Теплота

      Олежа достаёт контейнер для обеда и осторожно снимает крышку. Комнату немедленно заполняет головокружительный аромат жаренного теста. Голодный Олежин желудок жалобно урчит и передаёт сигналы мозгу, что пора бы использовать руки и зубы по назначению. Душнов сглатывает слюну и продолжает размешивать сахар в чае. Спешка ни к чему, обеденный перерыв фиксированный, пусть только попробуют его отвлечь.       Оставив чай остывать, он подходит к микроволновке и, переложив пирожки на тарелку, помещает их в металлическую коробку. Нажатие на две кнопки, разворот на сто восемьдесят градусов, взгляд на вид из окна.       По дороге проезжает пара редких машин: обеденное время у большинства уже давно окончено. Вот пара плетущихся с занятий учеников. У фонарного столба бегает Шарик — бездомный пёс, покоривший сердца девушек из их издательства: они ежедневно подкармливают его.       Таймер щёлкает. Обед подан. Олежа немного припрыгивает, открывая дверцу, и с довольной улыбкой с тарелкой в руках шагает к столу. Наконец он сможет пообедать в тишине и спокойствии.       — Олегсей Михайлович, можете мне тут помочь, — дверь резко открывается, в проёме видна светлая макушка Алёны. — Ой, а что у вас тут так вкусно пахнет?       Душнов сводит брови к переносице и морщит нос. Канул в лету его обед в одиночестве без работы. Он поворачивается ровно настолько, чтобы стол был виден пришедшей девушке.       — О, пирожки! А с чем?       Олеже такое любопытство перестало нравится ещё на втором курсе бакалавриата, когда особо неравнодушные одногруппники стремились разнюхать мельчайшие детали его жизни. Хронически невысыпающемуся студенту было совсем не до их попыток построить собственную картину чужой личной жизни.       — С картошкой и с луком и яйцом.       — Ммм… Сами готовили?       — Нет, — пытается поставить точку в теме Олежа.       Алёна видимо плохо училась грамоте, раз принимает точку за запятую, ведь продолжает расспрос, бросая многозначительный взгляд на кольцо на безымянном пальце: — Жена? Чего стесняйтесь, это вполне нормально.       — Не жена. — На работе рассказывать об Антоне он пока не решается. Хоть большинство сотрудников достаточно молоды и менее консервативны, некоторые переживания всё равно не отпускают его. Лучше перебдеть, чем недобдеть, как говорили мудрейшие. — Друг.       — Мне бы таких друзей, — мечтательно вздыхает Алёна, садится за стол на противоположной стороне, кидая хищный взгляд на тарелку. Олежа серьёзно готовится драться с ней за пирожки.       — Так с чем там у тебя проблема? — решает перевести тему Олегсей.       — А, точно, слушайте…

***

      Дома Олеже наконец удаётся побыть одному, он удобно усаживается на диван в зале, включая видео на фон. Вроде очередной фильм о дикой природе, он особо не вслушивается. Антон приходит через пол часа и тоже молчит некоторое время. Ах, дом, чудный дом.       Звёздочкин плюхается на диван и облокачивается на спинку, удовлетворённо мыча. Олежа автоматически целует его в щеку и кладёт голову на крепкое плечо. Приятно.       — Пирожки были великолепны.       В ответ Антон тоже склоняет свою голову к Олежиной макушке. Говорить не хочется, хорошо, что его без слов понимают.       — Кстати, — Олежа хихикает из-за какой-то своей шутки в голове. — У меня тут спросили, не жена ли мне обед готовила. Как думаешь, может в следующий раз не отнекиваться?       Звёздочкин на секунду затихает, даже дыхание задерживает.       — Было бы славно.       — Угу, — довольно поддерживает Олежа и переплетает пальцы их рядом лежащих рук.       Супруги — нечто большее, чем просто штамп в паспорте.