Morpho

Мои дни были бесконечными, нудными и скучными. Порой я баловала себя побегами, где могла в полной мере поддаться своей грусти. Сидя часами возле одиноких зданий и наблюдая за закатом, я могла бы в тот момент назваться счастливым человеком. Но вспоминая свою жизнь, губы поджимались в горькую ухмылку и кроме сожаления, что бушевало как пламя в груди, мне не о чем было рассказать. Я стояла на остановке зимой. В тонких конверсах, в большом пальто, в котором утопала из-за своей внезапно возникшей худобы, за спиной которой висел рюкзак . Дул прохладный ветер и погода оставляла желать наилучшего. Все мысли были о том, как быстрее добраться на работу и выпить горячего чаю в буфете. Переминаясь с ноги на ногу, я пыталась разогнать кровь по телу, которая от холода замёрзла во всём теле. Утром все люди собираются на работу, работая на тех людей, кто живёт в своё удовольствие . Я их не слышу, потому что в моих наушниках играет музыка. И их рты двигаются без звучания и напоминают мне рыб под тонной воды. Я улыбаюсь внезапной ассоциации. Вот вдали виднеется автобус, который остановится и все люди, начнут толкаться и пробиваться внутрь, забывая о том, что нужно уважать чужое пространство и немного проявить терпения. Но им всё равно и приходится наблюдать это скучное шоу каждое утро, думая о том, что большинство из них потеряли мозги ещё при рождении. Я тяжело выдыхаю. Машина остановилась прямо напротив меня, но она не была похожа на те, что я видела прежде. Стало не по себе и я двинулась к другой стороне остановки, делая вид, что мне всё равно и меня не напугало внезапное появление непонятной субстанции в виде машины. Машина медленно последовала за мной и остановилась напротив. Мне захотелось снять рюкзак и ударить им по капоту, крича и матерясь, чтобы хоть немного снять напряжение, что стало нарастать в воздухе. Машина была дорогой, "лимитка" как обычно называют соседские ребята. Когда видят машины в реальности, они делают вид великих знатоков и важным видом расхаживают перед тобой, объясняя "очевидное" . Слишком роскошная машина, окна которой были затемнены и создавали впечатление опасности, стояла в абсолютной неподвижности. Я чувствовала на себе взгляд, но я не могла внезапно испариться на месте. Вместо этого хотелось закатить грандиозную истерику и убежать прочь. Я старалась придать своему лицу невозмутимый вид. Через некоторое время, стекло заднего окна опустилось и на меня уставился беловолосый парень. Он неотрывно смотрел на меня своими тёмными глазами , а я смотрела на него, будто загипнотизированная. Он наклонил голову на бок и усмехнулся, приподняв бровь. Я сделала тоже самое. Последовало его удивление в глазах и улыбка, и моё недовольное фырканье на его детские подкаты. Он открыл дверь и вышел из машины. Он был намного выше меня и выглядел красивее, чем в тёмном салоне машины. Ветер трепал его волосы и рубашку на теле, пуговицы которой были застегнуты не до конца и слегка оголяли его грудь. Я отступила назад, так как была напугана его внезапным решением вылезти из своего наблюдательного пункта. Он заговорил медленно, словно пытаясь внушить мне каждое слово. Я сняла наушник и посмотрела на него вопросительно. - Тебя зовут Сакура ? Я кивнула. - Ты не умеешь говорить? - С неизвестными я не разговариваю. Он улыбнулся. - Вот же заговорила. Я закатила глаза и решительно направилась в сторону автобуса. У меня не было времени на всякие дурацкие знакомства, которые никак не повлияют на общую картину моей жизни. Он схватил меня за руку и от резкого движения, я развернулась и остановилась в пару шагах от него. - Сакура, ты в опасности. - сказал он, словно ситуация не была странной, она стала ещё страннее. Автобус отъехал и я осталась стоять, парализованная внезапным осознанием того, что мог натворить мой отец. В голову пришёл только он, потому что других мужчин в моей жизни не было. - Что он сделал? - сказала она, пытаясь подавить нотки ужаса в голосе. Незнакомец отпустил мою руку и посмотрел куда-то вдаль. Я подошла к нему ближе и потянула за рукав кожаной куртки. - Скажи мне ! Он посмотрел на меня и его тёмные глаза переливались оттенками печали. - Как ты знаешь, твой отец очень часто играет в азартные игры... Сегодня он проиграл всё: дом, машину и даже тебя. Его слова резанули слух, а после душу. Я знала, что мой отец не любил меня, но чтобы проиграть меня в игре....как же он должен меня ненавидеть. Я заплакала. Заплакала оттого, что одинока, что у меня нет матери, которая защитила бы меня и теперь моя жизнь зависит от этого незнакомца. - Я ....Мне надо поговорить с отцом. - сказала она, вытирая слёзы. Слёзы струились и капали вдоль щёк, обжигая лицо на холоде и оставляя раздражение на бархатной коже. - Я отвезу тебя. - сказал он, словно ждал пока она скажет это. Немного поколебавшись, я села в машину, дверь которой он мне открыл и после того как я села, захлопнул. Дрожащими руками я пыталась согреть руки и лицо, что из-за внезапно возникшей тревоги и страха стали мёрзнуть ещё больше. Обойдя машину он сел с другой стороны, рядом со мной. Я окинула взглядом его обувь, потому что не могла посмотреть в лицо. Блестящие, гладко вычищенные ботинки. Брюки, что облегали его стройные, накаченные ноги и белая, шёлковая  рубашка, что  струилась прежде на ветру. На плечах громоздилась кожаная, байкерская куртка. Казалось будто зима обходит его стороной. Либо ему вовсе было не до холода. Рассмотрев его одежду, я встретилась с ним взглядом. На верхней правой губе была едва заметная родинка, такая же виднелась на левой щеке. Я отвела взгляд на свои руки, которые сжала в кулаки неосознанно и растопырив пальцы, увидела следы ногтей на ладонях. Во мне не осталось сил для сопротивления. Отец не мог испортить мою жизнь из-за своих слабостей. Он не мог так со мной поступить. Пытаясь сохранить свой гнев внутри, я не заметила как моя нога стала дёргаться в такт моим мыслям. - Как тебя зовут? - сказала я внезапно, чтобы перевести свои мысли с себя, на него. - Джек. - сказал он почти незаинтересованно. - Красивое имя. - сказала она полушепотом, слишком тихо для комплимента. - Я знаю. Он положил свою руку на моё колено, пытаясь остановить нервозность, но я скинула её .  И снова ушла в свои мысли. Я больше  не поеду на свою работу, которую ненавидела всем сердцем. Я подрабатывала помощником стилиста, напыщенного высокомерного дурака, который изводил меня работой, с которой сам не справлялся. Каждый день, словно непрекращающийся однотипный цикл, замедленный кадр одного дня. Мне настолько надоело то, что я делаю, что даже во сне мне снились похожие сценарии. Я словно была в вечной ловушке своего подсознания и пытаясь отвлечься , ещё больше погружалась в свою работу, пытаясь забыть о своей никчёмной жизни, которая стала приносить слишком много боли. Я выдохнула. Привыкшая прятать все свои проблемы за доброжелательностью и улыбкой, я впервые позволила себе выходку, дать отпор.   Я  чувствовала вину. " Что теперь он подумает обо мне? А не всё ли равно? " Богатый красавчик просто хотел привлечь внимание своим жестом.. Я закрыла глаза и откинулась на сиденье. Раздражительность становилась всё больше и контролировать её оставалось сил всё меньше. Работа, ненавистный дом, работа. Мечта иметь собственный бизнес, быть дизайнером, провалилась куда-то внутрь, потому что я не могла позволить себе мечтать. Мне всегда нужны были деньги, чтобы выжить. Я всегда задавалась единственным вопросом: " Когда жить?". Когда я смогу сказать себе: "Остановись, с тебя достаточно." Моя мама умерла при родах. Она родила меня в юном возрасте. Ей было девятнадцать лет, может поэтому её организм не выдержал. По крайней мере так считали врачи. Мой отец считал иначе. В детстве за мной присматривала мать отца, но когда мне исполнилось двенадцать, она умерла. Отец при каждой возможности высказывал о своей ненависти ко мне, что было ошибкой желать такого ребёнка, как я. Чем взрослее я становилась, тем больше осознавала, что отец не полюбит меня внезапно и не произойдёт чуда. Он исчезал месяцами, а когда возвращался, то его мало волновало моё существование. Он смотрел на меня словно на насекомое, которое заползло к нему в дом. А мне так хотелось обратного отношения, но это оставалось только в мечтах. Я становилась самостоятельной изо дня в день. В начальных классах я ходила в школу опрятной, но после смерти бабушки, я донашивала свою старую форму, которую перешивала неоднократно. Часто ходила на подработки, раздавала листовки на улице, получала хоть какие-то деньги, их хватало на еду и на нужды в школе. Когда я видела как одевались мои одноклассники, мне хотелось плакать. Но не от зависти. Нет. Потому что они были важны для своих родителей, а я нет. Чуть позже, надо мной стали издеваться, начиная с моего класса и заканчивая учителями. Это было очевидным явлением, потому что у меня не было защиты. Слабого в толпе всегда топчут, таков закон выживания. - Я вызываю тебя к доске. Вставай и иди. - говорит преподаватель, не спуская своих хищных глаз с напуганного до смерти ребёнка. Я шла медленно, зная что меня ждёт. Всё нутро дрожало от страха, но последние капли гордости не давали мне сломаться. Подойдя к доске и встав спиной, я посмотрела на лица, с которыми виделась чаще, чем со своей собственной семьёй. - Вы знаете, что такие девочка как она.. Преподаватель переводит указку на девочку и тыкает в неё. - Никогда не выйдут замуж. Потому что они жирные, страшные и малопривлекательны для мальчиков. Глаза девочки расширились от унижения, а после она склонила голову, не желая показывать своих эмоций, из глаз закапали слёзы. Класс разразился хохотом, а после в неё полетели бумаги. Не выдержав публичного унижения, она выбегает из класса, чтобы испариться и в конец спрятаться от ужасающего мира. От мира, который безжалостно ломал её изо дня в день. Она закрывается в кабинке туалета, до того времени, пока не наступает время идти домой. Я рыдала, шагая в обратную сторону класса , чтобы  забрать свои вещи и впервые испытывая душевную боль. Не то чтобы я мечтала выйти замуж, но сам факт оскорбления моего тела взрослым человеком, человеком, что должен олицетворять справедливость, вводил меня в ещё худшее положение. Зайдя в класс , в глаза сразу бросается моя парта, потому что только она была искалечена учениками и изрисована самыми мерзкими словами. Детская жестокость ни с чем несравнима. Я беру свой портфель и молча выхожу из класса. Некоторые ученики пытались бороться и защищать меня, но это лишь ухудшало ситуацию. Каждый считал нужным, состроить из себя главного спасителя. Жалость порождаемая из благих побуждений, приводила к ещё большей ненависти. Я стала посмешищем в собственной жизни. Я шарахалась от громких звуков и касаний, любое резкое слово могло довести до слёз. На этом фоне разыгралась новая фобия - прикосновения людей. В один из дней, когда я пыталась жить после инцидента с преподавателем, я шла в школу и меня всю дорогу высмеивали мальчики, обзывая мелкой потаскухой. А после, со второго этажа вылили ведро грязной воды. Я так и застыла в помоях и не выдержав такой жизни, я просто заорала во всё горло посреди школы. Я кричала и кричала, пока не потеряла сознание. Не знаю, что это было, отчаяние или крик души, но я больше не могла так жить. Сидя в приёмной директора я от всего сердца ненавидела себя за проявленную слабость, ведь теперь меня ждут самые худшие последствия. Но к моему счастью до отца не смогли дозвониться и позвонили дяде, который значился резервным номером для экстренной связи. Когда он приехал за мной, мы впервые с ним познакомились, но я всю дорогу плакала, мне хотелось выплакать всю свою боль и одиночество. Оказалось, что дядя был бездетным и  я внезапно захотела родиться его дочерью. Он расспрашивал меня, где мой отец и чем я занимаюсь. От отчаяния что меня постигло, я ему всё рассказала. Он молча выслушал. Я видела проявление его злости, он был хмур и немногословен. - Прости меня, что я доверил тебя этому кретину. Я буду раз в месяц заезжать к тебе и привозить всё, что тебе необходимо. Я буду тебя защищать. - сказал он, не отрывая взгляда от дороги . Я заметила, что он разглядывал мою одежду в помоях и мне было стыдно садиться в его роскошный, чистый автомобиль, когда как я была обычной нищенкой. Дядя отвёз меня по магазинам, купил мне новую форму, одежду и обувь, на мои сопротивления он мало реагировал и просто таскал за собой. После купил продуктов и сладостей. Я впервые ела батончик и не могла поверить этому счастью. Внутри разбушевалась эйфория от шоколада и я ехала всю дорогу улыбаясь до ушей . Подъехав к моему дому, он лишь покачал головой. - Отец дома? - сказал он, рассматривая крышу. - Его не было больше месяца. Не думаю, что он вернётся так скоро. - сказала она, жуя что-то сладкое. - Сегодня я останусь с тобой, а утром поедем вместе в школу. - сказал он, улыбаясь тому, как она жевала батончики. Внезапно она перестала жевать и со страхом посмотрела на него. - Нет, в школу больше не нужно. Я сама справлюсь. Он протянул руку и погладил по волосам. - Ты ещё ребёнок. Я справлюсь за тебя, а теперь пошли. Он приготовил ужин, поев мы просто легли спать. Я уступила ему место на диване, но он сопротивлялся и в итоге лёг на моё место, точнее место с тонким матрасом на полу. Я беспокоилась за него, но он ничего не сказав, просто заснул. Утром, позавтракав впервые за столько лет с кем-то, мы как обычная семья направились в школу. Он пожелал мне удачи, а после я пошла в свой класс, а он пошёл к директору. После этого дня, массовый буллинг закончился. Все боялись даже дышать в мою сторону. Я тогда не знала кем он был. А он был влиятельным мафиозником. За маской добряка скрывался властный и беспощадный Лэй, и его клан Кайдан. Он долгое время был за границей и приехал обратно в тот день, когда со мной случилась истерика. Он рассчитывал, что мой отец будет относиться ко мне как положено. Но тот пустился во все тяжкие и после того дня в школе, я была под покровительством дяди до своего семнадцатилетия. Отец всё так же пил, приводил женщин, материл меня и ненавидел. Исчезал месяцами, но я была спокойна, так как дядя заботился обо мне. Когда мне стукнуло семнадцать, дядю застрелили в расприях между кланами.  И моя жизнь снова превратилась в выживание, но на этот раз я была подготовлена и устроилась на работу, попутно обучаясь на дизайнера. Внутреннюю силу и упорство мне даровал мой дядя, показав своим примером, что значит быть человеком. На очередной ставке, отец смог выиграть  и купил себе машину, нанял телохранителя  и тот приглядывал за мной. Его звали Гук. Накаченный, мускулистый парень с лицом ребёнка, был примерно моим ровесником. Он делал всё, что велел ему мой отец. Гук мог шлёпнуть меня, если мой отец его об этом просил. Он мог запирать меня дома и уходить, забывая о моём существовании. Он был тем человеком, который всегда и везде был против меня. Я не делала ему ничего плохого, но он относился ко мне как к какой-то дворовой собаке, чем выводил меня из себя. Он объяснял это тем, что воспитывает меня, а я ненавидела его всё больше и больше. Мы повзрослели и больше он не мог меня ограничивать, потому что меня обучал сам Лэй. Чувствуя во мне силу, Гук обходил меня стороной. Отец часто избивал меня и забирал все мои деньги. То что я могла спрятать, оставалось мне на жизнь. И это началось в семнадцать лет и больше  не заканчивалось, потому что мне уже было двадцать. Три года душевного беспокойства сказывались на моём состоянии. Я жила в постоянном страхе, что он может мне навредить, но чтобы продать собственную дочь, я не могла это даже представить. Теперь, я еду чтобы подтвердить слова этого парня, который выглядел печальнее меня. Что могло случиться, что я теперь буду обречена жить с ним?? Возмущение и негодование скапливалось огромным комом в горле. Я отвернулась к окну, чувствуя что я больше не могу притворяться. - Почему это происходит со мной? - сказала я вслух, не заметив этого. - Я сам задаю себе этот вопрос очень долгое время. - сказал он, почесав волосы. Поняв, что я высказала свою мысль вслух, почувствовала неловкость. - Что ты сделаешь со мной? - спросила я, боясь услышать его ответ. - Я? Ты продана не мне. - сказал он, посмотрев мне в глаза. Я ошарашенно посмотрела на него, пытаясь осмыслить вторую ужасную новость. - .....Как это? - Ты продана старику сутенеру. - сказал он,  не моргнув и глазом. Джек сидел спокойно и невозмутимо, словно сообщал обыденную новость, как : "Сегодня будет солнечно." Джек признал факт, а я не могла его признать. Я продана не ему, а какому-то старику, да ещё и сутенеру. Паника, что охватила меня, сжала меня всю внутри и отшвырнула к стенке. Пребывая в шоковом состоянии, мне хотелось просто сбежать. Бежать так далеко, куда глядят глаза и больше никогда не возвращаться. Я схватилась за ручку двери и дёрнула на себя. Дверь распахнулась на всей скорости. Ещё секунду и я просто вывалилась бы на асфальт и всё бы закончилось вместе со мной, но Джек в мгновение перелез через меня и захлопнул дверь. Послышался щелчок и двери заблокировались, а он прижал меня к сиденью . - Ты что???? С ума сошла?!! - сказал он гневно, пытаясь держать себя в руках. Я заорала на него в ответ, попутно отталкивая его от себя. - Выпусти меня. Я не хочу. Я не поеду. Выпусти меня. Джек тряхнул меня за плечи, что моя голова непроизвольно затряслась, сосредоточив моё внимание на себе. - Послушай меня.  Я из Кайдана. Я захлопала глазами, явно не понимая, как всё это собрать воедино. - Кайдан? Ты? - Да. - сказал он твёрдо, в лице которого не выражалась ни одна эмоция. Джек всё ещё нависал надо мной словно боясь, что я попытаюсь снова сделать то, что хотела прежде. Я чувствовала жар его тела и глаза, что неотрывно застыли на моём лице, были так близко, что хотелось прикоснуться. - Можешь сесть на своё место? Я чувствую себя неловко. Джек посмотрел на меня пару секунд, убрал свои руки  и отодвинувшись, уселся на своё место. - Спасибо. - сказала я уже спокойнее. Попасть в Кайдан посторонний никогда не мог, так как эта группировка считалась одной из самых влиятельных и скрытых. Туда могли попасть только доверенные лица, чаще всего дети уже состоявших там бандитов или их родственники, возможно друзья. Поэтому, возникал вопрос, что делает рядом со мной один из Кайдана? Если не по своей воле, то по чьей? И почему он связался со мной? Ведь любому кто рассекречивал себя, грозила немедленная смерть. Потому что Кайдан - это прежде всего, преданность до последнего вздоха. Я хотела в неё вступить, когда мне было шестнадцать, но мне не позволил дядя, не объяснив своё решение и я не стала противиться его воле. Если он так хочет, пусть так и будет. А теперь со мной сидит один из клана и непонимание ситуации, накрывало меня ещё больше. Мне нужны были ответы. - Рассказывай. - сказала я, не желая слушать отговорки. - С самого начала? - сказал он, повертев в руках сигарету. - Да.. - нерешительно. - Ты уверена? - сказал он, ухмыльнувшись. - Да. Джек похрустел пальцами и велел остановить машину , и выйти водителю погулять. Мы остались вдвоём. Джек пытался собраться с мыслями, но ему давалось это тяжело. Он отбросил сигарету под ноги и посмотрел на меня. - Чтобы я не сказал, ты должна знать, что твой дядя хотел для тебя лучшей жизни. Я кивнула, смотря прямо ему в глаза. Джек взъерошил волосы. И выдохнул. - Кайдан был основан твоим дедушкой, которого звали Кан и  его лучшим другом. Моим дедушкой, которого звали  Кай . Они сделали его одним из крупнейших нелегальных кланов своего времени, ну уже и нашего соответственно. Затем Кайдан перешёл к их детям. Твой дядя Лэй, твоя мать Дженни , мой отец Блу. " Моя мать???? Какого чёрта. " Я хотела узнать ещё больше, но боялась, что если начну перебивать, то он не скажет больше ничего. Поэтому молча предавалась шоку. - Главенствующие роли были у них, до того, пока твоя мать не решила выйти замуж и не родить тебя. В этом случае, вся власть перешла к твоему дяде и моему отцу. Твоя мать была под защитой Кайдана. - Кем был мой отец?...- не сдержавшись, перебила его я. Джек отвёл глаза и посмотрел в окно. - Твой отец был одним из главных людей по сбыту оружия после своего отца. Когда твой дедушка узнал о его связи с верховной властью, точнее твоей матерью, дедушка был в ярости и снял его с должности и лишил её титула. Но она и он имели полную неприкосновенность и любой кто посмел бы пойти против них, пошёл бы против Кайдана. После твоего рождения, твоя мать скончалась. Единственным наследником со стороны твоего дедушки, была ты. Но твой отец вышел из строя, а дядя уехал за границу после смерти своего отца. Спустя четырнадцать лет, Лэй вернулся и больше не уезжал. Через несколько лет в клане случился разлад, кто-то внутри сдал нас другому клану, менее влиятельному, но всё же сдал. Это было неожиданно и твой дядя был убит. Власть перешла в руки моего отца, но так как он отошёл на задний план из-за смерти моей матери, всё свалилось на меня. Наши дедушки обязали нас заботиться о семьях друг друга, если кто-либо умрёт, либо пострадает. А также иметь возможность вмешиваться в жизнь членов клана, когда кому-либо необходима помощь. Я наблюдал за тобой, как только приехал твой дядя из-за границы . Он пояснил, кто ты и чтобы я следил за тобой издалека, не вмешиваясь в твою жизнь, если это не будет грозить твоей жизни.... - Почему ты не вмешался раньше? Ты  знал, как надо мной издевался отец ? Я словно выплюнула всю горечь этих слов, что копилась в моей душе всю жизнь. - Я не мог.  У меня были чёткие указания. Я не могу переступать уже установленные правила. - А что изменилось сейчас??? - Сейчас твой отец тебя продал. Никто не может продать наследницу Кайдана. Ты принадлежишь только мне. Я удивлённо вскинула брови, ожидая услышать не это. - Да, моя голубоглазая. По законам Кайдана, твоя мать должна была выйти замуж за моего отца. Но так как она нарушила правила, то следовательно, ты  моя. И я не собираюсь отдавать тебя кому-то. - Даже если тебе придётся переступить Кайдан? Джек посмотрел мне в глаза, ничего не ответив. Затем не спеша открыл дверь машины, окликнул водителя и машина снова тронулась в путь. " Так много всего я узнала о своей жизни, ничего не зная о ней. Кто я такая на самом деле? Кто он такой? Говорит что я должна быть с ним..? Но, а как же любовь? Я должна прожить всю жизнь с человеком, которого не люблю, но должна? " Я тяжело выдохнула. Как же я устала. Вечно не прекращающийся кошмар. Я посмотрела на Джека. - Нет. Я не согласна. Джек медленно повернул голову в мою сторону. - Не понял? - Я не согласна быть твоей. Я тебя не люблю. - сказала я, убежденная что не смогу полюбить ни его, ни кого-то другого в этом мире. Джек улыбнулся. - У тебя будет время. Обещаю. Машина остановилась. Я поворачиваю голову и вижу свой дом. Дом, который ненавидела всем своим сердцем. Эту дряхлую, никчемную крышу, которая протекала, как только наступали дожди. Ненавидела эту бедность и то, что я была вынуждена жить и выживать в ней. Ненавидела, когда ложилась спать, слышать звуки дождя в доме. Закрывать глаза на сырость в углах, как бы я её не вычищала, всё было безрезультатно. Ненавидела страх, который набрасывался на меня, когда я слышала шаги за дверью и мне приходилось гадать, случайный прохожий ли это или Гук, который решил выполнить указания отца. Ненавидела страх, что преследовал меня, ненавидела отсутствие отца в моей жизни, когда я не могла прикоснуться к родительским рукам и получить то тепло, в котором нуждалась. Ненавидела дряхлость посуды и мебели, тишину, что не могла заполнить мою пустоту в душе. Каждый день я убирала этот дом, потому что он буквально разваливался на глазах, но кому было дело до сиротки, что жила в нём, при живом отце. Вернувшись обратно, я не испытала ностальгического чувства, что я покидаю свой дом. Я не покидала дом, потому что его у меня никогда не было. Я грустно усмехнулась своим воспоминаниям. Во дворе стояло несколько машин. Одна отличалась своим видом, так как я видела её впервые. Чёрный хамер был припаркован у самого въезда. Джек спустил стекло с моей стороны и я увидела своего отца, а рядом с ним уродливого, низкого старика, на лице которого сказались все его грехи. Он стоял, облокотившись о трость. Старик что-то тыкал ему и разговаривал на повышенных тонах. " Это правда....Он продал меня..." Слёзы застилают глаза. Я машинально взяла руку Джека, как когда-то искала спасения в руках своего дяди. - Пожалуйста, пойдём со мной. Мне страшно. Слёзы брызнули из глаз, я чувствовала себя в ловушке. Джек открыл дверь и вышел, ничего не сказав. Обойдя машину, он открыл мне дверь и протянул руку. Я вытерла рукавом лицо и взявшись за его руку, вышла из машины. Джек наклонился ко мне и прошептал: - Будь спокойна. Помни о том, кто ты есть. Рукой откинул мои длинные, чёрные  волосы назад, немного пригладив их своими длинными пальцами и посмотрев в лицо, улыбнулся, протянув руку. Я крепко сжала его руку и нервно улыбнулась в ответ. Мой страх усиливался с каждым шагом, казалось, что Джек меня отдаст ему и просто уедет. Я заметила сидящего вдали Гука, который  жевал сэндвич, ожидая моего появления. Увидев меня с Джеком, его глаза стали ещё больше, он нахмурился, но не встал со своего места. Мои руки дрожали, я не знала чего ожидать. Отец замер на пару секунд, заметив нас. Джек пристально сверлил его глазами. Мы остановились в паре метров друг от друга. Я все ещё сжимала руку Джека и стояла, не подавая вида о страхе, что охватывает детей, когда они приближаются к взрослым, накосячив. Но в этот раз, накосячил взрослый. Джек  разрушил молчание своим спокойным голосом и сказал: - Здравствуйте, Эш . Вы наверно меня не знаете. - Знаю. - был короткий ответ. Они смотрели друг на друга, как очень хорошие знакомые. В Эше чувствовался какой-то дикий страх, отражавшийся в его глазах. Джек продолжил: - Я сегодня решил сопровождать вашу дочь, как один из главных членов её жизни. Она помниться мне, хотела поговорить с вами. Эш переводит взгляд полный ужаса на меня. Я впервые вижу отца таким напуганным. Мой страх просто исчез, при виде его беззащитности. Голос предательски задрожал. - Я слышала, что ты меня продал в азартных играх, отец. Я впервые смотрела отцу прямо в глаза, не испытывая при этом страха, что он может ударить. Старик, что стоял подле него усмехнулся и облизнулся. - Дочка... Эш сделал пару шагов ко мне и протянул руки, но они так и повисли в воздухе. " Мне не послышалось? Он впервые назвал меня дочкой??" За столько лет унижений и оскорблений, он назвал меня дочкой после того, как продал меня. Я рассмеялась. - Ты назвал меня Дочкой?! Ты?? Ты не имеешь никакого права так меня называть. Я тебе больше не дочь. Старик улыбнулся и привстав, держа одной рукой трость, сказал: - В таком случае, станешь моей женой. Старик схватил меня за руку, пытаясь потащить за собой, но Джек преградил ему путь и толкнув его в грудь, откинул назад. Я спряталась за мощной спиной Джека. - Ты не поступишь так со своим отцом. Ты не можешь уйти с ним. - сказал Эш, показав пальцем на Джека. Я злобно улыбнулась, выйдя из-за спины Джека. - А что мне уйти с ним?- сказала я, показав на старика.  Старик валявшийся на земле, что-то угрожающе шипел. К нему подошёл Гук и помог встать. Я взяла за руку Джека и посмотрев на отца, сказала: - Я сделала выбор. Прощай. Джек улыбнулся и помахав рукой, развернулся и мы  пошли с ним, к его машине.  Мне так хотелось обернуться и остаться. Ведь он был моим отцом, но вспомнив мою покалеченную жизнь и этого уродливого старика, что заберёт меня, если я вернусь, я решила не думать о правильности выбора. Джек дал какие-то указания водителю и тот ушёл. Джек усадил меня вперёд и сел за руль. Машина рванула с места, оставив за собой клумбы пыли и моего отчаяния. Я чувствовала такое облегчение, что это нельзя передать словами. Я плакала от счастья, что смогла избавиться от этого старика. Быть ему женой, что могло быть ужаснее и отвратительнее этого. Джек ухмыляется, не отводя взгляда от дороги. " Почему отец был так напуган при виде его? " Я ушла с ним, но я ничего не знала о нём, а он знал обо мне всё . - Ты мне напоминаешь Морфо. - сказал он, нарушив тишину, что воцарилась между нами с момента отъезда. - Что? - сказала я и посмотрела на него. У него был идеальный профиль. - Я в детстве очень любил бабочек. Коллекционировал, выращивал, любовался. Ты похожа на бабочек Морфо. Твои глаза такие же синие, как крылья этих бабочек. И ты такая же нежная и хрупкая, хоть имеешь стальное сердце. - У меня стальное сердце? Ну да, конечно. - сказала я, усмехнувшись. - Смотрю в твои глаза и превращаюсь в пыль от твоей красоты. Я хочу прикоснуться, но твои крылья будут помяты и ты больше не сможешь летать. Я хочу дать тебе уйти, но не могу. Я замолчала, обдумывая его слова. " Что это значит?.. Теперь я буду его заложницей?? Или он хочет видеть во мне свой фетиш?... " Я вдруг стала  бояться, что он внезапно превратиться в маньяка, похуже моего отца и я не смогу сбежать, ведь мне некуда бежать. Волнение наполнило моё тело и желудок предательски скручивался от страха. - Куда мы едем? - Ко мне домой.  Ты теперь будешь под моим присмотром, то и жить будешь со мной. - сказал он, ускорившись. - Я с тобой? Ну мы вдвоём? - спросила я, пытаясь не выдавать волнения. - Ага. - сказал он, улыбаясь. - Я имею право выбора? - Не думаю. Он не отводил взгляда с дороги и я побоялась что-то возразить. Дорога казалась ещё длиннее, за окном мелькал пейзаж. Машина с рвением зверя, неслась вдоль трассы. На что я подписалась, я и понятия не имела. Та эйфория, что была прежде, покинула меня. Теперь я словно лань, увидевшая перед собой хищника, навострила уши и прижалась к земле. Я закрыла глаза, тревога перенеслась в грудную клетку. - Что с тобой? - нарушил он тишину и охватившую меня панику. - Я не знаю...Мне что-то нехорошо... Машина с шумом затормозила, меня удержал ремень безопасности, но мои руки вытянулись вперёд, облокотившись о переднюю часть машины. Я с испугом посмотрела на него. Джек неотрывно смотрел на дорогу. Я проследила за его взглядом и увидела перед машиной, огромного лося. Его рога были такими большими, что я невольно застыла, с смешавшимися чувствами прекрасного и страха. Он устало смотрел на нас, абсолютно  не напуганный, возможной смертью от летящей в него машины. Он немного отступил и помотав своими огромными рогами, ушёл в лес. Всё это время Джек не сводил с него глаз. Я отстегнула ремень, вышла с машины и меня стошнило. Я и не заметила, как ко мне подошёл Джек и взял мои волосы в свои руки. Я чувствовала озноб и слабость во всём теле. То ли переволновалась, то ли испугалась. Потеряв последние силы, я свалилась в руки Джека. Очнулась я уже в красной постели, от которой пахло также, как пахло от самого Джека, каким-то холодным запахом сирени. Вся постель была пропитана им и я невольно зарылась лицом в подушку. Внезапно наступило осознание, что я вырвала на его глазах и потеряла сознание. Я чувствовала себя просто омерзительно, ведь так опозориться перед первым мужчиной в своей жизни, могла только я. Я потёрла глаза и привстала на кровати. В комнате было темно, так как были задернуты шторы и нечего было разглядеть. Я чувствовала себя растерянно и решила, что лучшее что могу сделать, позвать Джека. - Джек.. Я думала, что буду звучать увереннее, но прозвучала так, будто я беспомощный, маленький ребенок, который потерялся в трёх стенах дома. - Да...- сказал голос, исходящий из глубины комнаты. От неожиданности я вздрогнула и вскрикнула. И услышала заливистый смех, который усиливался и внезапно, шторы разошлись и в комнату ворвались яркие лучи солнца. Я зажмурилась от резкого контраста, закрыв лицо руками. Смех прекратился и я убрав руки с лица, стала искать его глазами. Джек сидел в глубине комнаты, в огромном кресле, во всём чёрном и ярко улыбался. Видимо его ещё не отпустило, так как казалось, что он едва сдерживает свой смех. В огромной  комнате всё было в стиле абсолютного минимализма, всё настолько чисто, что я казалась грязнее. Я вздохнула. - Ты очень смешная, когда пугаешься. - сказал он, улыбаясь. - Да что ты. - сказала я, слегка раздражённо. Джек медленно встал со своего наблюдательного пункта. Приблизившись, плюхнулся на кровать. - Что будем делать, Морфо? - сказал он, не открывая глаз. - Ты теперь будешь меня так называть? - Тебе не нравится? - Нет, но... - Если нет особых возражений, а их нет, то я буду тебя так называть. Но это не распространяется на всех. Только я. Я кивнула, не видя ничего раздражающего в этом. Мне становилось неловко от его присутствия и я решила разбавить тишину. - Твоя комната? Джек открыл глаза и посмотрел на меня. - Ага. Нравится? - Не знаю. У меня никогда не было своей личной комнаты. В моей всегда хранился весь хлам отца и не было двери. Он снёс её однажды в пьяном угаре, потому что ему казалось, что я делаю что-то плохое в его отсутствие.. Джек молча смотрел куда-то вдаль. Он выглядел слишком мрачным. Джек тихо заговорил: - Ты можешь считать всё моё, твоим. Слёзы застилают глаза и я смахиваю их незаметно. - Тут есть душ? - Да. Кстати я купил тебе одежду. Надеюсь что подойдёт. Пакеты вон там. - сказал он, указав пальцем в другой угол комнаты. - Спасибо.. Джек встал, улыбнувшись сделал поклон и вышел, прикрыв дверь. Я встала и дверь снова открылась и появилась голова Джека. - Как соберёшься, спускайся вниз, позавтракаем. Я улыбнулась и кивнула. Джек исчез за дверью. Я медленно встала. На мне всё ещё была вчерашняя одежда и я чувствовала себя максимально грязной. Я встала и направилась вглубь комнаты, где была тёмная дверь . Открыв её, я предстала перед роскошной, мраморной ванной, которая не уступила бы президентской. Полотенца были аккуратно сложены на краю полки, которая была отделена от душевой кабинки стеклом. На стене висел электрический фен. Я сняла одежду и закинула её в корзину, так как стиральной машины не было. Кое-как поняв, как справляться с душем, я смогла его включить и раздевшись, встала под тёплые струйки воды. Вода градом полилась на моё уставшее тело, что я невольно улыбнулась, закрыв глаза. Позади себя я услышала шорох, ведь я не закрыла дверь в ванну, что было огромной ошибкой с моей стороны. Я открыла глаза и резко развернувшись, столкнулась лицом к лицу с кудрявым парнем. Он выглядел как пудель, он не сводил взгляда с моего лица как вошёл. Он стоял под водой, промокнув насквозь и стояла я, голая перед ним. Я не успела никак отреагировать, потому что он прижал меня к стеклянному ограждению и наклонившись к уху, прошептал: - Беги, пока можешь. Меня пробрало до мурашек. Он убрал руку с моего лица и так же серьёзно и беспристрастно, посмотрел на меня. - Как тебя зовут?..- прошептала я, пытаясь сдержать страх, что больше овладевал моим телом. - Адам. Мне пора идти. Будь умной девочкой и сделай то, что я сказал тебе. - сказал он и вышел из ванны. Я схватив полотенце, завернулась в него и побежала за ним. Я схватила его за руку и он остановился. С его волос капала вода. Волосы прилипли к лицу и выглядел он словно побитый щенок . Внешний вид бывает обманчив, поэтому я держалась на неком расстоянии. - Почему мне стоит бежать?.. - спросила я, пытаясь понять суть его действий. Адам стоял словно замершая статуя. Мне даже показалось, что это происходит во сне и он нереален. - Потому что брат Джека убил моего брата. - сказал он беспристрастно и выдернув свою руку, быстрым шагом вышел из комнаты, а я не стала бежать за ним. Адам не сказал бы больше ничего и я потерялась бы в доме, которого не изучила достаточно хорошо, чтобы гулять по нему. Мне было действительно страшно, так как я подумала, что он хочет меня изнасиловать, но его волновало другое, его волновала моя жизнь. Странно. Слишком много звоночков, которые так и лезут в голову, чтобы я их заметила. Почему он пришёл в мою комнату и залез ко мне в душ? Почему всё говорит мне, даже моя интуиция, что я в опасности. Но что может произойти в конце концов, у меня нет другого выхода, кроме как доверять Джеку. Я вытерлась мягким полотенцем и подойдя к бесконечным пакетам в углу, вытащила одежду. Она была мне в самый раз, в основном состояла из чёрных и нейтральных оттенков, были и некоторые воздушные платья из шифона , кружевное нижнее бельё. Всё сидело просто идеально. Как ему удалось правильно подобрать мой размер?.. Недолго думая, и готовая к новым событиям, я шагнула за дверь. Большой коридор с множеством комнат, были расположены друг за другом. На стенах висели картины, разной величины и размеров. Я пошла по длинном коридору и спустилась вниз. Джек сидел за столом и пил не спеша кофе. Затем поднял свой взгляд на меня и улыбнулся. Я медленно села за стол, пытаясь подавить тревогу, что стала пожирать меня от появления странного парня в душе. - Что будешь есть? - спросил он, пододвигая ближе еду. - Ко мне в душ залез мужчина. - сказала она на выдохе и посмотрела ему в глаза. Джек не сразу понял её, затем положив на стол чашку, вопросительно посмотрел на неё, не понимая, кто настолько поверил в себя, что осмелился это сделать. Брови сошлись на переносице и он едва сдерживал себя, чтобы не снести стол и всё что на нём, к чёртовой матери. Джек медленно сказал: - Как он выглядел? Сакура сглотнула вязкую слюну, что образовалась от страха во рту. - Кучерявый... Он сказал, что твой брат убил его брата....Глаза безумные... Джек сразу понял, о ком она говорила. Нервно потрепав волосы, он откинулся на стуле. Аппетит пропал к еде, а вот к убийству резко поднялся. Ухмылка заиграла на губах, он пытался совладать с собой. "Почему именно сейчас? Спустя столько лет, он осмелился предстать в Кайдане. Почему вдруг он возник перед ней? Она нужна ему.. но зачем..из-за своего высокого статуса?.." Джек потёр переносицу и выдохнул. - Его зовут Адам. У него был брат Аид. Они были усыновлены твоим дядей. Аид поднял восстание и Люка в порыве ярости убил его. Второго соучастника убийств не нашли. Я не знаю, почему он предстал перед тобой. После того дня он стал отшельником, а после ушёл в церковь. Но он не тот, кого я знал. Поэтому, держись от него подальше. С этого дня ты всегда будешь с охраной, где бы ты не была. Сакура хотела возразить. Джек поднял свой палец и сказал довольно резко: - Никаких возражений! Сакура прикусила губу и посмотрела на свою тарелку. Тарелка была пуста, как и её состояние . Сакура не понимала, почему Джек так внезапно обеспокоился. Но злить его попросту, ей не хотелось. Её пугало всё : люди вокруг, богатое окружение в которое она внезапно попала, тайны и интриги. Джек положил ей в тарелку кусок авокадо и яйцо, затем тост, смазанный вареньем и пододвинул чашку зелёного чая. Сакура посмотрела на него, не понимая, откуда он знает о её вкусах. И он, словно поняв немой вопрос, улыбнулся. - Твой дядя. Сакура улыбнулась. Дядя беспокоился даже о таких мелочах, которые должен был знать Джек, чтобы она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Сакура откусила кусок хлеба и улыбнулась. Слёзы скатились из глаз при воспоминании о дяде. Она смахнула их рукой и продолжила есть. Жизнь становилась весёлой. Оставалось выжить. Прошёл месяц затворничества. Джек был в отъезде. Сакура обошла его комнату вдоль и поперёк. А затем принялась смотреть семейные альбомы. Ей хотелось увидеть Люка, маму Джека и остальных членов клана. Первый альбом, что она взяла в руки был очень тяжелым, обитым чёрной кожей и обёрнут красной лентой. Сакура села на пол, положив альбом на колени, медленно открыла его. На первой, алой странице, красовалась полароидная фотография. На фото двое высоких крепких мужчин, слева стояла  беловолосая копия Джека, что широко улыбался. Справа стоял черноволосый и она внезапно подумала, что это её дедушка. Ведь она унаследовала такие же чёрные волосы и черты лица, кроме глаз. Яркие глаза ей достались от матери. Он смотрел прямо и ухмылялся, подняв руку. Она перелистнула страницу. На другой фотографии была свадьба беловолосого. Красивая женщина широко улыбалась в свадебном платье, на женихе повис черноволосый и улыбался, рядом с ним стояла не менее эффектная женщина. "Бабушка..." Сакура улыбнулась. Впервые она видела свою родню. Отец никогда не рассказывал ей о них, не показывал, он даже не считал её их частью. Рядом уже была другая фотография. Два друга стояли держа на руках детей. У обоих были мальчики на руках. Дети были одеты в костюмы и отцы явно забавлялись их видом. Перелистнув, открылась другая глава жизни. Сердце забилось. Бабушки уже не было, в руках у дедушки была пятилетняя девочка как кукла. Она широко смеялась, а отец улыбался ей. Но в нём сквозила какая-то печаль, он больше не выглядел абсолютно счастливым. На другой странице была фотография, вырезанная с газеты. Там сидел её дедушка и плакал над могилами. " Кай и Соми были убиты в своём доме, отравленные ядом прислугой, когда их сыну было восемнадцать лет. " Её пробрало до мурашек, от осознания, что всё держится только на страхе и власти. Ей внезапно стало жаль человека на фотографии, что плакал сгорбившись над могилой. Вокруг него стояли люди в чёрных вещах, но плакал он один. Ей так хотелось узнать, каким был её дедушка. "Смог бы он полюбить её, а она? Каким он был и как от него пахло? Был ли добрым ? Проводил бы он время со мной, ведь мне так этого хотелось бы." Слёзы капнули на альбом. Следующий лист. Подростки. Кучерявого она узнала сразу, с ним стоял видимо его брат, Аид хмуро смотрел в камеру. Адам ярко улыбался обнимая Джека, Люка счастливо смеялся, обнимая их сзади, рядом стояли Моти и ещё один паренёк, который улыбался квадратной улыбкой. От фотографии несло счастьем и она улыбнулась. Затем  фотография отца Джека и его матери. Она была в фартуке, запачканная мукой. Ребята окружили её с печеньями в руках и корчили рожицы, а Блу смеялся чуть вдали от них . Сакура рассмеялась. На следующем листе был её дядя и видимо мама. Дядя был одет во всё чёрное, статный с ледяным взглядом, рядом стояла Дженни. В жёлтом платье на тонких бретелях. Золотые волосы растилались по плечам и голубые глаза, мягко смотрели на Лэя, она улыбалась. " Мамочка...." Сакура заплакала. Впервые увидев свою мать, в ней смешались все чувства разом. Сакура представляла её другой, а тут она аристократка из высшего общества. Колье на шее блестело жёлтыми камнями и это было единственным украшением на её теле. Сакура вытащила фотографию и прижала её к груди. Она только представляла её себе: запах, внешность, голос. А теперь, вот она, живая, на фотографии и такая счастливая. На другой странице была фотография Эша и Дженни с бракосочетания. "Она была такой красивой для него, что она могла найти в нём..." " Страдания..." - пронеслось в голове. Рядом была фотография Блу и его жены. Она была чертовски красивой. Высшие женщины того стоили, чтобы их любить. На следующей странице была фотография семьи Тэмина и Розэ. На руках их дети. Счастливое фото. На другом запечатлена семья Енджуна и Джису. Подпись сверху. На руках ребёнок. Но она не узнала в них никого и перелистнула страницу. Ребята выросли и теперь выглядели внушающе. Широко улыбаясь, они хвастались мускулами на теле. Рядом на фотографии был запечатлен Джек и чёрноволосая девушка, что обнимала его за талию. Чёрные глаза смотрели на него улыбаясь, Джек не улыбался, хмуро смотря вперёд. - Девушка или сестра?. ..- сказала она вслух. - Сестра. - сказал Джек, стоящий позади неё. Сакура резко встала, выронив альбом и фотографию, что прежде сжимала у груди. - Ты напугал меня. - Я не хотел, прости. - сказал он, смеясь. Сакура закатила глаза, подняв альбом и фотографию. - Ты  так не наклоняйся передо мной, я всё-таки ещё холост. Краска залила её щёки и она повернулась к нему лицом, не зная что сказать. Джек не сводил с неё глаз, улыбаясь. Ему нравилось смущать её и наблюдать за этим . - Я не соблазняла тебя, а поднимала альбом. - сказала она, смущаясь. - Ага, попу я твою уже заценил. - сказал он, подмигнув. Сакура фыркнула, толкнув его и прошла к его столу. Положив альбом на рабочий стол, она уселась в его кресло и пыталась унять смущение. Первый мужчина который так неприлично подкатывает, вводил её мозги в истерику и онемение. Она чувствовала как тупеет на глазах. Джек сел в широкое кресло и закинув ногу на ногу, облокотился лицом о руку и спросил. - Почему прижимала фотку?.. Я тебе так сильно нравлюсь? - На ней мама... Я её никогда не видела... - сказала она грустно. Глаза Джека округлились. - Как это? Твой отец не показывал её фотографий???.. Сакура тяжело выдохнула. - Никогда... - Она была очень  красивой женщиной, как и ты. Только ты больше похожа на своего дедушку. - сказал он задумчиво. - И ты тоже. - сказала она, улыбаясь. Джек рассмеялся. - Даже! Какое великолепное совпадение я считаю. Представь какими будут наши дети. Сакура закатила глаза. - Мечтать не вредно. Джек сел прямо и посмотрел на неё. - Хочешь покажу пресс??? Тогда может ты и согласишься... Сакура рассмеялась. - А у тебя он есть? - Ты лучше спроси, чего у меня нет. - сказал он, самодовольно улыбаясь. - Звучит очень двусмысленно. - сказала она, пытаясь не смотреть на него. - Так задумано.. Сакура залилась смехом, а Джек любовался ею. "Я влюблён? Если нет, то почему мне нравится её веселить ? Она такая ...." - ....красивая...- сказал он вслух. - Кто? - сказала она и посмотрела на него. - Я сказал это вслух? - спросил Джек, пытаясь унять свои мысли. - Видимо да...- сказала она, перестав смеяться. - Не важно. Хочешь покататься со мной? - Я хочу досмотреть альбом. - Давай потом, он никуда не денется, а поездка со мной вещь уникальная. - Ох, как ты дожил с такой самооценкой до своего возраста? -  Каждый день в шоке смотрю на своё отражение. Сакура засмеялась, прикрыв рот рукой. Джек подошёл и взял её за руку. - Я хочу оставить эту фотографию себе, можно? - спросила она, умоляюще смотря на него . - Да хоть все. Это моя мама была сентиментальной и считала что фото - это память, которую нужно хранить всегда. - А чья семья Тэмина ? - спросила она, поднимаясь со стола. - Да вот они живут с нами, четвёртый дом. Они наши друзья. У них есть сын и дочь. - Ааа, вот оно что. А семья Енджуна? - Они тоже были близкими людьми клана, но были убиты в расприях клана. - А их дом? - Он находится за городом, когда-то был прекрасным замком. Теперь от него остались только руины.. Они шли по коридору, он шёл медленно, чтобы ответить на все её вопросы. Джек обожал отвечать на то, что её действительно интересовало. Она была очень любопытной и любознательной, что не могло его не подкупить. Его боялись в клане и задавать тупые вопросы, он никому не позволял, даже Моне. А с Сакурой у него всё было иначе, ему нравилось состояние нового и искреннего чувства, что медленно разгоралось в его сердце . - Я скучаю по маме... Я хочу чтобы меня любили просто так... - Я тоже скучаю по маме... Голос Джека стал безжизненным и поникшим. Джек тяжело пережил утрату матери и еле смог привести в чувства Люка. Всё, что свалилось на него снежным комом, до сих пор хранилось в его памяти. Он хотел бы это навсегда забыть. Сакура сжала его руку. - Однажды кто-то полюбит нас за то, что мы есть. Джек улыбнулся и посмотрел на неё, открывая дверь. - Надеюсь это будешь ты. - Размечтался . - фыркнула она, выходя за дверь. - Повторяешься, детка. - сказал он, улыбаясь. Выйдя во двор, она так и замерла от вида, что раскрылся её глазам . - Красиво-то как .... Джек рассмеялся и открыл ей дверь своей чёрной машины, которая была последней моделью своего вида, феррари. - Новая машина ? - сказала она, усевшись в красном, кожаном салоне. - Это моя. Та, что была прежде, для поездок с водителем. - Неплохо. - сказала она, улыбаясь. - Ну для лидера клана, я ещё скромный. - сказал он, приподняв бровь. - Ага, от скромности умрёшь скоро. - улыбнулась она, сдерживая позывы смеха. - Долго ждать придётся.. - Жаль... Они рассмеялись. Машина с шумом рванула вперёд, оставляя позади дым от покрышек . Сакура заснула в машине. В последнее время она много спала, так её организм справлялся со стрессом. Доехав до места, Джек не стал её будить, а просто разлегься по-удобнее и тоже заснул. Проснулась она от того, что всё тело затекло и ныло. Рядом сопел Джек. Сакура улыбнулась. И тихо открыв дверь, вышла. Машина стояла на обрыве, внизу о скалы билось море. Вид был настолько завораживающим, что она охнула от красоты. Ей хотелось запомнить это мгновение навсегда. Сев на край и свесив ноги, она чувствовала себя счастливо. Ничто не пугало её и ничто не тревожило. Все страхи её жизни спрятались и теперь смотрели на её желание спрыгнуть вниз. Джек тихо приблизился к ней и коснувшись её талии, резко оттащил назад. Джек почувствовал как она резко дёрнулась и испугалась. - Всё в порядке, это я. - Я думала, что упаду. - сказала она дрожа. - Я не дам тебе этого сделать. - сказал Джек, смотря ей в глаза. Сакура отвела взгляд и отстранившись, спросила: - Почему мы тут? - Это моё любимое место. Когда мне плохо или я стою на перепутье, я всегда приезжаю сюда. Её глаза заблестели и она улыбнулась. - Правда? Джек кивнул и улыбнулся. - Ты тоже можешь приходить сюда. Это будет место нашего успокоения. Сакура радостно закивала. - Хочешь погулять? - сказал он, через некоторое время. - Не знаю.. - Давай руку. Сакура вложила свою руку в его и пошла за ним. Сбоку была небольшая дорожка, ведущая к нижним скалам. Она была крутой и выглядела весьма устрашающе. - Я не хочу спускаться.. - Страшно? - Да.. - Ну тогда поедим кушать? - Не имею возражений. Джек засмеялся и направился с ней к машине. Ему нравилось, что она не пыталась привлечь его внимание к себе и вела себя как обычно. Джек посадил её и завёл машину, двинувшись в путь. Через полчаса они заехали в тёмный переулок. Джек выключил двигатель и вышел из машины. Открыв ей дверь, помог выйти из машины. Они побрели к небольшой дверце, Джек распахнул её и они оказались в тёплом помещении. Сакура зашла внутрь, следом вошёл Джек. Небольшое уютное кафе, старенький ремонт и граммофон, который звучал тихо. Лилась медленная музыка, которая переключилась на весёлый джаз. Сакура села на мягкий небольшой диван и Джек протянул ей меню. - Я думаю, тут вкуснее всего шоколадные блинчики с шоколадом. Сакура улыбнулась, бегло пробегая глазами меню. Закрыв его, она протянула его Джеку. - Закажи ты, я верю твоему безупречному вкусу. Джек кивнул и встав, направился к старенькой женщине. Сказав ей пару слов, бабуля похлопала его по спине и он вернулся обратно. - Скоро заказ будет готов. Сакура кивнула в знак одобрения. - Расскажи о себе, я ничего не знаю о тебе. - А что тебе интересно? - сказал он, откинувшись. - Что ты любишь делать, когда никто не видит? - Играть на пианино. - сказал он задумчиво. Глаза Сакуры расширились. - Ты умеешь?? Джек кивнул. - Хочешь послушать? - Да пожалуйстаааа... - она умоляюще посмотрела на него. Джек улыбнулся и к ним поднесли заказ. - Это тебе, а это твоей прекрасной спутнице. Сакура поблагодарила старушку и отпила мохито. На её тарелке лежали шоколадные блинчики, политые шоколадом и обсыпанные фруктами. - Спасибо, выглядит очень вкусно.. - Приятного аппетита. - сказал Джек, взяв в руки нож и вилку. - И тебе. Шоколад поразил изобилием вкусов, она закрыв глаза, наслаждалась каждым кусочком. Джек наслаждался ею. Каждое её движение, либо взмах ресниц с каждой секундой пленяли его. Джек встречал так много женщин и ни одна из них, не сделала с ним то, что делала она, не прилагая никаких усилий. Она подняла глаза и посмотрела на него. В глазах сквозило едва заметное веселье, которое так и манило к себе. Сакура улыбнулась и помахала ему вилкой, привлекая внимание. - Да что ты так странно смотришь? Джек улыбнулся. - Я впервые чувствую покой и ощущаю вину одновременно. Сакура нахмурилась, положив вилку на стол, взяла рукой клубнику и прикусив, посмотрела на Джека. - Не поняла, вину...? Джек не мог оторвать своего взгляда от её губ, что надкусывали клубнику. Пытаясь собраться с мыслями, он посмотрел на стену, рассмеявшись. Сакура удивлённо вскинула брови. - Что такое? Джек помахал головой, пытаясь сосредоточиться на её словах. - Просто вспомнил шутку. Не обращай внимания. - Так что там с виной? - сказала она задумчиво. - Я всегда думал, что не заслуживаю счастья из-за смерти моей матери. Я до этого дня практически не чувствовал покоя. Сакура посмотрела на него. Он сказал то, что ранило её, хотя он и не подозревал об этом. Она прикусила губу и тихо сказала: - Понимаю... я убила свою маму. Джек посмотрел на неё, не понимая, ведь Лэй не говорил ему об убийстве её матери. Словно прочитав его мысли, Сакура продолжила: - Своим рождением. Она умерла во время родов. Мой отец обвиняет меня. Джек выдохнул. - Ты не виновата в этом. - Я понимаю..,но когда тебе постоянно говорят об этом, то начинаешь думать, а может и вправду была вина. - сказала она, прикусив губу, чтобы не заплакать. - Я так не думаю. - сказал Джек, слегка нахмурившись. - Только отвратительные люди, будут привязывать чувство вины за твоё рождение . Можешь их выкинуть к чёрту. Сакура улыбнулась. - Так и сделаю. Джек оплатил счёт и они вышли из уютного кафе, чувствуя взаимную симпатию. - Куда дальше? - сказала она, чувствуя усталость. - А куда тебе хотелось бы? - спросил Джек, поднимая её на руки, чтобы она не промокла. Дождь беспощадно барабанил по крышам и асфальту, оставляя ручейки , об которые легко можно было запачкаться. - Даже не знаю. Может просто поедем домой? И ты сыграешь на пианино? - сказала она вкрадчиво, пытаясь не пялиться на него. Джек улыбнулся, отпустив её и открывая ей дверь машины, сказал: - Хорошо, как пожелаешь. Всю дорогу они ехали в тишине, слушая музыку и наслаждаясь ночью. Джек ехал медленно, растягивая удовольствие побыть с ней наедине. На её лице время от времени мелькал свет от фонарей, когда они проезжали под ними. Она сидела, закрыв глаза. Даже смотря на неё вот так, не прикасаясь к ней, Джек чувствовал необъяснимое притяжение к ней. Джек вспомнил времена своего выживания за границей. Люка оставался с матерью, в то время как отец отправлял его за границу на конфликты с кланами, чтобы Джек смог отстоять своё право быть лидером Кайдана. Обучаясь и присмиряя особо буйные ответвления, Джек как-то тесно подружился с мальчиком, которого звали Зигги. Они вместе ходили на занятия и имели общие интересы. Зигги был слабым и поэтому над ним издевались другие. Джек защищал его, но однажды из-за резких сменившихся обстоятельств, Джек вернулся домой на неделю раньше. По возвращению он не узнал своего лучшего друга. Зигги был лысым и избитым до неузнаваемости. Он практически не реагировал на внешний мир, вжавшись от страха в себя. Он шёл словно тень, которая заметна была только Джеку. Джек медленно подошёл к нему и тронув его за плечо, развернул к себе. Зигги посмотрел на него, не издав никакого звука, только слёзы скатились из его подбитых глаз. На следующий день, Зигги напал на него с топором, пытаясь убить. - Они...Они мне сказали, что перестанут меня бить.. Если...если я убью тебя... - заговорил он с отчаянием в голосе, словно пытался убедить себя в этом. Джек схватил его руку, выхватив топор отшвырнул его в стену. А после схватив Зигги, потряс его. - Кто?! КТО ЭТО СДЕЛАЛ С ТОБОЙ??! - ОТПУСТИ МЕНЯ!!!! - закричал Зигги отбиваясь, а после побежал прочь от него. Через три дня, у себя дома, Зигги нашли мёртвым. Полиция констатировала его смерть как самоубийство. Джек долгое время пребывал в депрессии, не зная что делать дальше, кого искать для мести. Джек стал потухать на глазах и тогда Блу забрал сына обратно. В это время Лэй познакомился с Джеком и попросил его об опеке над его племянницей. Тогда Джек дал себе слово, во чтобы то не стало, защищать Сакуру. И сейчас, наблюдая за ней, он видел одну из причин своего существования. Сакура уснула. Джек погладил её по щеке, чувствуя что ещё немного и полностью потеряет контроль. Джек даже не понял, как влюбился в неё. " Когда это произошло? Когда я увидел её впервые? Или же на остановке? Когда я полюбил её? " Джек думал о том, что не может так быстро влюбиться. Влюбиться в высшую женщину, не имея возможности быть с ней, казалось ему бредовой идеей. Машина подъехала к дому и выключив зажигание, Джек взял на руки Сакуру и пошёл в дом. Сакура спала крепко, что даже не почувствовала рук Джека. Джек поднялся в спальню и уложив её на кровать, накрыл пледом. Закурив сигарету, Джек сидел на полу и думал о том, что ему предпринять, чтобы Адам не приближался к Сакуре. " Его выходка была сумасшедшей, но кто говорит о его благоразумии? Давно поехал кукухой. Почему клан не выдаст указ о его смерти. Теперь я не могу расслабиться, пока он тут ходит вокруг. Зачем ему Сакура?.." Джек нервно зачесал волосы назад, чувствуя тревогу. Его что-то напрягало, но он не понимал почему. " Что сделает этот чудак. Я глава, он не посмеет. " Джек медленно встал и оставив человека за дверью своей комнаты, вышел из дома. Сев в свою машину, Джек рванул по ночным улицам города. Заехав в бордель, Джек направился прямиком к своей привычной жрице любви. Распахнув привычную для него комнату, перед ним предстала полуголая женщина, лицо которой было скрыто и не сводя с него глаз, она улыбнулась. - Вы вернулись, мой господин. - Да, Теруя. Как тебе жилось без меня? - спросил он, разглядывая комнату. - Очень тоскливо, мой господин... Теруя не сводила с него своих гипнотизирующих глаз и приблизившись коснулась губами его губ. - Нет. - сказал Джек и отодвинул её руками от себя. - Никаких поцелуев. Мы не любовники. Теруя прикусила губу от досады. Ей нравился Джек, более того она была влюблена в него. Она перестала принимать других клиентов, сосредоточившись полностью на Джеке. Все её попытки сблизиться с ним, всегда заканчивались крахом. Джек подошёл к ней и бросив её на кровать, медленно снял с неё маску, наблюдая за реакцией её тела. Разглядывая её лицо, перед глазами стояла другая. Сакура. У Теруя глаза были тёмными, в то время как глаза Сакуры были синими как море. Джек встал и быстро вышел, ничего не сказав Теруя. Он больше не мог притворяться и делать вид, что Сакура ничего не значит для него. Джек принял тот факт, что влюбился в неё и больше не может врать самому себе, что ничего не испытывает к ней . Поехав домой, Джек зашёл к себе в спальню, где на его кровати спала Сакура. Джек лёг на вторую часть кровати и повернулся к ней лицом. Её ресницы поддергивались во сне. Джек улыбнулся . - А я пытался тебя заменить, когда это невозможно. - сказал он, выдохнув. Джек заснул. Утро наступило , ослепляя их лучами. Джек проснулся первым и боясь пошевелиться смотрел на Сакуру, которая сладко расположилась в его объятиях. - Са... - не успев произнести её имя, она распахнула глаза и посмотрела на него. Джек забыл, что хотел сказать и в замешательстве уставился в её глубины моря. Её чистота и непорочность манили его, словно пчелу на цветок. Ему было трудно сопротивляться этому дурманещему запаху. Джек  желал, чтобы она смогла изменить его, возродить в нём то детское, что ещё тлело на дне его души. Ничего не сказав, Сакура внезапно покраснела и встала. Она чувствовала себя неловко и не знала, что предпринимать дальше. - Спала всю ночь на моей руке и даже не скажешь мне спасибо? - сказал Джек, сдерживая улыбку. Сакура встала и молча направилась в ванну. - Серьёзно? - крикнул ей вслед Джек. - Я чувствую себя использованным!. Сакура приняв душ, пришла к мысли, что опасно с ним жить в одной комнате. Мало того, она так может в него влюбиться, для него вовсе это может быть просто временным развлечением . Одевшись, Сакура спустилась вниз, где уже на кухне готовил Джек, напевая весёлые песни. Сакура села за стол, улыбаясь. - Пришла значит на запах еды? - сказал Джек, пододвигая ей тарелку с едой. - Да ..- сказала она тихо. - О, ты можешь говорить. Джек сел за стол,  посмеиваясь. - Я думаю, что нам стоит жить в разных комнатах..- сказала она, смущаясь. - Почему? Мне очень даже нравится. - сказал он, улыбаясь. - Я .... Мне некомфортно. Я никогда не спала в одной кровати с мужчиной... И для тебя это может просто очередной вечер, но для меня... Нет.. Она сказала это быстро, вывалив на него всю информацию. Джек рассмеялся её выражению лица, которое стало слишком милым и невинным. - Прости, я смеюсь не из-за твоих слов. Ты просто слишком мило выглядишь. Сакура поджала губы и отвела взгляд. - Ты спишь в моей спальне, только потому что Адам охотится на тебя. Я не знаю причин, но мне это не нравится.  Если тебе будет комфортнее, чтобы я спал на полу.. без проблем.- сказал он, пытаясь объяснить ей происходящее . Сакура подняла взгляд, услышав знакомое имя. - Адам? - Да. Мне доложили, что он наблюдает за моим домом уже которые сутки. Поэтому, меня это мягко говоря напрягает. Я не знаю, почему ему вдруг понадобилась ты, но допустить твоего похищения, я ему не дам. Сакура нервно сглотнула, пытаясь не словить панику от слов, что он сказал. - Мне стоит беспокоиться? - Пока ты со мной, тебе нечего бояться. Я позабочусь обо всём.  Доверься мне. Сакура послушно кивнула, но есть ничего не стала. У неё внезапно пропал аппетит. - А ты выезжала за границу? - внезапно спросил Джек. Сакура, ковыряя еду в тарелке, мрачно ответила: - Нет.. Джек улыбнулся. - Собирайся. Я придумал кое-что. Сакура подняла взгляд на него и улыбнулась. - Ты серьёзно? - Как никогда. Хватит грустить, иди собираться. - сказал он, улыбаясь. Джек встал и забрав её тарелку, принялся яростно мыть посуду. Сакура поднялась к себе и открыв шкаф, смотрела на вещи не зная, что взять с собой. Устав думать, она села на край кровати и стала ждать Джека. Через некоторое время дверь отворилась и вошёл Джек. - Ну что сидим, кого ждём? - сказал он бодро, пребывая в приподнятом настроении. - Тебя. - сказала она, разглядывая его. -  Иии? - сказал он, растягивая букву для разрядки обстановки. - Я не знаю, какую одежду взять с собой. - сказала она досадно, поджав губы . - Ну так как весна, бери какую хочешь. - ответил Джек, не понимая, почему она думает ещё над этим. - А не будет холодно? - Ну я возьму с собой куртку, чтобы ты не замёрзла. - сказал он улыбаясь и протягивая тарелку полной еды, велел всё это съесть, пока он будет решать кое-какие дела. Сакура улыбнулась и кивнув, стала медленно есть , смакуя овощи во рту. К ночи они выехали в аэропорт. Частный самолёт уже был готов к своим двум пассажирам и с нетерпением ждал их. - А куда мы полетим? - спросила она , сидя в самолёте и боясь своего первого полёта. - Тебе понравится. - сказал он, улыбаясь. Самолёт с шумом взмыл в воздух. Сакура с ужасом вцепилась в руку Джека, боясь разбиться насмерть. Она крепко сжимала его ногтями, но Джек не издал ни звука, наблюдая за ней. Через некоторое время турбулентность пришла в норму и её хватка ослабла. Сердце, что бешенно выбивало рёбра секунду назад, теперь едва могло прийти в норму из-за страха перед возможной смертью. Сакура посмотрела на руку Джека и увидела капли крови. - Я тебя поранила, прости. - сказала она с сожалением, словно действительно сотворила нечто непоправимое. Быстро покопавшись в своей сумке, она достала разноцветные пластыри и открыв один, прижала к его ране на руке. - Это выглядит очень защищающе. - сказал Джек, улыбаясь. Сакура улыбнулась, пожав плечами. - Это всё, чем я могу тебе помочь. Через несколько часов они уже были на земле. При выходе из самолёта, стюардесса ярко улыбнулась и сказала: - Добро пожаловать в Японию! Сакура посмотрела на Джека, потянув его за рукав. - Ты что??!?! Япония?! Джек рассмеялся. Он знал, что это было её мечтой с детства. И наблюдать как её мечта становится явью и отражается в её глазах, было для него настоящей эйфорией. - Да, Морфо. Я захотел показать тебе Японию. - сказал он улыбаясь и наблюдая за её реакцией. Сакура закричала от радости, сбегая вниз по трапу и вскинув руки вверх. - Не может быть ! Япония!! Наконец успокоившись и пробегав несколько кругов перед этим, она стала дожидаться Джека, что валялся по полу от смеха. - Ну прекрати смеяться и иди сюда !! Быстрее !! - сказала она, прыгая на месте. Джек, взяв себя в руки, побежал к ней навстречу. Сакура взяла его под руку, смотря на него по-щенячьи. - А сколько мы тут? - Один день. Я больше не могу отлучаться, из-за клана. Завтра вечером мы должны лететь обратно. - сказал он, поджав губы. - Мне хватит. Лишь бы увидеть цветение Сакуры. - сказала она, мечтательно улыбаясь. Джек улыбнулся. - Тебе нравится Сакура? - Она нравилась моей маме настолько сильно, что она назвала меня в честь неё. И мне так интересно на неё взглянуть. Почувствовать эмоции мамы в то время, когда она была счастлива. Её глаза заблестили и Джек погладил её по голове, подводя её к машине. Открыв дверь, он устроил её позади и сам сел рядом с ней с другой стороны. - 私達はどこに行くの？ ( Куда мы едим?) - спросил шофёр в тёмном. - ホテル・フランシスコへ ( В отель Франциско.) Машина с шумом тронулась в путь. Сакура, не отрывалась от окна, смотря на всё вокруг и визжа, показывая Джеку. Джек , улыбался наблюдая за её счастьем. Машина подъехала к отелю, Джек вышел и открыл ей дверь. Я стою и смотрю на огромный небоскрёб, вдоль балконов которого горел синий свет. Я не могу поверить, что я тут, в Японии. Мотивы Джека для меня неясны, но я так счастлива, что даже не могу нормально думать об этом . Мы поднимаемся на лифте на девяностый этаж. Я от страха вжалась в руку Джека, пряча своё лицо в нём. Всё что меня окружало было новым и неизвестным. Двери лифта отворились и мы шагнули в длинный коридор . На полу был мрамор, а номера отличались только золотыми ручками дверей. Джек пошёл вперёд, я пошла за ним, стараясь не отставать от него. Остановившись в конце коридора, он приложил палец к дверному сенсорному замку и его палец отсканировался. Через минуту дверь открылась. - Проходи. Не бойся. - сказал он, устало улыбаясь. Я вошла внутрь, чувствуя впервые счастье и страх одновременно. Номер был просто огромным, панорамные окна выходили прямо на живой город . Всё в номере было сделано из чистого золота. Ручки, люстры, рамка для зеркала, раковина. В центре располагался небольшой бассейн, огромные телевизоры по всему периметру номера. В вазе на столе стояли свежие цветы разных сортов. Спальня находилась в глубине отеля, рядом с которой располагалась гардеробная. - Ух ты, как тут красиво!!!! - сказала она на выдохе. - Да? Это отель моего отца. Я рад, что тебе понравилось. - сказал Джек, поправляя куртку. - Ты серьёзно? - спросила она, уставившись на Джека. " Я не могу поверить, что он настолько богат..." - Да, я серьёзно. Но ты намного богаче меня, знаешь ли. - сказал он, смеясь. - Было бы это правдой, я бы наверно не жила в нищете. - сказала она, состроив гримасу. - Ну твоя мать выбрала себе плохого мужа. - сказал задумчиво Джек. - Это я уже поняла. - сказала она грустно. Сакура отнесла свои вещи в спальню и умывшись, пошла искать Джека. Джек сидел на диване, разговаривая с кем-то по телефону. Он переоделся в костюм и выглядел интеллигентно и как настоящий мафиозник. Так и хотелось коснуться его, словно чего-то запретного. - Мы куда-то идём? - спросила она нерешительно. - Да. Ты идёшь так ? - сказал он, разглядывая её. - Мне переодеться? - вскинув брови. - Если тебе так комфортно, можешь не переодеваться. - сказал он, выражая свое непредвзятое отношение. Сакура посмотрела на свои джинсы и футболку, её всё устраивало. Но подумав, что она всё-таки в роскошной Японии, решила переодеться. - Подожди меня, я переоденусь. - сказала она, удаляясь в глубине комнат. Сакура вернулась обратно в спальню и вытащив бархатное, чёрное платье до колен, решила надеть его. Через некоторое время она была готова. Выйдя обратно , Джек присвистнул. - Я и не знал, что ты можешь быть настолько обворожительной. - Ну у тебя есть время узнать это. - сказала она, игриво подмигнув. - Повторяешь мои словечки? - сказал он , вскинув брови. - Ага. Сакура подошла к нему и протянула руку, чтобы Джек встал. Джек улыбаясь взял её за руку и встал. Они спустились вниз и ко входу подогнали машину. Джек открыл ей дверь и усадил вперёд , сам сел за руль. Новая ламборгини авендатор с шумом тронулась с места. Джек ехал не спеша, давая ей посмотреть на оживленный, ночной город. - Я всё ещё не могу поверить, что я в Японии. Это такое странное чувство. Джек улыбается. - Ты описываешь мои чувства, когда ты рядом со мной. - сказал он, не отрываясь от дороги. Сакура улыбнулась и ничего не ответила ему. Машина подъехала к аллее Сакуры. Джек припарковал машину и вышел вместе с ней. Она взяла его за руку, чтобы не заблудиться в этой толпе обычных жителей и туристов. Джек прошёл с ней вперёд, затерявшись в потоке людей. Ветер трепал деревья и их лепестки кружились в своей ослепительной красоте, приземляясь то на землю, то на лица восторженных людей. Она не веря своим глазам, в шоке уставилась на красоту цветения Сакуры. Слёзы заструились по её щекам. - Как же это красиво.... Она подошла ближе и прикоснулась рукой к веткам, чувствуя себя невероятно прекрасно. Джек улыбнулся. Внезапно он заметил велосипедиста, который нёсся со всей скоростью на неё. Джек успел схватить её за руку и притянуть  к себе. Волосы разлетелись и от резкого движения рук, лепестки посыпались на них, под восторженные крики людей. Сердце Сакуры бешено  застучало, пребывая в объятиях Джека. Она подняла взгляд и увидела Джека, на которого сыпались лепестки. Джек улыбался, наблюдая как лепестки падают на неё. Этот момент словно замедлился для обоих и они стояли не двигаясь, обсыпанные лепестками. - Какая ты красивая...Морфо... - сказал Джек, убирая лепесток с её ресниц. Она смотрела на него, не понимая, почему её сердце стучит так сильно, словно она сейчас умрёт. Закрыв глаза и пытаясь успокоиться, она вдруг ощутила поцелуй на своих губах. Сакура стала цвести в сезон цветения Сакуры.