Искры мечей тысячелетия

      Приятный звон растрескивался по гостиной в квартире Макото. Подойдя к телефону, девушка взяла трубку.       - Алё? – спросила Макото.       - Мако-тян, ты? – на другом конце был приятный голос добрейшей подружки – Усаги.       - Угу. – ласково ответила она, ожидая типичную утреннюю беседу в выходной. Она даже успела взять телефон в руки и направиться к дивану.       Тут Усаги сказала что-то такое, отчего лицо Макото резко исказилось в крайне неприятную сторону. Усаги позвала к трубке Изаму.       Хозяйка квартиры крикнула сожителю, а в трубку немного недовольно сказала: «Сейчас».       Изаму, который тренировал стойку на руках резко упал после того, как услышал крик. Быстро протерев лицо футболкой и накинув её же на себя, он вышел из комнаты.       - Тебя к телефону. – сухо сказала Макото. – Усаги-тян.       Глаза парня расширились от удивления. Он принял трубку и начал говорить.       - Это Изаму. Привет! – радостно сказал он. – Сегодня?.. Дома, вроде бы... Нет конечно... Нет... Ого... Ага... Ух ты... Конечно-конечно!.. В семь ведь?.. Угу... Буду!.. Ахаха, ну что ты!.. Ну ладно. Увидимся!       Парень передал трубку обратно Макото и направился обратно в комнату.       - Стой! – властно сказала Макото, после чего продолжила говорить по телефону, очень ласково. – Усаги-тян, а как поживаешь?       - Извини, Макото-тян. Тут собираться надо. Ты уж прости, потом ещё созвонимся. Пока-пока! – ответила Усаги и положила трубку.       Губы шатенки еле заметно дернулись. Она очень медленно повернулась на Изаму, который стоял в комнате.       - Сначала Минако, теперь Усаги? Отлично у меня подруг воруешь.       - Чего?! Да я бы никогда не подумал. – парень не совсем понял причину её недовольства.       - Да ладно. Я шучу. – с ухмылкой сказала Макото и успокоилась. – Что там в семь часов то?       - Там папа Усаги пригласил меня на ужин. Вот и довольный теперь хожу. – довольный ответил Изаму.       Парень развернулся и пошёл в свою комнату. Так как Макото было жалко какую-либо вещь в доме, то она резко подбежала к Изаму и дала ему подножку, от которой тот упал прямо на зад.       - За что? – обиженно спросил парень.       - А чтобы не втыкал! – так же обиженно ответила Макото.       .....       Воскресное утро предвещало что-то необычное. Такэо чувствовал это.       В своей комнате – чисто мужской обители, с минимум вещей для улучшения повседневного быта и кучей пылесборников на полках – парень чувствовал себя мощным. Его место силы вобрало всё, что он так любит и ценит: фотографии родителей, музыку почти во всех её проявлениях (кассеты, пластинки, диски), игры, постеры и ещё что-то по мелочи.       Вид из окна у него был хороший. Дорога, местами деревья, стоящая напротив высотка. Контраст - и на этом отлично.       Утренняя рутина Такэо должна идти всегда по определенным правилам. Сперва он сделает разминку – 20 минут, из которых бег 5-10 минут. Потом он моется в душе – 10-15 минут. Далее нужен правильный завтрак из легкого, но плотного блюда. После завтрака надо одеться и только после этого можно идти по делам.       Именно такому плану Такэо каждое утро не действует. Только иногда по выходным. В обычные будние дни он успевает только поесть и одеться.       Но сегодня было воскресенье. После выполнения этих процессов он чувствовал себя отлично, хоть и не понимал, зачем потратил час своей жизни.       Но еще двадцать минут своей жизни он потратил на то, чтобы вспомнить. Вспоминал разное, а именно, куда он собирался пойти.       Он вышел из комнаты, спустился на первый этаж и подошел к телефону. Номер долго вспоминать не пришлось - Такэо часто звонил туда.       - Алё. Кино-тян? - спросил он, когда гудки закончились.       - Да. Кто говорит?       - Я. - ответил Такэо, не осознав сначала, что сморозил.       Из трубки донеслось грозное молчание. Такэо вдруг вспомнил, как его зовут.       - Сибата Такэо. Ахах. Привет!       Макото цокнула, а Такэо это услышал. Стало ясно, что она не в настроении.       - Изаму там? - парень перешел к делу.       - Изаму тут. - сухо процедила девушка и позвала сожителя. Второй раз за утро.       - Изаму-кун? Здарова... Помнишь, Умино сегодня репетирует. Звал нас... Ага... Ты занят что-ли?.. - молчание. - А-а-а. Тот дядя Кендзи? Помню, помню, говорил о нем... Ну, если так, то ладно. Бывай уж там... Да... Передай трубку Макото, пожалуйста.       - Чего тебе?       - Там Умино репетировать идет, Изаму не идет, может ты...       - Даже не думай. - резко остановила его Макото.       - Тогда пока! - с улыбкой сказал Такэо и положил трубку по добру по здорову.       Такэо успокоился и подошел к панорамному окну. Отец уже как пару часов поехал на работу, дом снова остался только ему самому. Но особо радости ему это не приносило.       Значит, Изаму занят. А до вечера дел нету. В жилах застыла кровь, когда в голове пронеслась мысль о домашке. Однако Такэо больше ничего не оставалось. В перерывах он почитает книги, посмотрит последнюю серию того шоу, и, быть может, что ещё сделает.       Выдох, последовавший после этих мыслей, был ужасающе тяжел. Казалось, что сейчас дом расшатается и поползет вниз по холму, как от оползня. Но ничего не случилось. Такэо все так же смотрел в окно дома, где все так же ничего не происходило.       .....       В Логове все было как обычно. Первые пробужденные Рыцари, кроме Харона, естественно, сидели в кругу перед тремя демонами и отчитывали на этот раз Оберона. Терпение инопланетян стало заметно меньше, а Тефия была намного более тихая и замкнутая, чем обычно.       - Ну и что вы мне скажете? – уверенно, хотя скорее безрассудно, спросил Оберон и положил ноги на стол.       - Была бы моя воля, я бы тебя на месте убил. – прорычал правый.       - Твоя атака была безрассудной. – сказал центральный.       - Однако, энергии ты собрал кучу. – добавил левый.       - Твоя самодовольная рожа... – процедил сквозь зубы правый, если бы они у него были.       - Ты не смог одолеть ни одного другого Рыцаря или Воительницу. – вспомнил центральный.       - Но все же ты показал, что на многое способен. – закончил левый.       Нависло молчание. Хотя, в кругу этих трех инопланетян молчание было довольно частым гостем. Все ждали ответа Оберона. Он же, в свою очередь, изначально не хотел тратить своё драгоценное время на пустой треп.       - Это все, что вы хотели сказать? – сухо спросил он.       Правый хотел было поднять руку, но центральный остановил его. Рыцари им были слишком уж нужны.       - Мы хотим сказать, что ты должен действовать, привлекая чуть меньше внимания. – пояснил центральный.       Ответом Оберона послужило молчание.       - Попытайся пробудить Джульетту, ну или Калибана. Тут уж как получится. – через некоторое время добавил все тот же центральный. – Их сила будет полезна.       Сейлор Оберон снова ничего не ответил и со всей позволявшей ему элегантностью, которой не было, вышел из комнаты. Почти сразу за ним из комнаты вышли четверо оставшихся Рыцарей.       - Видать у тебя достоинства размером больше, чем мозг. – слегка язвлено заметила Сейлор Диона.       - Может и так. – ответил Оберон, не останавливаясь.       - Не боишься, что тебя в один момент могу взять и... – она провела пальцем по шее.       - Не, я бы выиграл.       Рыцари наконец дошли до «спокойной» комнаты, где помимо телевизора, теперь стоял диван, стол, сервиз и ещё немного различных вещей.       Молчаливый Сейлор Япет всем весом своего тела рухнул на софу. Та слегка проскрипела, но выдержала его. Утонченная Диона уселась рядом с Титаном. Уверенный в себе Оберон присел на кресло и задремал, сказав, чтобы его разбудили позже. Лишь скромная Тефия осталась стоять у двери. Сейчас её мысли были направлены совсем не на эту комнату и даже не на улицы Токио, хотя ментальный взгляд шерстил их вдоль и поперек.       Тефия не могла не думать о Хароне. Уж слишком ей жалко было его. И страшилась она того, что придется выйти против него в бою.       - Успокойтесь, ребята. Скоро, совсем скоро все будет хорошо. – вдруг сказал Сейлор Титан, должно быть, самый слабый в этой комнате, хотя и был пробужден первым.       - Ты насчет других Рыцарей? – спросила Тефия.       - Да. Насчет них тоже. – после короткой паузы ответил он.       .....       В квартире одной из новостроек района Адзабу царила как обычная для него атмосфера. Она заключалась в том, что многие вещи там были раскиданы по самым различным уголкам, и лишь раз в неделю все они доходили до привычных мест. Связано это было с тем, что владельцам было слегка лень убирать то, что по сути убирать то не надо.       Умино всегда считал, что если какая-то вещь постоянно нужна, то нет смысла класть её на место, ведь лучше запомнить, где ты её оставил. Нару, его невеста, поддерживала такой подход. И в целом, этот подход работал, порою даже успешно. Как минимум, салфетки, ингредиенты для блюд, рубашки и блузки всегда оказывались под рукой.       Одна лишь гитара парня была всегда на почетном месте – на стойке рядом с компьютерным столом. Этот Gibson SG красного цвета красиво блестел под лучами солнца по утрам, радуя глаз своей эстетикой.       Владелец этого инструмента по выходным любил полежать на кровати подольше. Нару уже не было в постели, когда Умино проснулся. Он улыбнулся этому утру и, после короткого похода в ванную, сразу же повесил на плечи гитару – радость всей жизни.       Он сыграл пару аккордов, потом соло из C'est la Vie, ещё какие-то темы, после чего отложил гитару. Заиграл другой его инструмент: низким басом пробурчал живот.       Когда Умино оделся в легкую домашнюю одежду, то наконец вышел в кухню, где сидела ещё одна, более главная радость жизни. Нару, Нару-тян, жена, любимая, душенька, сердце моё – Умино по-разному называл её, но в каждое новое название он закладывал всю любовь, но которую был способен. Эта девушка действительно была кусочком его души, и он был для неё тем же. Если говорить коротко, то никаких слов не хватит, чтобы описать любовь Умино к Нару и любовь Нару к Умино.       Обычно в такое утро Умино выходит на кухню, обхватывает Нару, чем-то занятую у плиты, сзади, после чего нежно целует её за шею, после переходя к лицу. Потом, обычно, Умино разворачивал её к себе, а Нару, несмотря на подгорающую еду в сковороде, не будет против. Их поцелуй длится очень долго, и каждую секунду этого поцелуя Умино всё сильнее прижимает Нару к себе. А когда всё закончится, то они останутся заряженными энергией на весь день.        Но, к сожалению, Нару сейчас не стояла у плиты и не была занята чем-то. Более того, она даже не была в своей лёгкой одежде и с фартуком, сейчас на ней было легкое домашнее платье типичной домохозяйки. Но ещё больше «более того» привносил Такэо, который сидел за столом рядом с милой женушкой и пил с ней чай.       - Доброе утро! – с улыбкой сказала Нару.       Умино был удивлен. Пару секунд он не мог ничего говорить. С самого момента, как он положил гитару на стойку, Умино хотел сделать свою самую любимую процедуру с Нару, а тут вот оно как.       - Круто играешь. – без капли иронии сказал Такэо. – А у тебя прекрасный чай. – добавил он, так же без иронии, обратившись к Нару.       - Такэо-кун? – для точного подтверждения спросил Умино.       - Не Изаму же. И тем более не Токаге. – Такэо отодвинул стул. – присаживайся, мы тебя уже заждались.       - Как долго?       - Минут двадцать.       Губа Умино нервно дернулась, но скорее от досады, чем от неприязни. Все же, подумал он, хорошо хоть это Такэо, а не кто-либо другой.       - Умеешь ты удивлять. – со смехом сказал Такэо и сел за стол. – Доброе утро, милая. – добавил он невесте.       Тут Нару встала из-за стола и принесла обоим чаю, для Такэо это была вторая кружка. Когда она клала кружку для Умино, то они на секунду отвлеклись на легкий поцелуй; Такэо, по обыкновению, перевел взгляд на часы так легко и уверенно, что это показалось обычным совпадением. После этого девушка вышла в другую комнату, сказав, что немного уберется.       - А зачем ты пришёл? – спросил Умино.       - Делать нечего было. – спокойно ответил Такэо.       - Выходной же, почему не поспал?       - Черт его знает. Проснулся и все.       Ответом Умино послужили пару глотков чая. Он знал, что Такэо умеет делать такие странные выходки.       - Так зачем тебе на мою репетицию идти?       - Посмотреть, как ты играешь, и увидеться с Ямасито Аданом.       «Точно, Ямасито-сан ведь известность в узких кругах» - подумал Умино. Этот солист, также известный под псевдонимом Яното, виртуозно играющий на гитаре, всего за два года собрал большую аудиторию и выпустил два альбома и один EP-шник. А скоро, летом, будет очередной его концерт. Умино же, не без помощи Фумио, на студию которого приходил Яното, смог добиться роли ритм гитариста на этом концерте.       - Хитрый ты, Такэо-кун. – сказал Умино и глупо улыбнулся.       Такэо лишь улыбнулся в ответ.              Далее Такэо, как это называется, зависал на хате у друга. Они вместе отдыхали, развлекались, смотрели телек или компьютерные познания Умино, его способности игре на гитаре и так далее. Такэо тоже подергал струны – у него дома лежит классическая гитара, на которой он время от времени играет – правда получалось у него не совсем хорошо, ведь медиатором он почти не пользовался.       В какой-то момент Нару решила показать то, чем готова была поблистать. Она выставила на показ для Такэо свою коллекцию игрушечных лягушек. Самых разных материалов и размеров. Гость был, мягко говоря, впечатлён. А потом похожая коллекция, но с котами.       Если говорить кратко, то никто не скучал. И обсудить они успели всякое, и сыграть в настольную игру. Даже не заметили, как время дошло до момента, как надо было отправляться.       Умино аккуратно сложил гитару в чехол, положил туда провод, после чего распрощался с Нару.       И лишь когда они вышли из квартиры, Такэо понял, что с Нару что-то не так. Он буквально чувствовал в квартире странную энергетику. Сильную, мощную и точно нечеловеческую.       Всё время нахождения там, Такэо ощущал эту легкую давку в глаза и уши. Сначала он подумал, что это какой-то недуг, но вскоре стало ясно обратное. Мощная аура источалась от чего-то, или кого-то. И спустя пару часов отдыха сомнений не осталось – это Нару.       Но самое плохое было то, что Такэо видел, точнее чувствовал подобную ауру прежде. Ещё точнее будет сказать, что ауру такую ощущал именно что Каллисто. Аура Сейлор Рыцаря. Теперь ответ мог дать только Даичи.       .....       Приготовился кофе. Высокая девушка подошла к машинке и взяла кружку. Молча, элегантно, образцово, она вышла из кухни и подошла к панорамному окну. Ходила она так, не потому что была сейчас на съемках рекламы, а просто потому что по-другому не умела, не принимала небрежность.       В окне же, выходившем из тридцатого шестого этажа, она ничего особенного не заметила. Всё то же солнце, клонящееся к закату, всё тот же город, всё тот же богатый район, всё те же люди внизу. Но она определённо что-то почувствовала. Снова.       Другая девушка, в одной лишь ночной блузке, тихонько подошла к другой, потирая глаза.       - Чего ты там снова увидела? – с улыбкой спросила сонная.       - Опять кто-то все прочесывает. – сухо ответила высокая.       - Ну и что, Воительницы ведь справляются.       - Знаю. – после довольно долгой, удлиненной тем, что сонная прижалась к высокой со спины, паузы первая продолжила. – Ощущение, будто сегодня нам придется выйти посмотреть, что да как. Я пойду с тобой.       - Неужто сегодня? – лениво спросила сонная.       Ответом послужило молчание и легкое поглаживание ладони.       .....       Изаму уже битый час (то есть тринадцать минут) стоял перед зеркалом в гостиной и думал, как лучше одеться на ужин. С одной стороны, костюм не нацепишь – слишком официально. С другой стороны, в обносках не пойдешь. С ещё одной стороны в слишком простой одежде не хотелось идти.       Когда Изаму встал перед зеркалом чисто в рубашке и брюках, то начал говорить вслух:       - Мне нравиться этот прикид и я готов пойти в нем на ужин без стыда. – для дополнительного убеждения он закрыл глаза как медиум и покрутил вытянутой рукой.       Открыв глаза, он понял, что этот прикид и впрямь хорош.       - Ты что-то говорил? – спросила Макото, проходя в этот момент мимо.       - Да, убеждал себя в том, что будет хорошо, если пойду в таких одеждах.       Девушка немного не поняла, но и пытаться не решила.       - Как по мне, тебе это не идет. Попробуй более однотонную рубашку. – сказала она без упрека, но и без интереса.       Изаму цокнул и пробурчал:       - Придется всё заново начинать...       Макото лишь пожала плечами и продолжила идти в кухне.       .....       - И часто ты такое кофе пьёшь? – спросил Такэо у Умино, когда они почти дошли до места назначения.       - Перед репетициями всегда. – сказал парень с чехлом от гитары на спине и сделал ещё глоток.       - Оно ж богатейское. – непонимающе протянул Такэо.       - А разве ты бы насчет этого волновался? – с ухмылкой спросил Умино. – Тем более, заряд энергии и всякое такое.       - Не только в стоимости дело. – ответил Такэо, когда они зашли в раздвижную дверь большого здания.       После небольшого, но крайне изящного холла они направились вдоль по коридору, до его середины. Зайдя в дверь глазам Такэо открылся удивительный мир репетиционной комнаты.       Небольшая комната была обвита черными звукоизоляционными панелями. По 4-ем углам стояли большие комбоусилители, две для гитары, одна для баса, последняя для линии. А на возвышении стояла барабанная стойка. Из людей здесь сейчас был только басист.       Усталого вида парень с густыми коричневыми волосами. Довольно высок, но одет непримечательно, в отличии от того же Умино. К моменту прихода двоицы он только подключался к усилителю.       - Привет. Рановато мы. – сказал он, взглянув на часы. – Это Сибата-сан?       - Здравствуйте. Можно просто Такэо. – сказал Такэо.       - Даров, Мацуда-кун. Да, не люблю опаздывать, и на улице делать нечего. – ответил Умино и начал разгружаться.       Через пару секунд в комнату вошла девушка с воинственной светлой прической – барабанщица.       - Привет мальчики. – дружелюбно сказала, доставая из сумки палочки. – О, ты Сибата-сан?       - Здравствуйте. Можно просто Такэо. – сказал Такэо.       - Привет. – коротко сказал Умино, не отвлекаясь от настройки гитары.       - Привет, Рин-тян. – сказал басист, как только отрегулировал звук.       Ещё через десять секунд, за мгновения до того, как Такэо успел открыть рот для разговора, в репетиционную вошёл лидер всей группы – Ямасито «Яното» Адан.       Такэо вскочил со стула от прилива эмоций – как положительных, так и негативных.       Взрослый парень, весь из себя звезда и красавчик из-под обложки журнала, источал неутолимую харизму. От его кудрявых волос, казалось, отражается каждая лампа в этой комнате и бьёт прямо в глаза Такэо. Его прищуренный взгляд видел всё. А его улыбка могла заставить растаять любую фанатку.       Однако, один лишь Такэо видел в Яното что-то другое. Зловещую ауру, прямо как от Нару.       От такой неожиданности он совсем потерял дар речи.       - Значит, ты тот Сибата Такэо? Друг нашего Умино-куна?       - Д-да. – ответил запнувшийся в мыслях Такэо.       - Небось автограф хочешь?       Такэо не мог сконцентрироваться на первопричине своего появления здесь, но отвечал машинально.       - Да.       - А потом посмотреть, какие композиции мы будем играть? – по тону казалось, что Яното сейчас просто откажет. Но Такэо было уже все равно.       - Ага.       В молчании прошло несколько секунд.       - А спойлеров не боишься? – с ухмылкой спросил вокалист.       - Нет. – ответил, слегка собравшись, Такэо.       - Тогда добро пожаловать! – Яното был человеком очень добрым, а потому такие гости не являлись редкостью. – Только не записывай ничего и не мешай, пожалуйста.       - Конечно! – Такэо осознал, что, пока что, от Яното никакой угрозы нету, а поэтому вернулся к первональному плану.       - А Мичиру где? – спросил Мацуда, когда лидер настроил свой комбик.       - Слегка опоздает. – пояснил Яното. – А потому, давайте разогреемся.              Такэо увидел нечто удивительное. В начале они повторяли собственные отрывки, каждый играл что душе угодно, лишь бы пальцы размять. Потом они приступили к песням собственного сочинения. И тут пошло. Четыре инструмента и два голоса слились в небывалой гармонии.       Каждый игрок чувствовал другого. Лид и ритм гитаристы ощущали между собой музыкальную связь, оба они подстраивались под гулкие, низкие звуки басиста, а также под отзывчивые и красивые барабаны. Басист же играл под барабанщика. Барабанщица играла под басиста. Выходившая из комбоусилителей песня заворожила Такэо. Он притих, приник и перестал существовать в этой комнате. Он стал сторонним наблюдателем, что от третьего лица смотрит на эту комнату, и ощущая каждую частицу того, что в ней происходит.       Такэо действительно думал, что ощущает всё происходящее. Но он не постигал и единицы того, что постигали сами музыканты. Ощущать чувство, возникающее, когда пальцы твои создают замечательную симфонию на струнах или бочках да тарелках, и как эти симфонии объединяются в один великолепный катарсис – это ли не чудо. И, к сожалению, Такэо не понимал этого (менее грустным он не становился).       Если бы басист умел писать текста прозой, то описал бы свои чувства именно так. Но, увы, произойти этому не было суждено, а потому, Такэо и басист оставили свои размышления о репетиции в себе.       Но всё же, Такэо не улетел в полёт удовольствия от такого прослушивания музыки только лишь потому, что Яното всё извергал из себя ауру Сейлор Рыцаря.       Во время перерыва Такэо вышел за кофе. Его мысли были заняты только этим обстоятельством.       Что же такого в том, что от Нару и от Яното исходят мощные ауры Рыцарей? Буквально, вокруг этих двоих словно горит фантомный огонь слабой силы. Это напрягает, особенно когда только ты один во всей округе видишь такое. Как бы за психа не приняли.       «Ауры аурами, но кофе само себя не выпьет.» - подумал Такэо и направился обратно к музыкантам. Они попросили его принести воды.              За пару минут до прихода Такэо обратно в здание, туда же зашли Мичиру Кайо и Харука Тенно. Мичиру – скрипачка в группе Яното. Она очень известна своими выступлениями и своей красотой. Высокая, с зелеными волнистыми волосами и с прекрасным лицом нимфы. Харука, спутница Мичиру, – не менее известная в определенных кругах девушка. Гонщица, каратистка. Выше многих мужчин и сильнее многих мужчин. Из-за коротких волос и мужской комплекции, её можно даже спутать с парнем.       Если Мичиру пришла ради репетиции, то Харука с ней за компанию. Считай, как Такэо.       В репетиционной царила атмосфера отдыха. Пока Мичиру подключала свою скрипку, другие разминали пальцы и болтали о том о сем.       Харука спокойно сидела в углу и думала о своём. Обычно она сюда не приходила, но сегодня они обе с Мичиру почувствовали знамение. Будто опасность может быть выйти в любой момент. Например, когда они будут идти в кафе после репетиции. Или, когда будут идти после кафе в кинотеатр. Ну или, когда после фильма возьмут курс прямо домой.       Однако та самая опасность настигла их прямо сейчас. Открылась дверь, в неё вошёл какой-то парень. Было ясно, что парень – чудовище.       Вошёл то в репетиционную Такэо. Сказал, что принес воду, поприветствовался с новоприбывшими – не делал чего-то странного или страшного. Но Харука и Мичиру чувствовали от него ужасную ауру. Красным огнем горело его тело, а каждый шаг отзывался небольшим взрывом этой темной энергии.       Харука и Мичиру быстро переглянулись, но набрасываться на него не стали. Видимо, он ничего не понял.       А ведь Такэо и вправду ничего не понял. Даже не заметил слегка ошарашенных взглядов двух девушек. Все, что он увидел – два новых человека в репетиционной. Но времени на обсуждения у него не было. Он вдруг вспомнил, что надо было дописать лабораторную работу.       - Знаете ребят, я, пожалуй, пойду. Дела кое-какие появились, все такое. Спасибо, – обратился он к Умино, – что разрешил пойти с тобой. И спасибо, – тут он обратился к Яното, – что разрешили посидеть. Рад был встрече и знакомству.       Все попрощались с ним, но Харука оставлять это просто так не могла. Мичиру пришлось остаться там же, чтобы не вызывать подозрений. Но блондинка, под предлогом похода за в уборную, вышла из репетиционной.       Такэо уже успел выйти из здания и направиться в сторону дома, благо тут не шибко далеко. Он уже давно засунул руки в карманы и думал над тем, что же он на той лабе делал.       Тут его окликнул грубоватый женский голос. Такэо повернулся и сильно удивился.       - О! Ты же была там с Кайо-сан. – Такэо подумал, что эта девушка неспроста выбежала вдогонку за ним. В голове уже сформировалась красивая история о красивых отношениях, где девушка выше парня.       - Да. Была там, и у меня один вопрос. – ответила Харука слегка сжав кулаки. – Кто ты такой?       - Меня зовут Сибата Такэо, студент первого курса университета Кейо!       Такэо поклонился, но девушка резко его остановила.       - Нет. Я не имею это ввиду. Кто ты такой? – спросила она серьёзно.       Парень не совсем понял её. Такэо выпрямился и посмотрел в её глаза. Глаза, отражавшие тревогу, гнев и желание... спасти мир что ли.       - Простите?.. – неуверенно спросил Такэо.       Нависла очень напряженная пауза...       .....       За столом в доме Цукино висела не менее напряженная пауза. Только что, после недолгого диалога за ужином, мама Усаги отпустила слегка неловкий упрек в сторону дочки. Смущены оказались все, в особенности сама Усаги и Мамору – её любимый.       Однако Изаму, который оказался за этим столом из-за близкой дружбы с Кендзи-саном, отцом семейства, долго смущаться не хотел. Его очень интересовал взрослый мужчина, с которым общение было прекращено около пяти лет назад. Его жизнь, работа, занятия, хобби и прочее.       - Дядя Кендзи, так вы с моим папой до сих пор общаетесь?       Кендзи оказался рад такой разрядке обстановки. Наконец можно было расслабиться.       - Конечно! – с радостью отозвался он и сразу же пошутил. – Эцутаро такой человек, с которым опасно прерывать общение.       - Ну тут вы преувеличиваете. – заметил с улыбкой Изаму.       - Это как это? – включился в разговор Мамору.       - Ну как. Эцутаро – просто невероятный хирург. А чем невероятнее хирург, тем лучше он орудует скальпелем.       - Хирург, м? Насколько же он невероятен? – спросил Мамору.       - Ох, да тут словами не описать. В своё время, он мне даже ногу пришил! – Кендзи рассмеялся, вспомнив былое.       Никто не понимал, что происходит. Точнее, из молодых никто не понимал. А вот Икуко вспомнила эту историю и сейчас прожигала мужа взглядом.       Пока радостный аккорд не завершился, Кендзи быстро перешел на вопросы.       - Изаму, я все про себя да про себя. – Изаму слегка удивился, так как успел задать только один вопрос. – А сам то ты как, хорошо началась учеба?       - Ну-у-у. – протянул парень. – В целом нормально. Само обучение более-менее нравится, а ещё, друзей нашёл, это хорошо.       - Да, найти друзей в такое время – очень хорошо. Если повезет, с парой-тройкой ты останешься на всю жизнь. – с улыбкой ответил Кендзи. А после небольшой паузы продолжил. – Вот, Мамору не сильно с этим повезло. Был хоть и известным в университете, но довольно нелюдимым.       - Папа! – обиженно сказала Усаги. Сам Мамору не ответил, однако сжал вилку посильней.       - Да что уж вы, уверен, у Мамору-сана куча друзей и знакомых. А ещё, в университете он и встретился с Усаги, разве нет? – попытался защитить его Изаму, однако при виде Мамору понял, что лучше бы промолчал.       - Из лучших друзей у меня все же есть Матоки и Акацуки. Их мне вполне хватает. Тем более учитывая Усаги. – кинул Мамору и продолжил есть.       - Кстати про вас. – вспомнила Икуко. – Как там ваша общая жизнь?       Тут молодая неофициальная семья улыбнулась.       - Лучше некуда. – объявила дочь и начала объяснять...       .....       На крыше звукозаписывающей студии редко что происходило. Это было здание девяти этажей, на крышу которого забирались разве что рабочие для чистки, да всяческие любители красивых фотографий. Обычным людям здесь делать было нечего.       Именно на этой крыше и материализовался портал густого черного цвета. Прямо на полу, начав с половины сантиметра в диаметре, он быстро вырос до круга с радиусом в полметра. Через секунду оттуда вышел Сейлор Оберон, после чего портал точно так же быстро захлопнулся под его ногами.       Тёмный Рыцарь потянулся и размялся. Прямо под ним было как минимум один Рыцарь и две воительницы, которых он раньше не видел. Однако, не за ними конкретно он пришёл сегодня. Для него эта звукозаписывающая точка была лишь промежуточной точкой маршрута.       Он подошёл к краю крыши и начал смотреть на прохожих. Сейчас у него в запасе было только девять демонов, а потому почти всех он оставит прямо здесь.       «Демоны», как они их называли, были удобными машинами по добыче энергии. Обычных людей они не убивали, а лишь вытаскивали души и впитывали их энергию. Но если им приказать, то они готовы будут убить любую цель. Удобно против Харона, Ганимеда, Каллисто и шайки Сейлор Воительниц.       Оберон вытянул правую руку, левой схватил плечо и прицелился. Заряжая в пальцы маленькие дротики, он по очереди отправлял их в идущих снизу людей, словно запускал щелбаны в воздух.       - Тут моё дело сделано. – спокойно сказал Оберон и прыгнул куда ветер дует.              Снизу же, почти прямо перед входом, происходила перепалка между Харукой и Такэо.       - Что ты имеешь ввиду, под «Кто я такой»? – спросил парень слегка небрежно после того, как увидел в глазах этой дамы агрессию.       Она пока молчала, но, казалось, будто сейчас расколется и скажет что-то очень важное.       Тут на улице кто-то крикнул – это пробудились демоны, которых наслал Оберон.       Пока Харука оборачивалась на крик, у Такэо уже след простыл.       - Черт побери! – огрызнулась в воздух девушка и побежала в укромное место для перевоплощения. Она сразу поняла, что крики не из-за обычной житейской ситуации.       В темной подворотне, где из-за суматохи её никто не увидит, Харука воскликнула: «Уран, дай мне силу!», после чего обычная одежда исчезла, а на её месте возникла красивая форма Воительницы с тёмно-синими элементами. Сейлор Уран была готова к бою.       Невдалеке послышался гром и молния, прямо посреди ясного неба. «Это ещё что?!» - пробурчала она себе под нос и выбежала на свет.       Люди уже давно разбежались, а на небольшом участке дороги, где люди оставили машины и бежали, стояли семеро антропоморфных тварей и какой-то парень. Это был Сейлор Каллисто, который уже зарубил одного из демонов и улыбался во всю ширь маски.       Он кинул взгляд на Сейлор Уран и удивился.       - А ты кто такая? – спросил он, пока время позволяло.       - Сейлор Уран. Но мне тоже интересно, что вы, твари, тут делаете. – язвительно спросила она.       - Я не тварь, я тварь божья. Сейлор Каллисто! – ответил парень уверенно и встал в крутую позу, положив меч на плечи. – Пришёл зарезать этих демонюг. А ты, должно быть, подруга Сейлор Мун.       - Нет. – сухо ответила Уран, из-за чего Каллисто напрягся.       После этого второй демон напал на парня. Демон схватил меч парня ладонью и уже приготовился полоснуть второй рукой по животу.       Но Каллисто не лыком шит. Он отпрыгнул и встал спиной к спине к твари. Та даже не успела опомниться, как полетела вслед за мечом прямо в землю. Из-за этого Каллисто освободил оружие и воткнул его прямо в грудь демона. Тёмная оболочка его распалась на части, оставив лежать на асфальте подростка.       Третий демон прыгнул на Уран. В ответ на это она создала в воздухе большой кинжал с золотой гардой. Каллисто хотел было пошутить про длину, но клинок её меча резко прибавил в величине с помощью красной энергетической гущи, словно это было оружие души.       - Это простые люди, не забывай. – напомнил Рыцарь.       - Да вижу я! – крикнула она и полоснула Демона сильно удлинившимся клинком, пока тот был в воздухе. Оболочка сгорела, и она поймала прилетевшее тело дамы.       Теперь же на Каллисто напали сразу трое демонов с разных сторон. Чтобы не попасть впросак, Рыцарь побежал в сторону одного из них и во время бега они обменялись ударами, после чего демон остался лежать, а Каллисто развернулся в сторону двоих.       Началась потасовка. Каллисто даже не думал проигрывать. Как ураган он крутился между двумя, блокируя каждого. Из-за изменения веса вещей вокруг себя он не ощущал никакой тяжести тела и меча. Параллельно с этим он делал воздух тяжелее, из-за чего демоны всё больше и больше замедлялись. В один момент они стали открыты и их головы оказались рассечены за два маха. Всего лишь ценой раны на ноге, которая компенсировалась силой.       Очистив клинок от выдуманной грязи, Каллисто взглянул на Уран. Та вытащила меч из груди ещё стоящего демона, который и оказался последним.       Каллисто ожидал, что теперь у них есть время поговорить.       - Так как тебя зовут, говоришь? – уверенно спросил Рыцарь.       Однако беседе не суждено было случиться.       - Сейлор Уран. Ну или другими словами: твоя кончина. – девушка встала в низкую позицию.       Каллисто оказался ошарашен, но быстро встал в блокирующую позицию. Удар пришелся по центру и был такой силы, что Рыцарь потерял весь свой баланс. Если бы не меч, то его бы располовинило, причем не только душу.       Следующей такой атаки не последовало, теперь Уран была нацелена на рассечение, а не отрубание.       Удары этой женщины были невероятно сильны. Даже Ганимед бы с ней не сравнился, будь он не в полной форме. Каллисто оставался сейчас жив лишь по той причине, что не чувствовал своего веса и вывозил все на скорости.       Странным был ещё и момент, что эта Уран явственно, без лишних расспросов, желала смерти Рыцарю. Даже с учетом того что она видела, как Каллисто спас людей от демонофикации.       Рыцарь прыгнул далеко в сторону и попытался перевести дух. В ответ на это Уран сформировала в руке ураганный шар оранжевого цвета. Вокруг себя он вызывал лишь разрушения ландшафта, а летел этот шар прямиком на Каллисто.       Просто смещение не помогало, ураганный шар был похож на ракету воздух-воздух, где Фантомом оказался Каллисто. Придется уклониться в последний момент.       Оказавшись в воздухе за пару мгновений до попадания шара, Каллисто оказался полностью открыт для удара. Удлинившийся на десяток метров клинок Урана отбросил Рыцаря в ближайшую стену. Пробив стеклянную витрину, он приземлился на автомат со снеками. Штрафа тут было не избежать, поэтому Каллисто в один присест съел батончик и выпил половину банки содовой. Хорошая подзарядка, чтобы снова противодействовать очередному огненному шару Урана.       Уклоняться было некуда, поэтому он выкинул на него пару столов и заблокировал в конце мечом. Его снова отбросило к стене комнаты, но теперь уже в атаку понеслась Уран. Очевидно, её переполнял некий первородный гнев. Рыцаря это даже немного пугало. Но и завораживало.       Такой выброс адреналина в крови заставил его думать на совершенно новом уровне. Он по-другому взглянул на то, как работает его сила, на то, как он устроен сам. Заварушка против этой ненормальной обещала быть великолепной.       Во время таких мыслей он наконец подгадал момент и утяжелил её ровно настолько, чтобы открыть для своего удара. Мечом не получилось, пришлось дорабатывать кулаком. Немного не этично бить девушку, причем вроде из команды Сейлор Мун, причем красивую, в лицо. Но Каллисто держал в голове, если она подняла на тебя руки, или меч, то она уже не девушка, а спарринг партнер.       Удар вытолкнул на улицу, куда медленно последовал Каллисто. От внезапного прилива света пришлось прикрыть лицо рукой.       Приглядевшись, он заметил рядом с Уран ещё персону. Тоже Воительницу с ультрамариновыми волосами. Как будто видел раньше, только вот где?       - Не то, чтобы я люблю драться без чести или считаю себя слабой настолько, что не одолею тебя, но устранить тебя мы должны безоговорочно. – объяснила Уран.       - Меня зовут Сейлор Нептун. – представилась появившаяся.       - Сейлор Каллисто. Ты тоже по мою душу? Ясно... – слова сейчас были излишне для Рыцаря.       Из воздуха Нептун достала серебряное зеркальце и прицелилась им по Каллисто. Оттуда вылетела стрела, которую парень заблокировал. После стрелы к нему полетела Уран.       Битва стала ожесточённее. Девушке мечнику помогало присутствие боевой подруги, оттого она и стала сильнее. А Каллисто слегка научился находить к ней подход. Да и не мог опозориться он перед Ганимедом, не сумев отстоять свою свободу.       Нептун зарядила свою атаку и выпустила водяной шар. Он был похож по природе на ураганный шар Урана, однако был быстрее и бил по меньшей площади. Если бы не простая удача и интуиция, Каллисто бы снесло голову этим шаром.       Однако теперь, когда все атаки врага ему стали известны, он начал действовать. С помощью своей силы он увеличивал вес у меча Урана в близи, из-за чего ей приходилось тратить больше сил и корректировать свои траектории. Многие её атаки теперь полностью промахивались.       Но девушки были не пальцем деланы. Многолетний опыт в битве против злых сил давал о себе знать, и они быстро находили подход к способности Каллисто. Теперь все зависело от того, решится ли он использовать силу, или нет.       Через ещё пару обменов взмахами меча, Уран решила увеличить дистанцию. Из-за стрел из зеркала Нептуна Каллисто не смог этому помешать. Снова начнутся их дальние и мощные атаки.       От первого шара Нептуна Рыцарь уклонился подкатом на коленях, от огненного он отпрыгнул в сторону, пока бежал к отправительнице. Ещё два водных шара Нептун прошли мимо – Каллисто изогнулся в воздухе так, как не смог бы ни один человек. Осталось ещё три огненных шара, два из которых ушли мимо, а третий оказался разрублен и нейтрализован.       Каллисто внезапно, даже для себя, оказался прямо перед Уран. Она, решившая запустить ещё один шар, оказалась не готова и не смогла заблокировать. Меч прошёлся по её груди, оставив густой электрический след. Если бы не Нептун, то душа Урана сейчас была разрублена на две части.       Но почти одолев одну, Каллисто встал спиной к другой. Нептун своим зеркалом нанесла на него полное оцепенение. Водяные потоки лазурного цвета окружили все его тело, прижав руки к поясу. Он был в ловушке.       Уран слегка встрепенулась и ровно встала на ноги. Откашлянувшись, она наконец вышла на диалог.       - Неплох, очень даже хорош. Но знаешь, теперь тебе не отвертеться. И эта сила твоя – делать всё тяжелым – больше я на неё не куплюсь. Просто надо ударить как можно выше поднимая меч, все равно попаду по тебе. – она замахнулась.       Но попасть ей было не суждено. Внезапно, меч её пошёл не вниз, и не попал прямо в грудь парня, как если бы он не использовал свою силу. Изогнутый клинок Урана резко направился вверх, она еле успела удержать его в руках, и потому потеряла несколько секунд.       Эти моменты Каллисто потратил на то, чтобы поднять в воздух находившийся рядом люк от канализации и точным пинком отправить его в Нептун. Она уклонилась от этого, однако Каллисто уже успел исчезнуть из связки. Он вытек оттуда как рыба из рук незадачливого рыбака. А вытек он именно что наверх и теперь парил в метрах десяти над землей и продолжал подниматься.       - Правильный ход мыслей, дамы. Однако я не только увеличиваю вес объектов, но и уменьшаю. Причем и до нулевого и отрицательных значений. – с хладнокровным спокойствием сказал Каллисто. Его боевой дух не пропал, однако он превратился в настроение осознания исхода битвы.       Глаза Сейлор Уран снова воспылали гневом. Пару взмахов мечом прошли безуспешно – он научился уклоняться в воздухе. А стрелы Сейлор Нептуна падали прямо перед ним из-за большого веса.       Обе Воительницы подготовились и пустили в него свои дальние атаки. Оба шара долетели до Каллисто одновременно, и обе он принял мечом. Из-за нулевого веса Рыцаря в данный момент эти два шара лишь продолжили толкать его в сторону от битвы, после чего взорвались где-то в воздухе. Тело парня снова немного полетало, а потом медленно, по параболе, упало на землю где-то вдалеке. Ничья.              Тело Каллисто очень по неприятному упало по лестницам и пролетам где-то в переулке. Он попытался смягчить себе удар своей силой, но оказался сильно вымотан. Неприлично сильно вымотан. Обратный вес требует невероятного количества силы, выносливости и выдержки. На земле он перевоплотился обратно в Такэо и выкашлял немного крови. Благо хоть на одежду не попало.       .....       После плотного ужина Изаму отдыхал в гостиной. Усаги осталась с мамой на кухне, а Мамору остался рядом со своей невестой. Не сказать, чтобы гость чувствовал себя как-то скованно. Ему доводилось приходить к друзьям домой и нагло отсиживаться там, поедая личные запасы хозяев. Но здесь было сразу две семьи и всего один хороший знакомый. Изаму выражал полное спокойствие, но и при этом словно не хотел и не мог раскрыться на полную.       - А в каком классе ты сейчас? – спросил Изаму у проходящего мимо Синго, пока тот не успел подняться к себе.       - В седьмом. – коротко, слегка недоверчиво ответил мальчик.       - Уже восьмой... А я помню тебя ещё мальчуганом, что детсад еле заканчивал. – с улыбкой отметил Изаму. – Хотя... Я и сам тогда молоко с губ слизывал. – улыбка на его лице была не доброй и ностальгической, а избитой и отчаянной, которая возникала при осознании потери детства.       - Говоришь, как старик. – в серьёзно-детской манере ответил Синго и наконец ушел наверх.       - Да я сам не в восторге. – закончил диалог Изаму, хотя мелкий его уже не слышал.       Через некоторое время в гостиную зашел Кендзи.       - Великолепные у моей женушки пироги. Каждый вечер как праздник! – с радостью возгласил отец семейства и уселся на диван.       - Что правда, то правда. – согласился Изаму, но потом вспомнил про кое-что важное. – Вкуснее только торты моей мамы.       - Эдак, наверное, сейчас оно так, но помню раньше она совсем готовить не умела. – усмехнулся без обидняков Кендзи.       - Брешите. – не мог поверить своим ушам парень.       - Нет! Однажды Эцутаро привел меня на ужин к ней, так мы потом нереальную силу воли проявили, чтобы доесть всё и сказать: «Очень вкусно!».       - Всё равно не верю.       - Как знаешь, малец.       После небольшой паузы Кендзи продолжил.       - Значит, тебе у нас понравилось?       - Конечно.       - Только из-за еды? – хитро спросил Кендзи.       - Конечно нет. Приятно было увидеться с тобой, с Икуко-сан, ну а с Усаги я уже заново подружился.       - Рад слышать. – довольно ответил отец семейства.       Спокойствие в доме Цукино совсем разморило Изаму. Он полностью отдался их настроению и расслабился.       А как же тут не расслабиться. Очевидно, что споры тут могли быть не редким гостем, однако в конечном итоге все мирились, так как все любили друг друга. Прелестная семья, которая когда-нибудь точно да увеличиться – это лишь вопрос времени. Вся эта доброта и любовь просачивалась прямо в фибры Изаму.       Ему казалось, что такой радостный и спокойный момент будет длиться целую вечность. Глупо надеяться на такое, но Изаму был из любителей помечтать. Он подумал, что посидит ещё немного, а потом все-же поедет домой.       Вдребезги разбились окна в гостиной. Влетевший сорвал шторы и разбил при приземлении кофейный столик, после чего докатился до стены. Влетевшим был никто иной, как Сейлор Оберон.       - Простите за вторжение. – сказал он, словно только что никуда не влетал на полной скорости. Из-за него в комнате повисла ужаснейшая аура.       Он быстро оглядел комнату. Целью были мужчина и женщина, вошедшая посмотреть, что случилось, в возрастах. Идеальная пара для пробуждения. Стоящий рядом парень тоже был с отголосками энергии, однако она была странной и непонятной, а Оберону было лень разбираться с этим.       Сверху спустился мальчик, которому родители сказали идти наверх. Впрочем, этот мальчуган никакого значения, кроме как энергетического, для Оберона не представлял. Взмахом он метнул в мальчишку аккумулятор души, после чего начался процесс.       Стоило ему только поднять руку в сторону мужчин, как Кендзи тут же бросился на него, с куском доски от бывшего стола. Перед этим он дал команду Изаму, чтобы тот помог девушкам. В ответ Оберон достал меч.       Икуко уже убежала на кухню, Мамору, видимо, увел Усаги.       - Икуко-сан, уходим! – приказал Изаму и потянул её за руку. Ему срочно нужна была пустая комната, но и просто убежать он не мог.       Оправившись от растерянности Икуко вдруг встала на месте.       - Нет, там ведь Кендзи и Синго!       - Кендзи, не Кендзи, сейчас это не столь важно. – ответил Оберон, зашедший в комнату. – Скоро наконец пробудится Калибан.       - Что ты сделал с моим мужем?! – воскликнула в гневе женщина.       - То же, что собираюсь сделать тобой, не бойся, Джульетта. – спокойно ответил Оберон и зашагал к ней.       Между ними быстро возник Изаму.       - Ну вот только ты не мешайся. – с презрением процедил Оберон и взмахнул мечом.       Внезапно для всех Изаму достал из своих золотых часов меч и отразил удар врага. Оберон оказался ошарашен, а Икуко сбита с толку. Сам Изаму тоже был слегка удивлен, так как думал, что ничего не получится.       - Ты... – проговорил Оберон и снова замахнулся на парня.       Однако Изаму думал резче и выпнул Оберона из дома. Пришлось разбить второе окно, но жертвы стоили того. Остаётся надеяться, что Икуко догадается убежать.       Во время своего полета через окно, Изаму перевоплотился в Ганимеда.       - Скажешь что-нибудь перед началом? – спросил Рыцарь света, давая время врагу встать в стойку.       - Только пожелаю смерти! – грозно ответил Оберон.       - Тоже не люблю многословность.       Оберон побежал на Ганимеда, однако прицепил свою руку к бордюру. Получилась натянутая резинка, которая хлыстом полетела в Рыцаря. Ганимед легко уклонился от этого, после чего начал отбивать взмахи клинка Оберона.       Концентрации ему было не занимать. Обычно, в полном физическом здравии, Ганимед не был сильнее того-же Харона, но сейчас, как ни странно, он с легкостью давал отпор Оберону. Он ни разу не попался под его удар, а сам Оберон оказался уколен много раз. Видимо, дело было в боли психологической. Ганимеду, то есть Изаму, было невероятно больно за дядю Кендзи, Икуко-сан, за Усаги с Мамору и за их милый домик, что спокойно отдыхал этим вечером.       Однако просто физического превосходства совершенно недостаточно для победы над Обероном. «Должна же быть у него слабая точка» - подумал Изаму, уклонившись от выпада справа. После пары телодвижений, с помощью которых он филигранно уходил от меча Оберона, ему в левую икру что-то прилетело.       То было стального вида перо, являвшимися частью оружия души. Потеряв на мгновение баланс, Ганимеду пришлось несладко – удар Оберона прошёлся прямо вдоль плеча и срезал ему довольно большой кусок души.       После этого Оберон взял пару секунд передышки, чтобы Ганимед увидел лицо нового врага.       Икуко и Кендзи Цукино... Нет, Сейлор Калибан и Сейлор Джульетта. В их руках не было оружия, однако за спиной каждого была пара крыльев, у Джульетты металлического серого цвета, а у её партнера цвета кости слона.       - Калибан – красава! – воскликнул Оберон и засмеялся. После чего обратился к Ганимеду. – Смотри, та дамочка пришла к своему муженьку, а там уже был наш мужик.       Ганимед лишь цокнул.       Джульетта снова замахнулась крыльями, чтобы метнуть в Рыцаря света свои перья, однако её остановила роза. Такседомаск и Сейлор Мун прибыли.       - Ганимед, ты в порядке? – спросила девушка, прежде чем битва вновь возобновилась.       - В полном. Задержите тех двоих. – коротко ответил Рыцарь. Он был совсем не в порядке.       Он прыгнул на Оберона и полоснул его по лицу. Снова это отвратительное искривление, снова ни царапины на лице этого гада.       - Что же ты будешь делать, Ганимед?! – в безумии крикнул Оберон.       Ответом послужил ещё один выпад, где он высвободил скопленный ранее заряд. Перед этим Ганимед в прыжке уклонился от удара Оберона и всадил этот заряд прямо ему в затылок. Тот слегка потерял хватку, однако продолжил сражаться через пару секунд.       Ганимед продолжал атаковать его по голове. Растяжение растяжением, а мозги при таких деформациях, хоть и временных, работают не так хорошо. Это и был план Ганимеда.       После некоторого времени, Оберон наконец выронил своё оружие – и меч и щит. Теперь он был считай что голый перед Ганимедом. Рыцарь света быстро схватил своего оппонента за шею и начал душить.       - Как тебя победить? – сухо спросил Ганимед.       - Никак! – самодовольно ответил Оберон, за что его шея была сжата сильнее – это почти не принесло результата.       - Тогда я буду держать тебя, пока Сейлор Мун не придет.       - Ты думаешь, они смогут выиграть?       - Я в них верю. – ёмко ответил Ганимед.       Уверенность Оберона вдруг поубавилась, и он замешкался. Придется призывать «демонов». К сожалению, для него, сейчас готов был только один. Но чем их меньше – тем сильнее они. Ганимед не сможет одолеть его, пока держит кого-то в захвате.       Однако Ганимед лишь поднялся в воздух вместе с Обероном, шея которого всё ещё была обхвачена, а в затылок были воткнуты пальцы. Используя лишь одну руку, Рыцарь света сумел одолеть демона, против которого тактика была отработана.       - Это конец, Оберон. – спокойно констатировал Ганимед.       - Ещё нет... – с горечью в голосе ответил он.       Тут под ними двумя открылся портал, и они провалились в Тьму. Форма там не имела значения, как и время, поэтому Оберон как жидкость вытек из-под руки Ганимеда и исчез во Тьме быстро и бесследно. Ганимед пытался его поймать, но безуспешно. Тут его начало куда-то поднимать.       - Прости, Ганимед. – послышался со всех сторон спокойный голос какой-то девушки, после чего Ганимеда выкинуло наружу – обратно к полю боя. Но теперь Оберона здесь не было.       Ганимед отуплено поглядел в какую-то пустую точку перед собой, после чего подпрыгнул и осознал: Оберона здесь нет. От злости он пнул близлежащий камень, который отлетел куда-то в сторону. Если бы Ганимед посмотрел по направлению полета этого камня, то увидел бы, как там падает в воздухе Каллисто. Однако мысли Ганимедовы были слишком заняты о текущей битве – боль от незавершенной стачки с Обероном тоже прибавляла ему сил.              Дела у Сейлор Мун и Такседомаска были в целом удобоваримы. Девушка могла кое-как защищаться от перьев Джульетты, не подходя слишком близко, а её кавалер отлично держал их на расстоянии от неё. Прямо как принц, что защищает свою принцессу. Что, буквально, было именно так.       - Нападаю! – прозвучал издалека крик Ганимеда, и он электрическим вихрем, использовав рассечение по кругу, влетел к сражающимся.       Этим самым он отстранил друг от друга Маску и Влюбленных Рыцарей. Правда, и не задел никого.       - Зачем ты предупреждаешь об атаке врага? – логично спросил Такседомаск.       - Это я тебя предупреждал. – отрезал Ганимед. – Их оставьте мне.       - Ни за что!       - Тогда не мешайтесь.       Прыжком он достиг этих двоих и начал рубить наповал. Однако крылья Калибану были даны не для метания стрел, а для создания прочнейшего щита, который оберегал и его самого, и его возлюбленную. Во время замаха Ганимеда, Джульетта метала крылья, когда Ганимед опускал оружие, то его тут же блокировал Калибан. Ситуация патовая, причем они с легкостью поспевают за ним.       Без помощи Маски во фраке Сейлор Ганимед не обошелся бы. Когда врагам есть на что отвлекаться, становится проще. Но плохо становиться тогда, когда союзники путаются друг с другом.       Рыцари тьмы, пользуясь своей абсолютной связью смогли подвести двух сторонников света поближе, из чего те запутались в ногах. Всего на пару секунд, но это хватило, чтобы каждый отхватил. В обоих сначала прилетели перья, после чего Калибан одним взмахом крыла сумел откинуть их обратно к дому.       - Я же сказал не мешаться!       - Это ты мешаешься!       Голоса ссорящихся запутались, но что-то надо было решать в крайние сроки. Тут один предложил:       - Решим по-мужски. Кто кого сильнее ударит!       - Готовься!       Такседомаск и Ганимед нанесли по щекам друг друга перекрестные удары и оба отлетели на одинаковое расстояние.       - Ладно, решим ещё более по-мужски. – слегка помутненно сказал чей-то голос.       - Да...       В камень ножницы бумагу выиграл Такседомаск.       - Я скажу, когда сможешь заменить.       Ганимед в ответ цокнул.       Маска во фраке выпустил свою трость. В кармане из козырей у него также были розы – острее чем бритвы. Отпор он давал хороший, в один момент он даже смог попасть розой по Калибану, однако, что для Рыцаря одна роза Такседомаска?       Влюбленные прыгнули на дерево, а Такседомаск за ними. Там Рыцари, из-за близости к птицам, чувствовали себя много лучше, а потому им не составило труда подрезать за собой ветки, после чего Такседомаск оступился. Ошибка, из-за которой он снова получил порцию перьев и жесткий удар стальными крыльями.       Ганимеду не надо было больше команд. С сильного разбега и с двух ног он влетел в дерево, откуда только-только упал Такседомаск. Из-за удара свой баланс потеряли и голубки, после чего Ганимед, с улыбкой на маске, прыгнул прямо к ним. Он сделал ложный взмах мечом, а потом пнул крыло-щит Калибана, из-за чего те отлетели в сторону.       Перед приземлением они спланировали и мягко приземлились. Ганимеду такая бесполезная штука как мягкое приземление не нужна была. Как мяч он отскочил от земли и понесся прямо на врагов. Скорость его поражала, однако Калибан с натяжкой успевал за ним. Джульетта же с натяжкой создавала ему проблемы, заставляя его уклоняться.       Однако боль Ганимеда снова переросла в безумие битвы, где он уже ни о чем другом не мог думать. Если бы он вдруг остановился, то сразу же бы смог говорить спокойным голосом. Однако пока он не закончит махать своим мечом, улыбка с лица его не спадёт.       К сожалению для Рыцаря, если он не держит голову спокойной, то упускает некоторые детали. Как то, что они пришли на пустырь, где велась стройка. Перья Джульетты подрезали некоторые лебедки, потянули некоторые веревки, и вот теперь на Ганимеда падает палета полная кирпичей. От этого он уклонился, но потом на него покатились железные трубы. Простые трубы на низкой скорости, которые и обычному человеку максимум оставили бы большие ссадины, однако их хватило для отвлечения внимания Рыцаря.       Ганимед поймал грудью пару перьев, после чего челюсть приняла крыло.       - Ты в порядке, моя дорогая? – спросил Калибан у Джульетты, когда понял, что у него есть некоторое время.       Тут прибыл Такседомаск и поднял с земли Ганимеда.       - Просто так нам их не одолеть.       - Я уж понял... – проверяя зубы на целостность сказал Рыцарь.       - Я буду рядом, используй самое сильное, что у тебя есть. – сказал вдруг Такседомаск и хлопнул соратника по спине.       - Да хоть пять раз подряд. – грозно ответил тот.       Ганимед засунул меч в ножны, хрустнул шеей и начал медленно подходить к врагам. Резким выпадом он выпустил до боли родной диск из молний. Двое влюбленных легко уклонились от этого. Сразу после него со спины их атаковал Такседомаск, Влюбленным снова пришлось защищаться.       Ганимед снова засунул меч в ножны и снова сделал выпад в их сторону. История повторилась. Такседомаск не жалел всех своих сил – из его шеста, который на время удара словно становился мечом, высекались искры.       Но бог любит троицу. Теперь же Ганимед подошёл к врагам вплотную, но крылья Калибана выдержали. После небольшой заминки пришлось уклониться от очередной партии перьев. К счастью Маска во фраке не проседал.       Уже не автомате Ганимед снова сложил меч в ножны и ещё раз выпустил «свою самую сильную атаку». Теперь на стальном крыле появился явный порез. Другому крылу Калибана тоже приходилось несладко.       А так как 4 – число невезения, то пришлось и пятый раз использовать эту свою атаку. Ганимед очень сильно выдохся, поэтому после этого ещё одного удара глаза совсем раскраснелись от крови.       Тут из-за спины Влюбленных сильно длинный шест ударил по земле рядом с ними. После чего куча роз все же задело их. В ступоре от странной боли они замерли на пару секунд.       Ганимед, что был в низкой стойке, прыгнул на них и попытался разрубить.       Но он не смог. Двое влюбленных поднялись в воздух, сохранив по одному крылу для функционала.       - Вам нас не победить! – с гордостью воскликнул Калибан.       - Наша связь в тысячу раз сильнее вашей! – с властностью вторила Джульетта.       В воздухе они и вправду ничего не смогут им сделать.       От отчаяния Такседомаск запустил весь свой запас роз – все до одной либо прошли мимо.       От ещё большего отчаяния Ганимед выкинул в них свой меч. Он почти попал, однако лезвие прошлось прямо между Влюбленными.       - Вы что, совсем глухие? – засмеялся Калибан.       Но после этого их сразу настиг лилово-розовый луч Сейлор Мун. Они слишком сильно зациклились на битве с Такседомаском и Ганимедом, забыв о самой важной и главной персоне среди всего Сейлор Сообщества.       Ганимед в воздухе поймал развоплощённое тело дяди Кендзи, а Такседомаск подхватил Икуко. Битва наконец была завершена.       - Где тот, первый? – спросил Такседомаск между тяжелыми вздохами.       - Смылся, мразь.       Тут наконец показалась Сейлор Мун, которая скрывалась за заборами и ждала момента.       - Они в порядке?! – очень взволнованно спросила она.       - Да, ненадолго в отключке. – ответил Ганимед и слегка напрягся – тело вдруг заныло от боли.       Они отнесли влюбленных к их дому, Ганимеду стало совсем не очень, мягко говоря. Одежда в местах попадания перьев была окрашена в красный. Рубашка Такседомаска, еле заметно, тоже прекратила быть белой в некоторых местах.       - Как удачно, что ты оказался рядом. – обратился Такседомаск к соратнику Рыцарю. – Не знаю, чтобы мы без тебя делали.       - И я рад, что вы оказались тут. – он огляделся. Сатоми, к величайшему счастью, не пострадала. Срочно надо было вернуть Изаму, – Мне надо идти. Надеюсь с теми двумя все хорошо. Черт, ещё и меч искать...       Ганимед почти удалился, но Такседомаск окликнул его.       - Эй. – Ганимед развернулся. – Спасибо. Я ошибался в тебе. – признался Маска во фраке.       Ганимед лишь улыбнулся, кивнул и закрыл за собой дверь.       - Видишь, я самого начала говорила, что он хороший. – сказала Сейлор Мун и втянулась в его объятия.       - Видите, я самого начала говорил, что я хороший. – сказал Сейлор Ганимед из разбитого окна. Дверь хоть и оказалась закрыта, но пробоина от Оберона никуда не исчезла. Тут даже Сейлор Мун помочь не сможет.       - Да иди уже! – агрессивно послал его Такседомаск. Теперь он уважал Рыцаря как воина, но отнюдь не как обычного знакомого.       - Иду-иду! – сказал Ганимед с улбкой на лице и наконец скрылся из их вида.              Через какое-то время к дому прибежал Изаму. Рядом с Кендзи и Икуко, которые очнулись и сейчас сидели на диване, копошились Усаги и Мамору.       - Усаги, Мамору, я так рад, что со вами все в порядке! – с облегчением сказал прибывший.       - А я рада, что ты цел. – сказала Усаги. – Где ты пропадал?       - Меня выкинуло на улицу и там вырубился на какое-то время. Но сейчас я в порядке. Сами то вы в порядке, Кендзи-сан, Икуко-сан?       - Да, только вот в спине что-то ломит... – он потрогал место, где недавно у него стояли крылья.       - Изаму-кун, когда этот... странный тип вломился в дом и когда на кухне ты закрыл меня от него... – начала Икуко. – Ты ведь вытащил из часов меч?       Тут Усаги с Мамору взглянули на него.       - Что вы, Икуко-сан, какой ещё меч? Видимо вам адреналин ударил в голову и причудилось всякое... – заверил её Изаму.       - Правда что-ли?.. – тут она хлебнула чая, который был любезно преподнесен дочкой.       - Хорошо хоть по итогу обошлось без физических травм. – начал Мамору.       Сейчас он был лишь в брюках да рубашке. Зачем ему было менять одежду? Но Изаму не стал морочить свою голову над этим.       - Дядя Кендзи, если нужна будет помощь с этим... – Изаму указал на окно.       - Не волнуйся, страховка должна будет покрыть это. – успокоил его Кендзи и улыбнулся. Ему было радостно видеть заботу от всех его детей, даже не кровных. И даже Синго, который тоже оказался без видимых повреждений, и тот помогал своей старшей сестре.              Изаму ещё некоторое время побыл там, помогая с уборкой. В один момент он решил найти аккумулятор души, который Оберон кинул в Синго, однако к успеху это его не привело. Видимо портал образовался и тут, втянув в себя эту сферу.       После этого Изаму наконец поехал к себе. Атсуши в это время был как раз в гараже, и они обменялись парой фраз. После чего Изаму поплелся в квартиру, по пути наделав дырок в одежде, на месте где были дырки от ран на его теле.       Макото копошилась на кухне.       - К-тян, у тебя бинты и обеззараживающее есть? – спросил парень, когда вспомнил, что сам ничего ещё не покупал из медикаментов.        - Где ты порезаться успел? – с упреком спросила девушка, не тратя время на разглядывание прибывшего и сразу открывая нужный ящик.       - Да так, упал неудачно. – вполне естественный ответ, как подумалось Изаму.       - Держи. – сказала Макото, но остановилась на полуслове. Она увидела рваную одежду парня и видневшиеся оттуда раны.       - Спасибо большое. – сказал Изаму и зашел в ванную комнату, не закрыв за собой дверь.       Закончив с делами Макото подошла к двери ванной и постучалась.       - Изаму-кун, ты в порядке? – аккуратно спросила она.       Изаму, который закончил мыться и сидел сейчас в одних штанах, не мог собраться с силами, чтобы забинтовать грудь.       - Более-менее.       - Тебе не надо помочь?       - Было бы славно... – с позором признался Изаму.       Макото вошла в комнату и оказалась ошарашена, однако виду не подала. Она быстро обработала раны парня и так же быстро их затянула, после чего накинула на него собственный халат.       Парень поднялся и не глядя, на автомате, дошагал до своей комнаты.       - Это ведь раны не от падения? – спросила Макото. Она вдруг почувствовала себя такой маленькой на фоне большой спины парня.       - От падения. Спасибо тебе. – коротко ответил парень и удалился к себе, где лишь рухнул на кровать и сразу заснул.       Макото ещё немного постояла в дверях ванной. Она взяла рубашку парня и оглядела её. Порезы рубашки выглядели слишком рукотворными. Что-то Изаму скрывал.       - Идиот...