Разломанное отражение

      — Всё-таки хорошо, что мы посетили Питерсона, — сказал Эндрюс, когда они вышли на крыльцо лечебницы. — И как я сразу до этого не додумался?       — Ну, твоя сестра бы сказала… — начал Джеймсон.       — Ага, прекрасно знаю, что ничего хорошего эта язва не сказала бы, — раздражённо перебил Уилл. — Смотри, Адуляр решит, что ты пытаешься сместить его с места подпевалы…       — И что, он меня убьёт? — ухмыльнулся Эван.       — Вполне возможно.       Эван краем глаза заметил стоящую возле их машины женщину. Невысокая, средней комплекции. Её волосы были скрыты под красно-черной вязанной шапкой. Одета в бледно-голубые джинсы и черную кожаную куртку. Возраст незнакомки нельзя было определить, так как она стояла к ним спиной. Но без всяких сомнений, она была колдуньей, потому что он почувствовал исходившие от неё слабые, словно ненавязчивый аромат духов, потоки магии. Джеймсон пихнул локтем Эндрюса, чтобы и тот обратил внимание на женщину. Эван был готов окрикнуть незнакомку, как она резко развернулась, и его ослепила яркая вспышка, за которой последовало жизнерадостное:       — Улыбочку, детективы!       — Мать твою за ногу, Родж! — проморгавшись, воскликнул Уилл.       — И я тебя рада видеть, Шнурок, — широко усмехнулась незнакомка, посмотрев на экран свой камеры, вспышка которой ранее ослепила мужчин, добавила: — А вы неплохо вышли, мальчики.       Колдунья была примерно их ровесницей. Под густыми рыжеватыми бровями искрились глаза цвета чистого аквамарина. Бледное сердцевидное лицо украшала россыпь веснушек. Большой рот был подкрашен помадой земляничного цвета.       — Вы знакомы?! — переводя взгляд с напарника на девушку, спросил Эван.       — Типа того, — угрюмо ответил Эндрюс.       — Типа того, — передразнила его колдунья и, протянув Эвану руку для приветствия, нормальным голосом продолжила: — Меня зовут Ленокс Родж. Я и Шнурок — детишки матушки Ильверморни. Ну и плюс наши семьи как бы дружат несколько столетий. Так что мы знаем друг друга с горшка.       — И мы оба не особо этому рады, — кисло добавил Уилл.       — Эван Джеймсон, — пожав руку Родж, сказал Эван. — Рад нашему знакомству. Я связной.       — И как тебе работать с этим… — начала Ленокс.       — Ленокс, конечно, э-э… мило и приятно, что мы так неожиданно встретились, — перебил её Уилл, — но мы с Джеймсоном сейчас работаем.        — Я тоже на работе, Шнурок — ответила она.       — В смысле?       Ленокс вынула из кармана визитку и протянула её Эндрюсу. Прочитав содержащуюся на ней информацию, он поражённо произнёс:       — Ты журналист?!       — Ну да, а зачем, по-твоему, я вас фотографировала? Уж не думаешь ли ты, что от большой любви к твоей мордашке?       — Но ты работаешь на простецов.       — Ну и что? — она пожала плечами. — Ты вон тоже имеешь дело с простецами, и ничего.       — И твои родители позволили?       — Нет, они просто отказались от меня сразу после того, как я объявила, что буду работать на простецов, — равнодушным тоном ответила Ленокс. — Уже четвёртый год пошёл.       — Но я об этом не слышал, — растерянно произнёс Уилл.       — О, ничего удивительного, Шнурок, Родж всегда хорошо прятали своё грязное бельё, — горькая улыбка чуть тронула её губы и почти мгновенно исчезла с лица колдуньи. Хитрый огонёк вспыхнул в аквамариновых глазах. — Может, дашь небольшое интервью по старой дружбе?       — Ну уж нет, — категорично ответил Уилл.       — Но почему, Шнурок?! — капризно воскликнула Ленокс.       — Это может помешать расследованию, — сухо ответил он.       — Да брось ты, — настаивала она. — Я задам всего пару вопросов и займу каких-то минут десять-пятнадцать твоего времени.       — Я уже сказал «нет», — отрезал Уилл.       — Тогда, может быть, офицер Джеймсон ответит на мои вопросы, — переключилась Ленокс на Эвана.       Едва он успел открыть рот, чтобы, как и Уилл, ответить ей отказом, как в этот момент на капоте материализовался Адуляр.       — А вы всегда были весьма настырны, мисс Родж, — не без укора в голосе произнёс кот.       — Привет, котяра, — колдунья повернула голову к фамильяру. — Ты приглядываешь за Шнурком или Цветок положила глаз на человека?       — А ещё чересчур любопытны, — ответил Адуляр.       — Каюсь, есть такой грех, — криво улыбнулась она.       Кот лукаво сверкнул глазами и, как бы между делом, с ленцой в голосе произнёс:       — А ещё вы едва не применили приворотные чары к мастеру Эвану.       — Ах, ты пушистый стукач! — воскликнула Родж.       — Ленокс, как тебе такое в голову пришло? — возмутился Уилл.       — Это всё из-за вашей неуступчивости.       — Такое себе оправдание, — усмехнулся Эван.       — На войне все средства хороши, как любил говорить мой троюродный дед Альберт, — пожала плечами Ленокс.       — Это тот, который полжизни провёл тюрьме и почти что разорил вашу семью оплатой штрафов? — уточнил Уилл.       — Да, он самый, — ответила она с кислой улыбкой.       — Надеюсь, ты не используешь магию на простецах, с которыми работаешь?       — Шнурок, использовать магию на простецах — не спортивно.       — Ха! А я, к твоему сведению, простец, — заметил Эван, кривя душой.       — Вовсе нет, — Ленокс сделала небольшую паузу, от которой ему стало крайне неуютно. — Ты связной. Магия то и дело будет касаться и пронизывать тебя, а также приносить в твою жизнь неприятности. Быть связным — всё равно, что иметь в родственниках носителя магии. К примеру, быть женатым на колдунье или полукровке. На твоём бы месте я…       — Мисс Ленокс, ваша словоохотливость — это профессиональная привычка или просто черта тривиальной сплетницы? — приторным голоском перебил её Адуляр.       — Ты такой грубиян. Весь в свою хозяйку, — ответила она.       — Логично, ведь я её творение. И от лица моей хозяйки, мисс Ленокс, я бы дал вам совет не тратить время на общение с мастером Уиллом и мастером Эваном. А это для убедительности совета, — кот взмахнул пышным хвостом, и камера выскользнула из рук колдуньи, а затем взорвалась в воздухе.       — Ах ты сучонок! — задыхаясь от злости, воскликнула Ленокс и попыталась схватить фамильяра, но тот среагировал быстрее и, обсыпав её серебристо-лунной шерстью, с хлопком растворился в воздухе. Оставшись с пустыми руками, она переключилась на обломки камеры. — Вот проклятье! Я столько денег за неё отвалила.       — Извини, Ленокс, я передам Далии о том, что вытворил Адуляр, — заверил её Уилл.       — Сдается мне, что Цветок только похвалит этого засранца. Но ты можешь…       — Я уже сказал, что ничего не скажу. Рад был увидеться, Ленокс, но нам пора вернуться к расследованию. До встречи! — он сел в машину.       — Удачи тебе со статьёй, — бросил на прощание колдунье Эван.