Сила двух

Тридцать пять лет спустя       На ночной травяной поляне, которая пару часов назад была обыкновенной, сейчас проходила битва между двумя давно воюющими друг с другом кланами: Учиха и Сенджу. Битва длилась уже несколько часов, но оставила после себя огромные разрушения и множество жертв, лежащих на выгоревшей земле, от этого их не спасали даже сила, данная основателями. И вот, осталось уже совсем немного выживших… — ПОЛУЧАЙ!!! — крикнул брюнет, одетый в черное кимоно с символикой веера на спине. Он атакует катаной своего врага из клана Сенджу, но тот защищается своим клинком, и, стремительно контратакуя, отрезает ему руку. Учиха, придерживая обрубок, отпрыгнул от противника, но все-таки потеря крови отразилась на нем, отчего тот упал, стремительно теряя сознание. Член клана Сенджу, в два прыжка оказавшись перед врагом, уже собрался пронзить его сердце, как воин клана Учиха, из последних сил находясь в сознании, достал кунай и воткнул тому в грудь по самую рукоять, отчего Сенджу скривился, а из рта потекла кровь. — Стиль земли: Каменные ядра! — в их сторону напал еще один выживший Сенджу, выпустив изо рта грязь, которая разделялась на снаряды в форме шаров диаметром в тридцать сантиметров. Они со всей силой влетали в умирающего Учиху и мертвое тело союзника, переламывая им все кости, а один разорвал голову врага на кусочки. — Цанку! — крикнул тому Сенджу, их лидер: седовласый мужчина с короткой бородой и слегка морщинистым лицом, но до сих пор одетый в белую мантию с высоким воротом. — Уходи! Скоро придет Он. — Хай, Асура-сама! — кивнул Цанку и исчез в шуншине вместе с еще несколькими выжившими товарищами. Выжившие же Учихи остались и самодовольно приготовились к расправе над основателем столь ненавистного ими клана. — О, смотрите, кто пожаловал! — засмеялся высокий брюнет с пухлыми губами и узкими глазами с Шаринганом, также как и остальные товарищи одетый в черное кимоно. Они также достали свои катаны, а некоторые достали кунаи. Асура, глядя на них, с сожалением вздохнул. — Я не хочу вас калечить. Уходите! — спокойно сказал основатель клана Сенджу, на что Учихи презрительно засмеялись. — Ты не понял меня?! Сегодня мы от тебя избавимся в знак преданности Индре-сама, и тот наградит нас большими силами, чем кого-либо, так что умри! — набросился бугай с катаной на Асуру, так и стоявшего на одном месте.       Лишь тогда, когда Учиха оказался совсем рядом, тот вытянул руку вперед: из его ладони пророс длинный древесный шип, пробивший сердце врага насквозь. Изо рта противника брызнула кровь на Асуру, никак не отреагировавшего на это. Через шип, до сих пор являющимся частью его руки, он почувствовал, что враг мертв, и отломил свое оружие. Труп упал замертво. От увиденного, оставшиеся просто рассвирепели: с воинственным воплем они побежали на Асуру, не подумав о стратегии или использовании дальнобойных атак. Злоба за смерть члена клана, почти что члена семьи, была слишком велика и превышала страх за свою жизнь. Их судьба была предопределена: те двое, что были впереди, подпрыгнули, намереваясь разрубить младшего сына Хагоромо на куски, но тот также подпрыгнул и мощным ударом ноги свернул им шеи, мгновенно убив их. Следующий был поумнее: активировав Шаринган, он взял из небольшой сумки на штанах небольшой застекленный шарик и бросил его в сторону седовласого мужчины, отчего в радиусе двух метров образовалась дымовая завеса, и, не теряя ни секунды, бросился в дым, ориентируясь с помощью своего додзюцу. Но даже с помощью Шарингана Учиха не заметил в завесе циркуляцию чакры врага, и сам стал проваливаться в землю, пока на поверхности не осталась лишь его голова, в которую, едва дым рассеялся, промеж его глаз влетел сюрикен. Оставшиеся трое с кунаями стали бежать одной колонной в Асуру, но увы у них не было и шанса. Их конец настал быстро: тот быстро создал три Гудодамы и, соединив их, создал черную стену, которая полетела на Учих, от которой те не отпрыгнули, либо от недооценивания строения, либо от уверенности в собственных силах и, что более вероятно, приняли это как защиту Асуры. Как бы то ни было, это было их роковой ошибкой: стена сделана из энергии Инь-Янь, которая могла как создавать, так и разрушать, отчего они и были уничтожены — от них не осталось ни атома.       Увидев, что Учих на поле боя уже не осталось, Асура присел, прикрыл глаза и приложил руку к земле, словно пытаясь что-то найти. Тут позади него послышался скрипящий звук ветра, на что основатель клана Сенджу встал, не оборачиваясь к новому появившемуся лицу. — Пришел таки, — открыл он глаза и повернул голову, взглянув на появившегося Индру. За эти годы, он тоже немало изменился: волосы стали серыми и более длинными, на морщинистом лице борода с усами, под цвет волос, но вот что действительно не поменялось в Индре, так это его взгляд — взгляд безумца. — Ожидал ведь, братец, — мерзко усмехнулся основатель клана Учиха. — Ну что, не хочешь обнять своего брата?! — Я бы его обнял, если бы он действительно дал это сделать. Но зная тебя: ты бы просто всадил мне кунай в спину. — О, смотрю, ты наконец начал взрослеть, — прикрыл Индра свои глаза. — Или просто продолжаешь верить, что это нескончаемый кошмар?! — Я давно понял, где реальность, а где сон, Индра, — без эмоций произнес Асура. — Поэтому я остановлю тебя, чтобы ты не вредил человечеству дальше. — Я?! НАВРЕДИЛ?! ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ?! Я наоборот помогаю ему! — с фанатичным блеском начал Индра. — Думаешь, ты можешь помочь всем этим людям при помощи своей любви?! ЧУШЬ! Любовь не способна всех спасти — для этого нужна сила! Без силы — люди беззащитны. Без силы и без того у кого есть эта сила, мир рухнет в огне хаоса, создаваемым слабыми       От всего этого Асура разочарованно вздохнул. — Столько лет прошло, а ты никак не изменился, — от этих слов Индра скривился в ухмылке. — Потому что мне не нужно меняться, в отличии от тебя братец, но это не важно, — он достал свои клинки из ножен. — Пора нам с тобой покончить со всем этим! — Оу!!! — удивился младший сын Мудреца и вошел в режим сендзюцу Шести Путей. — Раньше ты хотел уничтожить все связанное со мной и лишь потом меня! Что же заставило тебя решить убить меня сейчас? — Хм-м-м… Времена изменились. Твой клан показал себя… — пожал плечами Индра, от которого пошла пурпурная аура, а в глазах активировался Мангеке Шаринган. — Он показал мне, что нет разницы между тобой и твоими последователями. Твой клан — это ты. Поэтому без разницы, кто падет раньше — верхушка или основа, но итог один: я окажусь правым! Сила есть все!       Асура снова вздохнул, раздраженный от этого бреда, и взял с земли окровавленную катану. — Ну тогда… — встал основатель клана Сенджу в боевую стойку и поманил брата свободной рукой. — Вперед!       Не нужно было говорить дважды: те на пределе скорости рванули друг к другу, пересекаясь в ударе катанами, но преимущество было сразу за Индрой: его глаза видели каждое движение брата, поэтому одним клинком он заблокировал удар Асуры, а другим нанес не рану ему в бок, что за считанные секунды зажила. Асура вновь пошел в атаку, но Индра вновь с легкостью отбил удар. — И это все, что ты можешь?! — издевательски усмехнулся основатель клана Учиха, раскручивая свои клинки. — Ну что же, дай мне показать, ЧТО такое настоящее мастерство владения клинками!       Тот прыгнул к Асуре, и начал наносить ему удары с высокой силой и скоростью, отчего спустя минут десять клинок Асуры был разрезан, а тому Индра отрубил руку и пробил живот, из-за чего младший сын Хагоромо отступил от брата на небольшое расстояние и за счет Режима Сендзюцу Шести путей восстановился. «В ближнем бою Индра опасен. Пора перейти на ниндзюцу,» — Асура резко положил руку на почву, и огромная земляная волна двинулась со всей скоростью на Индру. Тот едва успел отскочить, но при этом обронил свое оружие. — Решил с мечей перейти на фокусы, — медленно вставал он. — Ну что же, вот тебе мой фокус: Стиль огня: Мощный огонь уничтожения! — Индра высвободил изо рта огонь огненный поток, покрывающий огромную территорию, в брата. Тот в ответ пустил противоположный огню элемент: — Стиль воды: Разрывная волна воды — изрыгнул Асура изо рта огромную водяную волну по размерам идентичной огненному потоку Индры, и когда атаки сошлись, от них остался только плотный туман, растянувшийся на несколько метров. Индра, прищурившись, пытался найти брата в тумане с помощью своего Мангеке, но единственное, что он засек, это вспышку природной энергии. — Где… — не успел договорить он, как из появившийся из неоткуда Асура, апперкотом в живот подбрасывает его в воздух, отчего тот отплевывает сгусток крови. Но едва Индра начал падать, как младший сын Хагоромо, подлетев к нему, ударил его кулаком в лицо, отчего Индра стремительно влетел в землю. — Кхэ-кхэ… — Индра захаркал кровью землю и стал медленно подниматься на ноги, трясясь от боли и переломов многих костей, но по-прежнему самодовольно улыбаясь. Тут он взглянул на летающего над ним Асуру. — Хоть кулаками можешь работать, Асура, но, боюсь, этого недостаточно… — Врать нехорошо, брат, — покачал основатель клана Сенджу головой. — Ты едва можешь стоять на ногах и уже откашливаешься кровью, так что сдавайся! — Сдаться?! Мой маленький глупый братец… Мы еще только начали! — закричал Индра. — Тем более пора тебе узреть мой козырь. Жаль, что к встречи с тобой уцелел лишь один… — О чем ты?! — не понимал его младший брат, на что основатель клана Учиха усмехнулся. — Помнишь ту технику нашего отца, Асура?! Помнишь, как он нам рассказывал о ней, как с ее помощью тот уничтожил Десятихвостого и создал этих девятерых зверей?!       Асура понял о чем шла речь, но не понимал, к чему это все. — Видимо, ты вспомнил Банбутсу Созо, Асура. — Индра начал отрывать рукав своей мантии, показывая бинты в районе предплечья и постепенно снимая их. — Так вот… Я пытаясь воспроизвести ее, создал кое-что свое. — О чем ты?! — продолжал Асура пристально смотреть на брата. — Используя Интон, чтобы создавать формы и Йотон, чтобы вдохнуть жизнь формам, я создал невероятное: силу что способна обратить любой урон нанесенный мне или кому бы то ни было еще в плоть до смерти в ничто, создавая форму и давая ей жизнь. Но у этой техники есть недостаток… — Недостаток?! — Индра закончил разматывать бинты с руки, открывая то, что было под ними. Увиденное поразило Асуру, в руку был вживлен глаз Шаринган, который сейчас, увидев свет, стал смотреть во все стороны. — За этот дар нужно расплатиться: за счет одного Шарингана и его «света» я могу менять реальность, отменяя неприятный для себя исход! К счастью, для меня это не столь опасно, ибо я неспроста дал своему клану подобие истинного Шарингана. А с некоторых умирающих, мне было несложно забрать глаза себе. И сейчас… Изанаги! — Асура поразился: всего за секунду все раны Индры исчезли словно их и не было, даже кровь на земле, что он сплюнул, также исчезла. Индра усмехнулся и вздохнул с облегчением. — Вот видишь. Всего один глаз, и твоя смерть не более чем иллюзия! — вытянул Индра в доказательство свою руку, и Асура увидел: зрачок глаза на руке стал абсолютно белым и закрылся слоем кожи на руке, служившей в качестве век. — Так что сейчас… у меня две возможности изменить ход битвы, Асура! — от этого, неожиданно для Индры, его брат только усмехнулся. — Не думаю, что ты так поступишь, старший брат, — Индра сжал зубы от злости, зная, к чему клонит его брат. — За все те годы, что мы сражались, я понял многое о твоих техниках, и почти все из них зависят от наличия ОБОИХ глаз, так что стоит тебе потерять хоть один, и ты серьезно ослабеешь.       Вот от этого Индра повесил голову, но потом стал мерзко хихикать. — Что же, похоже ты многое понял о моих глазах, Асура, — снова поднял он взгляд на брата. — Но даже и так, тебе… Аура, которая окутывала Индру, стала сжиматься и вскоре выпустила в небо пурпурный луч. — …НЕ ПОБЕДИТЬ!— луч начал развеиваться и преобразовываться в огромного фантомного воина, только в этот раз он был другим: по размерам он в два раза превосходил свои обычные преобразования, и у него были ноги, также у него были иные доспехи, делавшие его похожим на Тенгу. Сам Индра был в шестиугольном кристалле, который находился во лбу воина. — УЗРИ — АБСОЛЮТНОЕ СУСАНОО!       Увиденный Асурой гигантский фантомный воин ужаснул его, но тот вскоре стал нервно посмеиваться от увиденного. — Ладно, ты меня напугал. Однако я сдаваться не намерен! — Асура стал выпускать из тела энергию, которая становилась…Асурой. Покров напоминал существо с длинными ступнями, шестью руками: тремя правыми, тремя левыми, в каждой из которой Гудодама, а лицо состояло из трех одинаковых масок, смотрящие в разные стороны, от шеи отходил плащ, который смахивал на хвосты. По размерам он был примерно вдвое ниже, чем сусаноо Индры. — О! Асура становится настоящим Асурой: низким божеством с тремя ликами! — усмехнулся Индра, смотря на брата. — Уж низким это точно! Пора заканчивать этот цирк.       Сусаноо Индры стало поднимать руку, намереваясь вбить покров Асуры в землю, словно гвоздь, но не тут то было: покров Асуры обладал большей скоростью, чем фантомный гигант Индры, и поэтому он, трансформировав Гудодамы в правых руках в одну огромную булаву, ударил ею фантомного воина, отчего тот подбросился на полметра и упал на спину. — Пусть мал, да удал! — усмехнулся ситуации Асура, в то время как старший сын, контролируя гиганта, незаметно для брата начал создавать в руке знакомую Асуре атаку, только в этот раз большей мощности, чем тогда. — Неплохо! Одама Ясака но Матагама — выпустил Индра в покров Асуры ряд ярких энергетических струн. Сила атаки была настолько мощна, что отбросила Асуру далеко вперед, сметая леса на своем пути. Так продолжалось, пока младший сын Хагоромо не впечатался в гору и по всей видимости не потерял сознание. Старший же сын стал медленно подходить к горе, пока не остановился в паре десятков метров от нее и взял рукоять клинка своего фантомного воина. — Пора тебя укоротить! — резко вытащил Индра свой клинок сусаноо и, взмахнув им, образовал огромную энергетическую дугу, которая направилась в сторону брата, намереваясь разрубить его пополам. А сам основатель клана Сенджу уже пришел в себя и в последнее мгновение пригнулся от атаки, но это было полбеды: резак Индры разрезал гору, и теперь отрезанная часть сваливалась на него. — Черт! — Асура быстро преобразовал Гудодамы в огромные сюрикены, которые он метнул в обваливающийся на него кусок горы. Те раздробили его на кучу валунов, которые младший сын Хагоромо стал ловить и бросать в своего брата. Тот своим фантомным воином с легкостью и непринужденностью рубил их, но свой последний снаряд Асура тщательно нацелил, и по-итогу, огромный камень попал точно в голову сусаноо Индры, отчего гигант потерял равновесие и упал. Фантомный шлем был разломлен, но сам Индра не пострадал… — Вот щенок… — злобно прошипел основатель клана Учиха и стал подниматься, в то время как Асура стал приближаться со свежими Гудодамами. Он быстро преобразовал их в меч и щит и набросился на Индру, пока тот еще не оклемался, но тот, не смотря на свое положение, смог отбросить его от себя и окончательно встать. — Хе-хе-хе. Ну что же… НАПАДАЙ!!! — ударил Индра клинком сусаноо, но удар пришелся по щиту из Гудодамы, заставив его завибрировать от силы удара. Сам Асура отвел покров на шаг назад и контратаковал, оставив от своего оружия на доспехах в районе живота большую трещину, что не навредило Индре. Дальше старший сын Хагоромо нанес новый удар своим клинком, от которого Асура в покрове уклонился, но свободная рука фантомного воина Индры резко схватила его за шею и подбросила вверх. После, он отложил клинок в ножны, а в руках сусаноо снова стали образовываться энергетические струны. — Ясака но Магатама, — швырнул Индра свои снаряды в стремительно падающего вниз младшего брата. Однако у Асуры остался козырь, коего не было у Индры: левитация. Поэтому, сманеврировав, Асура активировав полет, изящно уклонился от атаки брата, превратил три свои Гудодамы в гигантские сюрикены и швырнул их в Индру, два из которых пролетели мимо, но один попал в цель: отрубил руку фантомному воину. — Хе, — усмехнулся Асура и ядром полетел на основателя клана Учиха, впечатывая его в землю и не давая тому пошевелиться. — Ну, что же теперь?! — задал вопрос младший сын Хагоромо, на что Индра только прикрыл глаза и усмехнулся. — Кто теперь из нас валяется в земле?! — Скоро… Будешь вальться ты! — Индра резко открыл глаза, а броня его сусаноо стала резко накапливать чакру, что не вызывало хороших предчувствий у основателя Сенджу. Он хотел было отпрыгнуть, как оставшаяся рука сусаноо схватила покров Асуры за шею, не давая тому уйти, и выпустил всю энергию доспехов в один мощный взрыв, что уничтожил большую часть покрова у младшего брата и отбросил того на пару десятков метров, оставив от земли в радиусе двадцати-тридцати метров лишь сожженную почву, а у фантомного война исчезла вся броня. — Ха-ха-ха… — сусаноо Индры, которое было уже больше напоминало гуманоида из кожи, стало подниматься и идти по направлению к Асуре. Тот лежал на земле почти что без сознания, а из покрова Асуры на нем остался лишь плащ из сжатой природной энергии. Вид беспомощности Асуры вызывал истинный восторг в глазах Индры. Вот он — знак его победы. — А теперь кто лежит в земле, а?..       Сусаноо достал свой клинок, чтобы завершить данное сражение уничтожением Асуры. — Умри!!! — замахнулся фантомный воин на удар, как один из тех промахнувшихся ранее сюрикенов Гудодам, бумерангом полетел назад и отрубил оставшуюся руку гиганту. — Обойдешься, — тихо произнес его младший брат, и тот второй Гудодама-сюрикен отрубил фантомному воину голову, отчего все сусаноо стало рассыпаться на мелкие частицы, а еще не исчезнувшая голова грузом упала на землю. — Вот же гаденыш! — переключил Индра свой Мангеке в обычный шаринган и все сусаноо и его разорванные части испарились без следа.

***

      Эта сражение продолжалась долго, два дня и две ночи, как гласили летописи и легенды о битве двух братьев. Те были полны решимости завершить это противостояние раз и навсегда, что означало одно: они мелочиться не собирались. Но, как говорится, все, что имеет начало, имеет и конец. И битва между Сенджу Асурой и Учихой Индрой подходила к своему завершению.

***

      Два брата, уже изрядно уставшие от сражения, стояли на морской глади вдали от суши, при виде которой можно понять, почему: она вся была в огне и разрушениях. Бедным картографам придется многое менять в своих картах. — Кхэ-э-эх-эх…- Асура и Индра обрывисто дышали и потихоньку теряли сознание: темп этой битвы, длившейся не одни сутки, уже испытал предел их немолодого возраста, и лишь воля к победе держала их на плаву. Их тела были покрыты множеством ран и царапин. Асура уже не мог их исцелить: он истратил много чакры и на регенерацию ему ее уже не хватало. Броня у обоих исчезла: лишь рваная легкая одежда, что была под доспехами. — С-старость не радость. Верно, Индра? — добродушно усмехнулся Асура очевидности ситуации, но тут же прикрыл глаза от боли в груди. Несколько его ребер было сломано, ему было трудно дышать. Сам Индра тоже не сдержал горькой усмешки от ситуации, и судя по тому, что тот сжал зубы, его ранения идентичны ранениям брата. — С этим… не поспоришь… — сплюнул Индра кровь и посильнее сжал свой клинок, но при взгляде на него можно заметить легкую дрожь от усталости. Асура держал по небольшому клинку на каждую ладонь, но он тоже был не в самой лучшей форме. — Сейчас… наше противостояние подошло к концу, брат, — вытянул Асура один из своих клинков вперед. — Пора… закончить со всем этим… — Кхе-хе-хе-хе… тут я соглашусь, Асура. И оно закончится… Твоей смертью!!! — собрался Индра с последними силами, что у него остались, и пошел в атаку.       Асура почему-то еще остался на месте, с сожалением смотря на того человека, на которого равнялся в детстве. Он все думал, что вот он — шанс на то, что все закончится, и они вдруг найдут путь к примирению. Но лишь сейчас, в этот самый момент, когда его брат, несмотря на всю боль от ран, усталости и недостатка все равно пытается избавиться от него… « Похоже, я ошибся…» — по его лицу Асуры скатилась слеза, но он вовремя взял себя в руки и заблокировал удар от Индры одним из своих клинков и ударил вторым, на что Индра пригнулся и даже слегка удивился тому, что брат перешел уже на наступление, но и это его не особо остановило и тот, отступив на шаг, нанес еще удар, однако Асура заблокировал его обеими клинками. Это и было нужно Индре: он ударил его ногой в грудину, заставляя брата сплюнуть кровь и вызывая обильное внутреннее кровотечение. Индра, ухмыльнувшись от ностальгических воспоминаний, когда младший брат валялся возле него, как тогда, тридцать с лишним лет назад. Но сейчас исход будет другим… — Вот теперь… — поднес Индра к шее брата свой клинок, при этом безумно улыбаясь, уже предвкушая свою победу. Его сердце забилось от этого с бешеной скоростью. — Конец! Прощай мой младший брат!       Сейчас Асуре, несмотря на боль и на то, что его легкие нанивались кровью, из-за чего ему труднее становилось дышать, мир показался в замедленной съемке: клинок медленно приближался к нему, намереваясь лишить головы. Но ему было уже все-равно: он все равно умрет сегодня, все равно по вине Индры, если не от обезглавливания, то от внутреннего кровотечения в легкие уж точно. Но вдруг в последний момент, когда катана должна была сделать свое, та остановилась в сантиметре от его горла… — Аргх!!! — клинок Индры упал в воду, его глаза широко раскрылись, и, в ту же секунду вскрикнув от боли, он схватился руками за свою грудь, в месте, где по факту сердце. — И-индра?! — не понял умирающий Асура, как тот, скривившись от неимоверной боли, упал возле младшего брата, отрывисто дыша… — Ч-что э-это?! — испуганно спрашивал старший брат у младшего, не зная почему это сейчас происходит. — П-почему мне… т-так больно и… страшно… — Я говорил ведь… Кхе-кхем… старость не радость… — откашлялся кровью Асура — …мы переоценили себя и за это расплачиваемся нашими… Кхе-кхем… Жизнями… — Н-но… но ведь… я-я не раз сталкивался со смертью! — сжал старший сын Хагоромо зубы от нарастающей боли в груди. — П-почему… П-ПОЧЕМУ… Я НЕ МОГУ ОБРАТИТЬ ЕЕ В НИЧТО?! — Кхе-кхем… Мы сейчас ослабели до невозможности… — откашлялся Асура. -…и умираем… Кхе-кхем… Как обычные люди…       От данных слов глаза Индры стали наполняться слезами. Не слезами из-за сожаления или раскаяния, а слезами из-за страха и ужаса, от понимания что пришло его время покинуть этот мир. И он был не готов к этому. — Я н-не… не хочу… — слезы побежали по щекам умирающего старика и отвлекали его от боли, которая только усилилась. — …эт-это не правиль… Я не-не могу… Не хочу у-уходить!       Асура слабо повернул голову и с легким удивлением глядел на своего брата: он слышал о том, что Индра сожалеет о смертях членов клана Учиха, даже плачет над ними, но факт ли это… как оказалось, да. Теперь Индра жалеет себя, и Асуре стало интересно, все ли в его клане такие. — Однако… — в глазах Асуры стало темнеть от недостатка кислорода. -…для тебя одно хорошо…       На эти слова Индра, подрагивая от напряжения в груди, лишь перевел взгляд своих заплаканных глаз на брата. — …умрем сегодня: мы оба.       От этого глаза Индры открылись пошире, пусть слезы продолжали идти, но тот стал смеяться. Но этот смех был не счастливым, даже не злорадным… — Какая ирония… — внезапно сердце Индры пропустило мощный последний удар, от которого старик вскрикнул. — …пора похоже г-говорить прощай… Но я говорю тебе: до следующей жизни… Эх, н-надо было убить т-тебя раньше…       Едва он договорил это, как его голова легла на морскую гладь, и тело перестал дрожать, а глаза, казалось остекленели. Сердце Индры остановилось… — Брат? — с трудом повернул Асура голову к еще не остывшему телу брата, которое плавало на водяной глади. — Брат… — с грустью глядел, как тело Индры слегка покачивалось водой, при этом глаза брата были открыты. Асура решил сделать акт последней воли перед смертью и дрожащей рукой с трудом закрыл веки брата. От этого показалось что Индра просто спит, если бы не засохшая на подбородке кровь и многочисленные раны. « Вот теперь…» — глаза Асуры стали слипаться, а на его морщинистом лице появилась улыбка. — «…может быть есть надежда на то, что мы станем семьей, Индра?»       Эта была последняя мысль младшего сына Хагоромо, перед тем как жизнь покинула и его. Их тела, едва душа Асуры отправилась в чистый мир, начали распадаться на частицы энергии, которые стали сжиматься в энергетические сгустки. Тело Индры стало черным облаком, а Асура белым облаком энергии. ***       Никто так и не узнал, что произошло после этой битвы. Для всех Асура и Индра убили друг друга, а их тела утонули в глубоком синем море, которое через десятилетия назовут Могилой Братьев.       После их смерти лидерство в кланах взяли самые доверенные люди основателей: Цанку Сенджу и Мун Учиха*. Те ведомые кровной враждой за смерть основателей не собирались мириться, поэтому война кланов разгорелась с новой силой, которая, конечно, постепенно меняла обороты. Но одно оставалось неизменным: Учихи и Сенджу не собирались оставлять друг друга в покое.При этом в мире помимо Учих и Сенджу, появилось множество кланов таких как: Сарутоби, Шимура, Фуума, Узумаки, Абураме, Хьюга, Нара, Яманака и многие, многие другие.       Где-то лет через двести, на свет появились двое с волей сыновей Хагоромо: Учиха Мадара — реинкарнация Индры и Хаширама Сенджу — реинкарнация Асуры. Два друга, почти что братья, положили конец войне, но Мадара начал новую. Личную во имя его видения мира. Эта война, на первый взгляд окончилась битвой между двумя реинкарнациями. В этот раз финал был в пользу Хаширамы… на первый взгляд. Но, как говорилось в пророчестве: «И од­нажды по­раже­ние стар­ше­го об­ра­тит­ся в по­беду, ибо на­шел он путь к си­ле от­ца.»

***

256 лет спустя. Заброшенное подземное убежище клана Учиха.       В темном помещении, находящемся под землей, на своеобразном троне, созданном из дерева, сидел спящий иссохший старик с длинными непослушными седыми волосами с челкой, закрывавшей его правую часть лица. Из одежды на нем была большая черная накидка. Тут старик стал просыпаться и открыл свои глаза. В левом глазу горело известное всему миру додзюцу: Шаринган. — Кхэ-кхэ… — откашлялся старец и, в силу своего возраста, аккуратно встал со своего, так сказать, трона и подошел к небольшому водоему, созданному из камней, к которому ручьем стекала вода. Старик, набрав в ладони воды, испил ее всю до капли и вытер стекающие по подбородку капли.       Неподалеку от старика росло небольшое деревцо, на котором росли небольшие зеленые груши. « Подходит к концу…» — слабо улыбнулся старец своими иссохшими губами и принялся за трапезу из фруктовых плодов. Спустя полчаса, насытившись, старик подошел обратно к своему древесному трону и, присев, начал засыпать, дабы сберечь силы к будущему, которое для него было совсем скоро.

***

      Спустя несколько часов старик резко открыл глаза и стал обильно дышать, как будто от недостатка кислорода. У него из груди стал исходить белый свет, на что старик стянул с себя накидку, открывая огромный крестообразный шрам с левой стороны груди. Этот шрам и был источником света. От тела старика стала исходить черная аура, которая стала смешиваться с тем белым светом. И вскоре получившаяся серая энергия стала идти к глазам старца, впитываясь в них. — АААА!!! — старик закрыл глаза ладонями и сидел на коленях, мучаясь от дикой боли в глазах. И из-за напряжения в них, подобно слезам, по щекам потекла кровь. Старик, едва напряжение прекратилось, убрал ладони от глаз и открыл их, но вскоре резко закрыл: ему в глаза бил яркий свет, хоть в пещере было абсолютно темно. Поэтому он быстро пошел к водоему, так как за годы прибывания здесь старик мог ходить по убежищу хоть вслепую. Добравшись до воды, он опять открыл глаза. Теперь все было нормально, ему показалось, что даже слишком: его давно ослепший правый глаз снова мог видеть, только челка мешала, но сейчас для него это было неважно. Взглянув на свое отражение в воде, он увидел что его левый глаз был абсолютно фиолетовым без зрачка. Но спустя секунду зрачок появился, и как от камня, кинутого в воду, от него пошли круги, которые застыли в глазу навсегда. Пробуждение Риннегана завершилось… — Хе-хе-хе. Ха-ха-ха!!! Мва-ха-ха!!! — смех старика от успеха стал нарастать и нарастать, пока вовсе не стал хохотом, который не предвещал ничего хорошего, ибо теперь Мадара Учиха обладатель глаз Хагоромо… ***       После пробуждения Риннегана, Мадара смог призвать пустую оболочку Шиджу и подключится к ней, дабы поддержать себе жизнь на долгие годы. Также он обнаружил обвешанных существ, по форме напоминавших людей. Мадара подумал что они были созданы из-за клеток Хаширамы при сочетании с чакрой Шинджу, и назвал он их Зетсу. Также он в статуе создал клона Хаширамы в качестве дополнительного генного материала на будущее и модифицировал его для того, чтобы он мог подключить эти клетки к любому нужному ему человеку, и чтобы тот оставался в живых. И этот человек через сорок появился, но сейчас речь не о нем.       Примерно в это время прозвучала вторая половина пророчества, высказанное старым другом Хагоромо: пророком-жабой Огама-сеннином…

***

— Я видел тебя в своих видениях, Джирая, — тихо начал говорить огромный старый жаб, чья кожа была покрыта волдырями, а на голове была шляпа, как у школьников на выпускных из школы. Говорил он молодому мужчине с длинными колючими белыми волосами до самой талии, которые были завязаны в хвост, а под глазами красные линии. Одет он в серое кимоно, поверх которого была сетчатая майка, а на ногах он носил черные сандалии. — В моем сне ты предстал извращенцем, но в тоже время великим ниндзя. В свое время у тебя появится свой ученик… « Великий…извращенец?!» — недоумевал молодой Джирая от слов жабы. — « Да как ему такое могло придти в голову?!» - …Этот ученик станет ниндзя, который принесет великие перемены. — Великие перемены? — переспросил Джирая у старого жабьего мудреца. — Либо стабильность, либо великие разрушения. Подобного этот мир не видел ранее. Одно из двух. — Одно из двух?! — не понял юный шиноби. — Что это значит? На эти слова, Огама-сеннин приоткрыл свои веки, и старые глаза стали глядеть на Джираю. — Ты будешь управлять этими событиями. И грядет тот день, когда тебе придется сделать выбор… — Выбор? — это очень взволновало Джираю, и он хотел знать… — От твоего выбора будут зависеть перемены, как они будут идти: в лучшую или худшую сторону. От этого, глаза молодого Джираи широко раскрылись, и от волнения потекла капля пота… — Что мне нужно, чтобы сделать правильный выбор?! — на это Огама-сеннин не ответил, лишь продолжил говорить о видениях. — В моем видении ты путешествуешь по миру и пишешь книги. — Пишу книги? — повторил беловолосый.- О чем? — Я не знаю. Может о путешествиях по миру или о чудесах природы, а может просто чтобы не скучать. — Хм. Чтобы не скучать… — скептически сложил руки Джирая. — Великий мудрец, а ваши предсказания хоть когда-нибудь не сбывались?! В храме после этого вопроса возникла тишина, которую прервал Огама-сеннин. — Нет, — добродушно усмехнулся мудрец. — Такого не было. Но я не закончил, э-э… — Джирая… — впал в каплю мужчина из-за провалов в памяти мудреца. — Что еще было в видении? — Ах да, в видении, — призадумался жабий мудрец на минуту. — Этот ученик обладает силой двух. — Что? Силой двух? — не понимал Джирая, что это такое. — Что это?! — Я понятие не имею. Быть может, ты поймешь, кто знает? Ну, а теперь… ступай, мальчик, э-э… — ДЖИРАЯ!!! — прокричал молодой человек и ушел из храма.

***

      После этого, Джирая решил начать свое путешествие в поисках этого ребенка из пророчества с неизвестной силой двух, который станет его учеником и который либо стабилизирует мир, либо принесет невиданные ранее разрушения. В своих странствиях он находил людей, которые действительно могли изменить мир, но тот чувствовал, что это не они.       Но война между странами заставила Джираю вернуться и воевать за свой дом. Но после одной битвы он, казалось, нашел того ребенка. Он натренировал троих сирот из Амекагуре и вскоре вернулся домой дабы помочь своей деревне в войне. Позже он узнал о смерти своих учеников… После Первой Войны Шиноби Джирая стал обучать еще одного ученика: Намикадзе Минато, отца реинкарнации Асуры после Хаширамы…       Время далее текло и текло безостановочно, как говорил Хагоромо. Проходили войны, рождались и умирали многие люди. А время истории подошло к своему началу:

***

Тринадцать лет спустя после нападения Девятихвостого лиса на Коноху.       Тем временем, в окруженном высокими каменными стенами озеро, где течет водопад, и по бокам которого стояли две статуи изображающие Учиху Мадару и Хашираму Сенджу, складывающими «Знак конфронтации», сражались потомки их кланов. — Ты не сможешь меня победить!.. — произнес молодой мальчик из клана Учиха, одетый в синюю футболку с высоким воротом, за спиной которого была символика клана, белые шорты, на ступнях были черные сандали. Тот уклонялся от своего друга и по совместительству джинчурики Девятихвостого, который как раз таки был в покрове лиса и от побочного эффекта покрова: повышенных отрицательных эмоций, пытался прихлопнуть к скале своего друга. — САСКЕ! — проорал блондин с короткой стрижкой и лисьми чертами на шеках, одетый преимущественно в оранжевый костюм, атакуя своего бывшего друга, отчего атаки блондина имели большой радиус и были непредсказуемыми даже для активированного шарингана Саске с тремя томое. Учиха, уклонившись от очередной атаки джинчурики, стал складывать печати для своей фирменной техники с раннего детства, рассчитывая нанести хоть какой то ему урон: — Катон: Огромный огненный шар! — изо рта брюнет выдул огромный огненный поток чакры, сформировавшийся в шар. И тут техника Катона попала в блондина, но тот спустя мгновение атаковал снова, ударив по воде, вызвав огромную волну, которая сбила того Саске с ног и впечатала в скалу возле статуи Учихи Мадары. — Черт! — Саске отпрыгнул на землю и отряхнул от себя пыль. — Похоже, что у меня выбора нет… — печать из трех символов на шее Учихи, окруженная в круг какими-то символами, стала загораться фиолетовым светом, и ее метки стали идти по телу. — Ну что же… хоть я и не знаю, что произойдет, но это неважно… Верно, Наруто?— усмехнулся Саске над своим другом, чувствуя от той метки неимоверную силу, которая может помочь ему убить своего противника. — Наруто! — окликнул торжествующий Учиха блондина. — Я признаю, что ты особенный! Но…       Юного Учиху стала покрывать фиолетовая аура, а метки проклятой печати начали сливаться друг с другом, отчего его кожа стала меняться: она приобрела коричневый оттенок, волосы стали более длинными и поседевшими, его ногти на руках заострились, словно когти, а глаза, за исключением зрачка с Шаринганом, почернели. — С-саске?! — поразился Наруто внешним изменениям своего друга. Тот тем временем, оглядев свои руки, стал потихоньку смеяться как безумный. — Наруто, если ты еще можешь меня атаковать, то начинай! — самоуверенно воскликнул Саске. — Настоящая битва… Только началась! Наруто, чей гнев и без того был увеличен чакрой Девятихвостого, взбесился еще сильнее и с максимальной скоростью пошел в атаку…

***

Подсознание Наруто. Клетка печати бога смерти.       У Девятихвостого Лиса Курамы сейчас были не лучшие времена: пророчество Хагоромо оказалось правдивым, и его поймал в рабство переродившийся в Учиху Мадару Индра, хоть это и было нужно для задания, данного Мудрецом Шести Путей перед смертью. После Мадары, его поймал уже Хаширама и запечатал в свою жену: Мито. Не сказать, что она была противной ему, нет, просто она с ним не разговаривала, и от этой скуки он уставал. Это давало ему повод для побега.       Но за день до ее смерти, его запечатали в ее дальней родственнице, тоже из этого клана красноволосых: Узумаки Кушину. С той было повеселее, но печать, державшая его, не давала и шанса пошевелиться и, что еще хуже, та не была реинкарнацией Асуры. Но, в отличии от Мито, ему было немного жаль ее из-за того, что его насильно извлек тот человек в маске, который называл себя Мадарой.       Потом ему достался опять Узумаки, в этот раз мальчик, причем новорожденный сын Кушины, которого она защитила со своим мужем Минато от него. Все-таки Шаринган умел взбесить его до безумия, отчего могли пострадать невинные люди. Тот малец был интересен сильнейшему биджу и напоминал Асуру, но свобода была Кураме дороже, чем жизнь этого ребенка. Но в таких ситуациях как сейчас, когда Наруто грозила смерть, он спасал его, так как погиб бы сам. Конечно не навсегда, но перерождение было не самой приятной вещь. И все-таки мучала Лиса проблема: Рикудо сказал, что один из его джинчурики будет реинкарнацией Асуры, но кто именно не ясно. Хотя для этого должен был помочь Хагоромо: Flashback — Курама, у меня для тебя есть одно поручение. Выслушай, пожалуйста, — попросил Хагоромо молодого Девятихвостого. Тот положил голову к старику на пол. — Я слушаю. — Судя по тому, что ты видел, ты понимаешь, что реинкарнация Индры захватит тебя в качестве раба? — Курама от злости на свое будущее рыкнул, но от дальнейших комментариев воздержался. По виду Хагоромо можно было сказать, что ему очень жаль свое творение, но будущее есть будущее. — Еще бы не видел! — вскрикнул Лис со злостью. — Но есть еще кое-что, что касается только тебя, — на этих словах Ку успокоился и стал внимательно прислушиваться к старику. — И что же? — В будущем, после смерти той реинкарнации Индры, у тебя будут джинчурики, — на это Курама с раздражением вздохнул, но особой злости не испытывал, так как это лучше, чем Индра. — И что?! — буквально прошипел эти слова Лис. — Одним из этих джинчурики будет реинкарнацией Асуры, — от этих слов глаза лиса-биджу широко раскрылись, и он хотел было что-то сказать, но Хагоромо не собирался давать ему слово. — Я знаю, что ты думаешь, но сейчас то, что я попрошу, будет для тебя мерзостью и кощунством… ты должен будешь собирать чакру первой реинкарнации Индры и хранить ее до тех пор, пока тебя не запечатают в реинкарнации Асуры. От этого Курама опять взбесился. — ЧТО!!! Я должен хранить в себе ту мерзость, пока меня не запечатают в какого-то человека аки будущего Асуру?!!! ОБАЛДЕТЬ!!! — Так ты согласен?! — слегка удивился Хагоромо, что Курама быстро согласился на это. — Да. В память о тебе, — с нотками злости сказал Лис, но потом он подумал о чем-то. — Так стоп! А как я узнаю, что запечатан в реинкарнацию Асуры?! — Вот здесь уже действую я, — Хагоромо подошел почти вплотную к биджу и положил иссохшую ладонь ему на нос. Потом он стал пропускать по ней свою чакру, передавая ее Кураме, и через минуту передача завершилась. — Когда ты будешь запечатан в реинкарнации Асуры, то моя проекция сделает свое дело. А теперь… иди и радуйся свободе… End Flashback — И что?! Получается, я запечатан в обычном шиноби?! Да твою мать!!! — высказался Курама и хотел было ударить по стене своей клетки, как произошло то, что Лис ждал все эти годы. Из его тела стала выходить фиолетовая чакра, которая стала соединяться в большую фиолетовую сферу и вскоре стала преобразовываться в… — Давно не виделись, Курама, — улыбнулась проекция из чакры Хагоромо, обрадованному биджу. — Ну, пора закончить нашу авантюру! Реальность …его кулак попал в отросток тела Учихи в форме крыла, который защитил Саске. Тот махнул этим же крылом, и блондин отлетел в статую Сенджу Хаширамы. В спине что-то хрустнуло, после чего он скривился от боли. — С-с-саске?.. — на все это пораженно Наруто смотрел, а покров лиса пытался подлечить его. Тем временем Саске отрастил себе второе крыло. И Учиха посмотрел глазами, полными злости, безумием и торжеством над Наруто. Но в туже секунду Саске скорчился от боли, которая сопровождалась конвульсией, и выплюнул несколько кровавых комков на изрытую техниками землю. — Мое тело! — отхаркиваясь в ужасной агонии шептал шиноби. — Нужно спешить!       Хотя и сам Наруто был не в лучшем состоянии. Покров Лиса доставлял ему жгучую боль по всему телу и усиливал агрессивность, к тому же его левая рука парализовалась… «Ксо! Не могу пошевелить рукой» — Наруто сжал еще целую руку в кулак и со злобой взглянул на своего заклятого друга. — Знаешь, Наруто, это место называется Долиной Завершения! То, что надо для окончания сражения! — стал надменно говорить Саске и одновременно складывать печати «Тысячи птиц». Наруто же тем временем выпустил хвост покрова полностью и стал концентрировать чакру в правую ладонь, создавая алую спиральную сферу… — Чидори! — преобразовалась чакра с метки в черный сгусток электрической энергии у Саске. Тем временем его противник… — Расенган! — блондин закончил создавать свою технику. Саске и Наруто бросили друг на друга взгляды полные ярости и решимости и в ту же секунду пошли в атаку. — НАРУТО!!! — атака Саске рассекала водопад и вскоре вытянулась вперед. — САСКЕ!!! — спиральный шар уже был в нескольких сантиметрах от Чидори, друга… Мощь этих атак смешалась воедино, и прогремел взрыв, после которого оба противника отлетели в статуи основателей Конохи. Проклятая печать уже сошла с тела Саске, а покров лиса вошел обратно в тело Узумаки, они оба были уже в человеческих формах. — Кхэ-кхэ…- с трудом откашлялся Наруто, так как пара его ребер было сломано, и посмотрел на противоположную сторону. Ситуация Саске не отличалась от ситуации своего заклятого друга, только символика на его бондане была перерезана и на лице было несколько кровоточащих царапин.

***

— Так значит Наруто все-таки реинкарнация Асуры, — усмехнулся ситуации биджу, в чем его поддержал чакровый призрак Хагоромо. — Да. Такова ирония. Как он тебе? — как бы невзначай спросил Отсутсуки у Курамы. Тот, на секунду призадумавшись, ответил: — Ну что сказать, довольно противоречивая личность. Он крикливый, непокорный, не имел таланта ни к чему, как и Асура, но также, как и он, умеет давать другим надежду и становится сильнее ради дорогих ему людей, дабы защитить их. Вот, что я могу о нем сказать.       Призрак Хагоромо от услышанного улыбнулся: этот мальчик почти что самый настоящий его Асура, только другая внешность. — Хм. Надо же, — усмехнулся старик. — Но на любовном фронту он превосходит оригинал, — добавил Девятихвостый в дополнение о сходствах и различаях Асуры и его джинчурики. — Оу! Ну ничего себе, хе, — снова улыбнулся старик, но через мгновение посерьезнел. — Значит время настало, и Наруто достоин этого… — А это не перебор? — испытывал лис сомнения по этому поводу.- Он ребенок, а такая сила все-таки может испортить его. Хотя я и в этом сомневаюсь. — Ты не подумал до конца, мой друг, — приложил он ладонь к одному из девяти хвостов Курамы и стал доставать черную чакру. — То, что произойдет сейчас, ребенок не выдержал бы. Поэтому я поставил ограничитель, по-иному, только всевидение и возможность использования всех пяти элементов будут ему доступны. Все остальное он будет пробуждать по ситуациям, они будут закалять его, и это будет ключом к силе.       Призрак из чакры закончил доставать чакру Индры из хвоста и вскоре сжал ее до сферы, которую он пустил вверх, где должен быть потолок помещения. И вскоре пространство начало меняться: через минуту подсознание стало освещаться фиолетовым светом… — Обычно при таком случае процесс преобразования проходит дни. Но для этого и нужен был я, чтобы существенно сократить это… — призрак стал распадаться до облака фиолетового цвета. Курама, поняв, что пора прощаться, загрустил. — Жаль, что подольше нельзя поговорить, — грустно улыбнулся Лис.- Прощай, старик. — Не говори прощай, Курама, — весело крикнул ему голос из облака.- Правильней будет: до скорой встречи! Облако через секунду рвануло вверх и впиталось в тот фиолетовый свет, и через мгновение произошла мощная вспышка чакры Хагоромо.

***

      Тут блондин почувствовал дикий прилив сил, но уже не чакру Лиса, что настораживало, а что-то другое. Тут его тело покрыла серая аура, которая стала впитываться в его глаза, доставляя страшную боль, отчего он с криком прикрыл их ладонями. — «Что с ним?!» — Саске не понял, что происходило с его старым лучшим другом. Для того, чтобы разобраться, он из последних остатков чакры активировал Шаринган и посмотрел с нескрываемым удивлением на него. Глаза Наруто наполнялись силой и видоизменялись как и при Шарингане, но та сила была мощнее…намного, чем было у Учихи сейчас. — « Он пробудил что-то мощнее Шарингана?!» — брюнет, сам не понимая почему, побежал навстречу к джинчурики Лиса. А тот, корчась от раздирающей боли, не заметил, как беспомощно протянул руку в сторону Учихи, ища поддержки. Но тут чакра из глаз Наруто, вызвала мощный поток энергии, который отбросил, приблизившегося Саске на несколько метров. Наруто от такой сильной боли, которую он испытывал сейчас, стал терять сознание, не обращая внимания на громкий крик Саске и на свет, который бил ему в глаза…

***

Тем временем к месту схватки своих учеников, бежал и прыгал по ветвям пепельноволосый ниндзя с повязкой Конохи, которая закрывала его левый глаз, и маской, закрывавшей нижнюю половину лица, начиная с его носа. Из одежды на нем было обмундирование джонина: легкая черная футболка с рукавами до запястий, поверх которой был зеленый жилет с множеством карманов, черные штаны, где сзади была сумка с оружием, сапоги и перчатки с щитком в районе костяшек. С ним бежал миниатюрный мопс, одетый в легкий жилет, а на голове была такая же повязка с протектором Конохи. Тут они оба остановились и стали смотреть вперед. Зрачок глаза пепельноволосого, сжался до миниатюрной точки. — Ты тоже почувствовал, Какаши?! — спросил мопс у шиноби в маске. — Да. Такой чакры я никогда не видел, — высказался Какаши и взглянул на небо.- Скоро дождь, нужно спешить.

***

      В центре небольшого кратера, Наруто лежал с открытыми глазами и не шевелился, но медленно вздымающаяся грудь свидетельствовала, что он был еще жив. Глаза его только что завершили свое преобразование - те были абсолютно фиолетовыми и без зрачков. Но спустя мгновение на них появились тонкие, как точки, зрачки, а от них стали отходить круги, как на воде. Разница в том, что если круги на воде исчезали, в случае с Наруто все наоборот: они останутся навсегда. Сила двух братьев соединилась в нем… Даруя ему Око Самсары (прямой перевод Риннегана)