Госпожа Цзинь

Свадьба в традиционном китайском стиле действительно была потрясающей. Это было её скромное мнение, но красные одеяния жениха и невесты казались ей куда красивее, чем белые платья и простой смокинг, принятые в европейских странах. Несмотря на то, что этот брак не был по любви, она всё равно переживала. Это было так волнительно — впервые за две жизни она так нервничала. Лу Линг думала, что её друзья уже забыли об их обещании прийти на свадьбу в белом, но нет. Хорошо, что она заранее узнала об этом и попросила их не делать этого. Всё-таки это Орден Цзинь, и оскорблять его не стоит. Если она хочет спокойной жизни со своим супругом, то не может допустить, чтобы его оскорбляли хотя бы в лицо. К тому же они пришли к взаимопониманию, и им в любом случае придётся жить вместе. На самом деле у Лу Линг не было никаких проблем с тем, что Цзинь Гуашань меняет партнёров как перчатки. Он взрослый человек и имеет право делать что хочет. Проблемы начинаются с того момента, когда он обманывает женщин, говорит им слова о любви и даже оставляет их с ребёнком. Он специально находит девушек со сложной судьбой — проституток или тех, кто подвергается жестокому обращению со стороны семьи — пользуется ими, а затем бросает на произвол судьбы. (Не говоря уже о том, что он спит с девушками, едва достигшими пятнадцати лет.) — Ха… — Лу Линг устало выдохнула. С этим нужно будет что-то сделать. Во-первых, это будет влиять на её репутацию, а во вторых… ей жаль этих женщин и детей. Только вот после свадьбы у неё появится множество проблем. Ей нужно будет установить свой авторитет, что будет ой как непросто. Лу Линг молча смотрела на своё отражение. Ей нужны доверенные люди — она не сможет доверять тем, кого отправит её отец, или тем, кого пришлёт глава Ордена Цзинь. — Нужно будет попросить у Шисюна… Она не знала, кого может отправить Вэйшэн, но, независимо от этого, была уверена — они будут надёжными. Посмотрев на своё отражение в последний раз, она встала. Она никогда не думала, что этот день когда-нибудь настанет. День её свадьбы… Лу Линг вздохнула. Это будет трудно… но она справится. С этого дня она — госпожа Цзинь. И весь Ланьлинь Цзинь теперь принадлежит ей. Лу Линг улыбнулась. Даже если она не сможет изменить мир и время, в которое попала, это не значит, что она не сможет помочь тем, кто в этом нуждается. Это то, к чему она стремилась всю жизнь — то, ради чего она в первую очередь согласилась на этот брак: положение и связи Ланьлинь Цзинь.

***

Свадьба прошла без происшествий. Никто не ворвался с обвинениями в адрес Гуашаня, никто не заявил о беременности от него, так что Лу Линг сочла это успехом. Сейчас, одетая в красные одежды и с вуалью на голове, она спокойно ожидала прихода жениха. Первая брачная ночь… Ладно, это не будет так уж трудно. Всё, что ей нужно — просто игнорировать происходящее, пока всё не закончится. Она справится. Это не будет так плохо… Лу Линг вздрогнула, когда услышала, как открылась дверь. Цзинь Гуашань подошёл к ней и аккуратно приподнял вуаль. Теперь он больше не избегал её, хотя в его движениях всё ещё чувствовалась настороженность. — Начинай, — сказала Лу Линг, заметив, что он ждёт её согласия. Через мгновение он наклонился ближе. «Удивительно», — подумала она отстранённо. Похоже, желание оказалось сильнее страха. Впрочем, ей было всё равно — лишь бы это поскорее закончилось. Лу Линг не сопротивлялась, когда её уложили на кровать. Не сопротивлялась, когда с неё снимали одежду. Она словно отстранилась от собственного тела, позволяя Гуашаню делать всё, что он хочет. По его выражению лица было видно, что он доволен, и это заставило её на мгновение задуматься, сколько раз он представлял себе этот момент. Мысль была неприятной, и она быстро от неё избавилась. Они были помолвлены — даже такие мысли с его стороны считались допустимыми. Когда всё началось, Лу Линг лишь слегка нахмурилась. Это было больно… но терпимо. Она заранее подготовилась, понимая, что Цзинь Гуашань не станет тратить на это время. Она лежала неподвижно, ожидая, когда всё закончится, чтобы потом просто смыть с себя этот день и забыть о нём.

***

Ночь проскользнула сквозь решётки окон, как вор. Она оставила после себя не страсть и не утешение, а тень, впитавшуюся в складки одеяла и в глубокую тишину, окутавшую комнату. Лу Линг лежала на боку, отвернувшись к стене. Его дыхание за спиной было ровным, чуть хрипловатым — значит, он спал. Лу Линг чувствовала, словно её вывернули наизнанку, а затем забыли вернуть в прежнее состояние. Конечно, она знала, что это будет. Ей в любом случае не избежать супружеских обязанностей. Но знание не делало путь легче. Особенно когда впереди — ещё многие подобные ночи. До тех пор, пока в ней не зародится то, чего она сама никогда не хотела — ребёнок. С первыми лучами солнца Лу Линг поднялась. Она так и не смогла сомкнуть глаз. Её шаги по новому дому были лёгкими, но твёрдыми. В руках она несла чай — подношение родителям мужа. Свекровь приняла чашу, не поднимая взгляда. Она выглядела такой же измученной, как и прежде. Свёкор пробормотал благословение, даже не отрываясь от свитка. А в стороне, словно нарочно, хихикали служанки — глядя на неё с той самой смесью зависти и презрения. Лу Линг знала: большинство из них — любовницы либо её мужа, либо свёкра. Их высокомерное отношение было понятным и ожидаемым. Лу Линг встретилась взглядом с одной из них — молодой, дерзкой. Та быстро опустила глаза. Она ожидала этого. В этом доме нет никого, кто был бы на её стороне. И ей нужно это исправить как можно быстрее.

***

Когда все обряды были исполнены, все поклоны сделаны, а униженные взгляды приняты с холодной улыбкой, Лу Линг наконец вернулась в свои покои. Служанки в комнате переглянулись, когда она вошла. Одна из них — та самая, что накануне хихикала за её спиной, — споткнулась и уронила поднос. В тот же миг Лу Линг подошла к ней и, не повышая голоса, произнесла: — В моём доме ошибки бывают только дважды: первый раз — случайность. Второй — выбор. Больше такой выбор ты не сделаешь. Верно? Служанка опустила голову. — Да, госпожа Цзинь. — Хорошо, — её голос оставался ровным. — Тогда начнём с чая. Пусть будет зелёный. Остальные служанки быстро отвернулись, сдерживая дыхание. Позже тем же вечером Лу Линг провела несколько часов,за письма семье и друзьям. Она не отправила их. Сожгла. Но, сжимая пепел в ладони, почувствовала странное спокойствие. Она была не одна. У неё были друзья, была семья, была поддержка. Она справится с этим. И сделает то, ради чего согласилась на этот брак — станет опорой для тех кто в этом нуждается.

***

Несколько дней Лу Линг посвятила наблюдению за служанками. Её внимание привлекла одна из них — девушка по имени Ши Лю. Ей было семнадцать лет. У неё не было семьи, но ей повезло попасть сюда благодаря связям. Она всеми силами избегала близости с Цзинь Гуашанем и явно испытывала к этому отвращение. Ши Лю не была из тех, кто покорно служит — её сердце всегда склонялось туда, где была выгода, а совесть редко мешала выбору. Лу Линг нужен был именно такой человек. — Ши Лю, — позвала она мягко, почти шёпотом. Служанка остановилась. Напряглась, но не ушла. — Есть моменты, когда выгоднее быть не чужой, а своей. Девушка бросила взгляд через плечо. — Что ты хочешь? — её голос был ровным, но в нём звучало недоверие. — Я знаю, как здесь всё устроено. И знаю, как на тебя давят, чтобы сломать, — Лу Линг шагнула ближе, её взгляд был спокойным и уверенным. — Если ты встанешь на мою сторону, я защищу тебя от Цзинь Гуашаня. Ши Лю усмехнулась. — Звучит красиво. Но почему я должна тебе верить? Ты здесь всего несколько дней. У тебя нет ни власти, ни репутации. Лу Линг слегка наклонила голову, её голос стал тише — но в нём появилась сталь: — Потому что скоро я заменю всех слуг на своих людей. Она сделала паузу, позволяя словам осесть. — Думаю, ты уже заметила: часть мужских слуг — мои люди. Их внедрил мой брат. И совсем скоро таких станет большинство. Если ты не встанешь на мою сторону — тебя просто выгонят. Ши Лю посмотрела ей прямо в глаза. На мгновение в её взгляде мелькнул расчёт. — Ты и сама видишь: служанки меня не любят. Сейчас у меня нет реальной власти… но это временно, — спокойно ответила Лу Линг. — Я изменю этот дом. Полностью. И если ты хочешь остаться здесь — тебе придётся выбрать сторону. Девушка вздохнула и кивнула. — Ладно. Но одно неверное слово — и я уйду. — Честный ответ, — Лу Линг едва заметно улыбнулась. — Я это ценю. Она сделала шаг ближе и понизила голос: — Начнём с малого. У моего мужа есть любовницы из домов удовольствий. Узнай их имена. И всё, что сможешь — привычки, связи, слабости. Ши Лю прищурилась. — Хочешь убрать их? Лу Линг чуть склонила голову. — Я хочу понимать, с кем имею дело.

***

Ши Лю знала: любое неверное движение может стоить ей жизни. Поэтому осторожность была её первой и главной защитой. Никто не должен был догадаться, что она работает на Лу Линг. Она умело держалась в тени большого дома, слушая и наблюдая. Муж Лу Линг был падок на женщин — это знали все. Но Ши Лю не была настолько наивной, чтобы верить в его слова любви. Она собиралась использовать это, чтобы узнать правду, но ни в коем случае не стала бы подставлять себя или рисковать без необходимости. Она следила за его появлениями в злачных местах города — там, где собирались куртизанки и влиятельные мужчины. Постепенно Ши Лю удалось узнать всё, что хотела Лу Линг: имена женщин, к которым он ходил, их характеры, привычки, связи. В каждом доме удовольствий у него была своя «единственная». И каждой он говорил одни и те же слова любви. Большинство не верило. Возможно, они были молоды — но не глупы. Хотя… некоторые всё же верили. На это Ши Лю могла лишь покачать головой. Слишком наивны. И именно поэтому — уязвимы.

***

Когда Ши Лю открыла дверь в кабинет Лу Линг, она сразу поняла — внутри кто-то есть. Двое одинаковых мужчин повернули головы и посмотрели на неё холодными, пустыми взглядами. Ши Лю мгновенно напряглась. — Не пугайте девушку, — со вздохом произнесла Лу Линг. Только сейчас Ши Лю заметила, что та сидит на столе, что-то спокойно записывая. — Ши Лю, войди. Служанка кивнула и закрыла за собой дверь. — Это близнецы Шао. Шао Цао и Шао Цзю, — ровно сказала Лу Линг, поочерёдно указывая на них. — Они мои люди. В случае необходимости будут помогать тебе… и защищать. Близнецы синхронно кивнули и снова перевели взгляд на Лу Линг, словно Ши Лю перестала для них существовать. — Ты всё узнала? — спросила она. — Да, — ответила Ши Лю, осторожно опуская свёрток на стол. — Здесь имена всех куртизанок, их характеры и привычки. Мне нужно сделать что-то ещё? Лу Линг раскрыла свёрток и пробежалась взглядом по строкам. — У тебя хороший почерк, — заметила она спокойно. Это действительно было удивительно. По её сведениям, Ши Лю нигде не училась — и всё же писала аккуратно и уверенно. Лу Линг взяла кисть и отметила несколько имён. — Найди этих девушек, — сказала она. — И спроси: хотят ли они свободы. Если согласятся, я выкуплю их. Но взамен они должны будут помочь мне. Ши Лю не стала задавать лишних вопросов. Лишь кивнула, забрала свёрток и вышла, тихо закрыв за собой дверь. Лу Линг глубоко вздохнула и перевела взгляд на близнецов. — Идите за ней. Защитите её, — сказала она после короткой паузы. — Тайно. И, чуть мягче добавила: — И не пугайте девушку снова. Близнецы кивнули и бесшумно исчезли за дверью.

***

Лу Линг было одиноко. Она давно не испытывала этого чувства. Раньше рядом почти всегда была Цзыюань и семья Юй, потом — Цансэ и остальные… но сейчас она была одна. И это давило. Ши Лю выполнила её поручение. Некоторые девушки отказались, но другие выразили желание встретиться с Лу Линг прежде, чем принять решение. Однако сейчас выбраться из поместья она не могла, поэтому оставалось лишь передать, что сама свяжется с ними, когда встреча станет возможной. А это произойдёт не раньше чем через месяц. Именно столько времени ей потребуется, чтобы заменить часть слуг на своих людей. Пока же — оставалось только ждать. — Госпожа Л… госпожа Цзинь, — поправил себя Шао Цао, протягивая ей письмо. — Это от первой госпожи Юй. — Спасибо, — Лу Линг кивнула и взяла конверт. Юй Маолин любила писать письма. У неё был красивый почерк и лёгкий, живой слог. В письме она рассказывала о цветах, о новостях ордена Юй, о повседневных мелочах и весёлых историях. Писала о Цансэ, Минчжу и Чанцзэ, которые отправились в путешествие, чтобы показать Минчжу другие ордена, и теперь держали путь в Гусу Лань. Упоминала, как глава ордена Юй готовится выдать младшую дочь замуж, когда Цзян Фэнмянь станет главой своего ордена. Как вторая госпожа Юй пытается устроить личную жизнь Первого господина Юй. И даже о том, как в ордене обсуждают её помолвку с Вэнь Жоханем. Письмо было тёплым. Живым. Почти домашним. «Малышка Лу. Ты всегда была очень сильной, и я знаю — ты справишься. Не забывай: мы очень любим тебя и скучаем. Надеюсь, ты скоро сможешь встретиться с нами». Лу Линг аккуратно сложила письмо и спрятала его в тайный отсек своего стола. Чтобы прочитать снова…когда одиночество станет слишком громким.

***

Итак, Лу Линг лично встретилась с любовницеми своего мужа. Их было шестеро — и каждая была готова пойти на всё, лишь бы освободиться от оков борделя. — Кто бы мог подумать, что нашим нанимателем окажется сама госпожа Цзинь, — с усмешкой сказала одна из женщин,не поднимая глаз. Но в её голосе чувствовалось напряжение. Лу Линг не могла её за это винить. Скорее всего, она ожидала сцены ревности или гнева из-за того, что её муж бывал у них. Но Лу Линг это не волновало. — Давайте начистоту, — спокойно сказала она. — Я знаю, что мой муж ходит к вам. И сразу скажу: у меня нет к вам никаких претензий. Я не собираюсь винить вас. Она сделала паузу, давая словам осесть. — Но я хочу, чтобы вы внимательно выслушали меня. И всё, что будет сказано здесь, не должно выйти за пределы этой комнаты. Шестеро девушек переглянулись, затем кивнули. — Вот как обстоят дела. Я хочу контролировать Цзинь Гуашаня. Хочу знать, где он находится и чем занимается. Рядом с вами он не будет осторожен… и именно это мне нужно. Лу Линг ненадолго замолчала. — Если вы поможете мне, я не только дам вам рекомендательные письма, но и отправлю вас в Мэйшань Юй. Там вы сможете освоить новое ремесло. И… при желании — даже стать заклинателями. В комнате повисла тишина. Женщины не знали, что сказать. Они явно не ожидали такого предложения. — Госпожа… вы говорите правду? — еле слышно спросила одна из них. — Да, — спокойно ответила Лу Линг. — Мы заключим контракт. Не обычный. Её голос стал холоднее. — Если вы предадите меня — вы умрёте. Если я предам вас — умру я. Она смотрела на них через ширму, не отводя взгляда. — Если вы готовы принять это — мы заключим сделку. Если нет — я дам вам время подумать. — Я согласна, — внезапно сказала одна из девушек, даже не раздумывая. Она сделала шаг вперёд. — Я никогда не верила, что у меня будет такой шанс… но если он есть — я хочу попробовать. Я доверюсь вам. Но, пожалуйста… не разрушьте это доверие. Лу Линг едва заметно улыбнулась. Ей было искренне жаль их всех. Этот мир был жесток к таким, как они. Среди куртизанок они были умны, умели читать и писать. У них могло бы быть блестящее будущее… если бы не родители, продавшие их. Если бы у них был шанс учиться. Если бы у них был выбор. На мгновение Лу Линг почувствовала отвращение к самой себе — ведь она собиралась использовать их. Но она отогнала эти мысли. Ей нужны были глаза. Те, кто сможет наблюдать за её мужем. А взамен… она даст им шанс. — Вы все согласны? — тихо спросила она. — Да, — ответили они почти одновременно. Лу Линг выдохнула, ощущая тяжесть этих слов. То, как легко они согласились, говорило само за себя. Они были в отчаянии. — Ши Лю, принеси контракт. И покажи его девушкам. Ши Лю молча исполнила приказ. Она передала свиток куртизанкам. Те читали его, помогая друг другу разобраться в сложных формулировках. И вскоре — одна за другой — поставили подписи,и отпечатки пальцев. Лу Линг подошла и подписала его последней. После короткого прощания девушки ушли. Ши Лю ещё долго молчала. — Думаешь об их судьбе? — спросила Лу Линг, не оборачиваясь. — Я просто… — Ши Лю сглотнула. — Это глупо — так легко довериться кому-то. Но… я могу их понять. — Людям иногда нужно верить в чудо, — спокойно ответила Лу Линг. — Я их не подведу. Ши Лю ничего не сказала. Она лишь шла следом, вспоминая собственную жизнь. Думая о том, что её родственники, скорее всего, тоже продали бы её… если бы она не сбежала вовремя. Ей повезло. Просто повезло.

***

Дни проходили в относительном спокойствии. Лу Линг всё ещё занималась «чисткой» среди слуг и время от времени переписывалась с семьёй. Так пролетело ещё четыре месяца. И вот однажды она получила приглашение на свадьбу. Но не на свадьбу Цзыюань и Фэнмяня, как ожидала. А на свадьбу Минчжу… и Цинхэ-цзюня. Лу Линг замерла. Она перечитала приглашение несколько раз, словно проверяя, не сошла ли с ума. Но нет. Всё было правдой. — Какого чёрта?.. Её не было всего полгода… а эти двое каким-то образом успели познакомиться и влюбиться? Любовь с первого взгляда? Она не стала бы отрицать — Цинхэ-цзюнь вполне походил на человека, который мог в такое верить. Но Минчжу?.. Лу Линг никогда не поверит, что она так легко согласилась бы. Она была готова на всё, чтобы помочь брату и быть рядом с ним в трудное время. И теперь она выходит замуж? Лу Линг глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Постепенно она начала понимать. Возможно… это выгодный союз. Для Минчжу — точно. Это могло сильно помочь её брату. Но тогда возникал другой вопрос: зачем это Цинхэ-цзюню? Лу Линг чувствовала нарастающее беспокойство. До свадьбы они переписывались, но после — от него не пришло ни одного письма. И она могла это понять: он не хотел создавать ей лишние проблемы. Она это ценила. Но сейчас… Сейчас она совершенно не понимала, что происходит. И это ей не нравилось. Приглашение она получила всего несколько часов назад. Лу Линг нахмурилась. Она знала, что её друзья, скорее всего, смогут предугадать её реакцию. Поэтому решила не торопиться с ответом и подождать несколько дней. Отправлять письмо обычным способом было рискованно — его могли перехватить. А использовать для этого близнецов Шао заняло бы слишком много времени. Поэтому она решила подождать. И не прогадала. Ночью, когда она была одна в своей спальне….окно распахнулось. И в комнату ворвалась не кто иная, как Цансэ — с широкой улыбкой и бутылкой «Улыбки императора» в руке. — Цансэ… где ты делa Чанцзэ? — устало спросила Лу Линг. — Чанцзэ-гэгэ пошёл навестить Фэнмяня. Мне стало скучно, и я решила прийти к тебе! — Ты проделала весь этот путь ради этого? — Лу Линг прикрыла глаза. — Да! — без тени сомнений ответила Цансэ. Лу Линг могла лишь тихо выдохнуть. — Ты сделала неверную ставку, — сказала она. — Я не могу пить. — Почему? — удивлённо спросила Цансэ. — Это из-за твоего мужа? Хочешь, я его убью? — Цансэ, если бы я хотела его смерти, на его могиле уже бы проросла трава, — спокойно ответила Лу Линг. — И нет, дело не в этом. Она налила себе воды. — Я пытаюсь забеременеть. Цансэ застыла, словно не сразу осознала услышанное. Несколько секунд она молча смотрела на Лу Линг, а затем резко, громко вскрикнула. Лу Линг мысленно поблагодарила себя за то, что заранее установила звукоизоляционный барьер. Иначе сейчас в её комнате был бы уже весь орден. — Ради всего святого, скажи мне, что тебя никто не заметил, — тут же сказала Лу Линг, не давая Цансэ опомниться. — Иначе скоро пойдут слухи, что в мою комнату ночью проник мужчина. — Но я же девушка… — растерянно возразила Цансэ. — Поверь, их это мало волнует, — невозмутимо ответила Лу Линг. — Стой, сейчас не об этом! — Цансэ резко встрепенулась. — Ты беременна?! — Пока нет. — О-о-о… — она грустно выдохнула. — Значит, я не буду тётей. Лу Линг закатила глаза, не в состоянии сдержать улыбку. — Эх… — Цансэ вздохнула, доставая кувшин. — Тогда мне нужно выпить, чтобы моя печаль утонула в вине. Она без всякого стеснения уселась за стол и принялась за кувшин с алкоголем. Лу Линг села рядом, наблюдая, как та опустошает его. Когда кувшин заметно опустел, Лу Линг наконец спросила: — Так… почему ты на самом деле здесь? Цансэ поставила кувшин на стол и тяжело вздохнула. — Меня отправила Минчжу. Она не смогла найти безопасный способ связаться с тобой, так что попросила передать всё лично. Лу Линг кивнула, готовясь слушать. — Минчжу и первый господин Лань заключили сделку. Минчжу в любом случае нужно выйти замуж, а Цинхэ-цзюаню необходима поддержка внутри ордена. Они решили пожениться, чтобы помочь друг другу. — На Минчжу давили из-за замужества? — хмуро спросила Лу Линг. — Да. Пусть А-Хань и стал главой, его положение пока шаткое. Многие старейшины недовольны — и им, и Минчжу. В итоге она решила обсудить это с первым господином Лань, и оказалось, что он сталкивается с теми же трудностями. В ордене Лань не принято сближаться с женщинами, особенно если мужчина не женат. Чтобы избежать слухов и давления, они решили объединиться и поддержать друг друга. Лу Линг снова кивнула. Это имело смысл. Минчжу не хотела становиться слабым местом для брата, а Цинхэ-цзюань стремился изменить устаревшие правила ордена Лань. Вместе они могли действовать куда увереннее. — Неплохо, — Лу Линг улыбнулась. — Это действительно удачный союз. Остаток ночи они проговорили обо всём, что произошло за то время, пока Лу Линг была занята делами в новом доме: о приключениях Цансэ, Чанцзэ и Минчжу, уроках Цзыюань и делах Фэнмяня, о предстоящей свадьбе. А под утро Цансэ ушла, оставив после себя непривычную тишину. Пусть и ненадолго, но Лу Линг почувствовала счастье.

***

Получив информацию от Цансэ, Лу Линг стало значительно легче. Она была сильно расстроена тем, что на протяжении долгого времени не общалась с друзьями и не имела никакой связи с внешним миром — всё из-за необходимости разбираться с делами ордена. Сейчас всё более или менее находилось в её руках, но расслабляться было рано. Поэтому она всё ещё не могла позволить себе свободу в этом месте. Ей не оставалось ничего, кроме как узнавать обо всём из вторых рук. День свадьбы Минчжу и Цинхэ-цзюаня приближался. Как близкая подруга Минчжу, Лу Линг отправилась в орден заранее, раньше мужа. Он должен был прибыть непосредственно к церемонии, а она уехала за несколько дней, оставив все дела. Возвращение в Гусу Лань было почти сюрреалистичным. После её ухода произошло столько всего, что Лу Линг казалось, будто прошло больше десяти лет, хотя на самом деле — едва ли два года. Закончив со своими вещами, она получила приглашение от Цинхэ-цзюаня. Тайная встреча. Лу Линг улыбнулась этой мысли. Раньше сам факт того, что он вызывает кого-то тайно, мог его смутить. Теперь же он делал это совершенно спокойно. Он ждал её в том же месте, что и раньше. Перед ним стояла доска для го. — Я плохо на тебя влияю, первый господин Лань, — с усмешкой сказала Лу Линг, садясь напротив. — Хотя, наверное, теперь мне стоит называть тебя главой клана Лань? Цинхэ-цзюань усмехнулся и сделал ход. — Мы давно не виделись, госпожа Цзинь. — Боже, этот титул всё ещё звучит так странно, — сказала Лу Линг, делая свой ход. — Итак… оказывается, ты у нас тут слабак в любви. Шесть месяцев — и ты уже растаял. В её голосе звучало явное веселье. Уши Цинхэ-цзюаня слегка покраснели, выдавая смущение. — Не говорите так. Мои отношения с госпожой Минчжу совершенно чисты. — Конечно-конечно, знаем мы таких, — весело отозвалась Лу Линг. — С виду невинные и нецелованные, а в голове… — Госпожа Цзинь, — смущённо прервал он, передвигая очередную фишку, — вы просто пытаетесь меня отвлечь, чтобы выиграть, не так ли? — Это тоже стратегия, — с улыбкой ответила она. Они продолжили игру, легко переговариваясь. — Спасибо тебе, — вдруг тихо сказала Лу Линг, выдохнув. — Ты даже не представляешь, как мне было… в том раздражающем особняке. Я думала, сойду там с ума одна. Цинхэ-цзюань мягко улыбнулся и налил ей ещё чашку чая. — Все очень переживали за вас. Я тоже, — тихо добавил он. — Без наших разговоров и игр мне было… одиноко. Лу Линг тихо засмеялась. — Мне тоже. — А-Линг! — взволнованный голос раздался из-за двери. В комнату поспешно вошла Ань Минчжу. На ней были полностью белые одеяния. — Ты приехала! — с радостью сказала она. Но почти сразу взяла себя в руки, глубоко выдохнула и мягко улыбнулась. — Прости, что не встретила тебя раньше. У меня были кое-какие дела, — устало добавила девушка, садясь рядом с ним. Цинхэ-цзюань нахмурился. — Учитель снова создаёт тебе проблемы? — с виноватым оттенком в голосе спросил он. Минчжу мягко улыбнулась. — Это не твоя вина. — Твой учитель? — Лу Линг тут же напряглась и перевела взгляд на Цинхэ-цзюаня. Он кивнул. — Да… — устало вздохнул он. — Он не был доволен моим выбором и всячески пытался мне помешать. А когда это не сработало, переключился на госпожу Ань, пытаясь таким образом заставить её отказаться от брака. Лу Линг нахмурилась. Она знала, при каких обстоятельствах в оригинале поженились эти двое. И знала одно — Минчжу должна была убить этого учителя. После чего Цинхэ-цзюань был вынужден жениться на ней, чтобы спасти её жизнь. — Вы двое, послушайте меня очень внимательно. — серьёзно сказала Лу Линг. Они удивлённо посмотрели на неё. — Я не знаю всех подробностей, но с твоим учителем, первый господин Лань… что-то не так. Цинхэ-цзюань нахмурился сильнее. — Что вы имеете в виду, госпожа Цзинь? — его голос стал напряжённым. — Я не знаю… — Лу Линг на мгновение замолчала. Она посмотрела на него, явно принимая решение, и тихо выдохнула: — Минчжу должна убить твоего учителя. — …Что? Оба смотрели на неё со смесью шока и неверия. — Я не знаю как. Не знаю причины, — спокойно продолжила Лу Линг. — Но это должно произойти. Она перевела взгляд на Минчжу. — Я знаю тебя. И уверена, ты тоже хорошо её знаешь, Цинхэ-цзюань. Она не стала бы убивать просто так. Значит, должна быть веская причина. Небольшая пауза. — Поэтому вам стоит быть очень осторожными. Будущие супруги переглянулись, после чего вновь посмотрели на Лу Линг — и молча кивнули.

***

На следующий день к ним присоединился орден Цзян. Фэнмянь и Юй Цзыюань — стоило им увидеть Лу Линг, как на лицах обоих появились улыбки. Фэнмянь улыбался открыто и ярко, Цзыюань же скорее ухмылялась, чем действительно улыбалась. Лу Линг поприветствовала их едва заметной улыбкой. Они сразу поняли, что это значит. За их спинами Чанцзэ и Цансэ переглянулись, и девушка тихо захихикала. Она явно уже готовила очередную шалость для второго господина Лань. Лу Линг оставалось лишь мысленно ему посочувствовать. Через несколько дней должна была состояться свадьба, а нормально собраться и поговорить они так и не смогли. Лу Линг лишь вздохнула: пить она, к сожалению, не могла. Даже несмотря на то, что была заклинателем, она не хотела рисковать здоровьем своего будущего ребёнка. Единственной настоящей проблемой оказалась местная еда — пресная и безвкусная. К счастью, Лу Линг была подругой Цансэ, а та всегда носила с собой специи. Так что они тайком приправляли свои блюда и тихо хихикали, словно вернулись во времена учёбы здесь. Фэнмянь едва сдерживался, чтобы тоже не устроить какую-нибудь шалость. Единственное, что его останавливало, — титул главы ордена. Лу Линг находила это ужасно забавным. Они все выросли, поженились и, возможно, скоро сами станут родителями — но стоило им снова собраться вместе, как казалось, что на пятерых у них всего одна клетка мозга. Когда наступила ночь, все собрались в комнате Лу Линг. Был установлен звукоизоляционный барьер, а Цансэ даже расставила ловушки, чтобы никто не помешал. И тогда началась настоящая вечеринка. В этот раз с ними были и Минчжу, и Цинхэ-цзюань — для него это была первая подобная встреча. Сначала он чувствовал себя неловко, но быстро освоился. Так в их кругу появился новый человек. И всю ночь они провели, рассказывая истории о своих приключениях и обо всём, что произошло за время их разлуки.

***

День свадьбы наступил. Лу Линг никак не могла найти себе места. Она уже предупредила Ань Минчжу и Цинхэ-цзюаня. Предупредила и остальных друзей — сделала всё, что могла. Но это не помогало унять тревогу. За Ань Минчжу сейчас не следил никто, кроме членов ордена Лань. Они не могли позволить, чтобы за их будущей госпожой наблюдали посторонние мужчины. При их строгих нравах это могло плохо закончиться. Поэтому они не рискнули отправить даже тайную стражу — даже женщин. Это тоже могли расценить как знак неуважения. Лу Линг считала это полной глупостью и бессмыслицей. О каких приличиях может идти речь, когда на кону человеческая жизнь? Но она ничего не могла изменить. Поэтому лишь тяжело вздохнула и попыталась смириться. К тому же Минчжу сказала, что с ней всё будет в порядке. Что она справится. А в случае опасности воспользуется талисманом, который Цансэ создала специально для неё. …Но тревога не уходила. Лу Линг искала взглядом Вэнь Жохана. Он стоял со своей делегацией и о чём-то разговаривал с членами ордена Лань. Наверное… ей стоило предупредить его. Он бы не допустил, чтобы что-то случилось. Он бы надавил. Сильнее. Добился бы, чтобы стражу всё-таки оставили. Это была её ошибка. Её взгляд скользнул к алкоголю. Орден Лань не пил, но члены других орденов — да. И, несмотря на явное недовольство, им пришлось подать вино. Это было личное распоряжение Цинхэ-цзюаня. Лу Линг покачала головой. Нет. Сейчас она не могла позволить себе выпить. Сделав глубокий вдох, она направилась к покоям Минчжу. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Но она не прошла и половины пути, как её обогнала Цансэ. И в тот же момент Лу Линг всё поняла. Минчжу в опасности. Она почувствовала это — ярость, вспыхнувшую вокруг, такую сильную, что воздух будто задрожал. Золотые молнии вырвались из её кольца, извиваясь вокруг рук. Юхэн рвался наружу. Но она сдержала его. Сжала зубы — и бросилась вперёд, вслед за Цансэ. Дверь распахнулась. Один удар — и кнут Юхэн с треском рассёк воздух. Мужчина, навалившийся на Минчжу, был отброшен в сторону, словно сломанная кукла. — Цансэ, позаботься о ней, — холодно сказала Лу Линг. Она встала перед Минчжу, закрывая её собой. Та дрожала. В её руках был меч. Одежда была разорвана. Цансэ тут же подбежала и обняла её, пытаясь успокоить. Кто-то — старейшина ордена Лань — что-то говорил, пытался объясниться… но Лу Линг уже не слышала. Ярость затопила всё. Она — госпожа Цзинь. Она не должна была вступать в конфликт с орденом Лань. Но сейчас….это не имело значения. Она хотела убить его. Лу Линг и не заметила, как давно не чувствовала этих эмоций — таких острых, таких знакомых ещё с прошлой жизни. Кнут снова и снова опускался на тело мужчины. Удар. Ещё один. И ещё. Плоть рвалась, кровь брызгала, тело превращалось в бесформенное месиво. Она не остановилась….пока чья-то рука резко не перехватила её запястье. Лу Линг подняла пылающий взгляд — и встретилась глазами с Вэнь Жоханом. И только тогда….её дыхание сбилось. Она заметила, как дрожат её руки. Медленно выдохнув, Лу Линг отозвала кнут обратно в кольцо. И повернулась к Минчжу. Та была укутана в верхнюю одежду Цансэ и всё ещё выглядела испуганной. В этот момент раздался звук шагов. Дверь резко распахнулась, и в комнату ворвались члены ордена Лань. Лу Линг почувствовала, что ещё немного — и она убьёт их всех. Они были здесь. Они знали. Они знали, что произойдёт. Вот как выглядела их «чистота». Вэнь Жохань стоял рядом с ней. Его челюсть была напряжена, взгляд — холоден. Он тоже злился. Сильно. И, судя по всему, пришёл к тем же выводам, что и она. — Благородный орден Лань… — ледяным голосом произнесла Лу Линг, делая шаг вперёд. — Воистину благородный. Она перевела взгляд на мужчину, которого только что избила. Старейшины ордена Лань вспыхнули. В зале поднялся шум — голоса перекрывали друг друга, обвинения сыпались одно за другим. Безжалостная. Холодная. Жестокая. Один из старейшин повернулся к Минчжу, явно собираясь что-то сказать. Лу Линг не дала ему закончить. Как только с его губ сорвалось первое слово — «распутная» — кнут со свистом рассёк воздух. Удар. Он даже не успел договорить. Вэнь Жохань, стоявший позади, явно собирался вмешаться — но она оказалась быстрее. — Распутная? — её голос стал ещё холоднее. Тише. Опаснее. Она сделала шаг ближе. — Давай я приведу сюда мужчину, который сильнее тебя… — медленно произнесла она. — И заставлю его сделать с тобой то же самое. Её глаза вспыхнули. — Ты будешь распутным? …или просто жертвой? Пауза. — Грязное животное. Вокруг неё трещали молнии. Воздух стал тяжёлым, давящим. Она была в ярости. Настоящей. — И вы смеете говорить о благородстве? — голос Лу Линг сорвался на резкость. — В вас нет ни капли доброты. Ни капли понимания. Она обвела взглядом старейшин. — О каком благородстве может идти речь....если вы не способны даже на малейшее сострадание? Её губы скривились. — Вы хуже свиней и собак. Вэнь Жохань сделал шаг вперёд, перехватывая внимание на себя. Его голос прозвучал холодно. Взвешенно. — Думаю… орден Лань должен дать объяснение нашему ордену Вэнь. Не так ли? В зале стало тише. Но напряжение никуда не исчезло. Лу Линг почувствовала давление — тяжёлое, ощутимое. Она повернула голову. Вэнь Жохань… Он стал сильнее. Гораздо сильнее, чем раньше. Или, возможно, он всегда был таким — просто скрывал это. Гнев в её груди постепенно начал остывать. Она поняла. Она зашла слишком далеко. Сейчас ей нужно остановиться. Пока она не сделала то, о чём пожалеет. Лу Линг медленно отступила назад. И позволила Вэнь Жохану взять ситуацию под контроль.

***

Несмотря на все проблемы, свадьба всё-таки состоялась. Ордену Вэнь была выплачена щедрая компенсация, чтобы загладить случившееся. Это было отвратительно, но, к сожалению, единственное, что они могли сделать. После всего произошедшего Вэнь Жохань ещё сильнее не хотел отпускать свою сестру. Однако после разговора с Минчжу он всё же выдохнул и решил оставить всё как есть. Пусть старейшину Лань и удалось спасти, но его отстранили и изгнали. Случившееся было скрыто, и никто кроме тех кто был там тогда не знали что произошло. Цинхэ-цзюань тоже понёс серьёзный удар. Он понимал, что в его ордене всё далеко не идеально, но не представлял, насколько всё запущено. Лу Линг перед уходом написала ему письмо, в котором сказала, что это не его вина, и что он всё ещё способен изменить орден к лучшему. Хотя ей хотелось остаться и поддержать Минчжу, у неё не было выбора — ей пришлось уйти и оставить всё на других. Вернувшись в свой орден, она чувствовала себя опустошённой. Ей не хотелось ничего делать. Но у неё оставалось слишком много работы — чистка слуг и служанок, укрепление власти, окончательное восстановление контроля над орденом. И она погрузилась в работу. Так глубоко, что почти забыла обо всём… Пока спустя два месяца не получила письмо от Минчжу.

«Лу Линг, Спасибо тебе большое. Я правда очень благодарна тебе за всё, что произошло.

Ты ударила его — и не позволила ему навредить мне.

В тот момент, когда тот старейшина назвал меня распутной, я думала, что разрыдаюсь… но ты остановила его за меня. Ты сказала, что он отвратителен, и этим заставила меня почувствовать себя намного лучше.

Цансэ говорила мне, что это не моя вина.

Цинхэ-цзюань тоже говорил, что это не моя вина.

Я очень благодарна им за поддержку.

А-Хань тоже был рядом.

Цзыюань дарила мне цветы.

Я постоянно переписывалась с Чанцзэ и Фэнмянем — они снова и снова говорили, что это не моя вина… и я действительно начинаю в это верить.

Я пишу это, чтобы сказать тебе главное: спасибо тебе.

Ты сделала всё, что могла.

Ты предупредила меня. Ты защитила меня.

Спасибо тебе огромное.

Я правда рада, что мы подруги.»

Лу Линг почувствовала, как слёзы наполняют глаза. И впервые за долгое время она не смогла их сдержать. Она разрыдалась.

***

Спустя семь месяцев они снова собрались на свадьбе Фэнмяня и Цзыюань. За это время Лу Линг наконец смогла полностью взять свой орден под контроль. Она больше не жила в постоянной тревоге и снова могла спокойно переписываться со всеми, не оглядываясь на последствия. Минчжу встретила её с сияющим, счастливым выражением лица — и новостью, которая ошарашила всех. Она и Цинхэ-цзюаню по-настоящему влюбились и решили встречаться. Вэнь Жоханя пришлось буквально удерживать силой, чтобы он не убил Цинхэ-цзюаня на месте. Цансэ кричала от радости, заявляя, что знала что всё так и будет. Цзыюань и Фэнмянь переглянулись и, уже как супруги, выпили за новую пару. Чанцзэ показал большой палец вверх, одобряя ситуацию. А Цинхэ-цзюань выглядел так, будто вот-вот провалится сквозь землю от смущения. Лу Линг не выдержала. И впервые за долгое время просто рассмеялась — легко, искренне, по-настоящему. Судьба не была идеальной. Но, возможно… она сможет сделать её лучше — для них всех. И особенно для их детей.