Цветок в крови его одержимости.

Лето закончилось. Последние жухлые листья зелени забились где-то под забором. Солнце все позже и позже пересекало линию горизонта, а темное время суток захватывало очередную стрелку часов. Вместе с теплом ветра, казалось бы, уходила и радость из души. Но с каждым взмахом танто оставалось все меньше сил, чтобы думать о подобном. «Девяносто девять…» — Сотня! — выдохнув, девочка, не выпуская танто из рук, распласталась на земле. — Хм, это были лишь взмахи, а ты уже выдохлась, все еще уверена, что хочешь научиться владению танто? Приподнявшись на локти, Сакура не заставила долго ждать ответки. — Эй, я ведь только начинаю, и вообще когда-нибудь я собираюсь стать такой же, как и ты, — это было сказано с таким огромным воодушевлением, что Итачи оторопел от такого, однако сразу же пришел в себя. И, с некой грустью взглянув на ребенка перед собой, произнес: «Надеюсь, что не станешь». Склонив голову, та с вопросительным взглядом продолжила. — Почему это? Неужели боишься, что я стану лучше тебя? Хы, просто признай, что я быстро обучаюсь! Вздохнув, ему оставалось лишь прикрыть глаза и смириться с невинным незнанием этого ребенка. — Нет. Просто хочу, чтобы ты была счастлива, Сакуренок</i, - и, привычно улыбнувшись, он потрепал ее макушку. *** Много воды утекло с тех пор, как она встретилась с Итачи-саном, и многое произошло. У нее определенно стали лучше навыки ниндзя, и в классе она была одной из лучших не только по книжкам, но и на практических уроках, чему несомненно был рад ее сенсей. Появилась небольшая подработка на пол ставки, платили немного, но голодать больше не приходилось. Еще в ее рутинной жизни появился человек, ставший для нее опорой и в какой-то степени заменивший покойных родителей. Итачи-сан. Он не был взрослым, старше ее всего на пять лет. В его возрасте только-только становятся выпускниками академии, а он выполняет задания в АНБУ наравне со всеми. Итачи-сан всегда добродушно улыбается и ведет так, словно никогда не был знаком с проблемами. Но внутренние чувства Сакуры шептали, что глубоко под маской спокойствия у него бушевали необузданные шторма. И Итачи умело скрывал это, но бездонный взгляд, так много повидавший, говорил гораздо больше, чем почти всегда молчаливые уста. В темных глазах Итачи не отражался, казалось бы, и свет, в них было кое-что более осмысленное и тяжелое — прожитые дни. Часто, приковав взгляд, тот становился блеклым и понурым, это огорчало и порой порождало злость на саму себя, ведь после столькой помощи ей она ничего не могла дать ему взамен. Лишь единожды Итачи показал ей свою уязвимость. Тот момент, пожалуй, четко и надолго зацепился в памяти — смятение и страх. Было непонятно дышал ли он, помутневшие глаза застыли в одном положении. И в попытках привлечь внимание, ответом было молчание. <i>Секунда. Его глаза не были черными. Темно-серые… с заново потихоньку оживающей надеждой. Тепло объятий, неожиданно мягкие волосы. — Сакуренок… Сейчас, пока у меня есть время… Могу ли я быть с тобой? — Угу., — и успокаивающийся ритм сердца. «Я буду рядом». *** Смахнув невидимую пыль с танто, Итачи вставил его в саю. Сакура же, прикрыв глаза, наслаждалась теплым осенним ветерком. — Эх, поскорее бы и у меня появилось свое танто. — Хм, будешь усердно тренироваться — подарю. — Правда?! Тогда буду заниматься днями напролет, — ответила со сверкающим взглядом — Только не доводи себя до изнеможения. — Я справлюсь, вот увидишь! Следующая встреча ведь как обычно? Через неделю? Глубокий вдох. — К сожалению, нет. Мне дали миссию, и на этот раз она будет долгой… — Очень долгой? — Около трех месяцев. Пораженно взглянув на него, Сакура отвернулась, чтобы скрыть накатившую грусть, и тихо пробубнила: — Но я все равно буду стараться. Можешь заранее готовить клинок… — не успев договорить, ее подняли на руки. — Не растраивайся, не успеешь оглянуться, как пролетит время, и наступит зима, — и снова смотрит с зауженным взглядом и приподнятыми уголками губ. Прикоснувшись ко лбу, он продолжил: — У нас еще есть время сходить в библиотеку Хамадо Шиджо. Покажу лучшие книги по обучению. Вечер прошел за отдаленными стеллажами книг, Итачи-сан на удивление очень много рассказывал. На следующее утро в ее комнате на тумбочке помимо трех книг из библиотеки лежала еще одна незнакомая с рассказом про самурая, и его длительное задание.