Эманация, #1: Девушка, сошедшая со звëзд.

      Гроза прогремела издалека, предвещая начало дождя посередь звëздной ночи. В ужасном состоянии Алия лежала во дворе чудесного замка, ноги её наполовину находились в пруду, руки привязаны к малому дереву ивы. Алия была рабыней, купленной для жены короля в качестве прислуги. За свою тëмную, как дорогой какао-порошок, кожу она получила статус жуткого урода, и еë роковой ошибкой было желание снять с себя этот статус, ведь на своей родине она была первой красавицей и самой завидной невестой.       Монарх Аородан II Завоеватель надругался над Алией и всем еë поселением, послав свою многочисленную армию захватить новую территорию. Они не пощадили никого. Были сожжены дома, поля, были съедены все звери, включая кошек и птиц, были убиты мужчины и женщины, старики и дети всех сословий, а взрослые люди высшего сословия были проданы в рабство жестоким и алчным людям. Жесточайшим образом был расчленëн повелитель поселения, а его дочь, Алия, была ужасно унижена: еë чудесные длинные кудри были срезаны выше плеч, еë одежда и украшения были украдены и истоптаны на еë глазах, еë длинные ногти были обломаны, и, в довершение, генерал забрал еë девственность.       Алия устала терпеть постоянные унижения от безбожников, но добросердечность не позволяла ей отомстить обидчикам. Вместо этого она начала открыто отрицательно реагировать на злые речи в свою сторону. Принцесса Изира, не желая терпеть непокорность, решила избавиться от рабыни и самолично избила еë кочергой, после чего велела вынести на улицу умирать. Даже небеса были опечалены несправедливостью и проливали слëзы вместе с Алией.       Холодной поступью к умирающей девушке подошла дама в чëрном одеянии. Она была высока и стройна, еë лицо и руки были скрыты в дымящихся тканях чëрного балахона, а передвигалась она так, словно у неë не было даже ног, словно она летала над землëй. Дама возникла из тени, пускай было очевидно, что она никогда там не находилась. Подойдя к Алии, она наклонилась к ней, согнувшись в такую позу, находясь в которой любой другой человек бы упал.       — Леди Алия-Тара Дзакахаша, — сказала дама низким глубоким голосом, заглушая шум слабого дождя. — Я прошу тебя подняться на ноги.       — Ты назвала меня леди? — пролепетала Алия. — Как давно меня не называли леди…       — Твой статус не потерял своей силы, пускай ты и попала в не лучшую ситуацию.       Улыбнувшись своей собеседнице, Алия смогла встать, при этом проигнорировав верëвки, сковывающие еë руки. Тогда она обернулась и поняла, что не просто встала на ноги, а вышла из собственного тела. Настоящая Алия всë-таки скончалась от ран, холода и стресса, но кем тогда была Алия, смотрящая на неë?       — Неужели я умерла? — проговорила она, не веря глазам. — Тогда как и почему я говорю с тобой?       — Я пришла проводить тебя до Царства вечной ночи, — ответила дама. — Я есть Смерть, я же и проводник мëртвых и защитник убитых. Коли ты пойдëшь со мной, тебе не придëтся искать моë царство самой. Мы прибудем туда в любом случае, куда не повернëм.       — Ах, как же мне хочется пожить ещё хотя бы пару мгновений… Могу ли я проститься со своей жизнью, госпожа Смерть?       — Как тебе угодно.       Тогда Алия отклонялась и, следуя традициям своего народа, спела похоронную смерть над собственным мëртвым телом. Смерть была удивлена, впечатлена. Уже более тысячи лет никто не реагировал спокойно и смиренно на свою кончину. Даже те, кто желали покинуть мир живых, не были так спокойны при встрече со Смертью, но Алия была просто счастлива попрощаться с жизнью, в которой осталось лишь горе. Очень смелая женщина, однако. Смерть прислушивалась к песне упокоения и наслаждалась голосом Алии. Она пела на несуществующем языке, от самого сердца, а сердце еë было чисто.       — Я закончила, госпожа Смерть, — сказала Алия.       Вытащив из кармана горсть белого блестящего порошка, Смерть лëгким движением руки бросила горсть перед собой. И образовался перед ними путь, усыпанный звëздами, представляющий из себя бесконечную широкую дорогу. Переливался этот путь всеми цветами радуги и светил ярче солнца, но не слепил и не обжигал своим светом. Смерть протянула свою длинную руку Алии, и пусть она ожидала трупного холода, ладонь была тëплой, как жизнь. Держась за руки, они пошли по дороге вперëд, куда глядят глаза.       — Прошу, госпожа Смерть, утоли моë любопытство, — вопрошала Алия. — Расскажи, как женщина женщине, почему ты скрываешь себя тканями?       — Я пугала людей своим ликом, — ответила Смерть и лëгким движением шеи сбросила капюшон. Открылось еë белое, как снег, вытянутое лицо. Маленький нос, вытянутая вперëд моська, ромбовидные глаза с тонкими зрачками и чёрные завязанные в пучок в волосы делали еë похожей на змею. — Раньше я выглядела куда привлекательнее, но разочарование, возросшее с декадами, обратило меня в то, чем я являюсь сейчас.       — Но ты выглядишь всë так же привлекательно, я уверяю тебя. На мой взгляд, нет никого красивее змей.       И Смерть даже закрыла глаза от удовольствия, ведь она так сильно изголодалась по комплиментам. Впервые за целый век она решила самостоятельно провести душу к своему царству и не пожалела.       Совсем скоро они подошли к огромным призрачным воротам, стоящим посредь призрачной ограды из пиков.       — Верится мне, здесь наши дороги расходятся, — произнесла Алия с печальной улыбкой.       — Царство вечной ночи всецело моë, Алия-Тара, — возразила Смерть. — Пусть мы и не увидимся, мы будем едины.       Смерть отворила ворота перед Алией, и та неохотно зашла в абсолютную тьму. Встретил её хор бесконечных голосов, что разговаривали и друг с другом, и в одиночестве. Плывя по течению в пространстве и вслушиваясь в голоса, Алия услышала множество знакомых ей. Она услышала жителей своего поселения, что обсуждали повседневные мысли… Слово никогда не умирали вовсе. Лекарь и охотник всë продолжали свой спор о технике боя, пастух рассказывал сказки своим дочерям, а безумец всë распевал свои песни. И наконец Алия услышала зов своего отца. Он тоже утянул её в разговор длинною в бесконечность.       В этот же момент Смерть обошла армию своих жнецов и вошла в свои владения, в небольшое белое поместье с элементами такими чëрными, слово сама тьма была светлее них. Сев в своë кресло-качалку напротив камина с чëрным пламенем, она достала кроваво-красный порошок и бросила в огонь. Тот сиюминутно сменил цвет, стал сильнее, и в нëм показались черты лица.       — Когда это ты решила встретиться со мной, Мортем? — едко просил человек из пламени.       — Обстоятельства изменились, брат, — ответила Смерть. — Я знаю, что ты не утратил своего влияния даже на время наказания. Мне нужна твоя услуга в мире людей.