Лео носил ей разные вкусняшки и шоколадки, но при этом никогда особо не лез с расспросами. Однажды Грейс попросила его остаться в своей палате вместе с ней, дело было уже к ночи, потому что последние дни ей было очень одиноко и она чувствовала тоску по своей матери и другу в Лондоне. - Я не подслушивала, мистер Лео, - говорит Браун, надувая свои щеки, - Скоро я не буду вашей пациенткой и мы могли бы встретиться за пределами больницы В тот вечер она рассказала ему слишком много о своей жизни, о том зачем сюда приехала и почему не очень хочет видеть своего отца. Он успокаивал ее. И тогда то все между ними изменилось, но врач и пациент не могут быть вместе, поэтому они ждут и ее отец выпишутся из больницы. - Конечно, Грейс, - говорит Лео и улыбается. Между ними до сих пор происходят какие-то непонятные искры. Они похожи на маленькие удары электричества. Сейчас они уже этого не замечают и предполагают, что это действие их феромонов. Ага, феромонов. - Не могу сейчас сказать тебе больше, потому что мне хочется крепко прижать тебя к стене и впиться губами в твои губы, но я не могу. Поэтому я пойду. Завтра я тебя уже выписываю, ты итак тут достаточно времени провела. А отец побудет еще пару дней, все таки операция - дело нешуточное. В глазах его горят огоньки и Грейс понимает, что он говорит правду. Правду обо всем. Она улыбается ему и когда он покидает ее палату, переворачивается на бок и старается уснуть. Как обычно во сне ей сняться кошмары. Дикие звери, волки, зайцы и тьма. Она просыпается от стука по прикроватному столу. Открывает глаза и видит перед собой тень. Пугается. - Что, сестренка, сняться тебе кошмары? Мычишь и хмуришься, - говорит тень. Грейс долго не понимает к кому это может быть адресовано, но когда наконец-то до нее доходит смысл сказанных слов, она пытается рассмотреть эту тень, конечно, ей это не удается. - Смотрю завела себе уже роман, реально ведешь себя как батя, такая же легкомысленная Медленно к ней все же приходит понимание кто это. Это Остин. И она не очень ему нравится, поэтому взвесив все аргумент - она просто молчит. Ей больше интересно, как он выглядит, потому что при свете нормального дня она его еще не видела. - Ну ты и козел, - говорит она и поворачивается на другой бок. Тень смеется. Он смеется и его смех такой заразительный. Неужели такой потрясающий смех может принадлежать такому козлу, как он. Что-то здесь не сходится. - Ты вообще неадекватный. Приходишь ночью, пытаешься напугать меня, - говорит Грейс, - Может ты убить меня пришел? - Не, Грейси, - мелодично протягивая мое уменьшительно ласкательное говорит Остин, - Не во второй раз Что он имеет в виду, Браун совершенно не понимает, поэтому просто закрывает глаза от утомительности этого диалога и засыпает.