Второй шанс на победу.

Тихая ночь перед бурей

Ночь выдалась непривычно тихой. Дети Убуяшики обычно спали отдельно, но Аннет настаивала на ином. При свете масляной лампы она читала им сказку, пока младшая, Каната, не заснула, уткнувшись в её плечо. Кирия же лежал с открытыми глазами, уставившись в потолок. — Не спится, солнышко? Хочешь, сделаю тебе ромашковый чай? — Аннет провела пальцами по его волосам, стараясь уловить его взгляд. — Скоро я займу место отца, да? — голос мальчика звучал неестественно взросло, но он всё же прижался к её руке. — Да, — ответила она, глядя в темноту над собой. Улыбка не покидала её губ, но в глазах стояла тень. — Но я обещаю: всё будет хорошо. — Я умру в том же возрасте, что и он. — Кирия сжал кулаки, стараясь скрыть дрожь. Сердце Аннет сжалось. Она замерла на мгновение, затем крепче обняла его, прижав к себе, и поцеловала в макушку. — Скоро всё закончится. Мы разорвём это проклятие. Ты проживёшь долгую жизнь, мой мальчик. — Голос её дрогнул, и несколько слёз скатились по щекам, оставив влажные дорожки. — Я люблю тебя, — прошептал Кирия, впервые за годы позволив себе слабость и обвив руками её шею. — И я тебя, — ответила она, снова целуя его в голову и гладя по спутанным волосам. Она не заметила, как сама задремала, убаюканная его дыханием. А в это время Санеми сидел на крыльце, затачивая клинок. Лезвие скользило по точильному камню с монотонным шипением. — Господин Шинагудзава? — голос донёсся из темноты. Седовласый охотник мгновенно вскочил, выставив меч вперёд. — Мы пришли в гости. Встречайте как подобает, — раздалось уже ближе. — Как некрасиво, — рассмеялась Лилит, появляясь на крыше. Её красные глаза сверкали в лунном свете. — Угрожать оружием дамам… Шинагудзава не отвечал, лишь переводил взгляд между ней и Юки, которая подкрадывалась с другой стороны. — Хаширо… Господин будет доволен, когда я преподнесу ему твою голову, — прошипела Юки, облизывая губы. — Я чую кровь Убуяшики. Они здесь, да? — Мрази! — Санеми плюнул им под ноги и ринулся в атаку. Юки легко увернулась, но лезвие всё же оставило тонкий порез на её руке. Пока она отвлекала охотника, Лилит рванула к дому. Однако Санеми успел перехватить её, отшвырнув прочь ударом ноги. — Он быстр, — проворчала Лилит, поднимаясь. — Юки, займись им! Я найду Убуяшики! — Ты силён… — Юки улыбнулась, кружа вокруг него. — Зачем защищать их? Все беды — из-за этого рода. Пока мы шли сюда, моя подруга уже развлеклась с жителями деревни. Отдай нам мальчика и Аннет — и мы уйдём. — Я сниму с тебя кожу, тварь, — прошипел Санеми. — А потом доберусь и до вашего Мудзана. Глаза Юки вспыхнули. — Не смей осквернять его имя! — Она бросилась вперёд, но Санеми ловко парировал, отрубив ей руку. В тот же миг Лилит рванула в дом — и тут же вскрикнула, наткнувшись на его клинок. Резкий крик Лилит разорвал ночную тишину. Аннет мгновенно открыла глаза, её тело напряглось, а пальцы впились в одеяло. Рядом посапывала Каната, а Кирия лежал с широко раскрытыми глазами — он тоже услышал. — Бой… Санеми…* Грохот, звон клинков, проклятия демонов — всё сливалось в хаос. Аннет резко поднялась, её тонкие пальцы дрожали лишь на мгновение, прежде чем сжались в кулаки. Приказ. — Кирия, — её голос был тихим, но стальным. — Разбуди сестру. Быстро. Мальчик кивнул, уже привыкший к опасности. Он тряхнул Канату, и та заворчала, протирая глаза. — Тётя?.. — Тише, солнышко. Вставай. Аннет схватила их за руки и подвела к большому дубовому шкафу. — Залезайте внутрь. Не шевелитесь. Не дышите громко. Что бы ни услышали — не выходите. — А ты? — Кирия схватил её за рукав. — Я вернусь. Она захлопнула дверцу, затем резко развернулась и бросилась вниз. Отвлекающий манёвр. Лилит уже ворвалась в дом, её алые глаза метались в поисках добычи. Аннет замерла на лестнице, оценивая ситуацию: Санеми сражался с Юки, но был ранен — кровь сочилась из пореза на боку. Лили рвалась наверх, к детям. "Если они найдут их — всё кончено." Аннет сделала шаг вперёд, намеренно громко ступив по скрипучей ступеньке. — Ищете меня? Лилит резко обернулась, оскалившись. — Ах ты хитрая сучка… Юки тоже заметила её и бросилась вперёд, но Санеми перехватил удар. — Беги! — прошипел он, но Аннет знала: если она убежит, демоны разорвут его и пойдут за детьми. "Нужно их увести." Она метнулась в сторону кухни, намеренно громко хлопнув дверью. — Лови её! — взревела Лилит. Юки догнала её у заднего выхода. Её пальцы впились в запястье Аннет, выкручивая руку. — Где дети? — прошипела демоница. — Далеко отсюда, — Аннет даже не дрогнула, хотя боль сводила челюсти. Юки ударила её по лицу, но блондинка лишь медленно подняла голову, улыбаясь. — Ты проиграла. Они уже вне досягаемости. — Тогда господин удовольствуется тобой, — Лилит схватила её за волосы, притягивая к себе. Аннет не сопротивлялась. — Отпустите Санеми. И не трогайте детей. — И что, мы просто так уйдём? — засмеялась Лилит. — Я пойду с вами добровольно. Юки прищурилась. — Почему мы должны верить? — Потому что иначе я буду бороться до последнего, — Аннет холодно посмотрела на неё. — А вам нужна я целой, верно? Демоницы переглянулись. — Договорились, — наконец сказала Юки. Аннет позволила надеть на себя оковы, последний раз глянув в сторону леса. "Живите." Лилит схватила её за плечо, и тьма поглотила свет.

Темное измерение

Воздух сгустился, наполняясь запахом меди и тлеющего пепла. Аннет ощутила, как каменный пол под ней стал влажным и холодным, будто погребальная плита. Её руки, скованные за спиной демоническими путами, слегка дрожали — не от страха, а от пронизывающего холода этого места. Тени вокруг зашевелились, и из мрака вышел Мудзан Кибуцудзи. Его шаги не издавали звука. Первые секунды Он остановился в двух шагах от неё, изучая её лицо с почти клиническим интересом. Его глаза — те же, что и у неё: холодные, почти прозрачные, как лёд под лунным светом. — Аннет Убуяшики, — произнёс он, и её имя на его языке звучало как проклятие и признание одновременно. Она не опустила взгляд. — Мудзан Кибуцудзи, — ответила она, и её голос не дрогнул. Игра в зеркала Он наклонился ближе, его пальцы коснулись её подбородка, приподнимая лицо. — Ты похожа на меня. Не только внешне. Ты так же холодна. — Возможно. Но я не убивала своих детей, — парировала она. Его пальцы сжались — достаточно, чтобы оставить синяк. — Где твой брат? — Мёртв. — Лжёшь. — Тогда зачем ты спрашиваешь? Гнев и восхищение. Мудзан замер, затем рассмеялся — звук был похож на скрежет металла. — Ты смела. Но глупа. Ты думаешь, твоя смерть что-то изменит? — Нет. Но она лишит тебя удовольствия пытать меня. Его рука впилась в её горло, но она даже не моргнула. — Ты нужна мне живой, — прошипел он. — Твоя кровь, твой разум… Ты ключ к тому, что я ищу. — Тогда ты проиграл, — она улыбнулась. — Потому что я никогда не помогу Он отшвырнул её, и она упала на колени, кашляя. — Сломаю. — Попробуй. Он повернулся, его плащ взметнулся, как крылья ворона. — Отведите её вниз. Демоницы схватили её за плечи, но она сама встала и пошла, не оглядываясь. Последнее, что он услышал перед тем, как тьма поглотила её: — Ты всё ещё человек. И это твоя слабость. Его кулаки сжались.