– Ты сможешь снова меня полюбить?

      День Х. Парни пришли намного раньше до начала выступления и даже назначенного Чаном времени. В гримёрке уже висели их наряды: белые свободные рубашки и такие же белые свободные штаны. Обувь им не нужна была, они выступали босиком для большей передачи лёгкости. Сцена была свободна и они решили прогнать танец на ней, чтоб ничего не забыть, не потеряться, не уйти к самому краю сцены, где можно упасть, куда не падает свет и т.д. Зайдя на сцену, Хван сразу стал разминаться, пока Феликс искал видео их танца. Достаточно разогрев мышцы, они встали на исходные точки.       Бан Чан пришёл, как обычно, рано. Если бы он опоздал, то в срочном порядке нужно было бы звонить в полицию, в морг и т.д. Всё время мужчина смотрел на прогон парней из того места, где, если не приглядеться, можно не заметить даже слона. Ну ладно, со слоном это приувеличение, но, в любом случае, его было не видно и он мог спокойно смотреть на мастеров танцев. Они так красиво двигались вместе и это завораживало безумно. Когда парни закончили, Чан вышел с громкими аплодисментами, которые так оглушающе звучали в пустом огромном зале.       – Это потрясающе! Никогда не устану это говорить. Но зачем вы так рано пришли? Ваш танец сделан на все 200%       – Одно дело танцевать в студии, а другое на сцене в большом зале. Нужно было привыкнуть к апартаментам       Бан Чан помолчал и сделал вид, будто раздумывал над словами парней, а позже кивнул, добавив свою самую добрую улыбку.       – Ладно, ребят, идите. Одевайтесь, успокаивайтесь. Скоро сюда уже будут заходить       Парни кивнули и двинулись за кулисы.       – Хёнджин, – позвал Крис, – подойди на минутку       Хван быстро что-то шепнул Ликсу, погладил по плечам и быстрым шагом подлетел к Чану.       – Ты же помнишь, что выступаешь последним? – тот кивнул, – а танец у вас предпоследний. У тебя будет ровно 15 минут отдышаться. Распоёмся мы с тобой сейчас, там нужно будет только потянуть ноты и ты готов. – Договорив это, Крис схватил руку Хёнджина и потащил в противоположную сторону. Феликс выглядывал из кулисы и смотрел за двумя отдаляющимися спинами.       – Интересно, что они задумали?

***

      Люди стали собираться в зале. Их было очень много и Феликс стал переживать за их выступление. Хван заметил состояние своего возлюбленного. Парень подошёл сзади, обнял его плечи и уткнулся носом в макушку дрожащего мальчика. Слова здесь лишние, поэтому они стояли в тишине. Феликс успокаивался от теплого любимого тела сзади, а Хёнджин своими руками сжал ладошки Ликса, благодаря чему ещё больше прижимался к Ли.       Начало концерта. Номера летят со скоростью света, как кажется Феликсу.       – Вы следующие, – подходит ведущий к парням, – Пройдите за кулисы.       Парни встали и Хван сразу схватил Феликса за маленькую ладошку, слегка сжимая её, как бы передавая свою уверенность. За кулисами Хёнджин повернул тревожное лицо Ликса к себе и сказал четко повторять за ним. Они дышали равномерно, сплетя свои пальцы и смотря в глубокие глаза друг друга, в которых видна искренняя любовь, которую как раз эти двое и не замечали. Объявление их номера громким и четким голосом ведущего, зал заразился аплодисментами, выкрикиванием подбадривающих фраз и свистом. Феликс перестал трястись и бояться. Парни вышли на исходные позиции. Свет потух. Первые ноты музыки прозвучали. В зале стало тихо. Все взгляды направлены на парней. Зажглись яркие лучи света на сцене, освещая парней. Началась история.       Легкие движения руками, телом, меняющиеся манящие взгляд позы. Начались слова и парни стали рассказывать глубокую историю танцем. Их руки плавно чертят картину, единую, целую, как и они сейчас. Парни рядом, они счастливы, чтобы не случилось они справляются вместе, им хорошо вдвоём, тут их яркие улыбки и что-то домашнее, очень интимное. В один момент меняется мотив и уже начали происходить более резкие движения, которые передают разногласие в их идиллии, но сохраняется и нежность. Главная часть. Они заточены в клетки с шипами и не могут подобраться друг к другу. Как бы они не старались невидимые тени оттягивали их на большое расстояние. Их кидало на разные края сцены и каждый раз подобраться ближе было всё труднее. С проблемами нужно справляться самим, сейчас, чтобы снова быть вместе, быть рядом, рисовать общую картину, наслаждаться друг другом. Даже через расстояние они дают друг другу ощутимую поддержу, непрерывно смотря друг другу в глаза и подбадривающе улыбаясь. Резко началась свободная мелодия, они свободны, они смогли. Сейчас они подрываются с места и бегут друг к другу через всю сцену. Движения стали едиными и ещё более непринужденными. Они свободны, они снова вместе, они преодолели трудное время.       Музыка заканчивается и парни застывают. Их тела сплетены. Их сердца бьются быстро и сильно, наровясь выпрыгнуть из грудной клетки. В зале тишина, начала охватывать паника. Яркий луч всё ещё продолжал освещать их фигуры на сцене. Неизвестно сколько времени прошло, но для парней это была вечность. Первый единственный, неуверенный хлопок из зала, следущий такой же одинокий, но уверенный и через пару секунд весь зал свистел, кричал комплименты и восхищения, оглушая парней на сцене громкими аплодисментами. Они оторвались друг от друга и повернулись к залу. Их глаза округлились, а в них сверкали звёзды. Все стоя хлопают им с улыбками вперемешку со слезами на лицах. Парни стали улыбаться ярче того луча. Их идея воплотилась, они смогли достойно рассказать эту историю. Они смогли.       Ноги совсем не держали и, поклонившись, они ушли за кулисы, где их встретили с такими же лицами, как и в зале. Комплименты не переставали сыпаться на них, а аплодисменты, кажется, стали ещё громче. Феликс хотел в порыве эмоций обнять Хвана и подарить поцелуй, но не обнаружил его рядом.       Через 5 минут к Ликсу подлетел Чан.       – Будешь смотреть последний номер?       – Нет, не планировал. – грустно и устало ответил Ликс       – Да ладно тебе, там один парень песню поёт, у него такой талант! Я думаю, что ты обязательно должен послушать это. – воодушевляюще сказал Чан и, не дожидаясь соглашения, взял ладошку Ли и быстрым шагом повел в зал.       Ещё 10 минут зал отвлекали и только потом Феликс увидел на сцене.... Хёнджина. Глаза окргулились. Ли стал оборачиваться, не шутка ли это, но ни бан чан, ни ведущий, ни сотрудники не увели Хвана со сцены, а в следующую секунду началась музыка. Такая нежная и, кажется, если бы она была материализованна, то была бы чем-то очень сладким, например: мороженым. Из уст Хёнджина вылетело «ice cream» и Ликс тут же улыбнулся:       – Значит не я один так подумал

Думал, что знаю тебя, но нет,

твоё послевкусие так сладко

Твои резкие слова не сработают на мне

Несколько детских слов,

холодное выражение лица

Оно уходит,

и мир становится добрее и милее

      – Голос Хёнджина такой завораживающий...

"Холодный" потом "крем"

(Я вижу) Лёд как крем

Таю за момент и не могу прийти в себя

"Холодный" потом "крем"

(Я вижу) Лёд словно крем

После этого чарующего вкуса всё такое горькое

      – Это так красиво

А-ла-ла люблю тебя, малыш

А-ла-ла люблю тебя, малыш

"Холодный" потом "крем"

"Холодный" потом "крем"

Я вижу лёд как крем, детка

      – Почему он не говорил, что поет так красиво?

Не взаимная привязанность

Я к этому привык, так чего вспоминать об этом

      – Он поёт для кого-то?

Буду просто смотреть, буду лишь немного любить

Если немного не получится, то постараюсь, чтобы ты не заметил

      – Для кого-то, кто я?

"Холодный" потом "крем"

(Я вижу) Лёд как крем

Таю за момент и не могу прийти в себя

"Холодный" потом "крем"

(Я вижу) Лёд словно крем

После этого чарующего вкуса всё такое горькое

А-ла-ла люблю тебя, малыш

А-ла-ла люблю тебя, малыш

"Холодный" потом "крем"

"Холодный" потом "крем"

Я вижу лёд как крем, детка

      Конец. Хёнджин закончил петь, лишь последние аккорды доигрывают и тишина, а затем громкие аплодисменты. Но для Хёнджина и Феликса сейчас только они одни. Из взгляды пересечены. На лице Хвана яркая, влюбленная улыбка, а на лице Ликса маленькие хрустальные капельки, нет, не горя, а счастья. Хёнджин смотрит на Феликса с такой мягкой улыбкой и тот просто не выдерживает, вскакивает со стула и, смотря в глаза Хвану, выбегает из зала.       – Это правда? Может он шутит? Нет, нет, нет! Не может быть! Хёнджин не мог влюбиться в меня       Но его размышления прервал звук захлопнувшейся двери и быстрые шаги сзади.       – Ликси...       – Это песня для кого? Для кого ты её пел или может ещё сочинил? – Феликс поднял свои заплаканные глаза на парня перед ним.       – Для... тебя, Феликс. Я написал и исполнил её для тебя