«влюблённые - безумные»
5 октября 2022 г., 23:55
Примечания:
Буду благодарена за ПБ!
• Чонгук и Тэхён - https://pin.it/2BikVGT
🎶 Susie Suh x Robot Koch - Here with Me - https://on.soundcloud.com/6xUMf
«Всего одна буква, а смысл донельзя подходящий».
Алые разводы украшают молочную кожу, капли стекающие по мертвенно-бледному лицу, завораживают чужой лик. Он словно холст того самого обезумевшего художника: жёлтые гематомы, довольно старые, но всё такие же болезненные при новом ударе подошвы школьных сменных тапочек о тело. Радует лишь то, что это не уличные ботинки — было бы больнее, а ещё мама бы расстроилась, а ей это ни к чему, сердце и так слабое. Главное, чтобы не узнала, что происходит с сыном, что именно делают человеческие руки. Важно лишь то, чтобы она не поняла, что это не случайные столкновения с дверным косяком и лестницей. Важно лишь сохранять спокойствие единственного родителя. Ведь лишь благодаря ей, он всё ещё не сдаётся. Очередной учебный день подходит к концу: солнце медленно прячется за горизонт, изредка лаская лучами кончики ресниц, заставляя зажмуриться и прикрыть глаза от ярких лучиков. Школьные ворота открываются для ухода учеников, а охранник следит за порядком. Светлые коридоры пустеют, лишь задний двор насыщен грубым голосом, насмешками и звуками глухих ударов о тело, а после болезненный стон, который всё сложнее сдержать. Капельки слёз смачивают покрасневшие глаза и щёки, челюсть же, крепко сомкнута и не позволяет рту кричать от ужаснейшей боли во всём теле. Важно не закричать, не показывать, что больно, ведь этого и добиваются. — Отброс, — выплёвывает брюнет, в чужое, окровавленное лицо, которое заплывает от нового синяка с помутневшим взглядом. Невысокий парень смотрит с высока, усмехаясь полученной картине, что происходит под ногами. — Такие как ты, недостойны жизни. Просто сдохни уже, блять! — очередной удар носка обуви приходится по ребру, которое, к слову, скорее всего треснуло. Несдержанный крик всё же вырывается — он более не в силах терпеть эту ужасающую боль. Рядом стоят ещё пара старшеклассников, они словно и не видят всего этого, или скорее, не желают мешать своему другу. Один спокойно уткнулся в телефон, второй высматривает, чтобы никто не заметил того, что происходит за двором. Лишь один из парней, раскуривая сигарету, хмурится и болезненно прикрывает глаза. Он не любит наблюдать за подобным, но каждый раз его зовут с собой и требуют присутствия. Он каждый раз смотрит на избиение хрупкого парня, а после оставляет бинты и пластыри, шепча тихое «глупый», и уходит. Узкий разрез глаз следит за происходящим. Парень не вмешивается, ведь считает — каждый сам за себя. И его понимают, не винят. — По-почему?.. — хриплый голос, желающий узнать за что к нему так относятся. Тэхён всего-лишь хорошо учится, поэтому смог попасть в престижную старшую школу, хоть сам и родом из обычной семьи, с единственным родителем, которому требуется дорогостоящее лечение на сердце. Школа — это место боли и унижений, но точно не счастливых улыбок и смеха. Уж точно не с ним. Из-за того, что родители не имеют чёрных карт и пару бизнесов, ему приходится терпеть подобное. — Что я сделал?.. — Родился, нищеброд, — такой простой ответ, и каждодневные избиения лишь из-за денег. — Умри уже, мусор, — с чётким произношением каждой буквы, протяжно и в самое лицо, перед тем как отпустить копну чёрных волос, из-за чего голова ударяется о землю — новая струйка крови, окрашивает прядь волос. Последнее, что он помнит: подошва чужой обуви перед глазами, а после всепоглощающая темнота и холод с лучиком солнца прямо в глаза. Он не знает сколько пролежал на промозглой земле, но очнувшись, было уже затемно, а солнце давно спряталось, сменившись на растущую луну. Сегодня он пропустил смену в кофейне, но достав разбитый телефон, заметил смс от сменщицы, которая зная о ситуации парня, даже не имея информации о пропуске, заменила его. Молодая девушка, будучи хозяйкой небольшого кафе, с радостью приняла старшеклассника, войдя в его положение. Сейчас же пожелала отдохнуть, понимая, что он снова не сможет выйти на смену. Слёз давно нет, но руки дрожат, а ноги не чувствуют опоры и просто отказываются стоять на горизонтальной поверхности. Тэхён пытается встать, но снова и снова валится с ног на промозглую землю. Кулак старшеклассника весит словно тонну, хотя на вид тот не силач. Пак Чимин — главный зачинщик, сынок мэра, который считает себя если не богом, то президентом. А Тэхён обычный парень, который желает просто окончить школу, всего-то пара месяцев и всё закончится, ему требуется продержаться менее полугода, а после он сможет навещать маму чаще и найти деньги на операцию, а ещё работать больше. Рубашка испачкана в крови и земле, губы стягивает неприятной корочкой, а тело отказывается подниматься с земли, но всё же следует встать. Кое-как найдя силы, он замечает собственную сумку, а рядом небольшой кожаный блокнот. Там записано всё, хоть и простой кореец не поймет зашифрованных букв. Здесь все его желания, его мечты и месть, расписана в самых детальных подробностях, словно докторская статья. Подобрав вещи и хромая ногой, он покидает территорию***
— Что Вы имеете ввиду?.. — в непонимании шепчет, сжимая ручку потрёпанного рюкзака, слушая слова врача, словно находится на морской глубине. — Что значит: «ничего нельзя сделать»? Вы… — небольшой светлый кабинет главного врача, давит, а слова, что произнесли словно гром среди ясного неба, страшнее собственной смерти. — Вы ведь давали положительные прогнозы, последнюю неделю всё было замечательно… — Такое часто бывает с пациентами, которые находятся в подвешенном состоянии перед смертью. Может происходить усиленное выделение эндорфинов, что приводит к чувству эйфории, — обращает внимание мужчина. — Подобное не в новинку. Пациент чувствует прилив сил и полное, либо частичное, выздоровление, но это не так. Я лишь хочу Вам посоветовать, по возможности быть рядом. Госпожа Ким сильная женщина, но и Вам следует набраться сил… Мне жаль, но, Вашей матери осталось немного и… — врач не успевает договорить, Тэхён вскакивает с кресла и тут же покидает кабинет, направляясь к дальней палате, в которой находится мать. Длинный, пустующий коридор и однотипные двери в чужие палаты, проносятся мимо. Срываясь на бег, не обращая внимание на режущую боль во всём теле, он спешит к нужной палате. Палата №9 — словно проклятие, место в котором живёт его мать. Именно, что живёт, ведь более года ни разу не появлялась дома, в родных стенах небольшой, но уютной квартирки. Тэхён, остановившись перед белоснежной дверью, в небольшом прозрачном стекле замечает привычную картину, где мать облокотившись на спину, читает книгу. Дверь осторожно отпирается в сторону, а Тэхён, поджав губы, тут же натыкается на такие же глубокие карие глаза. — Тэхёна-а… — тянет женщина, счастливо улыбаясь, она тут же откладывает роман, протягивая руки для объятий. Настолько хрупкая снаружи, но сильнее всех, кого Тэхён встречал в своей жизни. Тэхён лишь старается не заплакать от вида множества трубок от капельниц и посиневших изгибов рук. На теле множество следов от уколов, а ещё кожа совсем холодная и бледная. Мама пахнет вовсе не привычным сладковатым парфюмом, с ароматом персика и цветочным оттенком. Она пахнет лекарствами, такими горькими и въевшимися в тело, что уже и не вспомнишь её настоящий запах. — Сынок? — обращается женщина, заметив застывшего сына напротив. — Как ты себя чувствуешь? Устала? — один и тот же вопрос, а в ответ привычное: — Как никогда прекрасно, — улыбается она, поглаживая макушку Тэхёна, который присел на недалеко стоящий табурет и уткнулся в протянутую ладонь матери, пока та наслаждается присутствием сына. — Ты ужинал? — утвердительный кивок, хотя это полное враньё. Тэхён только и успел перекусить булочкой в школьной столовой с утра. — Не забывай кушать, ты слишком худой. И обо мне не переживай, я всегда буду рядом. Нижнюю губу приходится закусить. Слёзы не сдерживаются, от чего белоснежная простынь намокает. — Не плачь, Тэхён-а, — хрупкая руки поглаживает дрожащую макушку. — Я всё понимаю, чувствую. Но ты, сынок, должен продолжать жить. В этой жизни правят деньги, к сожалению. И мне жаль, что я не смогу и дальше наблюдать за твоей жизнью. Но ты обязательно встретишь любимого человека. Только не ведись с теми, кто решит поднять на тебя руку, бей в ответ и живи ради себя. Ты… — женщина пытается сдержать слёзы, чувствуя как дрожит рядом сын, — обязательно живи счастливо, а я буду наблюдать и всегда буду рада твоему выбору. Каким бы он не был. Ведь ты — мой подарок судьбы, мой любимый сынок. И я всегда буду благодарна миру за возможность тебя воспитывать и наблюдать за твоими успехами. — Мам… — Тэхён отрицательно машет головой, поднимая взгляд, он тут же натыкается на материну тёплую и мягкую улыбку. Женщина осторожно протягивает руку, а Тэхён ложится с краю кровати, обнимая женщину поперёк талии, утыкаясь в прохладную руку и наслаждаясь любящими объятиями единственного родного человека. — Пожалуйста… не оставляй меня, мам, я… Хотя и сам понимает, что просит о невозможном. Ким-старшая всегда старалась ради сына, работая на двух работах, трудилась не покладая рук, из-за чего и возникли проблемы с сердцем. После смерти мужа, последние десять лет женщина мало спала и всё время работала, дабы сын не был обделён. Так же ей приходилось выплачивать долг почившего супруга. Более десяти лет, но сумма и по сей день остаётся на плечах семьи Ким. Однажды, взяв деньги на собственный бизнес, который так и не был начат из-за выкупа земли более влиятельными людьми, а деньги просто прогорели и долг начал расти всё больше. — Сынок, запомни, — вздыхая, начинает женщина. — Нет ничего невозможного, кроме смерти. Я это понимаю. Просто кто-то умирает раньше, а кто-то позже… От неё никто не в силах откупиться и, чтобы ты не делал в будущем, с кем бы не связал собственную жизнь, я всегда буду гордиться тобой. Главное для меня — это твоё счастье и твоя жизнь. А на остальных тебе должно быть плевать, кроме близких и выгодных тебе людей. Да, мои слова звучат жестоко. Но в своё время мы с твоим отцом связались не с теми людьми, а после поплатились за это. Но, знаешь, я не жалею. За всю жизнь я полюбила лишь двух мужчин: твоего отца и тебя. Ты моя кровь и плоть, моя гордость. Я люблю тебя, сынок… — Прости, мама, я снова не в силах что-либо сделать. Но я клянусь, что ты будешь мной гордиться, я пойду по головам, но ваше с отцом имя никто не посмеет осквернить. Я стану самим великим человеком. Тем, кем ты будешь гордиться, — шепчет совсем тихо. — Но не говори так, словно оставляешь меня… Мы ведь мечтали съездить за границу. Куда ты хотела? Япония или Венеция? — женщина лишь по доброму улыбается. — Я заработаю много денег и мы отправимся куда ты захочешь. Я клянусь… — Я и без этого всегда горжусь тобой. Тебе не следует просить прощение. Я рада, что у меня есть такой сын как ты. А жизнь… — на мгновение Тэхён прислушивается к размеренному дыханию матери и её поглаживаниям. — Жизнь слишком коротка, чтобы о чём-то сожалеть. Но, всё же, я жалею лишь об одном: что не смогу дать тебе материнского тепла. Но, сынок, — обращается к младшему, смотря в глаза, серьёзно произнося, — самое главное, твоя безопасность, комфорт и любимый понимающий человек. А кем он будет, не так уж и важно, ведь его отношение к тебе и ваше взаимопонимание и любовь — это залог счастливых отношений. По крайне мере, так было у нас с твоим отцом. Просто, Тэхён-а, будь счастлив, а я буду любить тебя с отцом… — на уровне шепота, в конце совсем тихо на самое ухо: — Любить, всегда… Не открывая глаз, так и лёжа под боком матери, он слушал её голос, окутанный мягким одеялом, прохладной и тонкой рукой, что расправляла его непослушные густые кудри. А Тэхён лишь вспоминал детство, где родители любили проводить общие ужины с включённым граммофоном и старой пластинкой, а после все вместе смотрели фильм на стареньком телевизоре в небольшой квартирке. Их жизнь никогда не была богатой, они не ели мясо каждый день, но отец всегда баловал сына, а жене покупал полевые цветы. Обычные ромашки, от которых глаза его матери сияли драгоценнее любых бриллиантов, а Тэхён лишь с улыбкой на лице жевал шоколад и тихо хихикал. Он хотел бы встретить такого же человека, с которым комфортно, с которым ты чувствуешь себя любимым и в безопасности. Человек, на которого ты можешь положиться, отдать всё без остатка, как и этот человек. Его родители были первой любовью друг у друга, хотя и принято считать, что первая любовь несчастна, но у них она была одной из тысяч. Они утопали друг в друге, пусть и прожили вместе не до самой старости, но любовь их навеки останется в сердцах друг друга. Тэхён всегда поражался, как можно настолько сильно любить человека, что даже ссоры отсутствовали, лишь мелкие недовольства, не более. А после улыбки и шутки с поцелуями в щёку и слова с прощениями. Тэхён задумчиво уткнулся в материн бок, но тут же заметил гробовую тишину и лишь одно-единственное дыхание — собственное. — Мам?.. — но в ответ не следует ни единого слова, лишь спокойная улыбка на лице, мертвенно-холодных губ. — Мама… — отчаянный шепот, а после болезненный всхлип. — Не бросай меня, мам… Тэхёну всего восемнадцать, и он лишился последнего члена семьи из-за порока сердца. Его родители наконец-то встретились, теперь же, на том свете.***
Встреча бывших одноклассников, не такое редкое явление, не считая того, что данная встреча уготована не для всех. Не многие нашли время для этого. Каждый из приглашённых получил звонок с предложением о встрече в самом известном ресторане столицы. Неделю назад был совершён звонок от секретаря, представившегося от собственного начальника, с предложением о встречи, да и выгодной, ведь, «всё оплачивает господин Ким. Вы ничего не теряете кроме личного времени». А вот какой именно «Господин Ким», было неизвестно, ведь в классе их было четыре человека — из-за распространённой фамилии, было узнать невозможно. Но и это не проблема, хоть из двадцати пяти человек, придти смогло только пять. А то, что позвонили только этой самой пятёрке, знать не обязательно. Чёрный «ниссан» паркуется перед трёхэтажным зданием с панорамными окнами и шоколадной кирпичной кладкой, без возможности заглянуть внутрь. Стёкла затонированы для прохожих, но не для посетителей ресторана. Мужчина ставит машину на сигнализацию, поправляя пуговицу на пиджаке, замечая ещё одно авто припаркованное прямо перед зданием, но оно не мешает обзору. Красненький ретро автомобиль сверкает под уличными фонарями и дополнительным освещением ресторана. Мужчина сразу узнаёт эту машину, уж слишком наслышан о данной модели, но не хозяине. — Добро пожаловать, господин Ким Намджун? — администратор почтительно кланяется перед мужчиной в горчичном костюме тройке, на что тот отвечает лёгким кивком, осматривая внутреннюю отделку ресторана. — Пройдёмте, остальные уже собрались. — Благодарю, — мужчина тут же следует за администратором. Ким Намджун, будучи обеспеченным бизнесменом, часто слышал о данном заведении. Он лично проезжал мимо него не один раз, всё-таки центр города. Но ещё ни разу не посещал это место. Ресторан «POENA» славится высокой итальянской кухней, а так же традиционной корейской. Свежайшие морепродукты, которые прибывают ещё живыми в специальных контейнерах, а фрукты и овощи с проверенных плантаций. Но самое известное в этом месте не просто еда, а атмосфера и редкий алкоголь, который доставляют лишь в этот ресторан, более никуда в стране. — Господа, — молодой, но внешне профессиональный администратор, знающий своё дело, снова кланяется перед всей собравшейся пятёркой мужчин, тут же выпрямляясь, — ещё раз добро пожаловать в «POENA», мы рады видеть вас в нашем заведении. Господин Ким и Чон подойдут с минуты на минуту. Так же, если вам потребуется что-то, я буду неподалёку. Приятного вечера, — снова почтительный поклон, но парня перебивает ухмыляющийся Пак Чимин: — Мы думали, что хозяин — это Намджун. Но кто же Ваш господин Ким? И что ещё за Чон? Вопрос который мучает всех на протяжении начала встречи. Всё ещё неизвестно о личности хозяина. Новостные паблики и известные каналы крутили информацию о новом и набирающим успех ресторане, но хозяина никто не видел, вместо него речь извещал его бизнес партнёр, а так же известный глава строительной компании, оправдываясь тем, что господин Ким заграницей и не в состоянии прибыть в Корею. — Простите, но господин сам ответит на все Ваши вопросы. А господин Чон, является членом его семьи. Более, я не в праве Вам ответить. Прошу меня простить, — молодой парень тут же скрывается за углом зелёной лианы, которая обрастает вокруг массивной колонны. А к столику подходит один из официантов в накрахмаленной классической рубашке и приталенных брюках, дабы обновить бокалы алкоголя. — Сколько лет, сколько зим, Намджун! Мы торчим здесь десять минут, но сказать имя даже не могут, что за… — недовольно извещает Пак. — Ну хотя бы пойло здесь отменное, — Чимин делает глоток шампанского, в наслаждении прикрывая глаза и вдыхая аромат дорогого алкоголя. — Не может же это быть Ким Юнхо? Да и вы видели тачку у входа? Известная коллекция, таких на пальцах пересчитать, да и только. А о цене я вообще молчу, айщ… — И тебе привет. Да уж, Чимин-а, а ты всё не изменяешь своим предпочтениям, — заметил Намджун, кивая на игристое в уже опустевшем бокале. — И да, эту машину трудно не узнать, я и сам её впервые вижу в живую. Aston Martin Zagato. Одна из девятнадцати экземпляров, и единственная в данном цвете и нашей стране на моей памяти. Цена переваливает за десятку миллионов евро, — имея бизнес связанный с авто, он легко узнал настолько известную машину. Это не приевшийся спорткар с рычащим двигателем и высокой скоростью. Эта ярко-красная машина, настоящая история, на которую так и хочется созерцать. — Давно не виделись, ребята. Честно говоря, я думал людей будет побольше. — Да, забавно, что мы собрались всё той же компанией, как в старые добрые, — ухмыльнулся Хосок, поправляя спадающие очки с прозрачными стёклами, всё с такой же неизменной улыбкой, которая лишь выдаёт привычного змея. — Я приехал с Чимином, и да, все надежды были на тебя, Джун. Тебе бы подошло кресло такого расфуфыренного заведения. — Я всего-лишь обычный бизнесмен, имеющий пару авто мастерских, не преувеличивай, — отмахнулся Намджун, обведя присутствующих взглядом, замечая знакомые лица, с которыми только недавно отдыхал в баре, ведь после школы пятёрка продолжила общение. — Да уж, за столько лет многое изменилось… — Но только не шум, который вы создаёте, — подметил Юнги, тут же прикрывая глаза, устало потирая переносицу из-за нарастающей головной боли. В тот же момент потянувшись за стаканом воды. Как обычно, он расслабленно выслушивал разговоры, нежели обсуждал интересующие темы. — И всё же, вас ничего не напрягает? Какой-то Ким собрал нас всех вместе, ещё и через секретаря. По итогу мы оказались в самом известном ресторане страны, где очередь к столику приходится ждать неделями. А о хозяине так и не нашли информации, о нём всё твердят, но он не показывается. А теперь мы спокойно распиваем алкоголь за который мне пришлось бы работать не один год, без учёта растрат этой самой зарплаты. Может, это такой развод или… — Джин не успевает договорить мысль, всех тут же отвлекает шум. Стук дорогой пары кожаных туфель о дубовый паркет разносится эхом, а после и переговаривающиеся голоса на слегка повышенных и счастливых тонах, заставляют обратить внимание на кованную лестницу, что ведёт на второй этаж второго зала. Сидящие в главном зале тут же слышат два незнакомых голоса, а после замечают статные фигуры. Двое мужчин одеты с иголочки, они спускаются по дубовой лестнице. Первый немного выше, в чёрном классическом костюме и чёрной рубашке расстёгнутой на две пуговицы, а так же брендовыми часами на запястье. Угольно-чёрные волосы уложены на косой пробор, а взгляд направлен лишь на своего спутника. Второй мужчина идентичного роста, возможно на пару сантиметров ниже, но выглядит ни чуть не хуже: тёмно-серый костюм, лишь рубашка чёрного цвета так же не сдавливающая горло, такие же часы, но другой модели и, что не привычно — кожаные слиперы от «Gucci» с открытой пяткой, позволяющие дышать стопам. Волосы слегка осветлены, отливают пшеницей с плавным переходом к корням. На лице же спокойное выражение. Он не отвлекается на окружение, лишь кивает своему спутнику и обращает внимание на единственных гостей в зале. В его взгляде тут же проскальзывает доля заинтересованности, а лёгкая улыбка озаряет всю пятёрку, но даже ребёнку видна разница. Так смотрят на мелкую мошку, что кружит перед лицом. В зале заметно холодает. — Прошу прошение за задержку. Дела, не имеющие отлагательств, — многозначительный взгляд ненароком падает на спутника, а после мужчина спокойно садится во главе стола, кивая мужчине за отодвинутый стул, на который и сам усаживается рядом. — А вы… — Чимин отставляет бокал с алкоголем, внимательно рассматривая лицо напротив, пытаясь напрячь голову и вспомнить кто перед ним. — Неужели не узнал, Чимин-щи? — спокойным тоном звучит. — Своего давнего школьного друга, — в данный момент хочется рассмеяться или же пустить пару пуль, но растерянный взгляд заставляет поднять настроение. В зале наступает тишина. Лишь внимательный взгляд второго мужчины с усмешкой, наблюдает за растерянным Паком. Все присутствующие нервно переглядываются, пытаясь вспомнить, кто именно сидит перед ними. Но мужчина лишь тянет улыбку, рассматривая всех прибывших, понимая, что те давно уже не напыщенные старшеклассники. Годы прошли, но никто так и не изменился, не внешне, а внутренне, стали ещё гнилее. И только Пак хотел вставить слово, пытаясь немного протрезветь, как мужчина тут же усмехается, откидываясь на спинку кресла, протягивая: — Добро пожаловать в мой ресторан. И да, познакомитесь, Чон Чонгук, второй глава «JK GROUP», — Чон лишь слегка кивает, любезно принимая чашечку чая, которую уже успел подать официант, зная о предпочтениях мужчины. — Ах, да… — медленно тянет. — Ким Тэхён, по совместительству основатель «JK GROUP». Давно не виделись, да, друзья? — последнее слово отчётливо бьёт под ложечкой, ком в горле не даёт сделать глотка воздуха, в то время как Тэхён наслаждается замершими лицами мужчин. — Тэхён? Тот самый нищий, что попал благодаря своим мозгам в Сеульский Интернациональный, а после пропал без вести?! — шокировано выпаливает Хосок, до этого переговаривающийся с Юнги, не сразу подумав о сказанном, будучи на эмоциях. Лишь после сказанного, прикрывает рот, чувствуя пинок от рядом сидящего Джина. — О тебе ни слуху, ни духу не было… — Как видишь, благодаря этим самым мозгам, я смог построить множество высоток в которых на данный момент живут все сливки общества. А так же я отстроил эту детку, — Тэхён обводит руками помещение. Зал ресторана не сияет золотом и гобеленами. Напротив, в помещении присутствует часть готики и модерна в ввиде множества живых растений. Просторно, но при этом довольно приглушённый свет дарит чувство уединения. — Думаю, вы слышали, что столик можно забронировать лишь на неделю-две вперёд, всё из-за того, что я терпеть не могу полный зал народа. К сожалению, приходится всё время таскаться с надоедливыми людьми. — Даже так, ты в любой момент можешь от всего и всех избавиться одним нажатием на курок, — невзначай кидает Чонгук, слова которого ввели многих в ступор. Чонгук же лишь ухмыляется, отпивая ароматный чай. Двусмысленный намёк. Пока что, не угроза. — Ты совершенно прав, мой дорогой, — в привычной манере отвечает Ким, соглашаясь со словами Чона. Присутствующие же не решаются узнать о данном обращении к мужчине. Они знакомы слишком долго и за всё проведенное время бок о бок, узнали многое, как хорошее так и скелеты в шкафу. — Ну что ж, не будем обо мне да обо мне. Как вы устроились? Я помню как ты, — Тэхён переводит взгляд на блондина, — Чимин, вечно твердил, что примешь компанию отца. Но… — вздыхает Ким, — что-то я не слышал новостей о великой семье Пак. — Кхм, — прочищает горло, тут же выпрямляясь. — Я, как и ты, являюсь хозяином довольно успешного клуба. «Burn», думаю, ты слышал о нём? Тэхён сдержанно усмехается, вспоминая об одном не самом дорогом и элитном клубе, хоть Пак и пыхтит как индюк, но ему однажды пришлось побывать в данном заведении. И то, что это место свободно можно прозвать той самой дырой где пьют до отключки, трахаются в грязном туалете. Перед этим щекочут ноздри амфетамином, а так же пьют дешёвое пойло, ведь то, что там подают и алкоголем назвать стыдно. Тэхён не знал бы об этом месте, если бы ему не пришлось забирать от туда младшего брата одного из приближённых к нему людей, так уж сложилось, что он проезжал мимо этого клуба и без труда помог подростку. — О, это тот самый, в котором был Бан Шин? — подмечает Чонгук, а Тэхён усмехаясь, в согласии кивает. — После той ночи он стал заядлым евнухом, хах, — двояко хмыкает, но все чувствуют как в данных словах проскочила насмешка. — Я помню то время, — начал Тэхён, — когда все утверждали, что безвкусный рис — это еда для бродячих собак, но я же мог позволить купить хотя бы миску раз в три дня, в то время как на лечение матери уходили огромные суммы, а мои друзья, помогали мне в поддержании физической формы, — при упоминании прошлого, Тэхён чувствует как тело напрягается, а желанная злость проникает в тело, но напряжённые лица сидящих напротив не дают сорваться. — Но, теперь многое изменилось, у каждого из вас собственный бизнес или достойная работа. Похвально, — в зале звучит два глухих хлопка. — Ну… — замедляется Джин, — если честно, было неожиданно встретить тебя. Все считали тебя без вести пропавшим, а про владельца ресторана ничего не было известно. Так что… ха-ха, — нервно посмеивается. — Прошлое стоит оставлять в прошлом, да?.. — Ким Сокджин нервно облизывает пухлые губы, чувствуя напряжённую обстановку вокруг. — О, Джин, не следует так стесняться, точно не тому, кто предпочитает менять множество барышень, вместо влюбленной глупой молодой жены, — невзначай отмахивается Ким. — Но, так как меня это не касается, то думаю, ты бы мог рассказать о своей работе? — Чт… — растерялся мужчина, не ожидая, что то, что он настолько рьяно скрывал станет известно. — Я всё никак не привыкну к твоим шуткам, ха-ха… — нервно усмехается, отмахиваясь. — А насчёт работы… Я кредитный эксперт в центральном банке, ничего интересного, да… — Как скажешь, — кивает Тэхён, оборачиваясь к Намджуну. — Намджун, я слышал, что ты открыл новый салон? — А, это, — раздумывает Ким. — Да. Подобный бизнес довольно дорогостоящий и требует много сил. Но я не жалею. Я видел при входе одну из первых коллекций Zagato. Твоя? Она прекрасна, не мог не обратить внимание. — Да, одна из. Мы любим собирать редких красоток, — Тэхён поглядывает на Чонгука, тут же слегка улыбаясь, на что Чон довольно произносит: — Прямо как ты, — загадочно усмехается. — Особенно наше знакомство. — Не преувеличивай, — отмахивается. — Мин, а ты… — Разработчик «CJ Corp», в химическом отделе. — Так и думал, что ты выберешь место в наиболее спокойном месте, — Тэхён кидает загадочный взгляд на Мина, но тот не отвечает, лишь прячет спокойную улыбку за бокалом ликёра. Чонгук понимающе поглядывает на Юнги, отмечая, что тот как и всегда не выдаёт ни единой эмоции на лице. Даже спустя десять лет, он как и был незаинтересован, таким и остался. В прошлом лишь редко отвечал четвёрке, выбирая размеренный способ жизни, поддерживая общение с теми, только из-за того, что его вечно тащили за собой, а ему было не холодно и не жарко. — Так всё это, — подаёт голос Хосок, — благодаря спонсорству? — Спонсорству? — выгибает бровь Чонгук, недовольно кривясь, словно Тэхёна негласно обозвали шлюхой. — Всё, что вы можете видеть, включая все те новострои в столице — благодаря Тэхёну. Он тот, кто добился всего этого, в то время как я, являюсь его силой, он же мозгами. Без головы невозможно добиться успеха, как и силы. Но не имея первого, второе без толку. А наше знакомство… — замолкает Чонгук вспоминая тот уверенный взгляд при их первой встрече. — Я предложил ему застрелить надоедливую крысу, — Хосок неравно сглатывает ком, а за столом воцаряется тишина. — И, как вы можете видеть, мы по-прежнему вместе, — не отвечает напрямую, давая время на размышление. — Тэхён и убийства? — усмехается Чимин, пуская смешок. Всё ещё не веря, что тот робкий и ни на что не способный подросток, который скрючивался на земле, пока Чимин наносил очередной удар, а остальные наблюдали, может кого-то ударить, не говоря об убийстве. В прошлом — да. Но время меняет людей. Чонгук с Тэхёном окидывают взглядом блондина, от чего по телу пробегают мурашки из-за холодного взгляда, что многих настораживает. А после, лишь спокойно распивают напитки, замечая официантов с ужином и администратора, который почтительно приветствует Кима и Чона. — Джихён, через десять минут все свободны. Разделите ужин между работниками и отправляйтесь отдыхать. На этом всё, — отдаёт поручения Ким, а после обращается к сидящим. — Давайте ужинать, мои люди старались. Надеюсь, всем придётся по вкусу сегодняшний ужин, — он не собирается отвечать на столь провокационный вопрос Пака, но, кажется, все кроме Чимина поняли, что ответ будет положительным. 10 лет назад. Прохладные капли спадают с кончиков тёмных волос. Холодный ветер треплет лёгкую ветровку, совсем не подходящую столь суровой погоде. Одежда полностью промокла и обрела дополнительный вес. Холодно, сыро, темно и очень больно. Но не только телу, а и душе. Совсем один, Тэхён сидит на лавочке вдали от центрального входа в больницу. Теперь не имеет значения все те труды и потраченное время. Какая к чёрту разница, если человек, ради которого он не спал ночами, теперь лежит под белоснежной простыню, и не в силах ответить или сделать глотов воздуха. Холод, голод, до омерзения промокшая и испачканная одежда, а под ней сплошные гематомы и шрамы — всё это вовсе не ощущается. Он опустел и потерял все цвета и чувства. Мир настолько несправедлив, забирая самых лучших первыми, а мразей в самом конце, в глубокой старости. Тэхён просто мечтал жить спокойную жизнь с матерью, он просто хотел наслаждаться её улыбкой и мягкими касаниями к макушке, а ещё редкими ругательствами с просьбой надеть шапку в прохладную погоду. Но подобному не суждено сбыться. Теперь нет. Тихие, неторопливые шаги, были слышны даже сквозь мелкий неприятный дождь. Мужские кроссовки появляются перед опущенным лицом и собственными ногами. Теперь же, голова Тэхёна скрыта от дождя чужим зонтом. Человек напротив не произносит ни слова. Тэхён понимает, что никто из знакомых не стал бы делать подобного, их просто нет. Теперь у него никого нет. Он поднимает немигающий взгляд. В руках у мужчины тот самый блокнот, совсем сухой, но Тэхён замечает, что его просматривали — тонкая нить расположена на другой странице. — Если бы у тебя была возможность совершить всё то, что запечатлено на этих страницах, ты бы и вправду сделал это? Приятный низкий голос, совсем спокойный, словно человек рассуждает о погоде, а не о желании отомстить, а так же непонимание почему богатые настолько надменные. Подробно расписанные страницы, вдоль до края белого переплёта заполнены отчаяньем. Словно Тэхён не писал о внутренних переживаниях, терзаниях и о том, несколько же он устал. От себя. От людей, которые, имея деньги, перестают ценить простой народ и мелочи жизни. Тэхён не находит слов, но мужчину это не останавливает. — Умно, скрыть всё это. — Морзе… — совсем тихо. Всё что он писал было зашифровано азбукой морзе, но не простой, а словно всё это обычные кляксы, мелкие мазки и цифры. — Теперь это не имеет значения, — шум дождя пытается перебить тихий голос. — Её рука совсем остыла и теперь никто не в силах удержать мою собственную… Чонгуку не нужно спрашивать о ком речь, и так понимает, что о матери. — Тогда, — кивает Чонгук, — возьми мою ладонь и следуй за мной, — предлагает вот так просто. Возникает чувство, что они знакомы не первый год, он прочёл его записи, расшифровав, на что не каждый способен. От и до просмотрел всё, теперь же зная намного больше чем кто либо. — Мне не следовало его читать, прости, — кивает на дневник. — Зачем Вам это? — впервые Тэхён поднимает потухший взгляд. Напротив, склонив чёрный зонт, закрывая его, сидящего на лавочке, стоит парень, не старше двадцати трёх. Его отросшие волосы уже успели намокнуть, но он совсем не придаёт этому значения, смотря прямо на Тэхёна. Его чёрные и такие глубокие глаза пробираются в самую душу. Он так и продолжает молчать, словно даёт время для размышлений. — Я тоже один. Не судьба ли это? — усмехается парень, но улыбка его скорее скорбящая, а взгляд направляется под капли дождя, смотря в ночное небо. — Жизнь, штука сложная, от того и не такая скучная, временами болезненная и нелогичная. Но мы, люди, на то и рождены, чтобы выбираться из этого дерьма, в котором застреваем по горло. Так может, пойдём бок о бок, и будем не такими одинокими, м? «Если бы я только получил возможность встретить того, кто станет моим рычагом, тормозом и, в тоже время газом, я бы ни за что не превратился в эту серость. Я бы просто хотел узнать, какого это, жить — не боясь, что на ужин нет даже пачки рамёна. Я бы совершил самую кричащую расправу. Ведь месть, блюдо, что подают в самом конце, совсем неожиданно и ярко». Чонгук вспоминает одну из строчек из дневника, терпеливо ожидая ответа от парня. — Ты станешь моими руками? — с надеждой звучит от Тэхёна. Он понимает, что видит этого человека впервые, да и вид у того, словно он только закончил заказ на одной из высоток со снайперской винтовкой. Весь в чёрном, с капюшоном на голове и тату на руке. Он вызывает много подозрений, но почему-то, Тэхён не чувствует исходящей опасности. Напротив, спокойствие. А возможно, это просто отчаянье. — А ты моим умом, — кивает Чон. Словно предлагает не сотрудничество, а простой хайбол «Яблочного Джека» в баре, дабы познакомиться с загадочным и нереально красивым парнем. Совсем непохожим на этих городских клерков, он словно не с мира сего. Потухший, но с тёмным нечто на глазном дне, а сердце его словно отбивает более медленно и тихо. Его просто следует подтолкнуть, держа за руку. Это как общий прыжок с парашюта. Здесь главное действовать вместе, не теряясь среди обыкновенных людей. — Ким Тэхён, через месяц девятнадцать лет. С этого дня… кажется, сирота. Жертва сынка мэра, который путает меня с грушей для битья. Был отличником в частной школе, из-за того, что жил в обычной семье и начались издевательства, теперь же не желаю возвращаться в это место. А так же тот, кто надеется на твои руки, — протягивает ладонь для рукопожатия. — Чон Чонгук, двадцать один год. Вышибаю долги из придурков одного из казино. Так же сирота сбежавшая из детдома в возрасте четырнадцати лет, живу в паре кварталов от сюда. И тот, кто рассчитывает на твой ум и благоразумие, — в таком же стиле перечисляет Чонгук. — На что ты готов? — Ты перешерстил мой дневник от и до, — замечает Тэхён. — Не многие способны раскрыть истину. Думаю, теперь на многое, только если ты подскажешь, что и как. — Убить? — Чонгук слышит как гулко сглатывает Ким. — Мама говорила, чтобы я не делал, главное для неё — моя счастливая жизнь. И, я выполню её желание, а для этого пойду на многое, — уверенно заявляет, с лёгкой улыбкой вспоминая последние слова матери. — Хорошо, — Чонгук замечает, что они слишком долго сверлят друг друга взглядами. Поэтому, отводит свой в сторону. — Тогда, пойдём домой, Тэхён? Чон протягивает ладонь, а Тэхёну ничего не остаётся, как взять тёплую руку и встать под один зонт. Он чувствует как ему впервые предлагают взаимную помощь. Его взяли под своё крыло, а то, что будет дальше, не так уж и важно. Ради счастливой жизни, он пойдёт на многое. И, этот самый Чонгук, что появился в его жизни, кажется, станет весомой фигурой. Двое парней скрываются в ночной мгле, а монета в 500 вон остаётся на лавочке, как напоминание о сегодняшней ночи. Их встреча была случайна, тот самый блокнот настолько простой, что и внимание никто не обратил бы. Но не броский взгляд Чонгука, а после трёхчасовое чтение и расшифровка текста, заинтересовали его. Если бы не упоминание больницы, он бы и не пришёл сюда, к безлюдному дворику, где совсем темно и лишь свет из окон больницы освещает дорогу. Они встретились в дождливую ночь, оба потерявшие родителей, но в будущем обрели семью в лицах друг друга. Десяти лет хватило для свершения задуманного, ведь Тэхён никогда не забывал причинённого вреда себе или Чонгуку, и даже отпуская конкурента, зная о том, что тот попытается отомстить, он следовал за ним как за добычей, совсем тихо и незаметно, а после вспарывал горло, наслаждаясь отчаянным воплем и хрипом перед последним вздохом. «Я — реалист, который понимает: либо ты, либо тебя. И, если придётся, я кану в Лету, а после Ад». Сейчас. С начала ужина прошло не менее трёх часов, за это время крепкий алкоголь ударил в голову и расслабил тело. Обстановка не кажется настолько напряженной, возникает чувство, что в данный момент встретились давние знакомые. Но только трое людей знают каков будет конец. Тэхён, тот самый человек, что никогда не прощает, в первую очередь тех, кто несёт опасность для него и Чонгука, ведь тот стал его опорой и двигателем. Он не добродетель, и уж точно не святой. Уж слишком много погубил человеческих жизней. — Так… — пьяно тянет Чимин, хмыкая под нос. — Что означает название твоего ресторана? Я всё ещё не могу поверить, что ты выбрался из грязи в князи… Нет, ну вы представляете?! — расфокусированным взглядом обводит присутствующих, посмеиваясь на протяжении всего времени. Тэхён видит насколько сильно завидует Пак. Не выпей достаточно алкоголя, возможно, он бы и сдержался. — «Поэна», в переводе с латыни — наказание, — поясняет Тэхён, тут же замечая как усмехается Пак. — Место, которое было создано для одного-единственного события, — Ким вспоминает как планировал выстроить некий механизм с которым бы помог один человек, но в итоге передумал, пожалев свои и труд, которые были вложены в ресторан. Всё же подорвать настолько значимое место, только ради жалких сошек слишком дорого, — Я открыл это место в память о матушке. И Чонгук мне помог в этом. А что, Чимин-а, нравится? — и вопрос вовсе не о ресторане, Тэхён видит, как Пак сверлит голодным взглядом Чонгука, даже не скрывая этого. Пак надменно перекидывает ногу на ногу, облизывая пухлые губы, жадно скользя взглядом по помещению и дорогой итальянской мебели, сделанной на заказ, а после переводит взгляд на Чонгука, засматриваясь на открытые ключицы и подтянутую грудь мужчины, который расстегнул рубашку на пару пуговиц из-за высокой температуры в помещении. В отличии от остальных, Пак выпил практически две бутылки алкоголя и уже не в состоянии контролировать собственные действия и слова, вылетающие из рта. Пак ответил не сразу, лишь после того, как почти все вышли покурить, он не сдержался от язвительного: — Как же ты меня бесишь, — шипит блондин, на что Тэхён лишь любуется, наблюдая как Чимин сходит с ума. Юнги остался за столом и лишь хмыкнул на бред Пака. — Подставил зад Чонгуку и живёшь припеваючи, да? Нужно было ещё в тот день выбить из тебя всё дерьмо, а то больно корона давит, — их последняя встреча состоялась в день смерти матери Тэхёна, в тот же день они виделись в последний раз. — И, что это за понты? Тачка за миллионы евро? Мужик и компания, с ресторанчиком в придачу, да? Мусор… — в пьяном бреду выплёвывает, не сдерживаясь. Тэхён знает о Паке больше, чем тот может себе представить, даже о том, что тот не только трахает молоденьких девушек в собственном клубе, но и любит собственный зад подставить не менее сильным рукам. Тэхён давно понял, что тот завидует, а так же пускает слюни на Чонгука. Чонгука же, лишь брезгливо осматривал парня, что пытался на протяжении всего вечера кидать на него многозначительные взгляды. Чонгук, прожив с Тэхёном не первый год, лично знаком с тем, насколько этот мужчина может лишь одним взглядом поставить на колени. Даже будучи младше на два года. — Ты всегда был таким, — бросает Ким, — завидовал. Тебе не нравилось то, что будучи из провинции и малообеспеченной семьи, я смог поступить в престижную школу. Ко мне тянулись люди, просто потому, что я был интересным собеседником, а ты пугал всех своим отцом. Я учился на все сто, тебя же вечно попрекал отец, а ты срывался на мне. Имел дружков, которые не жаловали подобное, но следовали за тобой как за собачкой, ведь ты был сыном мэра. Но посмотри на себя сейчас, Чимин, твоего отца сняли с должности и обанкротили. Мусор здесь точно не я… Пак не сдерживаясь вскакивает из-за стола и бросается на Тэхёна. — Сволочь! Ты, блять, заткнись! — Пак собирается попасть в нос, но Тэхён, будучи трезвым и намного сильнее, тут же скручивает чужие руки за спину, шепча на ухо: — Посмотри на себя, Пак, — Чимин злостно отмахивается, но Тэхён сдерживает его, не давая вырваться. — Я ел пачку рамёна в день, если повезёт. Я радовался ясной погоде, в то время как ты воротил нос при виде куска стейка. Даже сейчас, добившись успеха, но потеряв всё, я не скатился до твоего уровня. Я не трахаю шлюх как ты, забываясь в алкоголе и наркоте. Не распространяю некачественную дурь, как Хосок. В этот момент Хосок, Намджун и Джин с Чонгуком входят в зал, слыша ругательства и чёткие слова Тэхёна. Чонгук спокойно разваливается в кресле, поглядывая на Тэхёна, наслаждаясь разъяренным видом мужчины, у которого грудь ходит ходуном и бьёт нервно жилка на загорелой шее. А Юнги, словно привык видеть подобное, спокойно попивает апельсиновый сок через трубочку. Чонгук замечает удивлённых мужчин напротив и лишь кивает на столик. — Вы как раз вовремя, присаживайтесь, — его голос спокоен, что вовсе не расслабляет. — А вот и остальная часть виновников нашей встречи, — глядя на троицу, кивает Тэхён, а потом продолжает. — Или, — он шепчет прямо на ухо Паку, — я продаю левые детали для гонок, зарабатывая нечистые деньги? А, Намджун? — мужчина встрепенулся. — А может, в тайне от клиентов, краду их деньги и оформляю кредит для несмышлёных людишек, да Джин? — тот нервно сглотнул. — Ну, ничего, это мелочь по сравнению с тобой, Чимин. Здесь нет святых. И уж тем более не мне с Чонгуком говорить о правильности и читать морали. Те, — он кивает в сторону мужчин, — не убивали. Но не я, и не Чонгук. Но знаешь, что? Мы делали это лишь с теми, кто связан на прямую с нами и нашим бизнесом. Ты же, мразь… — Тэ, — приводит в чувство Чонгук, замечая, как начинает трястись Ким и выходить из себя. — Спасибо, — спокойно выдыхает, продолжая. — Так вот, я бы не собирал вас всех здесь. Потому что я не забывал как ты оставлял мне шрамы, гематомы и синяки. Как ты обливал меня грязью и дерьмом, но… — замолкает, стискивая ворот чужой рубашки, — ты помнишь, что сделал неделю назад? Йонам провинции Чолла-Намдо, между шести и семи утра. Молодой парнишка, и твоя чёртова тачка, в то время как ты был обдолбанным. — Я не… — запинается Пак, чувствуя жёсткую хватку на шеи. И он вспоминает. Начало шестого утра: клуб, алкоголь, косяк и какая-то длинноногая девчонка, что отлично отсосала, но ему было мало и он продолжил пить, а после закинулся новой таблеткой и отправился домой. На машине. Он плохо помнит как доехал домой, но тот самый удар и что-то тяжёлое и пролетевшее в кювет с трассы… Это был парень, совсем подросток. Чимин вышел на негнущихся ногах из машины, а после заметил, что сбил человека и, просто уехал. Бросил того у трассы, где не было камер, а авто тут же отправилось в мойку. — Ли Чонин, четырнадцать лет, ученик художественной академии, — напоминает Тэхён, а глаза Пака в шоке расширяются. Голос Тэхёна совсем осевший. — Он рисовал для меня картины, жил с бабушкой. Он напомнил мне прошлого себя, такой светлый и жизнерадостный мальчик… Но, даже это, чёрт тебя дери, ты отобрал у меня! — мощный удар о мраморный пол, и нос Пака с звонким хрустом ломается. Присутствующие неприятно хмурятся. — Я никогда не забываю о том, что произошло. Но вас я решил оставить в прошлом. Но после того, что ты сотворил, — Тэхён бросает взгляд на практически отключающегося Чимина, — я передумал. Упаковывайте, — отдаёт приказ Тэхён и Юнги тут же встаёт из-за стола под удивлённые взгляды двух Кимов и Хосока. Лишь Чонгук довольно усмехается, подходя к Тэхёну и обнимая того за талию, прикрывая в удовольствии глаза, наслаждаясь ароматом парфюма и разгорячённой кожей. Он внимательно наблюдает за скрючившимся Паком, а после откидывает носком обуви руку Чимина, которая тянулась к Тэхёну. Он ненавидит грязь, а уж тем более зловонную кровь. Её невозможно отчистить от ткани, хоть в их гардеробе и имеется не один десяток рубашек, тратить вещи на подобное, Чонгук не любит. Впрочем, как и Тэхён. Но при этом Ким не настолько брезглив и не отирает влажными салфетками кровь, недовольно бубня под нос, как это делает Чонгук. — Я уже связался с ребятами, — подаёт голос Юнги. — Через минуту будут. Его, — кивает на Пака, — как обычно, на склад? — Мин спокойно окидывает взглядом окровавленное лицо Пака. Он с самого начала знал какая участь ждёт того. — Честно, удивлён, — Тэхён склоняет в непонимании голову. — Ты нежен, — поясняет. — Юнги-я, чтобы мы без тебя делали, — довольно ерошит причёску мужчины Тэхён. — Нет, его… — Тэхён поворачивается в сторону всё так же сидящих мужчин. — Ребятки, сегодня я слишком добр, и так как вы меня никогда и пальцем не трогали, так и быть, я вас отпущу, но… — скалится Тэхён, — знайте, что добрый я только сегодня. Вы, к счастью для себя же, меня не разочаровали. Как там говорится: каждый крутится как может, да? Так что можете быть свободны. Ах да, и ещё, — Тэхён обращает внимание на пришедшего в себя блондина. — Чимин-а, ты спрашивал, могу ли я убить. Ну так вот, ответишь после того, как мы встретимся… — дуло пистолета оказывается перед лицом, и перед снятием курка звучит тихое: — в Аду. Тишину зала заполняет глухой выстрел. Огнестрел, что всегда хранится под боком, на этот раз с глушителем, дабы не привлекать лишнее внимание. Лоб Пака украшает идеально округлое отверстие и тонкая струйка крови, что стекает к открытым глазам, создаёт неповторимый узор. Джин, от неожиданности вскрикнул, а Намджун и Хосок поморщилась. Юнги тут же встретил двух коренастых мужчин у входа, и те сразу начали паковать труп в чёрный пакет с застёжкой, а после уносят тело в припаркованную машину. Юнги на протяжении всего времени был связан с Тэхёном, в тоже время общаясь с Чимином. От него он и узнал, что мальчика убил именно Пак. Что и погубило его самого. Юнги было плевать на окружение, но даже так, он не отворачивался от Тэхёна в прошлом, а после стал работать на Кима. В то время как остальные не знали о его связи с Тэхёном и Чонгуком. Чимин же никогда не привлекал его как человек. Слишком надменный и высокомерный, считающий, что ему все всё должны. Мин же, лишь проживал размеренную жизнь, придерживаясь стороны Кима. — Друзья, — приторно проговаривает Тэхён, наблюдая за оставшимися мужчинами, клацая предохранителем, приятно ощущая тепло и в тоже время холод металла, — запомните мои слова: делайте что хотите, но не смейте лезть на мою территорию и трогать моих людей, иначе, как Пак не отделаетесь. Всё ясно? — те утвердительно кивнули, настороженно следя за вышедшими мужчинами с трупом Пака и вооружённым Кимом. — Тогда, до скорых встреч, — кивнул Тэхён, наблюдая за тем, как троица в тот же момент покинула ресторан, нервно оглядываясь на развёрнутую картину. — Блять, — тянет Чонгук, — твоя обувь в крови. Вот же ж… — недовольно хмурится, а после похрустев шейными позвонкам, тянет Тэхёна на себя. — Как ты это делаешь? — прижимаясь к шее, шепчет на ухо. — Что? — усмехаясь, интересуется Тэхён. — Возбуждаю тебя? — Чёрт, да… — облизывает губы Чон. — Хочу тебе отсосать, а потом трахнуть в нашей спальне, как тебе идея? — Идеально, — расстёгивая брюки, шепчет Тэхён в самые губы, довольно усмехаясь, облизывая чужие губы, а после жадно впивается в те. — Приступай, — щёлкая пряжкой ремня, ставит на колени мужчину. — С ума сойти… — Чонгук медленно обводит пальцами поджатый живот, лаская губами и языком медовую кожу, а после стягивает брюки вместе с бельём до колен, тут же проводит рукой по всей длине, а затем облизывает полувставший член, обводя головку и лаская уретру. — Я надеюсь, у тебя встал на меня, а не на этого… — Умеешь же испортить момент, — недовольно шикает Ким, а после откидывает голову, довольно выдыхая, болезненно утыкаясь в стол бёдрами. В зале полумрак, с улицы не видно того, что происходит в зале. В помещение никто не зайдёт, поэтому можно быть спокойными. — Сделаешь хороший горловой, и получишь не менее отличный оргазм и мой зад. Чонгук довольно мычит, шлёпая Кима по ягодице, лаская длину, а после, беря на половину, помогает рукой, смачивая слюной и стараясь насадиться на всю длину, расслабив горло. Тэхён сдерживается, дабы не дёрнуть Чона и трахнуть его глотку, но лишь поглаживает его волосы, наслаждаясь, как тот старается. Чонгук утыкается в пах, беря на всю, довольно мыча, посылая вибрации по чувствительной плоти. Тэхён сдержанно постанывает, слегка двигая бёдрами. Чонгук тут же отстраняется, но не давая Киму передохнуть, тут же берёт на всю длину, быстро двигая головой и лаская яички рукой, чувствуя, как у самого в брюках уже болит, а яйца потяжелели. Но он пообещал, и сейчас доставит удовольствие лишь Тэхёну. — Гук… я сейчас… блять! — Чонгук не отстраняясь, насаживается на всю длину, расслабив горло, чувствует как по стенкам стекает густая сперма, а после, не отстраняясь, глотает и смотрит снизу вверх, затуманенным и возбуждённым взглядом, облизывая губы, поглаживает дрожащие бёдра, так и стоя на коленях. — Не смотри так, иначе мы так и не попадём домой. А мне ещё подготовиться нужно, если ты не забыл. Довольно смотря на любимые губы, вспоминает прошлую ночь и то, как с оттяжкой брал Чонгука. Тэхён стирает с уголков губ слюну и каплю собственного семени, а после помогает подняться и тут же затягивает в поцелуй, терзая мягкие губы Чонгука с привкусом собственного семени сводят Тэхёна с ума. Он не сдерживается и зубами хватает нижнюю губу Чонгука, оттягивая её на себя, а пальцы ныряют в густые волосы, сжимая их у самых корней. Чонгук довольно улыбается в поцелуй. Они оба зависят друг от друга, сколько бы не прошло времени, их отношения как у изголодавшихся хищников. Оба зависимы от лёгкой боли и реакции тела на обжигающие прикосновения и слова. Ухватывая Чона за руку, Тэхён тут же покидает зал ресторана, не забыв запереть тот и поставить на сигнализацию. Машина по-прежнему стоит у входа. Тэхён усаживается за водительское, понимая, что Чонгук не в состоянии ехать. Но он знает, что тому не терпится вбиваться в его тело и, медленно, но так привычно ухватив его за затылок, смотря глаза в глаза и дыша в губы, а после впиться в те, входить в него. И, даже так, не притрагивается к Чону. Знает, как тому хочется именно его, а не просто подрочить. Машина тут же заводится и отправляется к одной из многоэтажных квартир.***
Просторная светлая квартира встречает двух хозяев запахом лаванды из диффузора на дубовой полочке в прихожей, а так же полумраком. Даже находясь в квартире с охранной и под надёжным замком, имея пистолет на поясе и умение правильно обезвредить неожиданного гостя, Чонгук с Тэхёном привыкли оставлять включённый торшер в гостиной у книжного шкафа, ведь за много лет данное действие осталось одной из привычек нервного прошлого, где в любой момент могли всадить нож в спину. Сейчас же, будучи обеспеченными людьми, а так же имея не одного конкурента, который желает перерезать глотку во сне, мужчины привыкли к нежданным гостям. С той самой ночи прошло практически десять лет. Чонгук привёл Тэхёна в собственный небольшой съёмный домик, что не блестел убранствами, но возможность спать в тепле и принять горячий душ, уже радовало, да и чашка горячего чая с питательным ужином заставило улыбнуться. Кажется, впервые за долгое время. Было тяжело, Тэхён долго отходил после смерти матери. Но связавшись с Чонгуком он понял, что следует действовать. Нужно жить дальше, ведь прошлое не изменить, в отличии от будущего. Вначале он бросил подработку, оправдываясь тем, что желает начать жизнь с чистого листа, хотя это было практически правдой. А после того, как он собрал чемодан самых нужных и дорогих сердцу вещей, пришлось запереть крохотную родительскую квартирку и забыть о ней на долгие пять лет. За это время он побывал вместе с Чонгуком как и за границей, так и в провинции Кореи. Работа Чонгука составляла не только физическое припугивание в сторону должников, но и после знакомства с влиятельными людьми, он стал частью тёмной стороны Испании, в то время как Тэхён познакомившись с главой строительной компании, начал работать на мужчину средних лет, а вскоре, зная на какие точки давить, стремительно начал набирать авторитет и власть. Как и договаривались, Тэхён стал «головой», а Чонгук его «руками». Первые пол года, парни были сугубо друзьями. Как и предложил Чонгук, они действовали сообща, не имея секретов, да и смысла не было в тайнах. Оба были схожи: ненавидели беспорядок и глупых людей. В этом и сошлись. Но так же Тэхён и любил глупых толстосумов, которые велись на миловидное лицо Кима, не ожидая, что тот роет на них компромат, а после заключая сделку на том, что грязное бельё не всплывёт — получал деньги и выгодные сделки. Чонгук не зря спросил о том, сможет ли Тэхён убить. В одну из ночей, спустя те самые пол года, Чонгук только пришёл с работы, в то время как Тэхён изучал одну из тем видения бизнеса. Как обычно отужинав, они улеглись на общий футон, снимая небольшой домик на окраине города в Кёнгидо, но не прошло и двух часов, примерно в три ночи, Тэхён проснулся от слабого шума. Он бы и не услышал ничего, не проснувшись от желания выпить воды. Кто-то пытался пробраться в дом, где и находились оба. Но Чонгук с лёгкостью скрутил щуплого парнишку, который точил зуб на Чона. Но никто не догадывался, что мужчин двое, и пока Тэхён отсиживался в углу комнаты, а Чонгук бил морду тому самому парню, в комнату проник второй мужчина с пистолетом наставленным на Чонгука. В ту самую ночь Тэхён впервые лишил человека жизни, вот так просто и настолько сложно. У него всегда был второй огнестрел Чонгука, тот обучил его как правильно стрелять, но Тэхён надеялся, что ему это никогда не понадобится. В ту самую ночь, Тэхён понял, что готов если не на всё, то на многое ради Чонгука. Чон, вырубив того самого парня, тут же подлетел к Тэхёну на пол, обняв и успокаивая дрожащее тело, слушал тихий шепот и его «он хотел тебя убить, убить, убить…» У них не было сопливой романтики при свечах и дикого секса на любой горизонтальной поверхности. Они постоянно перемещались по стране. А после, покинув Корею и прилетев в Испанию, в Барселону, где и связались с одним из Донов, наконец-то смогли отдаться друг другу. Они есть лишь друг у друга, и ни дня не было, чтобы Чонгук или Тэхён засомневался, что что-то не правильно. По началу им было просто комфортно друг с другом: общие темы, схожие вкусы и сон в одной постели, ибо холодно в квартирке или доме, что они снимали были небольшими, но им было хорошо и так. А после поняли, что хочется не просто смотреть фильм перед сном. Хочется взять за руку, а не просто уложить голову на плечо. Хочется не просто прижаться во сне, а уткнуться в грудь, обняв, засопеть, а на утро получить поцелуй. И именно после первого убийства, Тэхёну нужна была поддержка и понимание того, что он не виновен. Нужно было дать понять, что он сделал всё правильно, ведь иначе убили бы вначале Чонгука, а после и Тэхёна. В тот самый момент все тормоза слетели, когда Тэхён дрожал в руках Чонгука, уткнувшись ему в шею и нервно дышал. На вопрос Чонгука, что он может сделать, Тэхён лишь прошептал неуверенное и неразборчивое «поцелуй…» И Чонгук поцеловал. А после, держа за руку, быстро собирал чемодан, после чего они сбежали в Испанию, а там наконец-то начали действовать и обретать влияние. Теперь же оба имеют общую компанию, квартиру и спальню. Чонгук приоткрывает небольшую щель в окне и наблюдает за ночным городом, чувствуя прохладный порыв ветра. Они недавно прибыли в квартиру, теперь же Чонгук приняв душ, дожидается Тэхёна. Они давно не подростки, жизнь не сериал с местного канала, где влюблённые в порыве страсти срывают одежду в прихожей и не доходя до спальни трахаются, не заботясь о комфорте. Нет, у них был секс в разных местах, но оба любители классики: спальня или ванная в крайнем случае. Конечно, подобное бывает лишь после тяжёлого дня. Спальня и мягкий матрас — идеальное место. Но расслабляющий минет, мастурбация в авто и секс на всевозможных плоскостях — так же никуда не пропадает. Чонгук слышит как тихо прикрывается дверь ванной, а минутой ранее стихла вода в душевой кабине. Голые ступни Тэхёна оставляют еле заметные влажные следы на паркете. Горячая рука касается поясницы и проводит рукой по накачанной спине. Чонгук чувствует руки на талии и горячее дыхание на ухо, а после чужой подбородок укладывается на плечо и нос утыкается в шею. Оба наблюдают за видом из панорамного окна, любуясь присутствием и теплом друг друга. Прикрыв веки, Чонгук улыбается, поворачиваясь к Тэхёну. Тот лишь позволяет ему развернуться в кольце рук. — Сильно устал? — интересуется Чонгук, заправляя влажную порядку волос за ухо. — Честно? Пиздец как. Но я всё ещё жду, когда ты меня возьмёшь, — шепчет, тут же ощущая губы Чонгука на собственных. — Жаль только, что завтра рано вставать… — разочарованно постанывает, наслаждаясь руками Чонгука, который подхватил его под ягодицы, унося к кровати и укладывая на белоснежное постельное. — Может ну его, к чёрту этот контракт? — предлагает Чонгук, попутно доставая смазку, припадая губами к пупку, поглядывая на довольного Тэхёна под собой. Поцелуи переходят к плоти, нежно целуя головку и пальцем оглаживая сфинктер, с нанесённым лубрикантом. Тэхён тяжело вздыхает. — Мы не можем потерять предполагаемых клиентов. Чхве желает отстроить новый офис, а ты знаешь его, он подписывает контракт только со мной, — хмыкает Тэхён, выгибаясь дугой от неторопливых движений пальцев. — Этот хер просто положил на тебя глаз, — недовольно бубнит, прикусывая тазобедренную косточку. — Но я клал на него, ведь ты только мой, — уверенно заявляет, тут же чувствуя как Тэхён скрестил ноги за его спиной и дёрнулся бёдрами, требуя прикосновений. — А ты мой, — шепчет Тэхён, несдержанно постанывая от пальцев и губ на собственном члене. — Блять, просто войди уже. Я не желаю говорить о посторонних мужиках, пока ты собираешься меня трахнуть. Или ты хочешь, чтобы в следующий раз, когда я буду тебя растягивать, я говорил об этом типе? — выгибает бровь Ким. Чонгук резко подаётся лицом к Тэхёну, прикусывая губу. — Ни в коем случае, — усмехается в ответ. Пальцы покидают разгорячённые мышцы, из-за чего Тэхён недовольно мычит, но на замену фалангам приходит возбуждённый член, который неторопливо проникает. Чонгук даёт время привыкнуть, а после медленно двигается и растягивает нежные стеночки, не забывая о поцелуях и переходящему темпу, с нежного и медленно на более быстрый и глубокий, от чего Тэхён царапает мощную спину Чонгука и вгрызается в его губы. Податливое и изнеможённое тело Тэхёна изгибается на постели, а пальцы сжимают плечи. Он чувствует, что практически на пределе, как и Чонгук. Последние пара фрикций и Чонгук кончает в презерватив, покидая тело Тэхёна, не забывая о члене Кима, в быстром темпе надрачивая, проникнув двумя пальцами, с хлюпом массируя простату. Тэхён кончает с вскриком на губах, заглушаемым поцелуем и падающим Чонгуком под бок. Оба не в силах встать, но Чонгук, ухватив салфетки, протирает обоих, так и лёжа обнажёнными в постели, он обнимает Тэхёна и прикрывает обоих тёплым одеялом, слушая родное дыхание и чувствуя, как Тэхён перебирает его взмокшие волосы на затылке а так же небольшие серьги-кольца в ушах. Для Тэхёна это своеобразный антистресс, а для Чонгука способ быстрее уснуть. — И что думаешь делать дальше? — недолгое молчание прерывает Чонгук. — Я наконец-то избавился от призраков прошлого, хоть и не желал их видеть вновь. Но Пак влез в мою жизнь и тронул ни в чём неповинного человека, за это и поплатился собственной жизнью, — взгляд падает на картину висящую напротив кровати. Белоснежные лилии как олицетворение обоих мужчин, цветок имеющий значение «пожалуйста, люби меня». И они любят. — А Намджун с Джином и Хосоком мне не мешают, да и в прошлом не разу серьёзно не тронули, только были вместе с Паком. А вот Юнги… Никогда не принадлежал ни к кому, он просто был то тут, то там. Но по итогу давал мне бинты и вечно бубнил как старый дед, — хмыкает Ким. — Знаешь? — М? — сквозь сон, обнимая Тэхёна, подаёт голос Чонгук. — Надеюсь, мы и дальше будем жить вот так, — шепчет Тэхён. — Ты, я… И, возможно, собака. Но мы вечно в разъездах или не дома. А я бы хотел… — Почему бы и нет. Будет сидеть в офисе, гадить в кабинете, — посмеивается Чонгук. — А Юнги будет вопить и чихать из-за шерсти. — Идеально, — соглашается Тэхён. — Доброй ночи, Гуки. И, я люблю тебя, — в привычной манере произносит. — Но я сильнее… — засыпая шепчет в макушку. — Как скажешь, — кивает Тэхён, утыкаясь под бок, слушая размеренное дыхание мужчины, засыпая следом. Тэхёну было без месяца девятнадцать, и он потерял надежду, семью и смысл. А Чонгук встретил совсем ещё мальчика, и понял, что не может пройти мимо замёрзшего и промокшего парнишки. Их жизнь не похожа на сказку с счастливым концом и смертью в один день. Их жизнь сплошная головная боль, не всегда чистые деньги, ненависть и зависть окружающих. Но становится так плевать, когда смотришь в эти любимые глаза и понимаешь, что рядом тот, кто разгрызёт глотку любому, а ты залижешь раны и уткнёшься в бок, понимая, что это и есть тот самый надёжный и любимый человек.И плевать на всех, ведь после нас хоть потоп.
Примечания:
• Авто - https://pin.it/5WkLi9p
• Ресторан - https://pin.it/4DvCsDw
