Творение Света

                              Вот, всё было более-менее стабильно и как-то спокойно, по мнению Воина. Однако, это же было только начало его нового пути. Неизведанного, странного пути. И всё это время мир, точнее скопление миров, не слишком то и препятствовало действиям Лололошки. Всё было хорошо… Но ключевое слово тут — было хорошо…

      Дальше, мир как с ума сошёл, иначе это не назвать… Не было и дня, чтобы Лололошка не терял нужные вещи, не спотыкался об воздух. Да, ничего необычного, но только когда это всё происходит не каждый чёртов день. Возможно, это мир на парня обозлился или, там, Варнер не нашёл другого способа помешать, что очень и очень маловероятно.       Мироходцу было жутко. Он хотел более-менее спокойной жизни, а по итогу получил горы забот, проблем и вечную неудачу, она выражалась как в мелких происшествиях, так и в ужасных, смертельно опасных ситуациях, которых Ло набрал целую коллекцию. Слава Арниру, как выражаются местные, что Путешественник бессмертен и не умирает окончательно после каждой случайной встречи с какой-нибудь агрессивной и слишком уж сильной нечистью.       Способов умереть было много и все новые, испытанные Лололошка записывал. Большинство способов походили на случайность, ну а некоторые выглядели слишком уж странно. Например, случай с озером…

***

      Лоши убегал от целой оравы гонящихся за ним скелетов-лучников. Меч был утерян, а может и кем-то украден, а отбиваться кулаками не хотелось. Всё же, страх того, что бессмертие не бесконечно никуда не уходил, сколько бы времени не прошло. Парень бежал через лес и заметил довольно глубокое по виду озеро. Эти лучники, почему-то в воду не суются, что было только на руку. Мироходец быстро запрыгнул в воду, не думая о том, что потом будет замерзать в мокрой одежде.       Прошло немного времени и Путешественник захотел вынырнуть, набрать побольше воздуха в лёгкие и оглядеться. Но не получалось. Кто-то будто бы удерживал под водой и от этого кого-то нельзя было отбиться. Паника накрывала. Конечно, он потом воскреснет, но умирать не очень приятно.       Ло так и не отпустили. У него получилось будто вырваться на мгновение, но когда он поднялся, чтобы подышать, его затащили обратно под воду и парнишка вдохнул воды вместо такого нужного кислорода. Ощущение жидкости в лёгких было… жгучим, неприятным, ужасным. Хотелось просто выкашлять эту воду и мозг не реагировал на мысли о том, что это опасно. Кашель и вздохи, ещё больше воды попадало внутрь. Шансов выбраться не было. Парень просто сдался, позволил себе расслабиться и начать опускаться на дно. Только когда до смерти оставалось всего несколько секунд, давление исчезло и Лололошка бы выбрался, если бы это произошло немножечко раньше. Ну, зато не нужно заботиться о насквозь промокших вещах и жилище, что находилось довольно далеко. Воскрес — оказался дома.

*

      Довольно жёсткий пример, как и сгорание заживо или случайная телепортация в песок, землю или какие-нибудь камни. Подобное происходило редко. Чаще — внезапные толчки в бездну и прочее не особо опасное. И всё это накладывалось на огромное количество работы, доверие окружающих… Эмоции у Лололошки проявлялись чаще, чем в первые дни, но это можно было назвать и минусом. Он стал беспокоиться обо всех, кто его окружал, помогать им, даже когда не имел на это времени. Ещё всё усугублялось фактом какого-то голоса в голове, что изредка говорил какие-то «подсказки».       Изначально Мироходец думал, что последнее — всего-навсего галлюцинация, болезнь какая, но когда многие начали жаловаться на голос стало понятно, что происходящее с парнем история другая. Параноик и шизофреник. Как Путешественник мог себя охарактеризовать. Вечные страхи, переживания, странные мысли… Это не устраивало, но деться от этого было некуда.       А теперь, мне, наверное, стоит рассказать, что за дела, работы, заботы были у Лололошки.

***

      От обилия проблем голова шла кругом, тут даже голос в голове с подсказками ничем не помогал. Множество встреч случайных и не очень, желанных и отягощающих. Каждая из них требовала определённое количество сил, которые со временем было найти всё сложнее и сложнее.       Вся эта беготня за фрагментами скрижали, непонятные истории жизни новых друзей и знакомых… Всё это нагружало голову, а периодические разговоры с Горбатиком её к чертям перегружали. В такие моменты Мироходец жалел о своём бессмертии, поскольку не может просто взять и убиться из-за постоянной усталости. Просьбы «сделай то, принеси это» жутко бесили, но, удивительно, Ло ни разу не сорвался на своих друзей. Посему, в приступе агрессии, проклинал неведомые силы, что ему пакостили, мысленно выговаривал Варнеру весь свой запас нецензурной брани в его сторону, или бил стены, деревья, землю, камень, нечисть — вообще всё, что под руку попадётся.       Лоши очень мало спал, но это не казалось такой уж страшной проблемой. До тех пор, пока парня жизнь не закинула в группировку «Соколов». Попадание в неё обеспечивало ещё один ручеёк проблем. Хотя, было и что-то в этом хорошее. Например, Путешественник начал пытаться расшевелить свою память о том, что было до того, как он оказался в этом мире. Это, в тоже время, было ошибкой, поскольку щемящее чувство «раньше со мной такое было, кого же они мне напоминают?» очень сильно мешалось. Особенно, когда в голове у тебя и без этого каша.       И, возвращаясь к проблеме со сном. В один день она сыграла с парнем очень злую шутку. Его, как, кажется, стажёра, с самого утра гоняли с вопросом чая. Всё его командиру этот дурацкий чай не нравился и в определённый момент он так сильно разозлился на Мироходца, что выгнал и…

~~~

      — Нет, всё должно было кончиться совсем не так! Эту историю нужно переписать! Судя по стенам, это какое-то убежище. В середине деревянный стол, на нём две книги, одна из которых открыта. За столом сидит мужчина в маске, вокруг него летают какие-то магические частицы, сам неизвестный держит в руке письмо и аккуратно зачёркивает несколько предложений.

~~~

      И вот Лололошка вновь в этой «приёмной». У него в руках две кружки. Одну из них он ставит на пол, а с другой подходит к названному начальнику и отдаёт её ему. На этот раз ругани не было, парнишку похвалили и временно отпустили. А вот Ло всё никак не отпускало. Он чётко запомнил видение, о котором навряд ли кому-то расскажет. И он запомнил то существо. Его вид, его голос, да даже то, как неизвестный держал в руке перо — всё в нём казалось каким-то слишком знакомым и забыть это казалось нереальным.       Говоря о знакомых чертах: голос был знаком точно не просто по воспоминаниям. Этот тот самый голос в голове. Кто же его обладатель? Бог? Раз знает настолько много. Или, кто-нибудь приближенный к богу? Это ещё один вопрос, который находился в голове и постоянно всплывал в мыслях. И размышления о нём, о видении в целом, были записаны в дневник. Откуда же Мироходец мог знать, что писать о подобном — не лучшая идея?..             Но, давайте о другом.

***

      Соколы, соколы, соколы. Не самые приятные личности. Какие-то помешанные, типа фанатики, как думал Путешественник. Но парень это всё терпел, как-то в доверие втирался. Всё было ради, кажется, ещё одного осколка скрижали. Ради него что угодно можно пережить, даже непонятное отношение к себе и выкапывание огромных ям для постройки реактора. А также сборы всего необходимого и вылазки в разведку. Кстати, последняя закончилось тем, что…       В общем, с Соколами всё было более-менее понятно, но попадание к Ястребам было вообще не самым ожидаемым событием. Как оказалось, тут была какая-то птичья война, в которую Лололошка попал случайно. Играть, так сказать, на два фронта было немного странно, хотя душой, если она была, парень тянулся к обществу Ястребов, пускай и знал о них очень мало. Некое предчувствие говорило, что это правильный выбор. Во время встречи с Акулой, Ло тогда угрожали во время предложения присоединиться ко второй птичьей команде. Мироходец не сильно долго думал над ответом — согласился, но не ожидал сразу получить, так сказать, задание.       Позднее, пришлось придумать оправдание тому, что из всей небольшой группы вернулся в штаб только Путешественник. А ещё позже разгребать ситуацию с реактором… Он ведь мог и мир уничтожить. Наверное. Как хорошо, что Лололошка в определённый момент не понял, что может помочь Соколам. Всё равно же был соблазн проверить, что бы произошло тогда.       В тот день, Ястребы штурмовали базу с реактором. Ло проводил Акулу, пытался хоть немного вдуплить, что происходит вокруг. Вскрыл комнату управления реактором, но не стал разбираться в управлении, поскольку времени было очень и очень мало, поэтому приказал местным техникам, или кто там был, вырубить реактор. Ну и кто-то что-то там напутал или просто ошибся… Если говорит проще, то Мироходцу с Акулой пришлось прятаться в каком-то отсеке от взрыва, чтобы не помереть. Очнулись они в тюрьме. Да уж.       Минут пять и вспышка. Опять они идут в сторону реактора. Путешественник даже не думает, кто что и почему, просто идёт. В комнате сам в управлении разбирается и, даже умудряется вырубить. Для Лололошки это было шоком, а для Акулы — успешно выполненным заданием.

*

      Тот случай с реактором позволил стать Ястребом, но только после разговора с неким Первым. Очень скрытная личность, с которой поговорить удалось только через небольшое окно, закрытое решёткой. Но даже этого разговора хватило, чтобы сделать ещё пометок в дневнике.       Голос Первого тоже казался знакомым. Он странно успокаивал и будто побуждал к размышлениям. Мироходец в какой-то момент разговора начал представлять, как же выглядит тот, кто прячется за стеной. Какого цвета, длины волосы? Какой костюм? Рост? Какие-то мысли с ответами мелькали в голове, но зацепиться за них было сложно. В конце разговора Путешественник перестал пытаться вспомнить того, кого возможно никогда не знал.       Если мысли о возможной внешности Первого быстро пропали, то мысли о его голосе преследовали ещё какое-то время. Хотелось выбить себе ещё один такой разговорчик, только подольше, чтобы побольше прочувствовать это странное чувство спокойствия и защищённости, которое в последнее время могло быть лишь фантазией. То одно происшествие, то другое, пятое, десятое… Даже жизнь среди Ястребов была сплошным происшествием. Ладно задания, но постоянный стресс и страх, что тебя могут сбить с первых мест в рейтинге и, что ты не сможешь получить такой нужный фрагмент скрижали, ради которого и вступал во все эти банды — это слишком.       Знал бы Лололошка, что его главным конкурентом в борьбе за первое место в рейтинге будет его друг, точно не стал бы так волноваться…

***

      Погоня за кусками скрижали всё продолжалась и продолжалась. Она надоедала, парень начинал уставать, а после ему вновь напоминали, насколько это всё важно и приходилось идти, бороться дальше. Основная мотивация подключалась изредка, когда вновь случались происшествия с угрозой столь важному делу. Это были и обычные обстоятельства, и помехи от Варнера, и даже «вмешательство свыше». К слову, странный голос в голове к третьему виду проблем не относился. Подсказки были полезны, правда. Только их польза осознавалась далеко не сразу.       Но всё же, Лоши изматывался, в приступе веры в себя переставал питаться, спать и заботиться о своём здоровье, что мало кому нравилось. Особенно упрекать его любили Линда с Гектором и объяснения этому Мироходец найти никак не мог. Это просто было. Как и прозвище «Дядя Компас» от маленьких Карла и Дины. Путешественник не был против него, даже как-то за, но Линда детям запрещала такое обращение.       Лололошка быстро привязался к этой семейке, как, впрочем, и к остальным друзьям-знакомым. Именно они и стали мотивацией бороться в своеобразной битве за скрижаль. Хотелось, чтобы у них всё было хорошо и способов забыть об этом желании со временем становилось всё меньше, как и проблем со злостью каких-нибудь высших, или что это вообще было. Многие ситуации просто не были похожи на какие-то проделочки Варнера или кого-нибудь ещё. Ощущался другой уровень.       Например…

***

      Как-то утром, наверное, чуть позже начала рассвета. Как раз примерно в то время, когда Лололошка вставал, он начал подходить к своему дому. Задержался пока работал в других мирах, с кем ни бывает. Только, в этот раз, у дома, его ждали не только сад-огород, да скотина в загоне… Парень аккуратно пробирался к своему жилищу через небольшие лесные заросли, но как только дом завиднелся где-то впереди, он остановился. На деревянной крыше стоял человек. Девушка. Ло сделал ещё несколько тихих шагов и притаился. С этого места легче было разглядеть неизвестную.       Это точно была девушка. Она была одета в белое платье, перевязанное кроваво-красной лентой на талии. Каштановые волосы, кажется, завязаны в хвост такой же ленточкой, это сложно было увидеть. В руках у девушки был лук со стрелой, за спиной колчан. Она явно пыталась кого-то выглядеть, ждала, была в полной готовности стрелять, когда подвернётся момент.       Что-то подсказывало Лололошке, что ему лучше не идти к дому, не звать незнакомку. Что лучше ему остаться в своём плохом укрытии и дождаться, пока девушка уйдёт. Парень послушал свой внутренний голос и даже отошёл подальше, чтобы с большей вероятностью остаться незамеченным, но немного зря.       Прошло примерно десять минут и неизвестная опустила лук. «— Да пошёл он к чёрту со своими указами. У меня чтения через несколько минут. Я не собираюсь убивать рабочее платье, гоняясь за ним!» Наверное, будь Мироходец ближе, он бы это услышал, но не судьба. Девушка вздохнула и уже через секунду исчезла бесследно.             Вот и ещё одна новая загадка. Правда, у парня нет на неё ни времени, ни сил…

***

      Это произошло тогда, когда болезнь, странности в мирах прогрессировали со слишком большой скоростью. Существа слышат голос в голове, голова раскалывается от боли, солнце увеличивается, луна уменьшается, пропадают куски земли и предметы, оставляя после себя лишь непонятную слизь. И кого во всём этом обвиняли? Правильно, Варнера. Больше некого. Это ещё сильнее увеличило ненависть к правителю Арнира. Тварь тут он, а страдают все, вероятно, кроме него! Это уж точно нельзя было так оставлять. Приступы веры в себя участились и удлинились, количество помех не уменьшилось, но игнорировать их или справляться с ними стало легче в разы.       Дел стало больше, это понятно, но и цель стала ближе. Значительно ближе. И ничего не могло остановить.              Первую попытку шейпшифтинга не забыть, как и превращение в Горбатика. Ощущать, как твоё тело меняется было странно, но на что ни пойдёшь ради попадания на территорию величайшего города — Арнира. Именно этот город и стал местом основного действия в конце истории. Лололошка сам решил, что это конец, что скоро всё завершится. Иначе, как в середине истории почти что попасть в логово главного врага? Как попасть в маленькое-маленькое движение против Варнера? Как понять нужное заклинание, нужный пароль? Как собрать эту чёртову скрижаль в середине всего пути? Парень почему-то не мог себе этого представить, как и то, что мысль о скором финале просто приснится. Если ту ситуацию вообще можно было назвать сном.       К нему тогда будто бы кто-то просто подошёл и заявил о том, что конец очень и очень близко. Правда, это забылось так же быстро, как закончился странный визит того неизвестного. Или, это Ло был у него в гостях? Мироходец уже не вспомнит. Не записал, к сожалению.       Парень вообще мало что записывал в такой куче событий. Его мало волновало то, что мог забыть. Это ведь всё в прошлом — настоящее важнее. Это всё было пройдено и не нуждалось в беспокойствах, волнениях. Беспокоиться, волноваться нужно было о рисках столкновения миров, о существах, что могут не спастись, о том, что лекарство от странной болезни закончится, о предстоящей битве в конце-то концов.       Битва… А чем, как биться? Что вообще делать и как? Как пробираться к Варнеру? Что делать при неудаче? Мысли обо всём этом занимали голову, отвлекали и, вполне возможно, провоцировали жуткие кошмары с самыми худшими вариантами. Среди всех, ведь, бессмертен только Лололошка и именно он пойдёт биться с главным врагом. Но, что если какая-то «божественная» поддержка пропадёт, закончится? Умирать очень неприятно, парню об этом забыть не давали. А в такой ситуации смерть, наверное, будет наиболее мучительной, так ещё и убьёт у остальных веру в шансы на победу. Последнее отчего-то пугало намного сильнее.       А ещё пугала перспектива уничтожения миров. Шансы на подобный, ужаснейший исход были велики — об этом Ло узнал уже после скрепления всех кусков скрижали, что было тоже занятием не особо лёгким. Мироходцу рассказали, что всё плохо-ужасно и, что придётся немного сбежать в карманное измерение, чтобы себя обезопасить. А мест там не сильно много. Только для семей и друзей основных борцов с правителем великого города. Возможно, это даже хорошо… Возможно, но маловероятно. Новость страшная, шокирующая, Путешественник ещё не успел отойти от последних событий, связанных со скрижалью и Печатью Света.       Путешественник ещё не отошёл от поиска странного лабиринта, полётов по аду. От долгого, изматывающего пути в том самом лабиринте. От встречи с умершим братом уже близкого друга. От беготни со склейкой скрижали. От горения из-за невыслушанных инструкций. Зато Ло понял, что лучше не торопить события и делать всё чётко по инструкции, чтобы опять случайно не загореться.       Возможно, это звучит смешно, но нет. Это страшно и трудно, а ужасная новость в таком состоянии может быстренько добить. Повезло, что Лололошка тогда сознание не потерял от шока, а мог. Это явно было одним из последних испытаний, что готовила эта вселенная. Нужно было отпустить всё, что уже успело стать привычным и родным, близким к сердцу. Ужасное испытание, которое даже не является последним. Как так? Кто б знал, кто б знал…       Но даже такое испытание надо пройти. Иначе ну просто никак и это раздражало, злило, выводило из себя. Хотелось кричать, плакать, лично в этот же момент явиться к Варнеру или, кто там ещё мог быть виноват в происходящем, и просто беспрепятственно убить. В общем, отчаянием тут и не пахло. Наверное, даже сил придавало к рвению всё это завершить.

***

      — Он приближается к победе и даже не думает сдаваться. Ты меня разочаровываешь.             — Правда что ли?       — Я не шучу, ###, даю тебе последний шанс. Надеюсь, ты им воспользуешься, иначе… Ты знаешь, что будет.             — Ой-ой-ой, какой важный. А сам когда-нибудь пробовал убить бессмертного?..